Зелья, Балет, Магия

      Гермиона запуталась. Совсем.       Беллатрикс приняла решение остаться в Хогвартсе на неопределённый срок, а заодно решив дать себе возможность «позабавиться» с девчонкой. Нарцисса после того вечера очень настойчиво требовала, чтобы Беллатрикс была аккуратна в своих действиях и очень хорошо следила за конспирацией. Впрочем, Беллатрикс лишь закатывала на это глаза и считала Цисси чрезмерно заботливой по отношению к юной слизеринке ровно до тех пор, пока не начала наблюдать за подопечной сестры.       Внешне она ничем не отличалась от других учеников — разве что подозрительно худа и иногда прихрамывает. К концу трех дней Беллатрикс установила для себя, что девушка любит читать, водит дружбу с Панси Паркинсон и общается с белокурой мечтательнтцей с Когтеврана, парой человек с Гриффиндора и Седриком Диггори с Хаффлпаффа. Всё, больше девушка ни с кем не водила дружбы, даже не искала мимолетного общения. Ещё Лестрейндж определила для себя, что между их с Цисси девочкой и Паркинсон глубокие дружественные отношения — Гермиона позволяла Панси трепать её волосы (Белла не видела ещё никого, кому бы такое позволялось), они обнимались когда кто-то из них был расстроен, девушки ждали друг друга с отработок и коллективно списывали. Ну, в спальню ночью Белла не стала пробираться, посчитав, что девушка достойна личного пространства.       И все бы ничего, если бы Беллатрикс помнила про просьбу сестры о конспирации. Лестрейндж иногда совершенно беспардонно разглядывала слизеринку в Общем Зале во время обеда. Разумеется, все это заметили — даже подслеповатые обращали взгляды на Гермиону. Как только до Беллы дошло осознание этого факта, разглядывания прекратились.       Вот с этого момента у Гермионы все пошло крахом. Её это напрягало — рядом сидела Панси, которая тоже начала замечать и анализировать. Первая из дуэта пришла к выводу, что она чем-то насолила Лестрейндж, и та желает ей или отомстить, или сделать что-нибудь. Вторая высказалась, что Лестрейндж просто дико скучно, вот она и рассматривает всех подряд — это проходило на правду больше, ибо преподавать Белла отказалась, решив просто ничего не делать.       Ну, почти ничего.       — Панси, — промолвила Гермиона, внутреннее наслаждаясь теплом некрепкого огневиски, — как ты думаешь, насколько мы попали по шкале от одного до десяти?       Был зимний вечер, за окнами замка тихо завывала метель, и Гермионе в этот уютный вечер удалось с потрясающим успехом угодить вместе с Панси на отработки Снейпу — профессор ЗоТИ был чрезмерно ядовит сегодня даже для своего амплуа, и Гермиона обронила неосторожную фразу в его адрес, когда Северус в очередной раз сказал какое-то сложное по составу предложение, адресовано какому-то вездесущему гриффиндорцу:       — Какой высокопарный козёл.       Сидевшая рядом Панси бесцеремонно и громко прыснула со смеху. Профессор тут же оказался рядом и только после того, как Панси, давясь воздухом, спрятала красное от смеха лицо в учебнике, отошёл, назначив им отработки.       — Хм, полагаю десять. — Панси задумчиво прикусила губу, укладывая голову на плечо Мио, воруя у подруги стакан и отпивая. — У меня такое впечатление, что я в его лабораториях уже живу из-за этих отработок.       — Всего два часа и мы пойдём в Сладкое Королевство. — сонно пробормотала Гермиона, сморенная теплом и сладостью. — Меня сейчас вырубит, Панси…       — Меня уже.       Затем слизеринка действительно заснула, камнем упав лицом в колени Герми. Грейнджер тихо посмеялась и, удобно умостив голову, погрузилась в тёплую дрему.

***

      Комната была в мягком чаде горящих свеч, пахло сладостями, дурманящими духами, шёлком и вином. Огромная кровать с серебристым шелковым балдахином, стоявшая посреди комнаты, окутывала двух женщин, расположившихся по всему периметру. На чёрном шелке стояли чаши с восточными сладостями, кубком и двумя бокалами, наполненными наполовину.       Беллатрикс лежала на боку, лицом к Нарциссе, с нескрываемым удовольствием наблюдая, как её младшая сестрёнка, лежавшая чуть выше к изголовью, была увлечена свитком Грейнджер. Лестрейндж, когда Нарцисса убрала свиток и прилегла плотно к сестре, тихо заурчала, а потом не сдержалась и прыснула со смеху:       — Наша девочка нажралась в слюни, Цисси! — заливаясь хохотом, Беллатрикс прятала красное от смеха лицо в волосах сестры. — Мерлиновы подштанники, меня сейчас порвёт от смеха!       — Ты же знаешь, это только потому, что она юна и беспечна. Ну, насколько она может такой быть. — Нарцисса хмыкнула, прижавшись к сестре сильнее и устало вздохнув. — Самое печальное, что и наказать её за это нельзя.       — Ну почему же? — промурлыкала Беллатрикс, удобно устраиваясь среди подушек и наблюдая, как Нарцисса, потеряв тепло, хмурится и ползёт ближе. — Наказать можно.       — У тебя нет оснований. Ты узнала это просто потому, что каким-то чудом разглядела её и мисс Паркинсон в щель двери. — Цисси вещала с серьёзным лицом, чем сильно веселила сестру. — Да боже мой, хватит все сводить к одному и тому же! Я, конечно, понимала на что соглашаюсь, впутывая и тебя в это, но то, что ты постоянно меня отвлекаешь, я не могу вынести.       — Перестань ныть. — внезапно серьёзная Беллатрикс встала с кровати и надела шёлковый халат. — Я тоже понимала, на что соглашаюсь, позволяя себя впутать в это, но и с меня достаточно твоих требований быть с девочкой помягче. С меня довольно — отныне я буду действовать так, как посчитаю нужным и добьюсь результата быстрее, чем твои «ванильные методы». Жди совы, сестрица.       — Белла, ну куда ты! — Нарцисса в мгновение ока обняла разозлившуюся сестру со спины. — Не злись, милая. Я просто переживаю, ведь не каждому понравятся такие… отношения, согласись? — она оставила вопросительный поцелуй у застывшей как изваяние Беллатрикс на плече. — Не надо, не злись.       — Как тебя легко сломать. — хмыкнула Беллатрикс, расслабившись и откинув голову на плечо Нарциссе. — Ладно, давай осторожно. Но предупреждаю — я не настолько терпелива.