Евангелие от Блэк (том 1)

      Депривация — это лишение. Лишение материнской ласки, заботы, тепла, безопасности… Ненавижу это слово.       Моя депривация началась с появления на пороге дома Бобби Сингера.

***

      Мы с Дэнни колесили по округе несколько часов, разыскивая Джерри под мелким раздражающим дождем, но пёс будто сквозь землю провалился. Тогда я предложил мальчишке напечатать объявления о пропаже пса и утром расклеить на столбах и деревьях. Вернувшись домой, он принялся составлять объявление на компьютере Кас. Я предпочёл лишний раз не смотреть в его сторону, — лишь изредка бросал короткие рекомендации по составлению объявления, — чтобы не бередить раны — я только-только начал свыкаться с мыслью, что больше никогда её не…       На улице громыхнуло — мелкий дождь превратился в ливень. Небо было затянуто черным покрывалом туч. Я недовольно поморщился и задёрнул шторы в гостиной. Вдруг раздался стук в дверь. Не долго думая, я открыл, искренне удивляясь, что кто-то рискнул сунуть нос на улицу в столь отвратительную погоду. Яркая вспышка молнии озарила небо и две фигуры, стоящие на крыльце — человеческую и звериную. Я отчетливо рассмотрел Кассиопею — с ссадинами на лице, в грязной одежде, с ранами на кистях, в окровавленной рубашке и футболке. Она смотрела на меня, немного опустив голову. И взгляд этот парализовал меня, я боялся пошевелиться, а в голове испуганно металась одна-единственная мысль: «Зомби. Зомби. Зомби.» Джерри Ли сидел справа от неё и внимательно глядел на меня. Должно быть, он побежал на её могилу, почуяв неладное, и она укусила его…       Я должен был достать пистолет, осиновый кол или мачете… я должен был хотя бы закричать… но не смог. А потом услышал голос. Немного хриплый и тихий, но всё такой же теплый и… любимый. — Всё хорошо. — тихо сказала Кас. — Я вернулась.       Я смог лишь отрицательно помотать головой. Это не может быть она. Кас мертва. Я нашёл её тело. Я смастерил гроб и крест. Я сам опустил её тело в ящик. — Как обещала. — прошептала Кас. Я почувствовал, что сильно защипало глаза, а по щекам побежало что-то теплое. Кассиопея перешагнула порог, и только тогда я смог, наконец, пошевелиться. — Только двинься, и я вышибу тебе мозги. — дрожащим от страха голосом произнёс я, направив на неё пистолет. — Дин, это я. — просящим шепотом сказала Кас, но шевельнуться не рискнула. Джерри Ли, что остался за порогом, зарычал на меня. — Ни хрена. — отрезал я чуть увереннее. — Блэк мертва. — ДА Я СТОЮ ПРЯМО ПЕРЕД ТОБОЙ, УПЁРТЫЙ ТЫ ДУРАК! — выкрикнула она надтреснутым голосом. Что-то произошло с нами в этот момент. Что-то странное. От этого существа, что уверяло меня в правдивости своих слов, словно произошёл выброс мощного электрического импульса, который заставил меня задержать дыхание на несколько секунд. Как только это произошло, Кас стремительно шагнула ко мне. Её руки были теплыми… Блэк обняла меня за шею — нежно и трепетно, будто боялась сломать, как игрушку. Она уткнулась носом мне в плечо. — Дурак. Какой же ты дурак, но я так… — Тебе меня не провести. — надломленным голосом сказал я, заставляя себя не чувствовать боли и наслаждения, которую принесли её объятия. Я приставил дуло пистолета к её виску, принуждая отстраниться. — Ты — не она. — Не она. — согласилась Не-Кас. — И никогда не буду ей — той Кас, которую ты знал. Не буду, потому что её не было. Ты не знал её, Дин… не знал меня. Ничего не знал… Но я вернулась, чтобы исправить это. Я хочу, чтобы ты узнал меня настоящую. — Замолчи. — выплюнул я сквозь пелену слёз, сильнее надавливая ей на висок дулом пистолета. — Если ты уверен — стреляй. — твердо произнесла она. — И покончим с этим.       Я снова услышал предупреждающее рычание Джерри Ли сквозь кровь, стучащую в ушах. Медленно снял пистолет с предохранителя. Палец плавно надавливал на курок… Я неотрывно смотрел на неё, следил за изменениями на её лице… но видел лишь необъяснимое доверие, понимание, ласку и тоску. Я на мгновение закрыл глаза, чтобы заставить себя собраться, когда… почувствовал запах… её запах. — Арбузная жвачка… — вслух выдохнул я, открывая глаза.       Кас плакала. Я не знал, почему — от страха или радости… она просто плакала. — Ты просил меня вернуться. И я вернулась. — прошептала она сквозь слёзы.       Я выронил пистолет — ударившись об пол, он выстрелил, оглушив нас. Вечность спустя из комнат выбежали Бобби, Сэм и Дэнни, но я не сразу увидел их. Я смотрел только на неё, в её глаза — влажные от слёз, немного покрасневшие.

      ***

      Я сидела на диване в гостиной и чувствовала себя на допросе. Передо мной слева стоял обеспокоенный Сэм, настроившийся внимать каждому моему слову. Справа на стуле сидел мрачный Бобби — он долго смотрел в пол и почти не поднимал глаз. Дин, сложив руки на груди, прохаживался по часовой стрелке, наматывая продолговатые овалы вокруг дивана.       Напряжение росло с каждой секундой. Когда они взорвутся и накинутся на меня — лишь вопрос времени. Знаю лишь, что вооруженные разборки не заставят себя долго ждать. — С чего начать? — тихо спросила я, ни к кому особо не обращаясь. — Начни с самого начала. — предложил Сэм. Он выглядел самым спокойным. Дин готов был взорваться от ярости в любую секунду. Бобби оставался темной лошадкой — сейчас мне сложно было сказать, прибьёт он меня или пощадит. — И с правды! — жестко бросил Дин. — Значит, сначала. — согласилась я и окинула мужчин взглядом — больше возражений и уточнений не последовало, так что я принялась рассказывать. — Как вы знаете, я родилась и жила в Лондоне. Мою семью даже с натяжкой нельзя было назвать нормальной. Дело в том, что у всех поколений были определенные магические способности. — Ты из семьи ведьмаков? — уточнил Сэм. — Можно сказать и так. У меня тоже были способности. — отозвалась я и напряглась, готовясь к нападению со стороны Дина или Бобби. — Чтобы раскрыть их, я посещала определенную школу. — Школу колдунов? — скептически спросил Дин, остановившись напротив меня со скрещенными на груди руками. Во взгляде читалась нескрываемая злоба. — Да. — И что же ты там изучала? — ядовито поинтересовался Дин, снова двинувшись вокруг дивана. — Много чего. — размыто отозвалась я. — Например? — холодно бросил старший Винчестер. — Защиту от темных искусств, Уход за магическими существами, Астрономию, Зельеделие, Травологию. — перечислила я. Взгляд уперся в Сэма. С ужасом я уловила в его лице узнавание. Глаза мои испуганно расширились. Не говори ничего! Умоляю, молчи! Сэм распознал в моём взгляде неподдельный страх и коротко кивнул. — Я… не верю в переселение душ. Вернее, не верила. Пока на последнем году обучения не ввели новый предмет — Драконологию. — сказала я. Мужчины мгновенно перестали двигаться и уставились на меня огромными глазами. — Драконы? — шепотом переспросил Сэм. — Да. Самые настоящие. Такие, какими их описывают в книгах про рыцарей. Знаю, что звучит бредово… Но вы же сами хотели услышать правду, верно? — А переселение душ? — Ну… не то, чтобы это было переселение… — протянула я, задумчиво потерев мочку уха. — Скорее слияние. Один дракон, — вожак стаи, её звали Сольвейг — был совсем плох… умирал. Её душа, видимо, посчитала мою родственной. С того самого дня я была человеком-драконом…       Я ненадолго прервала рассказ, давая им возможность привыкнуть и обдумать услышанное. — Я была беременна, когда окончила школу. Поговорила с отцом, дядей и братом о переезде в Америку. Незадолго до отъезда, когда мы с братом возвращались с прогулки, какое-то существо демонического происхождения убило их. Мой брат принял решение остаться в Англии, а я — осуществить мечту и переехать. В Детройте я родила, и уже вместе с Дэнни мы приехали в Южную Дакоту. Наша машина сломалась, когда мы проезжали через Су-Фолс. Из-за неполадок в двигателе я познакомилась с Бобби, и он предложил нам с Дэнни остаться жить у него. — Я не понимаю. — растерянно подал голос Бобби, глядя на меня. — Почему на тебя на подействовало серебро и святая вода? — Я не оборотень и не демон. — ответила я. За моей спиной замер старший Винчестер. — А на драконов такое оружие не действует. Поэтому, Дин, можешь убрать нож обратно в ножны, спасибо. — услышав пренебрежительное и высокомерное фырканье, я почувствовала, что владею ситуацией. — А потом… потом… в моей жизни появился Билли. — услышав знакомое имя, Дин перестал издавать звуки — он не ворчал, не фыркал, даже не дышал. — Ты ведь помнишь, верно, Сэм? Как оттаскивал меня от тела Кайла? — обратилась я к младшему Винчестеру. Тот поёжился, вспомнив лужу крови, опустил голову и кивнул. — А ты, Дин? Ты помнишь Билли? — я обернулась к старшему брату. — Помнишь, как делал мне перевязку, когда я резала руки? А как увозил меня из заброшенного дома, наводненного крысами? — он ничего не ответил. Лишь смотрел на меня широко открытыми глазами. — Конечно, помнишь. — перевела я его взгляд. — Ведь тогда я сделал тебе по-настоящему больно. — Дин проглотил появившийся в горле ком. Плохое он помнит долго, а если плохое связано с дорогими ему людьми и приносит боль — он вряд ли вообще забудет. Сейчас я говорю о моем признании в любви к Кайлу и о его намерениях сделать мне предложение. Это сильно ударило по Дину Винчестеру. — Ты помнишь, что я сказала? — Нет. Ты сказала нет. — кивнул Дин. — Вспомни об этом, когда снова захочешь убить меня. — Я не… — запротестовал Дин, но Бобби пресёк это. — Оставьте выяснение отношений на потом. — сурово сказал Бобби. — Кас, продолжай. — Вы помните, я работала в полиции. Вела документацию. Мой напарник, Кайл, — он работал в отделе пропавших без вести, — погиб от рук Билли. Через неделю я умерла от укуса вервольфа. — на этих словах Дин поёжился. Боже, не могу представить, каково ему было выполнить мою просьбу и дать умереть в гордом и тупом одиночестве. — Белиал убил моего дракона. Заколол… Я не смогла спасти её, спасти часть себя. — прошептала я. — Значит, теперь ты не дракон? — спросил Дин. — Нет. Я не знаю, кто я теперь — без Сольвейг. — Но… как ты вернулась? — удивленно спросил Сэм. — Мы пытались воскресить тебя, обращаясь к демону перекрёстка, но он сказал, что в Аду тебя нет… Как ты спаслась? — Я помню всё не очень хорошо. — начала я, нахмурившись. — Я оказалась в просторном помещении. Окно заменял циферблат огромных часов. Потом был звук разбившегося стекла и боль в плече… А потом я вернулась. — Что было дальше? — спросил Сэмми. — Дальше — очередная стычка с вервольфом. Он проник в дом и похитил Дэнни. — я решила опустить подробности про остановленную пулю и голос Кастиэля, спасшего мне жизнь. — Когда я пошла за ним, вервольф сбил меня на машине. Тогда в игру снова вступил Билли. Он предложил мне заключить сделку. — И ты согласилась. — холодно выплюнул Дин. Я обернулась к нему и с мольбой о понимании сказала: — У меня не было выбора. Я умирала. — Ты могла послать его! — воскликнул Дин. Я рывком поднялась с дивана. — Вервольф хотел убить моего сына! Я должна защищать своего ребенка любой ценой! Не моя вина, если тебе не дано понять это! — Хватит! — громко прервал нас Бобби. — Говорю в последний раз — все выяснения отношений оставьте на потом! — Я заключила сделку. — подтвердила я, снова садясь на диван. — Моя жизнь в обмен на работу. — Работу? — не понял Бобби. — Я охотилась на монстров для него. — Зачем ему это? — недоуменно спросил Сэм. — Он — исследователь… — я неопределенно пожала плечами. — Может, он ставил над ними опыты… — Перевёртыш во Флориде — тоже работа от Билли? — холодно спросил Дин. — Да, от него. — сухо ответила я. — Но нам больше не нужно беспокоиться о нём. — Ты уверена? — уточнил Сэм. — Более чем. — кивнула я. — Перед тем как я умерла… снова… Билли пришёл за мной. Время, которое он давал мне за поимку монстров, заканчивалось. Он заставил меня сыграть с ним в игру. — Я больше не могу слушать этот бред! — воскликнул Дин, поднимая руки. — Заткнись! — зашипел на него Бобби. — Не хочешь слушать — выметайся. — Ты серьёзно? — громко спросил Винчестер. — Более чем. — подтвердил Бобби. Дин уязвленно рыкнул и рванул прочь из гостиной. — Кас, продолжай. — мягко произнёс Сэм. — Я проиграла битву, но выиграла войну. Мы сразились и… мне повезло остаться в живых. Но… он что-то сделал со мной, не знаю, что… Знаете, есть такое выражение: «последний вздох»… Когда Билли умирал, он выдохнул какой-то голубоватый дым мне в губы… — Это… был поцелуй? — как бы между делом спросил Сэм, делая безразличное лицо. — Да. — выдохнула я, глядя в пол. — Последний предсмертный поцелуй. — Как ты чувствуешь себя после этого? — взволнованно спросил Бобби. — Так же, как и до этого… Но, знаете, кажется, Билли сделал одно доброе дело после своей смерти. Он помог мне выбраться из могилы. — Как? — спросил Сэм. — Кажется, он сделал меня сильнее… — я неопределенно дернула плечами. — Почему ты не рассказала нам? — спросил Бобби. — Обо всём этом? — Я боялась. — призналась я. — Боялась, что вы убьёте нас с Дэнни… что не сможете понять, что есть монстры, которые человечнее некоторых людей… что мы не те чудовища, с которыми вы ведёте войну… — Дэнни тоже?.. — неловко спросил Сэм. — Нет. — покачала я головой. — В нём нет этого зерна… — я тяжело вздохнула. — Вот. Теперь вы всё знаете. Я оставлю вас решить, что делать дальше. Мы с Дэнни поймём и примем любое ваше решение. — я поднялась с дивана. — Помните только, что я не давала вам усомниться в том, чью сторону принимаю. Что бы ни случилось, я буду на вашей стороне. Вы можете рассчитывать на меня, даже если мир полетит в тартарары, земля станет жидкой или наступит конец света. — … теперь — нет. — обреченно прошептал Дин у меня за спиной. Я обернулась. В его глазах застыли боль, ненависть и что-то третье — тонкое и неуловимое. Он смотрел на меня всего несколько секунд, а потом понёс к выходу вторую спортивную сумку. — Жду тебя в машине. — на ходу бросил он Сэму.

***

      Я очень долго обнимала Дэнни и плакала. Чувствовать тепло родного человечка было больно и приятно. Мы сидели на краю его кровати и крепко обнимали другу друга, опасаясь, что нас вот-вот вновь разлучат. — Я больше не уйду. Никогда. Обещаю. — шептала я, ласково поглаживая темные волосы. — Тебя не было месяц. — хрипло сказал Дэнни. — Но я знал, что ты вернёшься. — Месяц? — вслух выдохнула я. — Там, где я была, прошло всего три дня… — Что с тобой было? — Я сыграла в прятки с падшим ангелом. — С ангелом? — удивленно выдохнул сын. — Ты выиграла? — И да, и нет. В прятках я проиграла, но смогла сбежать и выиграть время. А потом… потом была битва. — я прервала объятия, чтобы опереться спиной о подушку и поудобнее устроиться на кровати. — Битва саркастичного добра и запутавшегося зла. — Расскажешь мне? — попросил Дэнни, забираясь на кровать и удобно устраиваясь в моих объятиях. — Конечно, малыш. Слушай. Шёл дождь. Мы находились в густом ельнике, на маленьком пятачке, свободном от корней и пеньков. Цель была одна на двоих — уничтожить соперника…       Рассказывая историю шепотом, я намеренно вдавалась в детали, чтобы быстрее усыпить его — очень не хотелось рассказывать, как я вонзила в грудь Билли ангельский клинок… больше я не буду звать его лунным, это неправильно — он ведь принадлежит ангелу, а не Луне. Дэнни крепко уснул, Сэм и Дин уехали, Бобби всё сидел в гостиной, ища объяснения в книгах. Джерри Ли ждал, пока я его искупаю.       Но начать мне следовало с себя — в глубоких проникающих ранах была грязь. Я должна немедленно обработать их. Сперва приму душ — горячий, человеческий душ.

***

      Сэм смотрит на меня уже пять минут, чем ужасно раздражает. Я старательно игнорирую его, чтобы избежать того самого разговора, который непременно последует после истории Блэк. — Дин. — наконец не выдерживает он. — Замолчи. — Нам нужно поговорить о произошедшем. — Нам? — переспросил я, впиваясь ногтями в руль. — Мне — ничего не надо. Если тебе надо поговорить — позвони Блэк и трепись с ней часами. — Дин, это нужно обсудить. — твердо сказал Сэм. Я плотно сжал зубы, но ничего не ответил. — Я знаю, для тебя сегодня перевернулся мир. Твоя девушка не была человеком и… — ОНА МНЕ НЕ ДЕВУШКА! — не выдержал и выкрикнул я. — Она мне никто! Кас для меня мертва, и останется мёртвой! — Да как ты можешь говорить такое? — возмущенно воскликнул Сэм. — Ты не находил себе места, сходил с ума после её гибели, а теперь, когда она вернулась к тебе, как ты и хотел, ты ведёшь себя как конченый мудак! — Пошёл ты! — выплюнул я сквозь сжатые зубы. — Пошли вы все!

***

      Я заперлась в ванной. Под дверью лежал Джерри Ли и терпеливо ждал, когда в моём графике найдётся часик для него. Сбросив грязную одежду, я включила душ, проверила температуру воды и только после этого забралась в ванну. Вода обжигала и согревала, но я снизила температуру — если с замерзшей кожей будет контактировать горячая вода, велика вероятность разрыва кровеносных сосудов.       Я стояла, подставляя шею под упругие струи теплой воды, и с наслаждением отмечала, как кожа становится чистой. Взяв в руки мыло, я мысленно выругалась заранее — сейчас, когда пена попадет в глубокие царапины, мне будет очень больно.       Промывать дыру в боку оказалось непростой задачей. Мне хотелось сделать это, используя мощную струю воды, но как её обеспечить — непонятно. Единственное, что пришло на ум — совершить кощунство над своим телом и раздвинуть края раны пальцами. Собственно, ничего нового — мне уже приходилось делать это. Промыв кровоточащую дыру водой, я обработала её спиртовым раствором — просто это единственное, что было в аптечке… Не заливать же мне живот виски! Далее края раны я обработала йодом, вколола морфин. С ранением на ноге было сложнее — я его не видела. Понадеялась на удачу, когда промывала и обрабатывала рану. Зашить ей не представлялось возможным — так изогнуться я не смогла бы, даже если бы была кошкой. Перед перевязкой я наложила поверх раны на ноге асептическую повязку, затем сделала колосовидную повязку. Процесс зализывания ран закончился тугой спиралевидной повязкой на область живота — я чувствовала себя как барышня 18 века, попавшая в плен корсета. Приняла решение утром обратиться в Су-Фолс Дженерал за квалифицированной медицинской помощью…       Обработать раны на кистях я решила по методу Клинта. Выливать спиртовой раствор в раковину я не хотела, поэтому одолжила у Дэнни пластиковую ванночку длиной около 20 см и шириной 10 см. Наполнив её обеззараживающим средством, я тихо ругнулась, зажала зубами полотенце и опустила кисти в раствор. Как описать боль, которую я испытала?.. Представьте, что кто-то замахнулся на вас чугунной сковородой. Удар пришёлся на область лба, ваш череп буквально взорвался, мозг вылетел через трещину в затылке, а нападающий, вдобавок, ударом сковороды размазал ваш мозг по стенке. Позвоночник пронзила сильная электрическая боль — вы словно сидите на электрическом стуле, — ноги затряслись и сделались ватными, руки словно оказались в костре. Вы рухнули на пол, содрогаясь в предсмертной агонии… Я испытала что-то похожее, когда спирт проник в глубокие царапины.       Сложнее всего оказалось потом пинцетом вытаскивать занозы, мазать раны йодом и бинтовать кисти — изрезаны были не только тыльные стороны ладоней, но и фаланги пальцев, к тому же, руки не желали слушаться — они дрожали и горели огнем из-за проникшего под кожу спирта. Когда немного я пришла в себя и смогла мыслить здраво, я вскрыла упаковку с эластичным бинтом и наложила повязку на тыльную поверхность кисти.       Дело сделано. Теперь займусь полицейским псом.       Я чуть не огрела Джерри по пушистой попе, когда открывала дверь. Увидев меня живой и в меру здоровой, он вильнул хвостом, открыл рот и высунул розовый язык в знак приветствия. — Предлагаю сначала вычесать тебя. А то в прошлый раз, когда я тебя купала, у меня засорилась труба. — сказала я, постелив на дно резиновый коврик, чтобы пёс не скользил. Потом я выдвинула ящик под раковиной и извлекла из него щетку Джерри и резиновые перчатки. — Иди сюда. — я кивнула ему на ванну и занялась поиском специального шампуня. Джерри Ли послушно залез на коврик и принялся чесать за ухом. — Я тебя поняла… — протянула я, разыскивая средство от блох.       Купание собаки — дело нелегкое, (особенно, когда твои кисти почти парализованы), но мне оно очень нравилось. И, кажется, Джерри тоже. Начиналось он с того, что я хорошенько вычесывала его, настраивала температуру воды (сейчас я «измерила» её локтем) и поливала пса из душа. Затем я залезала в ванну к нему, чтобы как следует намылить, используя большую губку, и почесать его другой щеткой. Далее, пока Джерри сидел весь в пене, я чистила ему зубы специальной щеткой с нейлоновым ворсом — он лучше снимает налёт, с зубной пастой для собак. Чистить начинаю с задних зубов легкими массирующими движениями от десны. Закончив с зубами скругляю когти пилочкой. После этого тщательно смываю всю пену, промакиваю шерсть полотенцем и просушиваю феном. Всё это спокойно может занять час, а то и больше. Сегодня водные процедуры Джерри закончились капанием средства от блох на кожу в области холки. — Пойдём-ка, поужинаем по-человечески. — предложила я, возвращая перчатки и щетки на место.       Когда я насыпала корм для Джерри, в кухню вошёл Бобби. Он неловко потёр щетинистый подбородок и выдохнул: — Вы можете остаться. — Ты серьезно? — спросила я севшим голосом. — Да. — Подожди… ты уверен? — Уверен. — отозвался Бобби. — Спасибо. — прошептала я. — Не надо. Я был готов выпроводить вас обоих. — остановил он меня, вскинув руку. — Благодари Сэма, это он меня переубедил.

      После этого короткого разговора отношение Бобби к нам изменилось — незначительно, но вполне ощутимо. Теперь нам ясно давали понять, что мы в этом доме хоть и желанные, но гости, и особых прав не имеем, как это было до этого. Нам ввели комендантский час, запретили приближаться к ящикам с оружием и очень прозрачно намекнули, что, стоит нам как-то «не так» посмотреть в его сторону, и от нас не останется и мокрого места… Мы с Дэнни стараемся реже попадаться Бобби на глаза, чтобы лишний раз не напоминать о своём существовании. Сейчас мы как двоечники, дождавшиеся маму с родительского собрания в конце четверти. Что ж, этого стоило ожидать после рассказанной мной истории. Я сама виновата — либо нужно было лгать от начала до конца, либо бежать, как только всплывут какие-нибудь сверхъестественные факты из моего прошлого. Теперь дороги назад не было, все мосты сожжены…       Я стараюсь найти работу, чтобы реже бывать дома, приносить хоть какую-то пользу и иметь возможность переехать, когда Бобби скажет, только сносные объявления мне пока не попадаются. Думаю, стоит попробовать вернуться в участок к Джоди — отправлюсь туда сразу после приёма в Су-Фолс Дженерал.       Боже, нужно было видеть лицо доктора, когда он спрашивал меня об обстоятельствах получения травм. С каменным лицом я произнесла «Меня пырнули в темном переулке». На вопрос смогла ли я разглядеть нападавшего, я ответила отрицательно и, как бы невзначай, попросила поторопиться с зашиванием моей персоны. Поблагодарив доктора за помощь, я села в автобус и поехала в сторону полицейского участка.       Когда прозрачная дверь за мной закрылась, я вдохнула полной грудью — воздух был пропитан запахами пончиков с джемом, черным кофе и бумаги. Дежурный коп, кажется, даже не заметил меня. Мне же лучше. Я спокойно поднялась в кабинет Джоди Миллс и, помедлив немного, постучала. Вопросительное «да» стало входным билетом. — Привет. — неловко поздоровалась я с шерифом. — Блэк! — Джоди изумленно уставилась на меня поверх экрана компьютера. — Я думала, ты померла! — воскликнула она, поднимаясь. Я мрачно усмехнулась. — Джоди, прости, что пропала… — начала я. — Нужно было залечь на дно и обдумать, что теперь делать. — Всё в порядке? — участливо спросила она, тронув меня за плечо и заглядывая в глаза. — Боже, кто у тебя с руками? — Просто неудачно упала с велосипеда. Я в порядке. — твердо сказала я. Насколько это вообще возможно. — Но мне нужна помощь. — Слушаю тебя. — В участке не найдётся для меня работёнки? Любой. Хоть окна мыть! — Ну… — задумчиво протянула шериф, потирая подбородок. — Я могу вернуть тебя в хранилище вещдоков… — Согласна. — тут же ответила я. — Но! — остановила меня Джоди, подняв указательный палец. — Не думаю, что тебе будет там интересно. К тому же, я обещала, что тебе будет позволено выезжать с полицейскими на расследования… Так что… Я закреплю тебя за одним из детективов. Но учти — он просто невыносимый тип. Со странными, не вполне законными методами добычи информации. — Я согласна. — Отлично. — Джоди улыбнулась и хлопнула меня по плечам. — Его смена уже идёт, но сейчас обед, так что в участке ты его не найдёшь. Тебе придётся подождать сорок минут... или больше... Можешь посидеть в кафетерии, пока я распечатаю тебе график работы. Когда тебе удобно? — В любое время, семь дней в неделю. — отозвалась я, едва не крича от радости. — Вот и замечательно! — шериф Миллс одарила меня лучезарной улыбкой. Я уже собралась идти, как Джоди бросила мне вдогонку: — Да, чуть не забыла! Его кабинет на третьем этаже. Так же, как и кабинет Кайла… — Ищи табличку «Миньярд».       Я сидела в кафетерии и пластиковой вилкой гоняла по блюдцу кусочек недоеденного пончика с клубничным джемом. Не думала, что когда-нибудь мне будет настолько скучно. Одна секунда ожидания приравнивалась к 10 годам. Я уже давно изучила график копа, к которому Джоди меня «прикрепила». Смена длится 12 часов, следующие 36 полицейский отдыхает (идёт чередование дневных и ночных смен). Больше вопросов вызывала его «специализация»: наркотики, нравы, убийства, грабежи? Этого Джоди мне не сказала — видимо, решила предоставить возможность разобраться самой.       Через 40 минут после полудня Джоди прислала мне смс: «Он пришёл. Иди знакомиться. Удачи!» Я выбросила кусочек пончика и вилку в урну, блюдце вернула и, сгорая от любопытства и содрогаясь от волнения, отправилась на третий этаж. Сердце больно сжалось, когда я проходила мимо двери кабинета, что раньше принадлежал Кайлу — сейчас на ней была свежая табличка с фамилией Нельсон. Я заставила себя двинуться дальше по коридору, разыскивая… — О, вот и ты. — выдохнула я, останавливаясь перед темно-серой дверью. Глубоко вздохнув, я сосчитала до десяти, медленно выдохнула и постучала.