Натуралы — это не моё!

Бакуго проснулся, откинул руку в сторону и удивлённо открыл глаза — этого придурка рядом не было. «Наверное, в душе… справляется с стояком, — хмыкнул он и прислушался. Вода вроде не шумела. — Неужели съебал домой и даже не предупредил?!» Сунул руку под подушку, но телефона там почему-то не оказалось. Бакуго перевернулся, оглядел комнату и офигел: Киришима умудрился прибраться, даже пустые бутылки унес из комнаты, когда он сам вчера сразу же отрубился, наплевав на все — спать хотелось просто нещадно. Бакуго закончил инспекцию, найдя единственный минус — стол стоял криво и угол ковра был некрасиво загнут, сглотнул и скривился: во рту было сухо как в пустыне, но голова, как ни странно, не болела. Он зевнул, потянулся и пошлепал на кухню — может там чертов мобильник и этот придурок написал, какого хера ускакал ни свет, ни заря — все же нормально вчера было… «Ну да, все нормально, если не учитывать, что у тебя вообще встал на этого дебила, который, к тому же, тебе еще и друг. А потом тебя опрокинули на ковер как какую-то «девочку», а ты, вместо того, чтобы вести себя как мужик, млел снизу от поцелуев и дрочки натурала… А так, да, все было нормально — настоящая пацанская посиделка…» — ехидный внутренний голос был тут как тут. «Да иди ж ты на хуй с утра!» — огрызнулся Бакуго и открыл дверцу холодильника, доставая бутылку с водой. Холодная жидкость прокатилась по сухому горлу и вмиг привела в чувство. Бакуго вспомнил, что выкладывал мобильник в коридоре и заглянул туда. Так и было — смартфон лежал на тумбочке и моргал зелёным индикатором, ставя в известность о поступивших сообщениях. Кед Киришимы не было. Бакуго немного посмотрел на пустое место на полочке, где обычно стояли красные конверсы этого придурка и почему-то стало немного грустно от мысли, что его бросили одного в пустой квартире без объяснения причин. Он нахмурился, дернул головой, отгоняя от себя это противное ощущение, перевел взгляд на телефон в своей руке и ткнул в значок сообщения, возвращаясь на кухню. Киришима писал, что убежал в его майке выручать напившегося друга. Бакуго криво улыбнулся — ну что за придурок, а? В четыре утра подорвался и побежал — это же надо же… «Заботливый он всё-таки друг, пусть и недалекий, — невольно отметил он про себя и снова открыл холодильник. — Киришима стопудово забыл контейнер». Дела именно обстояли так, как он и предполагал: этот придурок забыл подготовленную темпуру для Каминари, которую вчера так выпрашивал. В холодильнике также стояла тарелка с тем, что они не доели, и ещё целых четыре алкогольных коктейля. Бакуго удивился — ему казалось, что они вчера все выпили, а нет — ещё осталось… «А слабо еще накатить и повторить вчерашнее, а? — язвительно хихикнул внутренний голос. — Тебе же понравилось, да и Киришима вряд ли откажется… Может, пора спать со своими друзьями? Что ты теряешь?» Бакуго посоветовал совести заткнуться — ему и так не очень приятно вспоминать, что вчера сам же свои принципы нарушил, да ещё с кем… А то, что еще и понравилось, хотя не должно было — вот об этом явно стоит забыть — ему просто показалось, ведь алкоголь и недотрах — страшная смесь. Он облизнул губы и немного поморщился — нижняя побаливала, но тут же отмахнулся от настойчиво всплывающих воспоминаний и принялся набирать сообщение этому придурку, чтобы Киришима не напридумывал себе, что Бакуго его игнорирует после вчерашнего или, наоборот, что у них что-то большее теперь, чем просто дружба. «Прив! Ну, что, спас своего дружка? Головка не болит? Кста, ты темпуру забыл. Если не придёшь сегодня, я ее съем». Быстрого ответа не последовало и Бакуго с чего-то погрустнел — Киришима обычно отвечал сразу. Одернул себя, что не будет загоняться из-за таких мелочей и открыл ещё раз холодильник, задумчиво посматривая на оставшийся алкоголь и прикидывая выпить ли все самому или всё-таки пригласить Шинсо поговорить? «Да он меня точно нахер пошлет: месяц не виделись, и тут я снова со своими загонами по Киришиме», — вполне логично заключил Бакуго и побрел в комнату — на душе скребли кошки — хотелось рассказать, что ему чертовски неуютно впервые в жизни, и он не знает как дальше быть. Забрался под одеяло и закрыл глаза, решив сегодня проспать весь день, а завтра просто пойти на работу как ни в чем не бывало. И обязательно назначить свидание очередному симпатичному мальчику: пора выкинуть из головы этот бред про поцелуи, чтобы его кто-то ждал дома и прочую подобную хуйню — это не про него и не для него — и вернуть все на круги своя. Невесёлые размышления о собственном бытие, в котором пошатнулись его железобетонные принципы, прервал телефонный звонок. Бакуго удивлённо моргнул: кому он вообще может понадобиться в воскресенье, и, не глядя, снял трубку. — Что? — устало спросил он, думая, что это будет очередная реклама по телефону и какой-нибудь женский голос будет ему вежливо затирать про корень женьшеня или ещё какую-то дивную хуйню, которая ему абсолютно не нужна. — А чего голосочек такой грустный? Неужели сессию завалил? — насмешливо поинтересовался Шинсо в трубку. — Или похмелье после празднования сдачи сессии? — Угу, моральное у меня похмелье, — не стал вдаваться в подробности Бакуго. — Ничего, оклемаюсь и опять будет голосочек бодрый, чтобы ты меня больше не подъёбывал. — Тогда открывай дверь, похмелье ты мое моральное, я тут пиво попить пришел, — хохотнул Шинсо, а у Бакуго отвисла челюсть: правда, что ли, припёрся? Он бросил трубку и пошел проверить: с друга станется взять его на понт. Однако, на пороге, и правда, стоял Шинсо с пакетом из ближайшего супермаркета и хитро улыбался. — Ничего себе, — присвистнул он, заходя и передавая пакет Бакуго. — Выглядишь помятым. Неужто вы так вчера знатно набухались с Киришимой? Значит я прям вовремя — опохмелишься и жизнь заиграет новыми красками! — Если бы только набухались… — Бакуго прикусил язык — он же вроде не хотел грузить Шинсо, даже звонить тому не стал. — Так, пойдем-ка на кухню и ты мне все расскажешь, — Шинсо повернул Бакуго и подтолкнул к кухне. — И если я говорю «все», то значит в деталях, понял? — Да нахуя тебе это надо? Опять же то же самое… — начал было отмазываться Бакуго. Столько не виделись, да и Шинсо сам заявился, не он позвал — явно же хотел приятное сделать, даже вон пиво купил. — Лучше давай про тебя поговорим, месяц же не пересекались. — Ой, поговорим! — согласился Шинсо, усаживая его на стул и открывая шкафчики, чтобы найти пиалу для чипсов, посматривая на друга, который сам на себя похож не был. — Бля, может тебе за супчиком сбегать после вчерашнего? — Шинсо, не суетись, не надо ни за каким супчиком бежать, — нахмурился Бакуго и полез в холодильник. — Темпура осталась, будешь? — Ого, твоя темпура, — облизнулся Шинсо, оставляя в покое шкафчики и вытаскивая пиво. Открыл банку и отхлебнул из нее. — Ещё и спрашиваешь? Конечно буду! Бакуго вытащил из холодильника контейнер и поставил в микроволновку разогреваться — возиться со сковородками не хотелось. Вспомнил, что эта порция вроде как для Каминари, но махнул рукой — раз Киришима ему не ответил, то сам виноват — Шинсо больше достанется. Высыпал принесенные чипсы в пиалу и поставил на стол. Принял протянутое ему пиво, отхлебнул и усмехнулся: — Ну, я тебя слушаю — в кои веки и тебе есть что рассказать, а то только я обычно во время наших встреч на Киришиму жалуюсь. — Да брось, мы че не друганы? Жалуешься и жалуешься… — флегматично отмахнулся Шинсо и улыбнулся. — Тем более целый месяц я про Киришиму не слышал, считай уже почти соскучился. — Надо будет вас познакомить, — усмехнулся Бакуго. — Мы тут с Киришимой пришли к такому выводу. — Почему бы и нет? — согласился Шинсо и накинулся на темпуру, которую Бакуго поставил перед ним. — Дико вкусно! Поэтому сегодня смело брюзжи на все — за такую еду я обязан выслушать! — Вот же придурок, — беззлобно ухмыльнулся Бакуго и тоже цапнул кусочек с тарелки. — Сначала в программе твое брюзжание и не спорь! — Ладно, сам напросился, — хищно улыбнулся Шинсо, отпил пива и признался: — Походу, я влюбился. — Хера себе… — выдохнул Бакуго, не зная что сказать. Допил пиво, посматривая на жующего Шинсо, который выглядел вроде как обычно и спросил: — В натурала, что ли? — В малолетку! — фыркнул Шинсо и смял в руке пустую банку. — И это проблема, дружище… — Почему? — Он же девственник и это не на одну ночь — тут правила игры совсем другие, — вздохнул Шинсо и снова принялся за темпуру. — С такими надо по-особенному, понимаешь? Да и не хочется его тупо трахать, знаешь ли… Эти восхищённые глазенки и восторг, бля… даже не знаю, как описать… хочется его целовать нежно, обнимать крепко и не отпускать от себя. — Ебать… — выдохнул Бакуго, пораженный речью своего близкого друга, он даже не знал, что Шинсо может так выражаться, да ещё и испытывать подобные чувства. Бакуго все время для себя считал, что они как два волка-одиночки — никогда и никому не откроют свою душу и ничто не заставит их привязаться к кому-то, а тут этот мудак взял и влюбился… Может он просто сам хотел в это верить, чтобы не быть одиноким в своем подходе к жизни после нескольких неудавшихся попыток с отношениями? — Слушай, наверное, поздравляю, — Бакуго решил, что это те самые слова, что нужно сказать в этот момент. — Теперь будешь дрочить и ждать, да? — Ну, до его совершеннолетия осталась пара месяцев, — задумчиво поделился Шинсо, открывая новую банку, отодвигая от себя пустую тарелку и благодаря за потрясающий завтрак. — Подрочу и подожду, как ты правильно выразился. Я просто себя знаю — если влюбился, на других встанет с трудом, да и не получу я того удовольствия, если голова забита совсем другим человеком. — Страшное дело, эта твоя влюбленность, — усмехнулся Бакуго. — Вместо секса без обязательств, ты решил заморочиться и теперь даже потрахаться спокойно не сможешь… Сочувствую, дружище! — Да я и не просил такого, оно само появилось, — криво улыбнулся Шинсо. — И сопротивляться этому бесполезно, пойми. Через это можно только пройти, а вот с каким результатом — это зависит только от нас с ним. — Что, будешь гулять, взявшись за руки и водить его на свидания? — ехидно пересказал Бакуго слова Киришимы, чтобы задеть Шинсо. Хотелось поддеть его побольнее, за то, что как бы перестал быть прежним собой и так внезапно поменялся. — Целоваться с ним часами под луной и творить остальную дичь, как и натуралы? Шинсо откровенно заржал, смотря на брезгливо сморщившего губы Бакуго. — Это не дичь, Бакуго, это романтика. Не поверишь, но это тоже офигенно! Ее и геи творят, когда любят, — он вытер выступившие от смеха слезы. — Ты знаешь, у меня было пару раз так уже, правда и влюблялся я в тех, кто старше, а потом обламывался, но не суть. Вот в том состоянии мне хотелось и на свидания ходить, и за руки держаться, и просто целоваться до посиневших губ. От простой дрочки с любимым человеком я получал намного больше кайфа, чем иногда получаю от секса с мальчиком на одну ночь, который и отсосет по самое не балуйся, и попу красиво подставит, ну только на люстре не повисит, чтобы мне приятно было. — Это ты мне сейчас задвинул тему, типа секс без этой твоей любви полная херня, так что ли?! — ощерился Бакуго, невольно вспоминая как его целовал Киришима и дрочил ему: ощущения, на самом деле, были непривычно яркими. — Хуйня это все, так я тебе скажу! — Нет, секс есть секс, но он разный, я об этом, — улыбнулся Шинсо и подмигнул. — Жалко, что тебе сравнить не с чем, потому ты так возмущаешься и искренне не понимаешь того, о чем я говорю. — Да понимаю я! — выпалил разозлившийся Бакуго и осекся, глядя в удивленные фиолетовые глаза. — Не все, конечно, но что-то понимаю! — Так, а с этого места поподробнее, — Шинсо облизнул губы и уставился на вмиг порозовевшего Бакуго. — Ты таки переспал с Киришимой и это было по-другому, чем с твоими обычными и бывшими? — Я не сплю с друзьями! — рыкнул Бакуго. — Я тебя умоляю… У просто друзей не стоит друг на друга, не так ли? — хихикнул Шинсо. — Ладно, ты с ним не спал, но ведь что-то произошло между вами вчера? Ну так что? Ты ему отсосал или он тебе? Или друг другу? — Не отсасывал никто никому! Просто подрочили, — пробурчал красный Бакуго и начал жадно пить из банки. — А чего это ты так засмущался? Это ведь просто дрочка… Или ты опять там не договариваешь? — Да, блядь, этот придурок потребовал еще и целоваться! — А ты ведь не умеешь, — прыснул Шинсо и сразу же замахал руками, глядя на всерьез разозлившегося Бакуго. — Эй, не кипятись — это очень быстро исправляется! Могу даже научить… — Меня вчера как раз и учили! — фыркнул Бакуго и смял пустую банку пива в руке, а потом подскочил к холодильнику и вытащил из него алкогольный коктейль — пиво что-то его мало вставляло для такого откровенного разговора по душам. — А давай мне тоже, если еще есть, — попросил Шинсо и Бакуго пришлось снова открывать холодильник. Шинсо хлебнул из бутылки, довольно улыбнулся и вкрадчиво поинтересовался: — Ну и как там Киришима? Хорошо целуется? — Хорошо, — смущенно признался Бакуго, поворачивая бутылку в пальцах туда-сюда. — Но странно другое — то, что он обращался со мной нежно и ласково я понять могу — привычки натурала как-никак, но почему я делал тоже самое? Откуда во мне это? Раньше же такого совершенно ни с кем не было, Шинсо. Я схожу с ума? — Нет, не сходишь, Бакуго, — усмехнулся Шинсо, протягивая бутылку и чокаясь с ним. — Добро пожаловать в клуб! — Да чтоб тебя! — охеревший Бакуго аж руку с бутылкой отдернул. — Это просто пьяное недоразумение, а не та твоя «влюбленность». Просто недотрах, перегрузка и много алкоголя, поэтому я так поплыл и мне все понравилось — это совсем не твое возвышенное «хочу целовать нежно, крепко обнимать и от себя не отпускать»! — Тебе, конечно, виднее, — хмыкнул Шинсо, понимая, что нет смысла сейчас еще больше доказывать свою правоту. — Тогда просто забей и живи как жил — делов-то. — А сам? — хмуро поинтересовался Бакуго. — Вот скажи мне, насколько изменилась твоя жизнь, после того как ты влюбился? — Не будешь обзывать это херней? — прищурился Шинсо, делая пару глотков из бутылки. — А то как-то неприятно, хотя я понимаю тебя. — Да не называл я это херней! Я просто сказал, что страшная штука, жить спокойно мешает! Я такого не понимаю, не мое! — Бакуго выглядел хоть и злым, но виноватым. — Извини, Шинсо, если задел. Пытаюсь понять тебя, но вот, блядь, через жопу получается… Реально сорян. — Да вижу, что пытаешься. Кстати совет про свидания правильный дал, спасибо, — хмыкнул Шинсо. — Только надо подумать куда его сводить: на полчаса в кафе и в койку не канает. — Ну, Киришима вон в тир стрелять ходил, в деревню ездил, — невольно начал вспоминать Бакуго, что ему рассказывал этот придурок. — Насколько я понял из трепа Киришимы, на свидания ходят, чтобы не только приятное сделать, но и узнать человека получше. Ты знаешь, что ему нравится? — Относительно. Он катается на скейте, играет в баскетбол и футбол в школьных командах. В общем и целом он распиздяй ещё тот, но чертовски милый, — тепло улыбнулся Шинсо, рассказывая о своем возлюбленном. — Напоминает твоего Киришиму: тоже оценки через пень колоду, но парень башковитый, — если захочет, может очень хорошо учиться. — Если он похож на Киришиму, то вам точно надо познакомиться — он тебе мало того, что подскажет куда сводить твоего парнишку, чтобы сделать ему приятное, так ещё разжует как обольщать — у него же большой опыт в соблазнении девок, а те пиздец какие замороченные создания, — Бакуго закончил свою мысль, отпил коктейля и посмотрел на друга. — Как интересно карты легли, — улыбнулся Шинсо, немного удивляясь про себя, что Бакуго, на самом деле, пытается ему помочь — хотя бы на уровне идеи и слов. — Значит мне тем более надо с ним познакомиться. Когда вы встречаетесь? — Ещё не знаю, но мы точно встретимся в ближайшее время — этот придурок убежал в моей любимой майке и должен ее вернуть, — хищно улыбнулся Бакуго. — Ну вот и организуем общую встречу. Как тебе идея? — Идея отличная! — хмыкнул Шинсо, поднимая вверх пустую бутылку, дескать, у меня кончилось. — А ещё есть? А то так хочется нажраться, ты бы знал… — Да не вопрос, — хищно улыбнулся Бакуго, доставая им ещё по бутылке коктейля. — Даже в магазин за ещё парочкой готов сходить — у самого похожее желание было с утра, думал тебя позвать. — А что не позвал, поганец? — Да решил, что гружу постоянно тебя своими проблемами, надо как-то завязывать, — смущённо пробубнил Бакуго. — У тебя вон, своих хватает… — Бакуго, ты такой дебил! — заржал Шинсо, отхлебывая коктейля и смотря на Бакуго укоризненно. — Ты мой друг и важен мне, поэтому я всегда тебя выслушаю, понял? — Понял… — смущённо улыбнулся Бакуго, вспоминая претензию Киришимы, что ничего про себя не рассказывает тому. — Теперь буду звать чаще, так что не плачь, понял? Шинсо согласно кивнул и чокнулся с ним бутылками. — А расскажи мне о своем мальчике, — внезапно попросил Бакуго. Шинсо довольно заулыбался и начал рассказывать, а Бакуго внимательно слушал: ему на самом деле было интересно и другу приятно — о таком с кем угодно не поговоришь… Ну, а то, что парнишка замашками и похож на Киришиму, конечно же никак не влияло, ну вот совсем…