История Биатрис

Погода сегодня была так себе. С утра прошел дождь, и теперь на улице все было мокрое и повсюду лужи. Еще и ветренно. Несмотря на то, что ее соседи считали это отличной погодкой, Биатрис предпочла не покидать здание. В комнате было совершенно нечем заняться, кроме уроков, с которыми она справилась за 5 минут и даже кое-что сделала сверх программы. Книги из библиотеки она брать так и не решалась. Умаявшись, она вышла в коридор без конкретной цели. Этаж уже начинал потихоньку оживать. У дверей комнат валялась домашняя обувь, возле дверей и на них появлялись списки жильцов, рисунки и украшения. Биатрис спустилась на первый этаж. В холле было грязно и шумно. У телевизора как всегда толпа. Хотя смотреть его она все равно не собиралась. Круглые сутки он только и показывал, что сериалы да мультфильмы. Иногда, конечно, попадались интересные научные фильмы. Рине они тоже нравились, так что если кто-то из них видел, что «НАЧИНАЕТСЯ!» то тут же бежал за вторым. Вообще клуб любителей таких шоу оказался достаточно обширным. Словом телек никогда не затыкался. Это был практически плоский монитор висящий на стене. Хотя иногда он скорее напоминал икону. Вчера вот клуб фанатов одного из бесконечных сериалов чуть этаж своими слезами не затопил. Биатрис вернулась на свой этаж и решила подняться выше. Оставаться на своем было невыносимо в холл вернулись извечные любители играть в мяч, бегать и орать. «Вроде их же только недавно на улицу выгнали?». На третьем было на удивление тихо и спокойно. Народу немного. Телевизор почти никто не смотрел, кроме пары человек и воспитателя. Биатрис никогда раньше не любила смотреть новости, но в данной ситуации они казались неплохой альтернативой. Ведущая с энтузиазмом озвучивала какие-то цифры, на экране появлялись кадры из разных частей страны с радостными людьми. Словом, все хорошо император молодец, а счастливое будущее все ближе. — А теперь к новостям социальной политики Империи, — объявила ведущая, — Еще на 3 года была продлена программа компенсационных выплат неблагополучным семьям, у которых были изъяты дети, действующая уже 14 лет. Одним из важнейших показателей можно назвать возраст детей, в котором государство забирает их под свою опеку, неуклонно снижающийся на протяжении всего времени действия данной программы, что говорит об оперативности работы в данном направлении. Другим достижением можно назвать… Биатрис уже не вслушивалась в цифры, а ошарашенно пялилась в экран. На нем был их приют. Только выглядел он совершенно иначе: стены «пестрого» здания действительно яркие, вместо голой земли — клумбы, стены корпусов белые и чуть ли не светятся на солнце, а не уныло серые как сейчас. Знакомых лиц она не увидела… Хотя не одна маленькая девочка была похожа на Кенди. «Она же здесь давно…». А вот еще одно знакомое лицо — Энли. Примерно в том же возрасте, что и Биса сейчас. Она рассказывает, как хорошо в приюте и как плохо ей было на улице, а жалостливый репортер сочувственно кивает. — Не смотря на нынешнюю ориентированность на неблагополучные семьи с целью предупреждения подобных ситуаций, государство не забывает и о помощи тем, чьи родители не смогли взять на себя ответственность за собственных детей и бросили их на произвол судьбы. Для этого уже 32 года назад, еще предыдущим императором Вильгельмом, была учреждена программа «крыша над головой», о изменении статистики по которой мы говорили в прошлом выпуске, который вы можете найти в разделе нашего канала в архиве. Но важнейшим достижением безусловно являются выпускники имперских приютов, а теперь студенты ГИУ. На экране появилась девушка. Биатрис видела ее пару раз в приюте. Она радостно рассказывала, как ей нравится здесь учиться, осыпала приют и воспитателей благодарностями. — Вот, дети, учитесь и тоже в ГИУ сможете поступить, — нравоучительно произнес воспитатель, лысый полноватый мужчина, от которого так и веяло «успехом» и дешевыми сигаретами, запах которых Биатрис теперь узнает, где и когда угодно, в их старой комнате ими воняло постоянно, да и в принципе везде в приюте, потому что курили их буквально все. — Ой, да слушай его больше, сама тут воспитателем работать будешь, — сказала появившаяся в холле Энли, — Этому репортажу сколько уже? Как ремонт сделали так и крутят. А нет, это новый кажется… — она встала рядом с Биатрис, вглядываясь в экран. — Тебя правда по телевизору показывали? — спросила Биатрис. — Я там мелкая нахваливаю приют? — спросила Энли. Биатрис кивнула. — А значит только вторую часть пересняли… — Энли нахмурилась. — А теперь к другим новостям. Вчера была найдена новая община запрещенной на территории Империи секты астэтов. Напоминаем, что ранее члены этой секты многократно были замечены в причинение вреда здоровью и имуществу представителям других религиозных верований, в частности именно исповедующим Куриянство, — затарабанил голос из телевизора. На экране мелькали люди в черно-красных и черно-белых одеждах в перемешку с гороховцами. — Пополнение у нас будет… — мрачно прокомментировала Энли. — Что? — удивилась Биатрис. — Напоминаем, что если вам стало известно о месте массового проживания или сбора членов этой секты, просим вас незамедлительно обращаться в Городскую Охрану, — продолжала ведущая после чего по прощалась, и новости кончились, прокрутив заставку. — Фанатики новые будут, их же к нам везут, — бесстрастно ответила Энли. Биатрис кивнула. Энли вдруг взяла ее за руку и потянула за собой. На лестнице она повернулась и сказала: — Я неверно высказывалась, Биатрис. Не все, кто был фанатиком, ими останутся здесь. Верить вопреки — сложно. И не каждый сможет. Это просто дети. Биатрис кивнула. Она и сама до конца не понимала, почему ее пугают фанатики. Потому что их все не любят? Как Том. Ее он тоже начал пугать, когда она узнала, что он из приюта. «Но он точно сделал что-то плохое… А они?». Энли ушла. Вечером все собрались в 203 комнате. У Рины было какое-то важное объявление, для которого она просила максимум внимания. — Ребят. Не знаю, как у вас. А в моей прежней жизни детдомовцев не любили. Биатрис кивнула. Согласно закивали и все соседи Рины. Дина фыркнула, и Вита пихнула ее локтем. — В общем, если не хотите проблем в школе, то никто не должен знать. Даже по секрету лучшей подружке правду не говорить! Если что мы все живём в одном дворе. Наши семьи дружат. Остальное по обстановке. — Тоже мне командирша. Че они мне сделают эти домашние? — спросила Дина. — Их много. А еще не будут с нами дружить… — ответила Рина, слегка растерявшись. — Ну и что? — искренне недоумевала Дина. — И то. Я вот хочу дружить с одноклассниками! — возмутилась Рина. — Я тоже! — отозвалась Мира. — И я! — поддержала Биатрис. И остальные тоже присоединились. — Да ну вас! — крикнула Дина и вылетела из комнаты, хлопнув дверью.