En Famille/Дела семейные

В тот вечер они рано легли спать. Миссис Принчек всегда ложилась спать не позже половины девятого, хотя обычно ей приходилось вставать по крайней мере один раз среди ночи, поэтому Энди и Миранда занялись укладкой вещей. Их вылет был в середине утра. Потом они легли в постель, Энди читала свой роман, а Миранда отправляла электронные письма и сообщения с телефона, периодически ворча, когда скрипели пружины кровати. - Если бы я знала, что вернусь сюда, - пробормотала она, - я бы купила новый матрас, когда мы реставрировали диван. Она бы этого даже не заметила. - Раньше это была твоя комната, не так ли? - Спросила Энди, закрывая книгу и оглядываясь вокруг. Комната, теперь почти пустая, была странно безликой: никаких фотографий, выцветшие обои, которые не были похожи ни на что, что выбрала бы Миранда, скрипучий матрас, старый дубовый комод и маленький шкаф. Летом на окне стоял бы вентилятор, а сейчас нужен был обогреватель, потому что дом был старым, и миссис Принчек не могла смириться с мыслью о том, что придется что-то менять, так что Миранда опять обошлась без него. - У нас с Деборой тогда были две односпальные кровати. - Миранда вздохнула и выключила телефон. - Я больше не могу на этом сосредоточиться. Я очень устала. Энди выключила лампу, стоявшую рядом с кроватью, и комната погрузилась в полумрак. - Тогда давай немного поспим. Помолчав, Миранда сказала, немного сдавленным голосом: - Давай что-нибудь получше. Энди почувствовала, как рука Миранды коснулась ее бедра, и удивленно подняла брови. - Я думала, ты совсем выдохлась. - По большей части. - Миранда притянула Энди к себе и уткнулась носом в нижнюю часть ее подбородка. - Но давай поднимем много-много шума. - Отвратительно, - засмеялась Энди, садясь и стаскивая футболку. - Ты же знаешь, что она услышит. Она не глухая. - Хм. - Миранда потянула Энди вниз. - Во всяком случае, сегодня я не собираюсь заниматься силовыми упражнениями. Я очень стара. - Дряхлая, - согласилась Энди, прижимаясь лицом к шее Миранды и делая глубокий вдох. - Но, наконец, ты хорошо пахнешь. Миранда хихикнула, и Энди почувствовала, как напряжение наконец покидает ее. - Они уже выветрились. - Скорее, остался шлейф. - Они говорили о любимых духах Миранды Tubéreuse Criminelle Сержа Лютенса. - Как ты умудрилась полюбить этот запах? Это пахнет горечью и нафталином. - Только первые двадцать минут, - мягко сказала Миранда, потому что даже она не могла не согласиться. - А теперь ... - Теперь запах великолепен, - признала Энди. - Все начинается с полного отстоя, но к концу дня... - она обхватила ладонью щеку Миранды и сердито посмотрела на нее. - Эта метафора убивает меня. Ты сделала это специально? - Ты и есть то, что носишь. - Миранда притянула ее к себе и поцеловала. - Ты должна позволить мне выбирать для тебя духи. - Найджел никогда мне этого не простит. - И научу тебя, как их правильно применять. - А? Так ты не просто... - Никогда не души до беспамятства запястья. Никогда не смазывай духами за ушами. - Миранда поцеловала Энди за ближайшим ухом. Затем она потянулась к ногам Энди. - Но на тыльной стороне колен... - Она ласкала ее, и Энди извивалась. Миранда скользнула рукой вверх. - Между грудей... - Боже. Ни за что. - Энди выгнула голову и позволила Миранде дотронуться до мочки ее уха. - Я бы не хотела с тобой соперничать. - А кто сказал, что ты сможешь? - Спросила Миранда и добавила: - О, боже. - Именно об этом я и говорю, - ухмыльнулась Энди и пошевелила пальцами. Через полчаса остатки Tubéreuse Criminelle были полностью затменены другим запахом, который Энди любила еще больше, и они с Мирандой лежали друг против друга во взаимном блаженстве. Она знала по опыту, что ни у одной из них не было сил встать и принять душ, даже если они обе пожалеют об этом утром. - Дебора выбирала обои, - сказала Миранда через мгновение. Энди моргнула и постаралась говорить небрежно, когда она уточнила: - Да? Кончики пальцев Миранды начали плавно и нежно поглаживать предплечье Энди, что должно было успокоить ее больше, чем сама Энди. - Мы хорошо ладили, когда были молоды. Мы очень хорошо ладили. Особенно для сестер. - Энди попыталась вспомнить: Дебора была на три года старше Миранды, так что, когда миссис Принчек ушла, Деборе должно было быть всего семнадцать. - Как она справилась с этим, когда твоя мама ушла? - Спросила Энди. - Сначала как кремень, - сказала Миранда, к удивлению Энди. - Она была так решительно настроена не страдать. Она сказала, что позаботится обо всех нас. - Миранда фыркнула. - По крайней мере, когда папа был рядом, Сэмюэлю не нужно было беспокоиться по этому поводу. - Энди издала неопределенный, ободряющий звук. - Дебби научила меня заплетать косы, красить ногти и тому подобное. Мы вместе читали "Подиум". Она никогда не была так одержима им, как я, - Энди не нужно было видеть ее кривую улыбку, - но и она наслаждалась журналом. - Так что же случилось? Почему все изменилось? - Семнадцать лет это слишком мало, чтобы заботиться о всей своей семье, вот что случилось, - сказала Миранда. - Сэмюэл не потерпел, когда она пыталась им командовать. Со мной тоже было нелегко справиться, я уверена. - Преуменьшение года, подумала Энди. - И папа часто уезжал. Он так много работал. Чтобы кормить нас, понимаешь, без маминой работы. Энди закусила губу и кивнула. Ей не потребовалось много времени, чтобы понять, как сильно Миранда уважала память своего отца как кормильца, человека стабильности и безопасности, каким бы эмоционально далеким он ни был. Как отчаянно она всегда хотела, чтобы у близнецов был такой отец, как Дэвид Принчек, но ни один из мужчин Миранды никогда не мог сравниться с ним, даже их настоящий отец. По крайней мере, она не ожидала, что Энди попытается. - В итоге Дебби вышла замуж, - продолжила Миранда. - В девятнадцать лет, она никогда не училась в колледже, и сильно рассердилась, когда увидела, что я хочу чего-то лучшего для себя. Наверное, тогда все и началось. Она думала, что я становлюсь слишком самонадеянной. Конечно, я была права. Энди усмехнулась и прижалась носом ко лбу Миранды. - Совершенно определенно. - И... - Миранда заколебалась, но продолжила: - Она увидела во мне мать. И она, и Сэмюэл, и папа все это знали. - А? - Мама всегда была единственной, у кого были хоть какие-то амбиции. Она хотела начать новую жизнь для себя, хотела уехать из Детройта, потому что это адское место, Андреа, это всегда ад, если ты знаешь, что никогда его не покинешь. - На мгновение Миранда крепче сжала руку Энди. - Я была так зла на нее за то, что она ушла, но... - Но...? - ... но она показала мне, что это можно сделать, - тихо закончила Миранда. - И что я тоже собираюсь это сделать. Конечно, она потерпела неудачу. - Но тебе все удалось. - Энди потерла ее обнаженное плечо. - Звездный час. Наверное, так оно и было. Миранда вздохнула. - Боже, какая потеря. Какая пустая трата дара жизни в этой семье. Они никогда ничего не хотели, а я даже предлагала пару раз, но никакой инициативы, никакого желания... мой отец умер в том же самом кресле, в котором он просидел тридцать лет. А через несколько месяцев после его кончины Эбигейл Принчек вернулась, не имея выбора и нуждаясь в благотворительности для своих детей. Как будто она только и ждала, когда ее муж покинет свое кресло и освободит это место для нее. Неудивительно, что Миранда была в замешательстве. Неудивительно, что все они были в ярости. Но все, что ответила Энди, было: - Некоторые люди становятся счастливее, когда они не пытаются сделать что-то большее чем просто жить. - Для Дебби было слишком поздно - она вышла замуж за неандертальца, у нее были дети, и она не сдвинулась с места, но я могла бы найти что-нибудь для Сэмюэля, - продолжила Миранда, как будто не слышала слов Энди. - Он просто не хотел этого. Он приехал навестить меня в Нью-Йорке, сказал, что ненавидит его и не знает, как я могу там жить, и уехал. Назад в свою автомастерскую! Как будто я приняла самое идиотское решение в своей жизни. Слишком далеко забралась. - Миранда фыркнула. - Ты бы повторила все это еще раз, если бы могла? Я имею в виду, могла бы изменить что-нибудь? - Осмелилась спросить Энди. Она предвидела ответ. - Конечно, нет, - раздраженно ответила Миранда. - Эти вопросы никогда не имели для меня смысла, Андреа. - Хмм. Да. - Энди глубоко вздохнула. Сейчас или никогда. - Мне нужно тебя кое о чем спросить. Плохой тон голоса. Миранда напряглась. Но ее голос был ровным, когда она сказала: - Что? - Почему ты позволила мне вернуться? Последовала пауза, и голос Миранды звучал немного более раздраженно, когда она повторила: - Что? Энди глубоко вздохнула. - Твоя мама ушла от тебя, и ты все еще злишься. Я не могла бы винить тебя, если бы это означало, что у тебя были проблемы с уходом людей... - О, ради бога, только не приписывай мне комплекс брошенности. - Нет, - твердо сказала Энди. - Я просто так говорю. Теперь, когда я знаю о твоей маме, мне интересно, почему ты приняла меня после того, как я тогда от тебя ушла. Ты простила меня, приняла обратно, и ... почему? - В конце концов, все ее недоумение усилилось. - Я просто думаю, что это, я имею в виду, с твоей историей... - Ой, перестань. - Голос Миранды звучал измученно и немного раздраженно, а через несколько секунд она перевернулась и показала Энди свою спину. - Все по-другому, и ты это знаешь. Энди с трудом сглотнула, потрясенная тем, что вот-вот расплачется. - Я была... да. Я сама себе это говорила. Но было бы приятно услышать это от... - Она замолчала, понимая, как глупо это звучит, как до боли трогательно она нуждается в ней, нуждается в поддержке Миранды. Мгновение молчания тянулось так долго, что Энди уверилась, что разговор окончен. Покорный вздох замер на ее губах, когда Миранда вдруг сказала: - Ты спросила. - Я... - Так! Не прикидывайся дурочкой. Думай, как Миранда. - Ты имеешь в виду, что я спросила у тебя разрешения вернуться. - Миранда кивнула. Что ж, с ее стороны было очень мило преуменьшить это, подумала Энди, вместо того чтобы указывать на то, как Энди выставляла себя полной дурой при каждом удобном случае. - Но и твоя мать тоже. - Нет, она этого не делала, - резко ответила Миранда. - Она просто появилась. Наша семья развалилась, все разрушилось, а она просто переехала обратно в дом, который мы все унаследовали. Я не хотела иметь с этим домом ничего общего, а Сэмюэл и Дебби пытались его продать, и что в итоге, как ты думаешь? - О. Ух. Так… - Так что же они могли сделать? Вышвырнуть ее вон? Они позвонили мне. Мне было тридцать четыре, я была главным редактором всего пять месяцев, папа только что умер, и они позвонили мне, чтобы сказать, что мама вернулась и нуждается в нашей помощи. - Миранда перевернулась, но не повернулась к Энди лицом. Она просто лежала на спине и смотрела в потолок. - Вы помогли ей, - пробормотала Энди через секунду, неуверенная, что Миранда была вполне справедлива к миссис Принчек, которая, казалось, действительно жаждала любви своих детей, как бы поздно это ни случилось. - Мы так и сделали. А теперь мы все наблюдаем, как она исчезает. Превращается в пустую оболочку. Она ... - Миранда тяжело и горестно вздохнула и потерла рукой глаза. - Врачи говорят, что это не болезнь Альцгеймера. Она все еще там. Она просто не может держаться за вещи. Я даже не знаю, можно ли назвать это слабоумием. Я не знаю, как это назвать. - Энди почувствовала, как по телу Миранды пробежала легкая дрожь. - Может быть, старение. Потом она замолчала. Энди положила голову на плечо Миранды и стала ждать. Когда больше ничего не последовало, она спросила: - Ты беспокоишься о том, что будет с тобой дальше? Теперь, когда ты ее увидела. - Я не хочу, чтобы это случилось со мной, - сказала Миранда, глядя в потолок. - Забывчивость или что похуже. Господи, надеюсь, это не наследственное. - Она коротко и горько рассмеялась. - Я просто буду пристальнее следить за Дебби и Сэмом. Энди поймала себя на том, что уже не в первый раз задумывается о том, каково это будет, когда Миранда по-настоящему состарится: Энди не просто упустит свой шанс завести детей, она будет делить свою жизнь с кем-то, кто рано или поздно (конечно, раньше, чем Энди) начнет катиться под гору. Может быть, не столь драматично или катастрофично, но это произойдет. Сейчас, когда Миранда была такой жизнестойкой и сильной, об этом легко можно было не думать, но когда Энди будет сорок, а Миранде шестьдесят пять, Энди будет пятьдесят, а Миранде семьдесят пять; и так далее, и так далее, и еще далее, как надеялась Энди. Большую часть времени, в течение дня, она могла либо сознательно забывать об этом, либо справляться с этим, либо попытаться подготовиться к этому. В темноте было тяжелее, когда в доме всего в нескольких футах от нее спала старуха, которая утром и не вспомнит, кто такая Энди. - Но если это случится ... - натянуто начала Миранда. - Я никуда не уйду, - тут же заявила Энди. По крайней мере, в этом можно было не сомневаться. Она больше не хотела оставлять Миранду одну и провела кончиком пальца по ее запястью. - Инерция очень сильна, - легко добавила она. Миранда фыркнула. Или вернее гравитация, подумала Энди. Кто мог устоять перед притяжением Миранды, глубоким, как прилив, и сильным, как звезда? - Ну, - сказала Миранда. - Посмотрим, когда придет время. Если оно придет. Как нам с этим справиться. - Да, - сказала Энди, с радостью откладывая этот разговор на другой день. Она надеялась, что будет достаточно храброй, если это когда-нибудь случится, надеялась, что к тому времени храбрость уже не будет проблемой. У нее хватило смелости (или глупости) прыгнуть во все это с головой, не так ли? И она ничего не изменит. У них с Мирандой было нечто общее. - Что ты сказала близнецам? - спросила она, меняя тему разговора. Миранда позвонила им после ужина, но осталась сидеть на заднем крыльце, пока Энди снова составляла компанию миссис Принчек. (У Энди было предчувствие, что в этой поездке она больше всего пригодилась в качестве теплого тела в комнате.) - Большую часть правды. Что я здесь улаживаю дела со старым членом семьи, которого они никогда не видели. Я расскажу им все, когда мы вернемся домой. Это должен быть интересный разговор, воспитание было трудным делом. Некоторое время они лежали молча. Энди уже подумывала о том, чтобы попытаться уснуть, когда ... : - Сначала, когда мама ушла, - сказала Миранда, - я думала, что это из-за того, что я сделала. Энди затаила дыхание. - Когда ты ушла, - продолжила Миранда, - я поняла, что это из-за того, что я сделала. Есть что-то обнадеживающее в уверенности, не так ли? - О, боже, Миранда, - тут же воскликнула Энди и обняла ее. Миранда вздохнула, и даже в темноте Энди увидела, как она закатила глаза. - Успокойся. Все уже в прошлом, не так ли? - Наверное, - пробормотала Энди ей в шею, в смесь духов и пота. Если бы она осталась в "Подиуме", их бы сейчас здесь точно не было. Миранда зевнула и прикрыла рот рукой. - И я вовсе не мучила себя чувством вины. - Верно, - сказала Энди, все равно прижимаясь к Миранде. - И ты умоляла меня о прощении, - добавила Миранда, ее голос был полон сонного веселья. - Это было невероятно приятно. - О, заткнись, - проворчала Энди, ущипнув ее за бедро. Но она не отодвинулась, даже не ослабила хватку.