Просто братья или что-то большее?

      Сал, закинув ногу на ногу, лежал на диване и читал один из романов Шекспира. Странно, но он никогда не мог подумать, что Шекспир его так зацепит, и читать его он будет с таким энтузиазмом, закусив нижнюю губу, и так рьяно переживать за не только главных героев, но из-за второстепенных. Все экзамены были сданы. Конечно, его средний не был идеальным, но для переход в десятый класс — самое то. Поводов для беспокойства больше не было. Правда, постепенно приближался день рождения Фишера, и это, безусловно, заставляло волноваться. Как-никак это будет его первый день рождения, которое он справит с людьми, открывшими ему глаза на то, что после смерти матери, жизнь всё ещё может играть яркими красками.       — Малыш, я уже много-много раз говорил тебе о том, что читать лёжа нельзя. Зрение угробишь, а оно у тебя и так не самое хорошее. — Ларри, появившийся невесть от куда, уселся рядом с братом.       — Ох, а я много-много раз просил тебя не называть меня «малышом». — садясь и разминая спину, огрызнулся голубоволосый.       — Один один. — потрепав парня по голове, он откинулся на спинку дивана, доставая из джинсов пачку сигарет.       — А ещё я говорил не курить в доме. — скривив губы в наглой улыбке, усмехнулся Салли.       — Тогда — два один.       Всё-таки убрав сигареты в карман, металлист извинился и спросил, какие у Сала планы на его день рождения. В ответ он получил лишь красноречивое молчание и пожатие плечами.       — Вау, я прям чувствую, как у тебя мозги кипят.       — Завались, Джонсон. Я ещё не знаю, как буду праздновать.       Звонок в дверь. Оба парня вздрогнули от неожиданности, но быстро взяли себя в руки. Фишер за секунду застегнул ремешки протеза на лице, а шатен с неохотой поплёлся открывать входную дверь. Сал, наблюдавший за возлюбленным, заметил, как изменились лицо Ларри после того, как он открыл эту злополучную дверь. Привычная для патлатого пофигистичная гримаса превратилась в лицо полное удивление, если даже не ужаса.       — Кто там? — обеспокоено спросил Салли.       Вместо ответа — вопрос, адресованный человеку, находящемуся на улице:       — Адель?       — Да. Скучал? — вопрос был задан явно только ради насмешки, но протезник всё равно напрягся.       — Что ты здесь делаешь? Мы, вроде как, уже давно не виделись и уж тем более не общались.       — Вот именно! Прошло уже столько времени, а мы даже не перебросились парой фраз. — в дом, наконец-таки, зашла девушка с красивой подтянутой фигурой, обтянутой красным широким ремнём. — Я же могу повидаться со своим бывшим парнем. К тому же, я чувствую, нам есть что обсудить.       Адель грациозно прошлась по гостиной и остановилась возле кухонного стола, бросила свой взгляд на Сала, замершего в позе лотоса. Казалось, она только сейчас его заметила, но заинтересовал этот паренёк ещё тогда, когда ей только открыли дверь. Под протезом происходила пытка над губами голубоволосого, он то легонько сминал их, то впивался зубами в уже красные губы.       — Сал, я… мы поговорим позже. Хорошо? — словно оправдаваясь, произнёс Джонсон.       Салли неловко кивнул куда-то в пустоту, глазами бегая по рыжей красотке. Она была одета очень сексуально и изящно, буквально стоя на границе с вульгарностью. Мощное декольте чёрной блузки, облегающие брюки и ярко-красный ремень, на плече у неё висел небольшой коричневый клатч с золотыми узорами. Что насчёт её лица, то он не был каким-то выделяющимся, обыкновенный повседневный нюд. Как же всё гармонично подобрано!       Девушка улыбнулась, поправляя волосы, и упёрлась пышными ягодицами о стол. Вот зачем подросток смотрит на её тело? Он резко отвёл взгляд на Ларри, всё ещё стоявшего у входа. Всё-таки шатен в разы красивее этой фифы. Появилось желание встать с дивана, подойти к брату и обнять его. Крепко-крепко. Джонсон, словно прочитав его мысли, сел рядом с ним, обнимая того за талию.       — Может, познакомишь нас. Ты же из семьи бизнесменов, должен знать правила этикета.       — Я знаю, Адель. И ты в курсе этого. — неужели он снова заговорил своим ледяным голосом. — Сал, это Адель Миллер, моя бывшая девушка. Адель, это Сал Фишер, мой… сводный брат.       — А ещё твой парень, верно? — улыбка на лице рыжеволосой стала ещё шире. — Приятно познакомиться, Сал.       — Откуда ты знаешь?       — Понимаешь, идти к тебе после того, как мы столько месяцев не виделись, было бы очень глупо. Поэтому я сначала поговорила с Тоддом. Изначально я хотела расспросить Эш о тебе и твоей жизни, но она оказалась не очень-то разговорчивой.       — Сучка. — Ларри сказал это довольно тихо, но достаточно громко, чтобы это долетело до ушей Адель.       — Спасибо. А теперь мы можем подняться к тебе в комнату? Как-никак я прилетела сюда через всю страну не ради пустой болтовни.       — Хорошо. Подожди здесь. — последние два слова были адресованы Салу, но патлатый так и не повернул к нему голову, наблюдая за Миллер, словно она — воровка, и в любой момент могла что-нибудь да положить себе в карман.       — Нет! — резкий голос Фишера, мигом раздавшийся по комнате, отрезвил металлиста, и он всем торсом повернулся к любимому.       — Пойми, ты там будешь только мешать…       Договорить Ларри не дал звонкий голос девушки:       — Нам нужен свидетель на случай, если кто-нибудь кого-нибудь убьёт, так что Сал будет вместе с нами.       Джонсон-младший бросил яростный взгляд на Адель, но тут же отвернулся обратно.       — Чёрт, ладно.

***

      Миллер прошлась по комнате так, словно она была хозяйкой всех этих плакатов, картин, тёмной разбросанной одежды, смешавшейся со светлой одеждой Салли.       — А у тебя тут ничегошеньки не изменилось. Разве что, — девушка подняла с кровати красную водолазку явно меньших размеров, чем у Ларри. — появились новые вещички. — водолазка полетела в сторону.       — Эй, это что, твоя одежда? Какого, блять, ты её швыряешь? — протезник уж было хотел ударить эту стерву по лицу, но его удержали крепкие руки шатена.       — Успокойся. Она ведёт себя как мразь, но с ней опасно так себя вести. У неё довольно влиятельный отец. — не стесняясь присутствия Адель, сказал Джонсон. — Адель, давай ближе к теме. Зачем ты хотела поговорить со мной?       Рыжеволосая ещё раз оглядела комнату и, отбросив серую майку, села на кровать.       — Ларри, у тебя есть сын.