Страшная сказка. Ведьма и Король.

      Дорога до родного замка пролетела для Фредерика в странном смятении. Он чувствовал, что должен радоваться и ликовать, душой и сердцем празднуя собственную свободу, но почему-то не ощущал ничего подобного.       Он перехитрил "злую ведьму", сбежал от неё и остался невредим, но от чего же так тошно, от чего всё внутри погрузилось в пучину тоски, стонет и рыдает в скорби.       Отгоняя от себя навязчивые, грустные мысли, король по пути ещё не раз встречал то тут, то там мертвые, недвижимые тела застреленных его солдатами лесных чудищ. Кто-то из волков лежал на снегу, кто-то на оттаявшей земле, но от каждого отходила большая, багряная лужа крови, успевшая остыть и свернуться.       Словно боясь снова потерять короля, не отдаляясь ни на шаг, за ним по пятам следовал Коллин Крейн. Лицо его было заметно осунувшимся, а на щеках красовалась, как минимум, недельная щетина, следовательно, столько, а может и больше, он провел в лесах, безуспешно разыскивая его.       Коллин был несказанно счастлив, что наконец смог отыскать лучшего друга, но его тревожило другое. Как объявить Его Величеству, что не он один в тот день не вернулся с охоты?       Как открыть страшную весть, не омрачая радости долгожданной дороги домой? Ведь Лоран был их общим и любимейший другом, а частые визиты его отца - лорда Стрейнджа всегда заканчивались печально, ведь никто из ныне живущих не мог поведать абсолютно ничего о его родном сыне.        - Лорана нет с нами больше, - наконец набравшись смелости, тихо, за спиной короля, произнес мистер Крейн.        - Я знаю, - сухо ответил тот, не оборачиваясь.        - Знаете?! Ну откуда?        - К сожалению, я был там, в тот момент, когда сердце нашего товарища перестало биться, а последняя капля крови упала на снег, вытекая из рваной раны на шее. Его убили волки, а меня... Мне лишь чудом удалось спастись.       Не обмолвившись больше не словом, всю оставшуюся дорогу до замка, они провели в смиренным молчание, перемалывая у себя в голове собственные мысли и переживания.       К слову сказать, в тот внушительный промежуток времени, что Фредерик провёл вне дома, он в значительной степени успел отвыкнуть от всей этой суеты, но чувствуя ответственность и непомерный долг перед государством, возвращался с чистой совестью и духам, готовый окунуться в дела страны с головой.       Как только они подъехали к воротам главного входа, глашатай на башне немедленно затрубил в горн, оповещая громким сигналом всех и вся, что Его Величество король Фредерик наконец-то вернулся.        - А по тихому всё сделать было нельзя? - состроив притворно - злое выражение лица, спросил мужчина.        - Народ ждал Его Светлость 3 месяца, думаю, они заслужили узнать о его возвращении.        - Прости, мой друг, ты, как всегда, пра...       Не успел Фредерик закончить фразу, как увидел вдалеке маленькую фигурку, облаченная в голубую, пышную юбку, что не жалея ног, бежала к нему по мощеной дворовой дороге. Широко раскинув руки, Эмилия летела, не замечая никого вокруг, а её красивая, открытая улыбка лучезарно светилась на лице, согревая сердце.       На мгновение замешкавшись, Фредерик продолжал сидеть верхом на коне и неотрывно смотрел на приближающуюся к нему девушку.        - Ваше Величество, королева, - тихо указал Коллин, - она выплакала все глаза, но не теряла надежды, что вы вернётесь.       Спешившись на землю, мужчина встретил свою обожаемую супругу горячими, как ему казалось в тот момент, объятиями, но они, в свою очередь, напротив, получились какими-то скованными и весьма отстраненными.        - Я так боялась за тебя, любовь моя, - причитала ему на ухо Эмилия, - но ждала и ни секунды не сомневалась, что ты вернёшься. Нам судьбою предначертано быть вместе и ничто не в силах разлучить нас.       Самое странное в этой ситуации было то, что руководствуясь благоразумием и честью, король желал обнять свою жену, крепко прижать её к груди и никогда не отпускать, но всем естеством совершенно не чувствовал ничего подобного. Перед ним сейчас стояла абсолютно чужая женщина и к которой, если задуматься, он не испытывал совершенно никаких чувств.        - Ты похудел, - увлекая его за собой в замок, констатировала девушка, - Мы все очень счастливы, что ты снова с нами...       Вечером, по случаю возвращения короля, был устроен пир, на который съехались именитые особы здешних владений. Они все пребывали с дарами, низко кланялись ему в ноги и были действительно искренне рады этому чудесному событию.       В середине празднования, когда гости были уже в полной мере сыты и пьяны, а многие из них весело танцевали, почтенно пропустив в центр светящуюся королеву, Фредерик по-прежнему скучающе сидел на своем месте, не выпуская кубка из рук и, каждый раз при осушении, наполнял его до краёв.       Снова и снова обводя глазами зал, он заметил в тени колонн своих друзей, лица их были весьма сосредоточены, жесты скованы, а на губах не играли улыбки.       Подав им короткий знак приблизиться, мужчина опять наполнил кубок, и вальяжно откинувшись на стуле, стал дожидаться советников.        - Ваша светлость, - присаживаясь, поприветствовал его Джеймс Стрейндж.        - Не хотели вас беспокоить, - поддержал Колин.        - Настолько не хотели, что решили не делать этого целых 3 месяца? - заметил Фредерик, хотя, возможно, всему виной было излишне выпитое.       В одно мгновение став чернее тучи, Крейн придвинулся ближе и, положив правую руку на плечо короля, заговорил:        - Мы искали, поверь. Искали каждый чертов день, снова и снова объезжая владение. Я не давал лесничему покоя, от рассвета и до заката он прочесывал вверенную ему местность, но всё было тщетно. Каждое утро я собирал отряд из 20-30 воинов и выезжал на поиски, но за всё это время нам ни разу не попалась та тропа, что вела к пригорку, за которым была хижина, словно её там и не было. Казалось, все это место было занесено снегом и ни одной живой душе не пришло бы в голову искать вас там. Но вчера что-то изменилось, поравнявшись с зарослями вековых деревьев, мы услышали вой и, не успев понять, что происходит, на нас набросилась огромная стая разъярённых волков. Мы пытались отстреливаться, но они поднимались и продолжали нападать. Затем я, вместе с доброй половиной солдат, смог взойти на холм, откуда и вышел к хижине той безумецы. Старые войны, ну вы знаете, они же суеверны, крестились и молили прервать поиски, ссылаясь на то, что эти места прокляты и где-то поблизости обитает злая ведьма, хорошо, что ничего подобного не существует, а то мне и волков - переростков хватило с лихвой.       Внимательно выслушав рассказ друга, Фредерик глубоко задумался. Он ведь и сам с детства бывал в этих лесах, но никогда не встречал ни этого домика, не местности, что удерживала его при себе долгих три месяца. Ничего.       Было ли в нашем мире место колдовству, приворотным зельем и страшным обрядом? Он уже не мог с полной уверенностью сказать, что нет, более того, в каждой девушке, женщине и даже королеве ему виделось Она, та, что завладела его сердцем.        - Я очень устал. Смертельно устал сегодня от всего, - объявил он негромко друзьям.        - В таком случае, отдыхайте, Ваша Светлость и не волнуйтесь, мы присмотрим за королевой, - сердечно заверил его Джеймс.       Не привлекая лишнего внимания, Фредерик покинул зал, где так весело и богато проходило затеянное советниками пиршество, и дойдя до своих покоев не раздеваясь, упал на огромную мягкую кровать.       Не успела его голова коснуться пуховых подушек, как разум тут же погрузился в глубокий и тревожный сон. Ему снова снились волки, Мэрилин и лес. Все они были словно связаны невидимой нитью, рассечь которую никак не удавалось, да и нужно ли было вообще? Он знал, что уже никогда не забудет то время, её глаза, голос и руки, прекрасную еду и колдовские зелья, всё, что целиком и полностью составляло его жизнь долгое время.       Прекрасные картинки сновидений прервались на том, что ему стало отчётливо казаться, будто бы кто-то усиленно старается его раздеть.       Приоткрыв один глаз, Фредерик увидел перед собой королеву, тонкими пальчиками проворно расстегивающую пуговицы на его сорочки.       Она была немного пьяна, а исходивший от неё сладкий запах вина сводил с ума.       Хорошо понимаем, чего от него хотят, мужчина приподнял девушку за тонкую талию над собой и опустил на подушки, навалившись сверху.       Как же долго он мечтал об этой минуте: увидеть её обнаженную, ощутить на себе трение этой бархатной, чистой кожи и сполна вкусить жар, источаемый их обоюдной любовью.       По-хозяйски впившись в мягкие, розовые губы, Фредерик почувствовал, с какой силой и самоотдачей она отвечает на его поцелуй и это было прекрасно. Он раскрывал и врывался в её податливые, нежные створки, смаковал и никак не мог насытиться . Их языки постоянно встречались, сталкивались и боролись, а горячий поцелуй прерывался лишь на мгновение и то, только для того, чтобы глотнуть немного спасительного воздуха.       В один из таких моментов, король приоткрыл глаза, дабы полюбоваться на свою супругу и тут же всё его тело сковало ледяным ужасом. Вместо Эмилии на постели лежала Мэрилин, её длинные, чёрные кудри были соблазнительно разбросаны по простыне, а в глазах играл такой огонь желания, что противостоять ему было весьма трудно.        - Зачем ты здесь?! - отпрянув от девушки, как от прокажённой, закричал мужчина.       Совершенно не понимая весьма странного поведения мужа, Эмилия, приподнявшись на локте, попыталась его успокоить.       - Я пришла к тебе, дорогой, ведь я так сильно скучала.       Образ колдуньи, месяцами державшей его при себе, злорадно улыбнулся. Улыбалась ли тогда королева - было неизвестно, но та личина, которая находилась поверх неё веселилась от души.        - Скучала?! - снова закричал король, - Скучала? Как ты смеешь являться ко мне, будоражить мой сон и мысли? Я хочу забыть, забыть всё, как страшный кошмар, забыть тебя и никогда не вспоминать.       С этими словами, он набросился на лежащую рядом женщину и, с силой схватив её за плечи, сбросил с кровати.       Будучи совершенно не готовой к падению, Эмилия не успела сгруппироваться и грузно повалилась на пол, от чего послышался глухой, но громкий стук.       На непонятные звуки в комнату тут же вбежала горничная и один из стражников, карауливших возле двери.        - Ваше Величество, вы не ушиблись? - хлопотала возле королевы девушка, помогая ей подняться и оправиться от потрясения.        - Я в порядке, Диана, - машинально соврала та, должно быть во сне упала с постели.       Предательская пелена постепенно сходила с глаз Фредерика, от чего он отчётливо стал понимать, что натворил и на кого, собственно, в помутнение поднял руку.        - О, Боги, Эмилия, прости. Прости, прошу тебя, молю, - бормотал он не связные обрывки фраз, убирая от возлюбленной руки горничной.        - Ничего, - всё еще продолжая всхлипывать, ласково заверила она, - скорее всего, это был сон. Я не потрудилась тебя разбудить окончательно, за что и поплатилась. Я не держу обиды и искренне верю, что ты никогда не причинил бы мне вреда.        - Сон... - Только и смог повторить король, - Сон...       Остаток их ночи, до ясного и солнечного утра, пронесся в безмятежном спокойствие и абсолютный идиллии, но всё было так только на первый взгляд и лишь до того, пока Фредерик не открыл свои глаза правде...