Полубоги и посох миров

Хорошая погода сменилась кроваво-красным небом, заполненным огромными чернеющими тучами, гонимыми порывами ветра, а земля разверзлась, образовав трещину в самые недра Тартара. Раскалённый воздух задрожал от громкого голоса бога. Из Запретного леса вдруг повалили монстры самых разных мастей: здесь были и эмпусы с горящими волосами, хромавшие, но не потерявшие своей ярости, и вновь воскревший Минотавр, доставший откуда-то земное оружие, и Стимфалийские птицы, перья, клювы и когти которых сверкали, отражая красный солнечный свет. Мчались, цокая копатыми, отдалившиеся от цивилизации кентавры; с пастей Адских гончих, нашедших себе нового хозяина, стекала пена, а жёлтые клыки были словно наточены перед битвой. Скованные страхом, полубоги быстро вырвались из оцепенения и, после команд преторов и старост домов, помчались навстречу полчищам Тартара, быстро отражая атаки и превращая монстров в пыль. Земля с каждой минутой содрогалась — следующий раз сильнее предыдущего, и полубоги с волшебниками прикладывали свои усилия, чтобы удержаться на ногах. Казалось, поток чудовищ был нескончаемым — они появлялись отовсюду: выбегали из леса, возникали вдруг в воздухе, бежали из школы или поднимались из раскола. Полукровки еле успевали отражать все атаки, обливаясь потом и покрываясь грязью, ссадинами и синяками. Постоянные землетрясения начинали раздражать, замок из-за них опасно подрагивал. — Как бы Хогвартс не рухнул, — пропыхтел Фэш, создавая мощный эфер, откинувший троих эмпус на приличное расстояние. — Или не раскололся. — Шутку оценила, — губы Василисы тронула улыбка, но она тут же исчезла, когда из-за спины на девушку накинулась гончая, тут же рузребленная пополам острыми алыми крыльями. — Но надеюсь, хоть этот замок останется целым. Мимо пронеслась волна кровавой энергии, пронизывая сразу нескольких монстров. Их глаза вспыхнули красным и чудовища рухнули на землю, не подавая никаких признаков жизни. Ванда опустилась рядом с часовщиками, делая пассы руками. Часодеям её магия казалась удивительной и завораживающей. Они чувствовали её мощь, её силу, но понимали, что если девушка не сможет с ней совладать, то последствия будут весьма плачевными. Часовщики наблюдали, как искусно Ванда пользуется минимумом своих способностей так, что он казался пиком возможностей. И как бы они сейчас хотели лицезреть истинную мощь ведьмы, потому что понимали — если она разбудит в себе свою магию полноценно, то все чудовища, все враги на этом поле боя просто исчезнут. Сами часодеи старались применить на практике уроки Миракла и Чёрной Королевы. И даже Астрагора, будь он неладен. Они не хотели подводить наставников, но в то же время старались экономить энергию, разумно орудуя часовыми стрелами. Ребята понимали, что, когда появится сам Тартар, им придётся отмотать ему время — и дай Великие Часы, чтоб это получилось. Часовщики могли сделать это с человеком, с вещью, но чтобы богу — ни разу. Больше всего они боялись, что в самый неподходящий момент оцепенеют от ужаса — по рассказам Перси, Аннабет и Мелинды божество бездны заставляло, мягко говоря, кровь стынуть в жилах. — Фэш, осторожно! — крикнул Перси, отталкивая парня сильной волной. Меч рассёк воздух, и монстр, напавший на часодея, обратился в прах. Драгоций кивнул в знак благодарности и продолжил сражение. Раскол начал увеличиваться, повалив в бездну многих монстров. Несколько полубогов, неуспевших вовремя отбежать и спастись, канули в глубины Тартара. Их крики потонули в шуме битвы. Нико, чувствовал — прошли лишь минуты с нападения монстров, но они показались вечностью. Он ощущал течение крови в венах, мог слышать тиканье часов и понимать ход времени, но на этом его возможности заканчивались. Мысли о собственной беспомощности, от неумения пользоваться новообретённой магией, терзали парня. Но в противовес сил Хроноса он ставил свои собственные — доставшиеся с рождения. Прислонив ладони к земле, сын Аида воззвал к умершим солдатам, приказывая им вновь вступить в бой. Из почвы потянулись кости, соединяясь и приобретая очертания скелетов. У некоторых было оружие, кто-то бил монстров собственным телом, доставая кости. Это выглядело очень странно и пугающе, но столь привычно для Нико, что лицо его украсила ухмылка, особенно после того, как взгляд упал на ошалевших волшебников. Призвав крылья, парень взмыл в воздух, рассекая стигийской сталью Стимфалийских птиц, метавших идеально острые железные перья в сторону полубога. — Нико! — сын Аида ощутил сильный порыв ветра, который мгновенно откинул его на метр в сторону, и уже после понял, что голос принадлежал Джейсону, метнувшего в его сторону копьё. Оружие пронзило нескольких монстров, которых подняли птицы, рядом с ди Анджело, вызвав у того резкий выдох. Парень коротко поблагодарил сына Юпитера, наблюдая, как тот летит дальше. С каждым мгновением картина всё больше превращалась в огромное размытое пятно: полубоги с блеском небесной бронзы и имперского золота в руках, монстры, обезумевшие от жажды крови, маги, из волшебных палочек которых то и дело вырывались снопы искр. Алая псионика, окутавшая руки Ванды и метавшаяся по всему побоищу, смешивалась с кровью, пролитой на эти земли. Эферы часовщиков завивались, вырывались разрезами, принимали очертания различных фигур. — Я чувствую его, — облачённая в свой костюм Мелинда резко остановилась, в ужасе глядя на друзей. Рука с мечом опустилась, а нити магии вдруг испарились с дрожавших от осознания момента запястий. Максимофф тут же окутала девушку алой псионикой, не позволяя монстрам подобраться ближе. — Тартар грядёт. Шепот дочери Мглы раздался по всему полю боя, погружая поляну в неожиданную гробовую тишину, вынуждавшую считать секунды, прежде чем из-под земли вырвался гул голосов, слившийся в один — очень низкий грудной. Голос бога бездны. Раскол разросся до невиданных размеров — волшебники обеспокоенно смотрели на сокращающееся расстояние. Ещё несколько метров и Хогвартс может навсегда кануть в Тартар. Запретный лес уменьшал свою территорию — многовековые деревья склонялись и падали, опасно шатались и валились на землю, придавливая монстров и, как не прискорбно, полубогов и магов. Стволы и кроны вдруг прижала невиданных размеров рука неестественного фиолетового цвета, с длинными когтями, покрытая грязью и копотью. Глаза полубогов и магов округлились, сердце замерло. Дышать стало намного труднее. Страх захватил их в свои цепи — чего они и опасались больше всего. Они поняли, что на них нахлынуло оцепенение, тело не поддавалось командам мозга. — Боже, — выдохнула Ванда, в ужасе глядя на лапищу. Взгляд зелёных глаз, потемневших от эмоций сражения, пробежался по полю. Нити псионики тут же потянулись по всему пространству, а глаза воинов, одни за другими, вспыхнули алым. Ей не пришлось прикладывать много усилий — все мигом пришли в себя и двинулись к руке Тартара. Та сжалась в кулак, раскол увеличился, а земля затряслась ещё сильнее. Бог поднимался наверх. Часовщики шли впереди всех, по пути начиная создавать сильный эфер и отматывать богу время. Полубогам было непросто понять, что делали часодеи и как работали их способности, а тем более — могли ли они сделать что-то против божества. Потому что пока особого эффекта их действий не наблюдалось. Мелинда приземлилась и сложила тёмные крылья. На руках клубилась черной псионикой мгла, растягиваясь вокруг разлома. Она охватила огромную ладонь Тартара, обвивая нитями каждый сантиметр фиолетовой кожи. Девушка сжала кулаки, наблюдая, как тьма начинает сокращаться, вынуждая бога бездны сомкнуть руку. Дочь Мглы напряглась изо всех сил, чувствуя, как каждая мышца тела начинает ныть. Божество сопротивлялось, пелена тьмы разошлась длинными трещинами, заново срастаясь, ведомая движениями Мелинды. Поверх черной псионики поплыла алая, принадлежащая Ванде. Магии сплетались, образуя вокруг ручищи Тартара красно-тёмный кокон, уменьшающий свою площадь. На лбу выступили капли пота, а челюсти сжались до скрипа, но Мел продолжала контролировать мглу, направляя чёрные нити в сторону раскола — она пыталась столкнуть руку обратно вниз. Максимофф тут же поняла, чего добивается полубогиня и начала ей помогать. На фоне возобновилось сражение, но цель полубогов сейчас — обеспечить безопасность тем, кто бьётся непосредственно с Тартаром. Порыв ветра сбивал ладонь — Джейсон направлял потоки в сторону бога. Спустя несколько минут общими усилиями рука была спущена вниз — в сам раскол, ведущий в глубины бездны. Но Тартар не был бы самим собой, если бы не успел перекинуть на поверхность вторую руку — такую же пыльную и грязную, покрытую трещинами, из которых потекла лава. — Перси, размой края раскола! — крикнула Аннабет, попутно отбиваясь от Минотавра. — Мелинда, Ванда! Закройте его своей магией! Создайте щит! Силы девушек уже были на исходе — это было видно по их вялым движениям и побледневшей коже, но, расположившись более устойчиво, Мелинда и Ванда вновь воззвали к магии — тьма клубами с алым всполохами поплыла по краям раскола, встречаясь с сильными потоками воды, гонимыми сыном Посейдона. Земля содрогнулась, щит пошёл рябью — Тартар пытался пробиться сквозь защиту. Ванда и Мелинда расставили руки шире. С губ дочери Мглы сорвался крик — она была на пределе своих сил. Максимофф тоже еле держалась, но обе девушки не сдавались и продолжали держать барьер, покрывавшийся мелкими трещинами. Почва по краям разлома была настолько мякгой и жидкой, благодаря Джексону, что рука Тартара действительно начала соскальзывать. И тут полубоги поняли вклад часовщков — сопротивление бога постепенно слабело. Он действительно пытался противостоять подросткам, выбраться на поверхность, но делал это не так отчаянно, как прежде. Его силы медленно сводились к нулю — часодеи отмотали Тартару время. — Нико, закрывай! — Пайпер подбежала к парню, передавая указание дочери Афины. Брюнет кивнул и подошёл, что было довольно опасно, к краю раскола. Сердце норовило вырваться из груди, но ди Анджело пришлось совладать с эмоциями и сосредоточиться на битве. Коснувшись размытой почвы, он почувствовал энергию, поднимающуюся по телу и переходящую в руки — от них пошёл импульс, из-за которого земля начала твердеть и смыкаться. В мыслях улыбнувшись, Нико мгновенно пожалел о поспешной радости — рука вырвалась наружу, отбрасывая сына Аида и заваливая всё вокруг огромными камнями и кусками почвы. — Нет! — Мелинда метнулась к парню, но её прижала к земле громадная ладонь Тартара, вдавливая в грязь столь сильно, что Брайан на секунду показалось, что кости начали ломаться. Клубы тьмы окутали девушку, но переместиться не удалось — энергии почти не осталось, а тело истощилось и не могло сделать малейшего движения под такой тяжестью. Дочь Мглы поняла, что от слабости и, вероятно, сотрясения у неё появляются галлюцинации, когда услышала среди гула сражения и звона в ушах вой и отчаянный лай, непохожие на рёв Адских гончих. Мимо промелькнуло серое пятно, а на лицо упала пара капель ихора. Рука резко поднялась, словно бог отмахнулся от чего-то приставучего. Скулёж заставил сердце девушки сжаться — рядом с еле живым Нико лежал, не подавая признаков жизни волк. — Ренделл… — тихий хрип сорвался с губ прежде, чем Мел почувствовала льющиеся по щекам слёзы. Перед глазами возникла картинка — воспоминание из магазинчика в Косом переулке, где Брайан совершенно случайно наткнулась на никому ненужного щенка. И этот щенок, ведомый лишь инстинктами, погиб, защищая хозяйку. Поток воздуха понёс Мелинду и Нико дальше от божества. Полубоги, выстроившись в ряды, стояли с мечами наизготовку. Рядом расположились часодеи, не переставая отматывать Тартару время, а по правую руку от них Ванда старалась усмирить метавшуюся в стороны ладонь бога, опустить обратно под землю. Маги замерли в ожидании, не спуская глаз с застывших по ту сторону руки монстров. — Как будете готовы — мы атакуем, — обратилась Рейна к друзьям. Нико с Мелиндой медленно поднялись, опираясь на подавших руки Перси и Джейсона. Тело чуть подрагивало, а голова кружилась, но они призвали своё оружие, сжав рукояти крепче. — Вместе? — ди Анджело посмотрел на ребят. — До последнего, — отозвался Фрэнк. Хэйзел и Лео встали рядом и кивнули. Лицо Вальдеза расплылось в улыбке. — Надерём-ка ему зад, — протянул он. Джейсон кивнул сыну Марса и дочери Беллоны, Аннабет оглянулась на ребят из Лагеря Полукровок. — В таком случае, Лео, — произнёс Малькольм, — можете приступать. Сын Гефеста заулыбался шире и окликнул домик Гефеста. Те, подойдя на безопасное расстояние к появлявшейся второй руке Тартара, достали переливающиеся ярким оранжевым оттенком механизмы, казавшиеся каким-то новым видом бомб. Впрочем, их суть была практически такой же — как только полубоги запустили их ровно в раскол, специально метив именно туда, раздался взрыв. В воздух взметнулось облако пыли и грязи, а края расширились. Лава олила ладони и, вероятно, стекала на остальное тело бога, также растекаясь по краям разлома. До слуха полубогов и магов донеслось громкое шипение. — Наши садовники вместе с фокусниками придумали какой-то новый яд, — с безумным огоньком в глазах пояснил Вальдез, кивая на детей Деметры и Гекаты. — Мы поместили его в специальный огнестойкий материал. Ну и, собственно, наш домик изобрёл эти бомбы, куда мы поместили отраву. По вашим словам кожа Тартара очень плотная, но в ней есть трещины. Лава, вероятно, ему не навредит, но вот яд попадет и на кожу и под неё и… Парня прервал грудной рёв, столь громкий, что пришлось закрыть уши. Сын Гефеста, прижав ладони к голове и зажмурившись, улыбался так лучезарно, как улыбался, наверное, когда Калипсо его поцеловала. Рёв стих и затихло всё вокруг. Лишь разрезали воздух взмахи часовых стрел — часовщики не прекращали работу. Монстры застыли в подозрительном ожидании, но в следующую секунду вдруг атаковали. Реакция полубогов была незамедлительной — преторы и главы домов тут же отдали приказы и обе стороны вновь слились в кровавом бою. — Схватить! — вновь из-под земли, словно бы Тартар рухнул если не в глубь бездны, так хоть на приличное расстояние. Никто не смог сразу сообразить, на кого распространился приказ. Кого требовалось схватить. Все отбивали атаки отточенными в лагере движениями. Ответом послужил крик Мелинды. Все взгляды обратились в сторону раскола, к которому неслась орава монстров с ослабшей девушкой. Дочь Мглы еле стояла на ногах, поэтому была лёгкой мишенью. Они скинули её, словно ненужный груз, но Мелинда смогла собрать остатки сил и успела на тёмных крыльях взмыть в воздух. В ту же секунду за ней из бездны взметнулась рука, ухватывая Брайан за ноги. Рука потянула девушку вниз и подруга исчезла из виду.