Другая реальность

Это было слишком страшно. Вся жизнь пронеслась перед глазами, заставляя Вадима несколько раз вздрогнуть, с десяток раз пожалеть о принятых решениях, но в конечном итоге просто выдохнуть, пытаясь принять существующую реальность такой, какая есть. Он не мог рассчитывать на большее. Он не мог даже мечтать о счастье, выпавшем ему. Слишком слабый, нерешительный, перепуганный тем, что приготовил ему судьба. Вадим никогда не был бойцом. Пожалуй, не хотел и не старался им стать. «Слабый» — этот эпитет подходил ему больше всего на свете. А ведь Вадим даже не пытался с этим бороться, просто позволял себе плыть по течению! Просто жил так, как фишка ляжет. Не так, как ему хотелось. Он просто спустил всю свою жизнь в никуда. Он стал никем. Он позволил себе стать никем. Пустотой. Так удобнее и спокойнее. Ему было тепло в своём маленьком и обжитом болотце. «Любимый» — на это прилагательное Вадим не рассчитывал никогда. Или, вернее, после Ирины окончательно. Хотя был уверен, что и с Ириной погорячился. Не могла такая женщина обратить на него внимания. Не могла заметить его и Лия. Он не заслуживал этого внимания. Прав ее отец — она заслуживала лучшего. Лучшим Вадим не был. — У вас мальчик. Казалось, перевернуть всю его жизнь с ног на голову должны были совершенно другие слова. Например, «я люблю тебя», сказанные Лией. Или ее «да», которого он определенно не заслуживал. Как он вообще мог завладеть сердцем такой девушки, как Лия? За что заслужил такую благодать на старости лет? Вадим не знал, пытался разобраться, порывался сбежать, осознавая, что ведет себя, как подросток в пубертатном периоде, но все равно так или иначе возвращался к хозяйке его сердца. К той, что была завещана ему самой Тайгой. Лия значит «быстрая» или «изнуренная» по другой версии. Лия всегда напоминала Вадиму быструю, горную реку, что могла запросто смыть любую печаль и боль. Но разве реки не высыхают? Разве люди не ломаются? Разве это зависит от него самого? Словом можно убить, словом можно спасти. Разве это не так? — Вы возьмете его на руки? Вопрос застал Вадима врасплох. Взять на руки равносильно тому, что наконец осознать, понять и принять ответственность, которая теперь ляжет на его плечи. Был ли готов он к этому? Понимал ли что делает, когда дарил Лие серебряный ключ? Знал ли, к чему это приведет? — Да. — Вадим не узнал собственный голос, он даже не дрогнул. Столько уверенности он не чувствовал никогда. Словно мрак, которому он позволил поглотить себя, развеялся. Вадим чувствовал себя так, будто в этот самый момент он наконец прозрел. Он, не сумевший удержать невесту. Он, не сумевший защитить Ирину Дорохову, сейчас держал в руках смысл жизни. Словно все его ошибки и неудачи вели его сюда, в этот самый роддом, к этому самому крохотному человечку, немного похожему на лягушонка. Нет. Не так. Неправильно. Все его пути, решения, ошибки вели его к Лие. К самому правильному и единственно верному решению в его жизни. Безумному и невозможному, но верному. — Ваша жена сказала, что вы сами назовете его? Верно или вы хотите это обсудить с ней? — Сергей, — выпалил Вадим. Он ни на секунду не задумался об имени сына. Оно пришло само. Как озарение. Как вспышка света. Как самое ясное и верное решение в жизни. Правильное решение. Сергей — слуга Бога, знатный, высокочтимый… Только одно решение... Но не все знали, что «Сергей» также означает «ясный». А именно таким Вадим сейчас увидел собственный путь так. Возможно – первый раз в жизни.