Сказки Крисби

С этой минуты её положение в доме переменилось. Она более не ощущала себя в безопасности. То, что поначалу казалось ей милой игрой, обернулось потерей свободы, потерей места и что тяжелее всего – потерей честного имени. Если даже каким-то чудом ей удастя покинуть этот проклятый дом, то как ей объяснить своё столь долгое отуствие. И если она сумеет оправдаться перед соседями и что важнее – перед Джеком, то как она сможет оправдать саму себя. Дейзи ни за что не призналась бы в этом себе, но ей нравилось разгадывать загадки, нравилось примерять красивые платья, нравилось пробовать непривычную еду, приготовленную Мартой, нравились разговоры, которыми увлекал её Питер. В нём было что-то такое, что волновало её, какая-то более серьёзная тайна, чем те, в которые он уже успел её впустить. Впрочем даже та доля откровенности, которую он предлагал ей, подкупала. Дейзи много размышляла о его умершей жене и замечала, что эта женщина вызывала в ней смешанные чувства восхищения и зависти. Хотела бы она обладать столь многими талантами. Одним словом, Питер разбередил что-то в её душе, проделал дырочку, которую хотелось чем-то заполнить, чем-то, чего не существовало в той её прежней жизни. Тем не менее оказавшись запертой в этом доме на неопределённый срок, она не собиралась сидеть сложа руки. Прежде всего она твёрдо была намерена сдержать своё слово и отблагодарить женщину, так тепло к ней относящуюся и скрашивающую томительные минуты ожидания. Дейзи уговорила Питера привезти ей из города отрезы тканей, кружева, пуговицы, булавки, напёрстки, и принялась за дело в своей комнате. Для начала она перетащила в комнату стол, обнаруженный в чулане (стол был весь в паутине и вероятно остался ещё от прежнего хозяина). Дейзи намочила тряпки и тщательно протёрла его от пыли и паутины. Когда рабочее место было подготовлено, она разложила отрезы ткани и нагрела утюг, спустившись за углями на кухню. Поверх разглаженной ткани выложила несколько газет и сверяясь с мерками, снятыми накануне, принялась чертить выкройку. Она так увлеклась, как всегда, оказавшись в своей стихии, что не сразу поняла, откуда доносится стук. Казалось, какая-то птица села на карниз и стучит клювом в окно. Дейзи подошла к окну, но не увидела никакой птицы. Стук повторился, и на этот раз она заметила фигуру внизу. Мужчина наклонился за новым камушком на гравийной дороге, и когда он поднял своё лицо, Дейзи к радости своей узнала Джека. Она помахала Джеку рукой, привлекая его внимание, и их взгляды встретились. Джек приложил палец к губам и исчез за углом дома. Вскорости он появился снова, но на этот раз в его руках была деревянная лестница. Джек приложил лестницу к стене, она почти доставала до окна Дейзи, и стал взбираться наверх. Когда его лицо появилось в окне, Дейзи указала на заглушки, закрывавшие окно, и подняла плечи в знак растерянности. Минута нерешительности, и Джек, сняв свою куртку, обмотал её вокруг локтя и ударил стекло. Брызги осколков разлетелись в разные стороны. Джек протянул руку в образовавшуюся дыру и попробовал поддеть заглушку. И о чудо, окно открылось. Он подал Дейзи руку, и она подобрав юбки, аккуратно вскарабкалась на подоконник, перешагнула через раму окна и развернулась к окну лицом. Им удалось незамеченными спуститься с лестницы, когда Джек взял её за руку и увлёк за угол в открытый сарай. В сарае пахло сыростью и пылью. В луче света, струящемся сквозь маленькое окошко на противоположной от двери стене, танцевали снежинки пыли. У стены, за деревянными ящиками и пустыми горшками примостились два велосипеда. - Я заприметил их здесь, когда искал лестницу. Надеюсь, что они на ходу. - Джек, я не узнаю тебя, ты предлагаешь мне украсть велосипед? - Ты украдёшь велосипед, а я украду тебя, - он легонько приобнял её за талию и чмокнул в губы. Они выехали через калитку, миновав главные ворота. Странно, но никто не пытался им помешать. Даже собак не было слышно. Возможно хозяин отправился на охоту, забрав их с собой. Впрочем сейчас не время гадать. Когда они настолько глубоко погрузились в лес, что деревья, сомкнувшись за их спинами, скрыли поместье, сердце Дейзи наполнилось радостью. Ветер целовал её щёки и запутывал волосы, солнце пригревало, птицы щебетали, воспевая новый день. Ей хотелось скинуть с себя затхлость недавнего заточения, как тяжёлый плащ. Они долго ехали по лесу, пока наконец деревья впереди не стали редеть, и показались поля. Дейзи притормозила велосипед и завалив его набок и расправив с стороны руки побежала в поля. Ей хотелось надышаться этой свежестью травы допьяна. Джек вскорости догнал её, обхватил за талию и повалил на траву. - Дейзи, стой, мне нужно сказать тебе что-то важное. Дейзи развернулась к нему и подложила под голову локоть: - Что-нибудь случилось дома? - Нет, дома всё в порядке. Но ты не хочешь объяснить своё отсутствие. Вопрос Джека заставил её смутиться: - Это сложно. Я играла в игру. - Игру? – на его лице отразилось удивление. Казалось, это совсем не то, что он ожидал услышать, - Дейзи, здесь творится что-то дьявольски неправильное. Послушай, ты должна это знать. На полпути за тобой мы с Крисом встретили Бетси, помнишь её? - Конечно же я помню Бетси. - Ну так вот, Крис предполагает мы спугнули того, кто пытался её задушить. И я так боялся, что могу не успеть и с тобой тоже что-то случится. Я никогда бы себе этого не простил. - Я не думаю, что это как-то связано. Со мной обращались очень обходительно, и я сама виновата в том, что так надолго задержалась, - признаваться в том, что Питер её околдовал, не хотелось, но что поделать. - Послушай, Дейзи, а ты не встречала по дороге мороженщика с тележкой? Теперь пришёл черёд Дейзи удивляться. - Да, как ты узнал? - И ты съела мороженое, и потом с тобой стали происходить какие-то непонятные вещи? - Я съела мороженое, но ничего странного как будто не произошло. Погода испортилась. Выпал град. - В июле? - Ты прав. Не знаю, почему я не придала этому значения раньше. Ты думаешь, этот град как-то связан с мороженщиком? Питер так туманно сказал про какие-то «штучки», которые устраивает Мадхуп. - Мадхуп, кто это? - Ах, я не сказала, тот мороженщик, которого я встретила, он на самом деле никакой не мороженщик, а дворецкий в доме Питера. - Бетси тоже встретила мороженщика, и мы с Крисом успели уловить фигуру, удалявшуюся в лес, возможно это как раз был он? Я думаю, он подмешивает какое-то галлюциногенное снадобье и потом душит свою жертву. - Мадхуп? Нет, что ты. Он совершенно не производит впечатление убийцы, он милый безвредный старик. Да и зачем ему. Вы с Крисом явно что-то не так понимаете. - Крис уже должен быть в полицейском участке, и нам с тобой надо тоже туда непременно наведаться, и ты расскажешь всё, что с тобой случилось. - Джек... – острая боль пронзила её, - мне совсем не хочется в полицию. Я уверена, что это какое-то недоразумение, и Мадхуп не имеет отношения к тому душителю, которого вы ищете. Дейзи приподнялась и села на траву. - Мне очень жаль, но теперь мне кажется, что я зря уехала. Питер не желал мне никакого зла, а из-за всей этой истории я боюсь, что теперь он может оказаться в неприятном положении, я должна предупредить его. - Предупредить убийцу? Дейзи, ты сошла с ума! - Теперь у тебя уже и Питер выходит убийцей. Ты же только что намекал на Мадхупа. - Ты называешь его Питером, вы настолько сблизились? Нет никакой разницы, если Мадхуп его дворецкий, не исключено, что он делал это по поручению хозяина. - Но Джек, послушай себя сам со стороны, зачем мистеру Фостеру может потребоваться убивать какую-то невинную девушку? Это бессмылица какая-то. Мистер Фостер играл со мной в игру, и я уже была близка к разгадке, когда ты ворвался, и спутал все мои планы. Не стоило меня спасать. - Ах, вот как? – Джек вспылил, - Ты предпочла бы остаться наедине с убийцей? - Я не хочу больше этого слушать. Я возвращаюсь. Здесь скрывается какая-то тайна, и я должна её узнать, мне осталось совсем немного. Мне очень жаль, Джек, что так получилось.