Ломаный вектор

Феромон течной омеги пробирался в нос и разгонял кровь. Сердце забилось чаще, мысли путались. Неон медленно встал со стула. Аиша забилась в угол, царапая ногтями ноги и руки. Она боролась с собой. Однако это продлится недолго. Неон с разбегу попытался выбить дверь. Плечо засаднило, а замок остался целым. Он пробовал снова и снова, но ничего не вышло. — Черт! — он запустил руки в волосы и взлохматил их, — Аиша, ты должна связать меня. Прямо сейчас! — рявкнул альфа, тяжело дыша. Аиша нерешительно встала, пошатываясь и что-то бормоча себе под нос, каждый шаг давался с трудом. Ноги были ватными. Неон метнулся к стулу и быстро сел, задерживая дыхание. Благодаря тренировкам, он мог продержаться без воздуха шесть минут. Руки девушки тряслись, она подняла веревку с пола и начала обматывать ею чужие запястья. Она старалась привязать их настолько крепко к стулу, насколько это было возможно, но получалось с трудом, потому что пальцы не хотели слушаться. Аиша рвано глотала воздух. Когда руки кронпринца были зафиксированы, она приступила к правой щиколотке. Нерешительно подняв взгляд на пленника, она заметила, что тот закрыл глаза и его грудная клетка оставалась неподвижной. Девушка попыталась ускориться. Ноги привязывать оказалось легче. — Я… Закончила, — она постаралась отползти как можно дальше, потому что идти уже не было сил. — Ты не взяла с собой никаких устройств связи? — Неон выдохнул и открыл глаза. — Нет, я спала и выбежала из комнаты, как есть, — подрагивающим голосом ответила омега, свернувшись в калачик на полу. — Чертов Оскар… Убью нахуй, — его тело непроизвольно напряглось, хотелось вырваться из пут. Аиша начала извиваться на полу. Скользкая плитка приятно холодила разгоряченное тело, но мозг все равно отказывался работать.       «Нужно потерпеть, Оскар придет, он же не оставит нас тут на ночь… Боже, как же классно пахнет. Ель, сосна, мята, свежая смола… Нет, заткнись!» Девушка перевернулась на спину и убрала волосы с лица, она выгибалась, было жарко, рука потянулась к животу и ниже. — Прекрати. Аиша, соберись, — Неон почти стонал, наблюдая за ее телодвижениями. Она повернула голову в его сторону, так что кронпринц заметил ее затуманенный взгляд. Его феромон бушевал, хотя он и старался сдерживать его. К животу подступало напряжение. Аиша медленно приняла сидячую позу, а затем попыталась встать. «Хочу подойти, хочу дотронуться. Нельзя. Мне нельзя! Хочу». Она делала шаг за шагом. — Остановись! Не смей! — Неон дергался на стуле и рычал, но сам безумно желал, чтобы она продолжала идти, чтобы не прекращала идти ни смотря ни на что. Аиша не остановилась. Она уселась на его колени, коснулась небритой щеки, наклонилась к шее и прошептала в ухо, прикусывая мочку: «Как же ты охренительно пахнешь». Альфа сорвался, в штанах уже было тесно. Он начал целовать ее шею, царапая клыками тонкую кожу. Начертил линию языком до подбородка. Нашел ее губы, остервенело впился в них, посасывая то нижнюю, то верхнюю. Аиша отвечала нежно, послушно. Языки сплелись. Он прорывался в ее рот, ласкал небо, сталкивался с ней зубами. Альфу сдерживали только веревки, из которых он отчаянно пытался выбраться, кожа горела от трения. Девушка резко отстранилась и заглянула в черные глаза. Растерянность, желание продолжить, нетерпение, страсть — эта тьма более не казалась равнодушной и холодной. Она захотела освободить его, почувствовать его прикосновения. «Какими будут его ладони? Шершавыми или мягкими? Грубыми или ласковыми?» — Аиша прислонилась всем телом к связанному, заглядывая ему за спину и потянулась рукой к веревке. — Нет! Даже не вздумай! — громкий тяжелый голос отскакивал от стен. — Почему? — она заглянула ему в глаза и начала ласково поглаживать растрепанные волосы, провела пальцами по шраму на брови, — я хочу тебя. Тяжело. Было очень тяжело сопротивляться, особенно когда она говорила так нежно, касалась почти невесомо, вызывая стаи мурашек по всему телу. Однако он в этой ситуации оставался самым здравомыслящим и понимал, что Аиша пожалеет, что будет корить себя за слабость, а, может, опять обвинит его. Раньше Неон готов был принять ее ненависть, но сейчас не смог бы. Он до крови закусил губу, отчего цитриновые глаза задрожали. Она часто задышала, наблюдая, как струйка крови медленно стекает по подбородку к шее, а затем ключицам. — Прекрати, тебе же больно! — она впилась пальцами в его плечи. — Ты пришла в себя? Она провела рукой по его губам, размазывая кровь. — Прости… — За что? Она горько улыбнулась, по ее щекам текли слезы. Брови Неона невольно дернулись. — Какая же тяжелая у нас с тобой жизнь, — сказав это, она поцеловала его. Медленно, едва касаясь и снова отстраняясь, постепенно увеличивая напор. Неон отвечал на поцелуй терпеливо, хмурил брови, потому что держать себя в руках становилось все сложнее, а Аиша безумно соблазнительно пахла. Знакомо. Запах уюта, спокойствия, запах женской кожи вперемешку с каким-то ненавязчивым флером эфирных масел. Он слышал этот запах раньше, только не мог понять — где. Веревки на руках ослабевали. — Ты совсем не умеешь связывать людей, — сказал он в ее губы и высвободил руки. Его ладони метнулись к ее бедрам, плавно скользя вверх под ночную рубашку. Девушка обхватила его за плечи, прижимаясь всем телом. Неон сжал ее ягодицы, тяжело дыша в ее шею, целуя, кусая ключицы. Аиша скользила руками по его плечам, исследуя руны, затем по груди, задевая соски. Ее пальцы уже очерчивали линии пресса. Кожа в местах ее прикосновений воспламенялась. Его руки гладили ее спину, нащупывая каждый позвонок. — Шершавые и горячие, — прошептала она. — Что? — поднял на нее недоуменный взгляд Неон, приостановив ласки. — Твои руки, — поразительно тепло улыбнулась она. Он опустил голову на ее плечо в бессилии. «Чертов Оскар! Хочу ее. Надо собраться. Хочу ее. Должен быть выход, черт возьми. Хочу. Где он шляется, сучий потрох!» Замок щелкнул. Неон чуть не подорвался с места, но Аиша и связанные ноги помешали этому. Дверь распахнулась. — Блять! Чей это феромон?! — Оскар вошел и сразу же зажал нос. — Ты, ублюдок, ты хоть понимаешь, что натворил? Потом поговорим! Быстрее развяжи мои ноги! — Неон рявкнул на него, крепко прижимая к себе девушку. Оскар оторопело подбежал и освободил щиколотки брата. Альфа мгновенно вскочил со стула, подхватив Аишу поудобнее, и вылетел из комнаты. Он несся по коридорам, пока его проводили взглядами редкие горничные в испуге. Достигнув нужной комнаты, распахнул дверь, одной рукой придерживая женские бедра, вошел и бережно положил ту на кровать. Не хотелось отстраняться, не хотелось отпускать, но он провел тыльной стороной ладони по ее щеке и быстро вышел из спальни, сопровождаемый удивленным и расстроенным взглядом. Оскар уже ждал брата за дверью комнаты. — Что произошло? — беспокойным голосом спросил тот. — Не сейчас, идиота кусок. Потом тебе взбучку устрою. Звони ее личной горничной. А мне нужно выпустить пар, — дергано ответил Неон, стараясь не смотреть на брата, чтобы не ударить. Оскар послушно набрал номер Минко, с беспокойством провожая глазами спину удаляющегося брата. Быстро обрисовал ей ситуацию и поспешил прочь. Феромон возбужденной омеги доставлял ему неудобства, и он думал: насколько же, должно быть, тяжело было его брату, у которого была очень высокая совместимость с этим самым феромоном. Мысли младшего принца блуждали в хаосе. Он не до конца понимал, что там произошло, но зато четко уяснил, что допустил ужасную ошибку, и его шалость зашла слишком далеко. Он теперь не представлял, как будет смотреть в глаза Аише. Оскар боялся ее реакции даже больше ярости Неона.

***

Спустя три дня течка Аиши прошла. Она решила не пить подавители вопреки желанию, потому что они могли поспособствовать гормональному сбою на этапе формирования циклов. Вместо этого она заперлась в своей комнате и находилась под надежным присмотром Минко, которая, словно цербер, охраняла подругу и никому не давала приблизиться к ее спальне. На протяжении этих долгих трех дней ее преследовал аромат хвои и мускуса, от которого хотелось лезть на стенку. Утро выдалось пасмурным, а настроение девушки было подстать погоде. Обезболивающее нивелировало менструальные боли, и теперь ее мысли полностью прояснились. Аиша сидела на кровати, обхватив колени руками, и смотрела в окно. Было так страшно. Страшно от осознания того факта, что она не могла контролировать сознание и тело. Она смутно помнила свои мысли и противоречивые эмоции, которые нахлынули на нее тогда в подвале. Она безумно хотела оказаться в мужских объятиях, и это желание одновременно принадлежало и было не свойственно ей. К горлу подступала паника и отчаяние: «Неужели мне придется испытывать это из раза в раз? Как вообще люди в этом сумасшедшем мире справляются с этим? Как же я скучаю по своей родине… Знала бы Соня, с чем мне пришлось столкнуться…» Неожиданно в дверь постучали. Аиша подумала, что это Минко, и пригласила войти, но посетителем оказался тот, кого она сейчас меньше всего желала видеть. Аиша вцепились взглядом в мужскую фигуру, силясь выйти из состояния онемения мыслей. — Здравствуй, — вот и все, что сказал кронпринц, присев на стул, на котором она обычно сидела, когда работала за столом, напротив ее кровати. — Здравствуйте, Ваше Высочество, — девушка непроизвольно сжалась. Неон нахмурился от официального тона, но решил никак это не комментировать. Он ожидал, что его невеста будет вести себя отстраненно или смущенно, а в худшем случае будет выражать к нему отвращение. — Как себя чувствуешь? — кронпринц пытался прощупать почву, голова отказывалась соображать. Он не знал, что говорить в таких ситуациях. — Мне страшно, — она не отводила от него пронзительного взгляда, наблюдая за каждым его движением. — Ты боишься меня? — он взял что-то со стола, перебирал в руках какие-то мелочи. Голос был усталым. — Нет. Я боюсь, что в один прекрасный день с охотой прыгну в койку к человеку с личным гаремом, чего в нормальных обстоятельствах не сделала бы никогда, — голос был холоден, словно сталь. Неон усмехнулся, отложил посторонние вещи, закинул ногу на ногу и облокотился о стол локтем, внимательно заглянув ей в глаза. — А ты знаешь, зачем правителю нужен гарем? — Статус? Сброс напряжения, чтобы не сказывалось на работоспособности? — Частично ты права. Однако есть более конкретная причина. Догадываешься? — кронпринц сел ровно, не отводя внимательного взгляда от собеседницы. Аиша задумалась. В голову не приходило идей, поэтому она лишь выжидающе наблюдала за телодвижениями Неона. — Это гон, — ответил он низким голосом наконец. Она вздохнула от осознания того, насколько же эта причина очевидная. — В противовес омегам, которых каждый месяц настигает течка, альфы мирятся с гоном, который случается раз в полгода и длится неделю. Тебя не устраивает то, что у меня есть гарем? Ладно, тогда, может быть, ты желаешь составить мне компанию во время следующего гона? — кронпринцу откровенно не нравились ее упреки в его сторону, поэтому он невольно заговорил строгим голосом. — Я не говорила, что меня не устраивает то, что у Вас есть гарем. Я сказала, что не хочу спать с мужчиной, у которого толпа любовников. Неон усмехнулся, а затем тихо засмеялся от бессилия. — Аиша, это одно и то же, — с нажимом проговорил он. — А знаешь, я не хочу спорить с тобой по этому поводу. Может быть, это и к лучшему. Ведь во время течки сексуальное желание заглушает все: принципы, страхи, истинные желания. Моя роль ведь заключается в вынашивании ребенка от тебя, верно? — она начала истерически посмеиваться, вставая с кровати. — Так какого черта ты сдержался? Я ведь была не против! Он встал со стула и подошел к ней, слегка наклонился к ее лицу, заглядывая в ее золотые глаза. Аиша не отстранялась, хоть и нервничала, отчего ее пальцы подрагивали, и она сцепила их в замок за спиной. — Ты была бы счастлива, если бы я так поступил? Я уже сыт по горло твоими перепадами настроения. Пора бы уже понять, в каком положении ты оказалась. Я не могу нянчиться с твоими чувствами, потому что на мне ответственность за миллионы граждан. Ты бываешь довольно рассудительной и сдержанной, однако в данный момент ты зациклилась на самой себе и не видишь картину в целом. Это нормально для любого другого человека, но не для императрицы, — Неон пытался говорить максимально спокойно, однако понимал, насколько жестоко могут прозвучать эти слова для юной девушки, которую запихнули в подобные обстоятельства против ее воли. — Почему это должна быть я? Почему я должна приносить свое счастье в жертву ради всех этих людей? — она с мольбой и обидой в голосе ответила ему, отчего в груди Неона что-то болезненно сжалось. — Потому что такова твоя роль… Как и у меня. Ты можешь либо принять сложившиеся обстоятельства и приспособиться, либо погубить себя, — он отстранился, ибо был не в силах больше терпеть близость с ней, которая в последнее время вызывала в нем больше эмоций, чем хотелось бы, — найди себя среди всего этого. Порой счастье, за которым ты так гонишься, оказывается там, где ждешь меньше всего, и приобретает форму того, о чем бы ты никогда не подумала. Ее зрачки дрогнули, и она задумалась о чем-то своем, уставившись в пол и закусывая губу. Неон засмотрелся на терзаемые губы девушки, но поспешил одернуть себя. «Чертовы феромоны, она совершенно их не контролирует. Я вообще шел сюда, чтобы узнать, каким образом она попала ко мне в комнату несколько дней назад, а главное — зачем? Когда увидел отчет о посетителях от Лодыря, бился над этой загадкой несколько часов. Еще и среди ночи заходила!» Однако кронпринц не озвучил вопросы, которые его мучали, потому что понимал, что сейчас это было бы неуместно. — Ясно, спасибо, — она сжала подол длинной ночной рубахи, пытаясь занять вспотевшие ладони, и подняла на него свой взгляд. — За что? — почему-то он никогда не мог понять, за что Аиша извиняется или благодарит, потому что делала она это всегда неожиданно и по самым неочевидным для него поводам. — Ты же пытался меня подбодрить? Ты во всем прав, веду себя как капризный ребенок, беру во внимание только свои чувства. Извини меня, давай впредь будем хотя бы сотрудничать, чтобы не осложнять друг другу жизнь еще больше? — она протянула ему ладонь улыбаясь в просьбе скрепить это устным договором [1]. Неон почувствовал какое-то необъяснимое и мимолетное тепло в душе. Он охотно провел своей рукой по ее ладони, чуть задерживаясь на кончиках пальцев, ощущая щекочущий зуд в месте соприкосновения с ее кожей. Неон не ожидал, что еще раз увидит на ее лице эту нежную улыбку. Образы из воспоминаний о той ночи в подвале начали вспыхивать в голове. Он решил, что пора уходить, пока его феромон не выдал его желания. — Что ж, ты тогда отдыхай, мне нужно идти, — он направился к выходу, — ах, да, не прощай Оскара слишком быстро, а еще познакомься как-нибудь с новым телохранителем, — бросил Неон у самой двери и вышел. Аиша улыбнулась, подумав: «И не собиралась. Он у меня за все ответит… Интересно, кто будет меня охранять на этот раз? Предыдущий альфа был таким чопорным и молчаливым».

***

— Здравствуй, Веамин, присаживайся. Ты пришел познакомить меня с новым телохранителем? — Аиша опустилась на диван, который полукругом огибал журнальный столик, напротив главы КСИК. — Добрый день, леди Аиша. Да, возможно, Вы наслышаны о нем. Его зовут Танат Белави. Молодой человек невероятно предан своему долгу и выказал искреннее желание обеспечивать Вашу безопасность. Его навыки определенно заслуживают доверия, — затараторил старик, присев обратно на свое место. — Интересно… И что же герой войны забыл среди телохранителей? Разве это не странно? Он мог бы легко обеспечить себе блистательную карьеру среди военных, — Аиша с подозрением взглянула на Лурииджи. — Что может быть важнее и почетнее услужения будущей матери империи? — лорд потер ладони с добродушной улыбкой. Аиша чуть не закатила глаза. Спрашивать старика было бесполезно, она давно уже поняла, что их мировоззрение и приоритеты разительно отличаются. Однако ей было до дрожи любопытно взглянуть на свирепого воина, каким его описывал Оскар, и сравнить его с юношей, который напомнил ей верного пса, из ее воспоминаний. — Что ж, пригласи его тогда, пожалуйста, спрошу у него лично, — сказала Аиша и уселась поудобнее, уставившись на дверь.