Просто братья или что-то большее?

      Сал ненавидит утро, особенно если оно солнечное, но это раннее майское утро он всегда будет держать в глубине своего сердце.       Голубоволосый проснулся от звона будильника, который он благополучно забыл отключить, забыв, что в школу ему не надо. Естественно, Салли был раздражён. Хотя это мягко сказано.       — Чёрт! — парень со скоростью света взял в руки трезвонющий будильник и собирался уже швырнуть его в пустую чисто-белую стену, но вовремя остановил себя. — Блять. Ненавижу.       Взгляд Фишера устремился в открытое из-за жары окно. Да, отметка на термометре ни разу за последние дни не превысила двадцати пяти градусов, но для него это уже было полноценной жарко-весенней погодой. Солнечные лучи проникли в комнату и скользнули в постель Сала. Подросток поморщился, поправляя запутавшиеся за ночь голубые волосы. В голову, не понятно зачем, стали лезть воспоминания о прошлом вечере…       Патлатая голова на его плече, грустно растянутые в ухмылке сухие губы и карие глаза с солёными каплями в уголках. А после признание в любви.       Парень машинально улыбнулся и по привычке сжал свою подушку в объятиях, прижимая как можно ближе к груди. Сейчас у него было лишь одно желание: поскорее встретиться с Ларри, и чтобы он его обнял так же сильно, как Сал сейчас вжимается в подушку. Поэтому, недолго думая, он стягивает с себя совершенно не нужное на данный момент одеяло, хватает в руки протез и быстрым шагом выходит из комнаты, даже не удосужившись переодеться во что-нибудь приличное. Спускаясь с лестницы, он успел чуть ли не упасть на пол прямо лицом, но, к счастью, всё обошлось без травм. Джонсон, как и ожидалось, сидел на кухне и спокойно что-то записывал в тетрадь. Вдруг на него грохнулся ураганчик по имени Сал Фишер, отчего шатен громко матернулся и вцепился пальцами в стул, дабы они оба не упали.       — Доброе утро, чел. — сказал Ларри.       — Доброе.       — Что-то случилось? — патлатый отложил ручку в сторону и в ответ обнял уже своего парня, притягивая его к себе за талию.       Фишер лишь отрицательно мотнул головой, утыкаясь носом в шею брата. Он как всегда пах дорогим мужским одеколоном со смесью дыма от сигарет и утренним крепким кофе — странное сочетание, но протезнику нравилось, очень нравилось. За все те месяцы запах Ларри ничуть не изменился, и это прекрасно. Ведь одна из причин, по которой Сал влюбился в Джонсона — это его запах, такой родной и любимый, заставлявший его чувствовать рядом с ним в безопасности.       — Тогда почему ты так рано встал? — шатен провёл свободной от объятий рукой по всей длине голубых спутанных волос.       — Забыл отключить будильник. — не отрываясь от шеи старшего брата, ответил протезник.       — А во сколько ты хоть лёг-то?       — Сразу после того, как я ушёл от тебя.       — Тогда тебе нужно ещё пару часов поспать.       Сал поднял голову и слегка надул щёки, сведя брови к переносице, показывая всем своим видом, что он не хочет больше спать.       — Я днём лучше посплю. — сказав это, голубоволосый снова прижался к металлисту.       В таком положении они провели минут десять, пока молчание не прервал шатен:       — Сал, не хочу тебя расстраивать, но мне нужно в универ. — после того, как Салли недовольно промычал, он добавил: — У меня сегодня только две пары, так что приду я где-то к двенадцати.       — Ладно. — Фишер ещё что-то неразборчиво пробубнил и отодвинулся от парня.

***

      Позавтракав, Сал решил, что сейчас самое время для того, чтобы прогуляться и подышать свежим воздухом. Точнее — это было бы прекрасной затеей, если бы в ближайшие дни у него не было бы экзаменов. К сожалению, голубоволосый слишком сильно зациклился на этой теме, ведь он беспокоился о своём будущем, поэтому парень как всегда отправился в свою комнату, дабы решить пару-тройку задач по математике. Но после того, как он их сдаст, ему же удастся провести нормальные каникулы, как у всех подростков? На это остаётся только надеяться. В конце концов Салли меньше чем за неделю нужно ещё и выбрать в каком классе будет заканчивать школу и какой дополнительный предмет будет сдавать. Если со вторым всё было более-менее ясно — ему хорошо давалась литература, её он сдавать и будет, а вот с первым дела обстояли куда труднее. Выбрать уходить после девятого или после одиннадцатого — трудная задача, как минимум потому, что оба варианта имеют равные по количеству плюсы и минусы.       На то, чтобы сделать ровно пять номеров ушло чуть ли не три часа, но это дало результаты. Фишер, наконец-то, понял тему, которую он пытался выучить несколько недель. Кинув мимолётный взгляд на настенные часы, он понял, что в скором времени должен прийти Ларри. От этого на лице появилась счастливая улыбка, и протезник залился краской, вспоминая тот момент, когда он поцеловал брата. Но улыбка сползла так же быстро, как и появилась, ибо Сал вспомнил, что последовало после того поцелуя. Сейчас эти воспоминания отдавались болью в груди, но ведь теперь они встречаются. Всё хорошо.       Из своеобразного транса его вывел шум — на первом этаже послышались голоса и женский смех. Подросток поднялся с кресла и надел протез, предварительно застегнув его только на нижний ремешок. Кто там был стало понятно сразу. Ларри, Эш и Тодд.       Странно, но спустить с лестницы Салли было довольно трудно, ноги будто связали крепкой верёвкой, а в ступни воткнули сотню мелких иголочек. Позже оказалось, что ничего удивительного в этом нет, просто из организма настолько были выжиты все соки, что было сложно делать совершенно обыденные вещи — такие как ходьба, а под конец дня было сложно даже разговаривать.       Когда протезник всё-таки спустился вниз, на него тут же обратили внимание. Ларри сначала удивился, а потом приветственно улыбнулся, Эшли уставилась на голубоволосого друга своими большими зелёными глазами, а Тодд просто закусил губу и поправил воротник рубашки. Боже, как же давно они с Моррисоном не виделись! Наверное, прошло уж точно несколько месяцев. Сал, совершенно не думая, подбежал к рыжику и, уткнувшись тому в грудь, сцепил руки за его спиной. Возможно, сам Тодд даже и не скучал по Салли, но он положил руки на его лопатки, слегка поглаживания.       Жизнь Сала начинает налаживаться — это сразу было понятно. Но надолго ли сохранится эта идиллия?       Чёрт, да ничего плохого не должно случиться! Сейчас всё просто идеально.