Мой персональный Ад

      Вы когда-нибудь задумывались о том, что такое Ад? Многие представляют его как нечто материальное: место, где живут те, кто совершил тяжкий грех. Отчасти это действительно так, но на этом определения не заканчиваются. Прежде всего это место, где обитает тот, кто сторожит нечестивые души - демон. Или дьявол, кому как больше нравится. Не подумайте, что это одно единственное существо, ведь нас здесь вполне достаточно, чтобы выделить в отдельную расу и считаться с ней так же, как и с человеческой.       И кажется, что все так просто и понятно: вот тебе Ад, вот в нем живут всякие твари-демоны и охраняют заключенных, чтобы те не выбирались во внешний мир. Но и тут еще не все. Давайте рассмотрим Ад как нечто… нематериальное. Представьте такое идеальное место, в котором вы бы могли жить, не зная бед. Каждый сейчас подумал о чем-то своем, о чем-то приятном. Для меня этим приятным была любовь родителей. Сами по себе они достаточно кровожадные «люди» для того, чтобы их могли бояться и уважать одновременно. Тем не менее, я не настолько хорошо знал их зловещую сторону, чтобы утверждать наверняка. До определенного момента.       Мне было примерно семь лет, когда отец появился на пороге нашего дома после очередного тяжелого рабочего дня. Казалось, все было как обычно: я встречал отца с улыбкой на лице, он как обычно улыбался мне в ответ. Но все же что-то было не так. Моя мать - Кардея, стояла позади меня и ни на шаг не приблизилась, чтобы поприветствовать отца. В глухой тишине прозвучали лишь ее слова: «Убери отсюда эту… тварь…». Сначала я совершенно не понял, о ком она говорила: ее взгляд никак не пересекался с моим, так что я по-лучше осмотрел своего отца и обнаружил за его спиной нечто, что разрушило нашу семейную идиллию. Это была девочка: на вид не больше пяти лет. На ней был странный мешок, отдаленно напоминающий платье, предательски не скрывавшее ее хрупкого телосложения. Ее босые ноги покраснели от холода - да-да, и в Аду бывают зимы, и похуже, чем в Мире Людей, - руки дрожали. Я окинул ее взглядом снизу вверх и заострил свое внимание на лице: она была копией моей матери! Красные маленькие рожки, черные, как смоль, волосы, большие кроваво - красные глаза, которые казались еще больше от слез и она…наша родинка под правым глазом - знак нашей семьи. Девочка пряталась за моим отцом и я невольно и по-собственнически перевел глаза на человека, выступавшего щитом для этого несчастного создания. — Папа? — не смог я сдержать своего ревностного тона. — Кто эта девочка?       Отец вывел за руку девочку из-за своей спины, несмотря на все ее сопротивления, поставил прямо передо мной, присев на корточки. — Это Астарта - твоя младшая сестра, — сказал отец слегка охрипшим голосом. — С сегодняшнего дня она будет жить с нами.       Мне показалось, что моя мама и я одинаково молчали, переводя взгляд то с папы на девочку, то наоборот. Мне не дал ничего сказать разорвавшийся криком в тишине голос мамы. Она быстро подошла к выпрямившемуся отцу и отчеканила по его щеке звонкую пощечину. Дальше я не видел ничего: меня и это странное существо увела одна из служанок.       После того дня в нашей семье что-то сломалось. Прошла неделя: мама больше не улыбалась, отец с каждым днем все больше времени уделял работе, а иногда даже пропадал на несколько дней. Астарта тоже пропала, и все, о чем я жалею сейчас, так это о том, что не протянул ей руку. В нашем поместье стало непривычно тихо. В тишине миновала еще одна неделя: мне стало до смерти скучно. Учеба не приносила удовольствия, книги не казались такими нужными, как раньше, так что я отправился бродить по поместью в поисках того, что могло бы меня занять.       Дом никак нельзя было назвать маленьким. Десять минут уходило лишь на то, чтобы обойти третий этаж, и то, не целиком: оставался только чердак, на котором хранилось то, чем мы не пользуемся, пользуемся крайне редко или по особому поводу. Такой повод как раз настал. Я без колебаний и зазрения совести распахнул дверь и… рухнул от увиденного. Среди кучи старых вещей и игрушек, отцовских карт и маминых украшений с к празднику сидела та самая пропавшая две недели назад девочка. Сейчас она выглядела куда хуже, чем тогда: ее волосы были спутаны и больше напоминали небрежно поставленную кляксу на клочке бумаги, глаза выглядели потускневшими и уставшими, пухлые розовые губы были искусаны в кровь. Ее тело казалось более исхудавшим, и этому способствовали кандалы на шее и ногах.       Сфокусировав на мне взгляд, девочка забилась в угол, закрываясь от меня своими тонкими ручками; я не знал, что делать и как мне следовало бы реагировать, но в тот момент своей еще детской головой я понимал две вещи:       Во-первых, передо мной сидит причина, по которой рушится моя семья.       А во-вторых, эта причина - один из членов моей семьи. Эти две мысли не давали мне покоя. "Она твоя сестра" - в моей голове эхом звучал голос отца, в то время как Астарта пряталась от меня за очередной тряпкой. От этой картины мое сердце сжалось в ком. Я не знал, чем это невинное создание заслужило такое отношение к себе, но знал наверняка: я хочу защитить это хрупкое тело, эту хрупкую душу от того, что могло бы ей навредить. Так начинается история моего персонального Ада.