Управляющий

      Тринадцатый день, как и одиннадцатый, встретил меня пустым кабинетом. Ну, понятно, очередная часть шпионского триллера…       И действительно, не прошло и минуты, как мониторы вновь исказились помехами. – Меня слышно? – Мистер "Б", вам не стоит так рисковать и подводить под риск меня, я хочу ещё немного пожить… – Понимаю ваш скепсис, но… – Давайте сразу к сути. – К сути? Извольте! Я повстречал многих Управляющих в своё время. И я видел, как Корпорация использует их. Разве вам не говорили, что вы – особенный? Разве вам не покрывали глаза и уши ложью, что вы полезны и замечательны, и именно поэтому вас сюда наняли? Не верьте Корпорации. На неё все хотят работать, и, вероятнее всего, вы тоже здесь по этой причине. Но производство энергии – лишь полдела. Конечно же, все Крылья скрывают за собой нечто большее, и дела этой Корпорации гораздо серьёзней, чем можно предположить. Было время, когда все упорно работали ради одной цели, но в какой-то момент мы забыли о наших идеалах. То, что Корпорация даёт вам – не подарок, и вас наняли вовсе не потому, что вы такой замечательный. Ох, простите, мне пора. До связи…       Экраны вмиг вернулись в норму, оставив меня в раздражении перебирать бумаги. Что это? Весь этот монолог кажется мне таким… постановочным! Бенджамин там вообще понимает, что он делает? Он осознаёт ситуацию? Это вообще он, а не замаскированная Анжела, следующая сценарию? – Доброе утро, сэр, – помяни черта и он появится. – Ага, доброе, – я сразу сделал лицо попроще. Ну их, интриги эти, у меня работа… – Ты где была? – На собрании Сефир. Мы обсуждали проблемы безопасности и актуального технического состояния Комплекса. Должна сообщить вам, что на Нижних Уровнях обнаружены крысы, – ага, дали мне забыть об интригах, как же! – Крысы, говоришь? – Да, и это серьезная проблема. Сами по себе они не опасны, но их экскременты вкупе с поврежденными кабелями могут привести к серьезным повреждениям систем. Это одна из причин, почему Корпорация так следит за безопасностью. Пожалуйста, помните об этом. В этот раз я лично разберусь с ними, – тут она открыла глаза, – Но Управляющий, если вы обнаружите других крыс, пожалуйста, немедленно сообщите мне об этом. – Буду иметь в виду. Кстати, не могла бы ты проверить мониторы? Они тут барахлили, пока тебя не было. – Правда? – в её голосе проскользнуло удивление. – Хорошо, что вы сообщили об этом, я сегодня же займусь этим вопросом. – Ага, конечно, будет очень неприятно, если они отрубятся прямо в разгар рабочего дня.       Хм, может, я всё-таки зря отхожу от устоявшегося порядка вещей?... А, ладно, пофиг, судя по всему, пока я не скажу ей прямо в лицо, что отказываюсь работать, или не начну творить совсем неадекватные вещи вроде танцев голышом на столе, она так и будет делать вид, что всё как обычно, и перемены в устоявшихся шаблонах, не меняющихся чуть ли не с момента мироздания запуска ТТ2, её вообще ни разу не интересуют.       Сегодня наши ряды пополнил Маленький Помощник – сломанный домашний робот-дворецкий, убивающий людей. Меня так и подмывало назвать его «Уборщик-Убийца» или «Убийца-Дворецкий», но это слишком неоригинально и потому решил не присваивать ему кодовых обозначений. Он должен был ускорить прокачку Справедливости и Мужества у агентов, тем более, я надеялся, что он такой же неопасный, как и в игре. Ну, что же… Этот чемодан на ножках сбежал практически сразу, чуть не обезглавив при этом работающего с ним Дранкеля, и оказался дефективным терминатором, нарезающим людей на фарш, что он продемонстрировал на двух случайно проходящих мимо клерках. Дефективным же он оказался потому, что после их нарезки он на минуту уходит в гибернацию, и за эту минуту тот же Дранкель уже сам разделал его, причем в одиночку.       Самое смешное здесь причина, по которой Помощник дестабилизировался. А дестабилизировался он из-за ЭПОС-Дара Дранкеля. Причем тут вообще его Дар? При том, что это был Дар в виде щетины, а у Помощника, помимо прочего, есть функция парикмахера, которая, собственно, и активировалась, когда Дранкель после сеанса работы почесал подбородок и зачем-то брякнул «Эх, побриться бы». Вот Помощник и попытался «побрить» всех окружающих. Мне вот интересно, а если сказать «я люблю тебя» в присутствии ЗНН, он… она… оно отреагирует?       Кстати, что такое «ЭПОС-Дары»? Это маленькие объекты, которые с маленьким шансом материализуются у людей во время работы с аномалиями. Эти объекты становятся неотъемлемой частью человека, во всяком случае, при попытке их изъятия они исчезают и тут же появляются на прежнем месте; при этом они могут исчезать и появляться по желанию их носителя. Эти Дары в основном повышают характеристики агентов, однако я заметил, что этим дело не ограничивается. Так, к примеру, агенты, получившие от аномалии Дар, начинают работать с этой аномалией лучше и быстрее. Не сильно, но заметно.       А ещё, похоже, что Дары вступают в синергию с остальным комплектом ЭПОС от той же аномалии: броня поглощает урон чуть лучше, оружие бьет чуть сильнее и точнее, скорость реакции повышается, работа с соответствующей аномалией проходит ещё лучше. Это не особо бросается в глаза, но если приглядеться, то становится видно, что да, так оно и есть. Но и без Даров, как я заметил, броня и оружие от одной аномалии тоже синергирует друг с другом. Эффект слабый, но он есть, и по этой причине я стараюсь выдавать сотрудникам, что называется, «полный комплект».       Что касается сотрудников, то у меня одна половина из них четвертого уровня, а остальные – третьего. И ни одного пятого, что немного странно. Похоже, чем выше текущие характеристики у агентов, тем сложнее качать их дальше. Или, может, дело в аномалиях? Типа, до какого-то уровня прокачают без проблем, а дальше надо идти к аномалии посерьезнее? М-да… Хотя, многие вроде как уже подобрались к пределу между четвертым и пятым, возможно, меня уже завтра будет ожидать бум пятиуровневых агентов?       Кое-что, правда, ждало меня уже сегодня. Меня последние дни не покидало ощущение, будто я что-то забыл, но не мог вспомнить, что именно, пока сегодня лампочка не зажглась во второй раз. Да, Полуденное Испытание. Странно, что оно подзадержалось. Или Испытания здесь не привязаны к конкретным датам?       Я тут же полез в папку с описаниями Аномалий-Испытаний. Сегодня мне выпало Синее Испытание. В документах оно указано как «Индиго», но для меня оно Синее. В качестве Испытания выступают Чистильщики – гуманоидные… эм… сущности, выглядящие, как люди в черных комбинезонах химзащиты с баками, вооруженные подобием серпов. В Городе они вроде как по ночам выходят на улицы Подворотен и убивают каждого встречного. Подробностей я не знаю, и мне, на самом деле, всё равно, меня больше интересует вопрос, смогут ли мои молодчики их развалить? С одной стороны, четвертые и третьи уровни, с другой – ЭПОС у них… благодаря обновленной тренировочной программе я стал получать больше Энкефалина, следовательно, я смог покупать больше ЭПОСа, но уровня Хе на всех всё равно не хватает. Я «прикупил» два комплекта брони от Стрелка, которая по характеристикам чуть лучше, чем от Летиции, но большая часть персонала всё равно ходит в Тете. И я вот совсем не уверен, что этого хватит против Чистильщиков, которые, по бумагам, серьезные ребята, появляющиеся на самых нижних этажах большой толпой. Будь у меня «Пули», навешивающие энергетические щиты, я бы особо не сомневался, а так…       Дилемма… рискнуть имеющимся ЭПОСом и тренированными сотрудниками ради Энкефалина и ещё большего ЭПОСа или не рисковать и довольствоваться тем, что есть? Квоту-то я уже набрал, и даже на ещё одну броню должно хватить… – Быть или не быть… – Простите, сэр? – Анжела, какова вероятность, что все агенты команд содержания погибнут при столкновении с грядущим Испытанием? – если в чем-то неуверен, то спроси у знающего человека. За неимением знающего человека спрашивай знающую машину. – По моим подсчетам, вероятность полного уничтожения команд содержания колеблется в районе двадцати семи процентов. Тринадцать процентов – вероятность потери меньше половины от общего количества, сорок шесть – более половины.       Это слишком пессимистичный прогноз! Нет, я не готов рисковать так сильно, нефиг-нафиг, тише едешь – дальше будешь… Короче, я закончил раньше, чем обычно, заодно через Анжелу дав команду Нецаху, мол, пускай там работает.       И вновь передо мной встал вопрос о том, а че мне делать остаток дня? Хм-м… – Анжела, бумаги на подпись есть?...       Она притащила небольшую стопку с бесполезной (для прохождения сценария) документацией и я управился с ней за полчаса. Что дальше? – Анжела, принеси, пожалуйста, печенье…       С полдником я управился за десять минут. Что дальше? – Анжела, есть какие-нибудь дела, требующие моего внимания? – Нет, сэр. – Что с выбором аномалии на завтра? – Я принесу вам папки на выбор ближе к ночи, сэр. – А раньше нельзя? – Нет, сэр.       Блеск… И, опять же, че мне делать? Тут даже персонального компьютера нет, чтобы банально поиграть в местный аналог «косынки»… минуточку… компьютер… компьютеры… Тут ведь есть компьютеры… точнее, рабочие терминалы… и у меня есть логин и пароль к местной локальной сети, или «инфосети» на местном наречии. В которую я хотел заглянуть, да то забывал, то времени нет… Ну, сейчас я о ней вспомнил, и время есть, так что… – Анжела, я иду на внеочередную инспекцию Комплекса. Пока меня нет – ты за главную. Если что – зови! – я подорвался с места и пошел на выход, проигнорировав её удивленный отклик. Заодно я решил плотнее пообщаться с Сефирами, а то что-то мне кажется, я уделяю им слишком мало внимания.

***

– …делает, что в его силах. Уровень смертности среди персонала упал в несколько раз! – Полагаю, он действительно адекватно справляется со своими обязанностями, но… Сэр? – И снова здравствуйте. О чем говорите? – Обсуждаем актуальную ситуацию в Комплексе, сэр! – подобрался Йесод. На него и Малхут я наткнулся в коридоре Отдела Контроля. – Да? Ну, и насколько всё плохо? – Могло быть хуже. Простите, сэр, но что вы здесь делаете? – А, всего лишь внеплановая инспекция. Вы оба сильно заняты? – Ой! Простите, сэр, я вспомнила кое-что важное, мне надо бежать! – несколько поспешно подорвалась куда-то Малхут. – А как же… – попытался окликнуть её Йесод, но… – Я потом тебе занесу! У меня всё записано! – …но от него отмахнулись. Видимо, её напугало слово «инспекция», вот она и побежала проверять, всё ли у неё нормально. – М-да… Тебе тоже надо бежать? – А… – вид у него был такой, что он бы и с радостью сбежал бы, да только повода нет, а придумать отговорку гордость не позволяет, – Нет, сэр. – Ладно, тогда проводи меня к себе в Отдел, это не займет много времени. – Хорошо, сэр, – сделав постно-нейтральную мину, мы двинули на место.       Я уже побывал в Отделе Контроля, там всё было в норме… насколько слово «норма» применимо к этому месту. К Отделам, кстати, как выяснилось, примыкало несколько комнат, отведенные под конференц-залы и офисные кабинеты. Видел личный кабинет Малхут – помещение с заваленным бумагами столом, картотеками и массивной конструкцией в углу, по всей видимости, являющейся чем-то вроде станции подзарядки. Картина на столе до боли напоминала мне о моем собственном столе, правда, у меня стопки были аккуратными, а тут, очевидно, отдавалось предпочтение скорости. Кстати говоря… к чему здесь такой анахронизм, как бумажные документы? У нас тут далекое будущее, высокие технологии, искусственные интеллекты, информатизация, и всё такое прочее. Хорошо, допустим, совсем от бумажного документооборота отказаться нельзя, но почему его так много?       Списав всё на корейцев, делавших «оригинал», я отмахнулся от глупых мыслей и «проверял» всё подряд, благо, по служебной инструкции я имел на это полное право. В той же инструкции был перечень всего того, на чем при проверках стоит заострять особое внимание, но пунктов в этом перечне так много, что я едва мог вспомнить хотя бы половину. В таких случаях реально надо ходить с блокнотом, как у Малхут, в котором все эти пункты надо выписывать, и делать пометки, что так, что не так.       Эта канитель с проверкой, неожиданно для меня, затянулась. Йесод, который при мне обычно был скуп на слова, водил меня везде, показывал свою вотчину и чуть ли не на пальцах объяснял, почему у него тут всё круто и круче быть не может. У меня возникло стойкое ощущение, что он банально пудрит мне мозги, и не всё так прекрасно, как он мне тут рассказывает, но высказывать свои подозрения вслух не стал – не было ни повода, ни доказательств, да и желания тоже. – Я смотрю, ты сильно гордишься своей работой… Может быть, даже слишком сильно, – протянул я после того, как мне продемонстрировали чистоту местных унитазов и заявили, что в них можно хоть суп варить – настолько они чистые. Сильное заявление, проверять которое я, конечно же, не буду. – Разумеется, я горжусь ею. У моей команды очень ответственная задача. Она обрабатывает огромное количество информации каждый день, и при этом часто нужно работать с чем-то новым, что требует хорошей концентрации. Весь этот комплекс – словно огромная библиотека. Одна-единственная ошибка – и всё тут же выйдет из-под контроля. Уверен, вы понимаете, о чём я. Каждая строка читаемой вами информации пропитана отчаяньем и безысходностью всех наших сотрудников. Пожалуйста, не считайте эту информацию чем-то вторичным. – Я и не считал её вторичным, и ежу понятно, что без неё никто тупо не смог бы работать, – покосился я на него. Перфекционизм – это неплохо, для меня в данном случае так вообще отлично, но его дотошность меня всё равно несколько раздражала. – …Я смотрю, вам интересен мой внешний вид? – А? Чего? Это ещё откуда вылезло?... – Мне не нравится выставлять части своего тела напоказ. Не знаю, с чего это началось, но… я придерживаюсь этого стиля с тех пор, как оказался здесь.       Должно быть, мои косые взгляды были неправильно интерпретированы. Полагаю, его часто спрашивали о том, почему он носит свитер под пиджаком… Нет, стоп, эта человеческая форма – иллюзия, которую вижу лишь я… или фильтр восприятия также работает с остальным персоналом? А, нет, он же реально укрывает своё механическое тело какими-то тряпками… Почему меня этот вопрос вообще волнует? – Хей, Йесод, не одолжишь моему отделу лишней бумаги? – внезапно как черт из табакерки появился Нецах. – Обмен канцелярией между департаментами запрещен. Это написано чуть ли не в начале руководства Сефир. – Ладно, только не смотри таким ядовитым взглядом, Мистер Аспид. – Кхем-кхем, – демонстративно прокашлялся я, предлагая обратить на себя внимание. – Упс, Управляющий, звиняйте, я вас не заметил… – Не извиняю. Ты что здесь делаешь? Ты же должен там над системой биорегенерации корпеть в поте лица. И какого фига тебе бумага сдалась прямо сейчас? А вообще, какого фига ты сам за ней бегаешь? У тебя что, подчиненных мало? – А… – от моего напора алкаш аж подзавис, – Так, это, я все указания, кому чего делать, раздал, сегодня всё будет готово. А бумаги я прошу у других Сефир потому, что у Анжелы её не допросишься… – Что, правда? Ай, как нехорошо, – с напускным сочувствием покачал я головой. Зная этого алкаша и реальное положение дел, проблема тут вовсе не в том, что Анжела прижимистая, а в том, что к ней не хотят лишний раз подходить, – Анжела, дорогуша, распорядись пополнить запас бумаги Отдела Безопасности, Нецах сейчас к тебе подойдет и уточнит, сколько ему надо, – обратился я к ближайшей камере. – А… – выпучил глазищи этот индивид от такой подставы. Ну точно к Анжеле идти не хотел, – Ну что вы, не стоит отвлекать Мисс Совершенство от важных дел… – Мне начинать готовить цепи, выпивку и место для вечеринки?       Нецах икнул, затряс головой и ретировался, бурча под нос ругательства. Йесод, молча наблюдавший за этой сценой с удивленной миной, проводил его непонимающим взглядом. – Эм, сэр, о какой вечеринке речь и почему Нецах не хочет её посещать? – Я ему пригрозил, что если он не будет работать, я устрою вечеринку с алкоголем для персонала, а его на ней прикую к трубе и велю не давать ни капли.       Такого удивленного лица в этом Комплексе я ещё не видал. – Ты удивлен тем, что я заставил его работать, или тем, как я заставил его работать? – И тем, и тем, сэр. А что, он реально начал работать? – Ну, мой приказ о повышении эффективности биорегенераторов он выполняет, пусть и ругаясь про себя. – Поразительно… – неверяще покачал он головой.

***

      «Внеплановая проверка» продолжилась, и я наконец-то добрался до цели моего похода – рабочих терминалов ИнфОтдела.       Я выразил желание проверить их работоспособность путём входа в инфосеть под своим логином. Йесод, всё ещё пребывающий под впечатлением от крутизны моих мотивирующих навыков и оттого сбавивший напор своих слов, только мотнул головой, мол, делайте, что хотите.       И вот сел я за ближайший свободный терминал, включил его, посидел, подождал чутка, пока он там загрузится, присмотрелся к надписям на экране… Первым звоночком, что что-то сильно не так, стало отсутствие прибора, известного в простонародье как «компьютерная мышка», чему я не сразу придал значения, ну, может, тут люди просто в экраны пальцами тыкают. Однако, когда до меня дошло, что я вижу на экране, то пришло время впечатлиться мне, ибо это было то, что напрочь порвало мне шаблон и от чего я знатно прифигел.       Я неверяще вылупился на экран и проморгался, надеясь, что мне просто кажется, или что это просто какая-то глупая шутка от Анжелы. Но нет, никаких шуток не было и в помине: на экране белым по черному было написано: ОС «Офисный стандарт №264» v.3.23 Сертифицировано Корпорацией А. Все права защищены. Добро пожаловать! Введите команду: >\       В прострации я покопался в терминале: ввел свои логин с паролем, ввел «help», быстро сориентировался в местных командах, загрузил пару файлов и окончательно убедился, что это нифига не шутка.       В такой же прострации я завершил работу, поблагодарил Йесода и откланялся, не обращая внимания на его удивленный взгляд. – Сэр, вы в порядке?       Ой, я даже не заметил, как вернулся в свой кабинет и замер на входе. – Скажи мне Анжела… а Корпорация может позволить себе операционки получше? – Прошу прощения, вы имеете в виду операционные системы, установленные на рабочих терминалах персонала? В соответствии с Правилами Главы операционные системы интегрированы в рабочие терминалы и поставляются, как часть оборудования. Если говорить о том, может ли Лоботомия позволить себе оборудование более высокого качества, то стандартные информационные рабочие терминалы модели №5, которыми мы пользуемся, полностью удовлетворяют наши нужды, являясь безусловным компромиссом между стабильностью работы и удобством использования. – Удобством использования?... – безэмоциональным голосом вторил я ей, после чего двинулся к лифту. – Сэр, вы направляетесь в свои апартаменты? – Да. Мне… мне надо в туалет.       И я действительно направился в туалет, но вовсе не для того, чтобы справить нужду, просто я решил, что там Анжела меня точно не услышит, если я вдруг начну орать…       Вы, наверное, не совсем понимаете, что меня так поразило. Ну, представьте себе: вы оказываетесь в далеком-предалеком будущем. На дворе – черт знает какой год. Человечество освоило технологии, буквально меняющие саму реальность. И вот в этом далеком будущем, где есть искусственные интеллекты, которые с первого взгляда (да и со второго тоже) хрен отличишь от обычного человека, ты натыкаешься на вроде как высокотехнологичный компьютер с голографическим экраном, работающий на допотопной операционке типа «MS-DOS», а то и чего-то более раннего, прямиком из тех времен, когда за процессорное время работы ЭВМ нужно было платить отдельно. Ну, знаете, такие операционки, где вместо привычного интерфейса вида «рабочий стол» – командная строка.       Это буквально то, что со мной только что произошло.       Для меня эта картина такая же сюрреалистичная, как если бы в наш век компьютеров, самолетов и атомной энергии всё человечество поголовно воевало бы каменными топорами да деревянными копьями. Возникает вполне закономерный вопрос: «Да как так-то?!»       Для меня это стало сильным культурным шоком. Это просто не укладывается у меня в голове. Ладно, повсеместное пофигистическое отношение к человеческим жизням можно ещё объяснить всякими негативными тенденциями, ладно, аномалии можно как-то объяснить продвинутым техноколдунством, но вот это!... Как?! Как такое вообще возможно?! С каких пор банальное удобство, изобретенное ещё на заре цифровой эпохи, стало чем-то недостижимым для общества, достигнувшего небывалых технологических высот?!       Минуточку… Теперь, в свете новой информации… Не потому ли у нас такой огромный бумажный документооборот, что компьютерные средства обработки информации столь ущербны, хотя, казалось бы, далекое будущее, процесс перевода документооборота в цифру начался ещё в двадцать первом веке и, по идее, уже должен был сто раз как завершится, но нет, мы всё ещё возимся с бумажками, а? Можно же, по идее, у той же Анжелы выделить на это дело мощностей, снабдив предварительно подходящим ПО – и всё, пожалуйста! Так почему этого не сделали?!       Ох, лягать меня в дыню, это что получается, информационные технологии за хреналион лет не просто никуда не продвинулись, а деградировали?! КАК?!...       Ладно, допустим, случилась какая глобальная катастрофа типа Третьей Мировой Войны, многое было утрачено… Это объяснило бы, почему весь мир в жопе, и почему человечество живет в одном гигантском Городе, окруженным Руинами… Но это не объясняет, как с такими убогими ОС можно ваять ИИ, успешно походящих на людей? И вообще, от той катастрофы люди уже более-менее оклемались, вон какие технологии отгрохали, так почему они не восстановили такую простую и банальную вещь, как удобный и дружественный к пользователю интерфейс компьютерных систем? Почему? Как?! КАК?!       …Твою мать, если раньше мне хотелось взглянуть на технические характеристики Анжелы, то теперь мне страшно даже подумать о том, насколько она на самом деле хороша и насколько же ущербны другие существующие ныне ИИ даже по сравнению с тем, что было у меня на родине! А-а-а, Билл Гейтс, Стив Джобс, Тимоти Джон, Святой Гейб, простите нас, мы всё просра-а-али!...       Через десяток минут хождения кругами и редких, но смачных ругательств, меня отпустило. Ну, подумаешь, тут у нас явный перекос в технологическом развитии, и что с того? Меня это разве должно волновать? Нет, не должно! И чего я так завелся из-за такой ерунды?       Я тяжко вздохнул. Наверное, это из-за того, что всё вокруг такое… бестолковое, что ли? Того же Нецаха мне потребовалось хорошенько пнуть, чтобы он принялся за улучшение систем Комплекса, с которым, вообще-то, он должен управиться уже сегодня. Всё бы ничего, да только возникает вопрос: а без меня что, нельзя было всё это проделать? И ведь так тут, считай, со всем! Пока я не озаботился вопросом подготовки агентов – программу их тренировок не меняли. Пока не поднял вопрос системы биомониторинга – её никто и не думал чинить. А сколько ещё нерешенных проблем я ещё толком не касался? Как насчет наркозависимых, к примеру? Они тут точно есть, и никто с ними ничего не делает! А психологический контроль персонала? А вопросы общей безопасности? И это только то, что на поверхности!       Такое чувство, что без моего начальственного чиха тут никто ничего решать не будет. Это что, всё из-за долбанного сценария? Или такая ситуация вообще норма для этого мира? Если верно второе, то глубина задницы, в которую я попал, явно больше, чем мне представлялось ранее. А если верно первое, то это ещё хуже, потому как сделать я с этим толком ничего не смогу – Анжела не даст отойти от сценария.       В очередной раз выругавшись, я от злости пнул пустую урну и вышел в комнату. Хотелось пойти и обматерить Анжелу, Сефир и всех сотрудников, после чего вернуться сюда и напиться. Желание напиться для меня, вообще-то, совсем нехарактерно, и я грешил на предыдущего владельца занимаемой мной туши: он, вроде как, был совсем не против пригубить чего покрепче. Все эти душевные порывы, впрочем, были задавлены на корню, ибо мне это ничем не поможет.       Размышляя о том, что я при всем желании не смогу объять необъятное, что мне в любом случае придется решать проблемы по мере их поступления и что вся надежда на то, что рано или поздно я смогу как-нибудь всё распутать, мне удалось успокоиться. Я всё ещё чувствовал себя загнанным в клетку зверем, но, по крайней мере, уже не был готов наброситься на первого встречного.       Посидев за столом какое-то время, ни о чем не думая, я вспомнил о Нецахе и о том, что я обещал ему рассказать о способе добычи годной выпивки. Написав на листочке единственный известный мне такой способ, я сунул его в карман и двинул в кабинет, к Анжеле – проверять, не понадобился я ей там или нет.       К моему удивлению, сама Анжела обнаружилась сразу за выходной дверью, по своему обыкновению замершей статуей самой себе. – Анжела, что-то случилось? – спросил я, в мыслях перебирая варианты того, для чего она тут стоит. – Сэр, Нецах рапортует, что все запрашиваемые вами модификации системы биорегенерации успешно установлены и запущены. – Уже? – я обернулся и кинул взгляд на часы. – Быстро он, однако. Ладно, веди меня к нему, что ли…       Что-то мне подсказывает, что ты здесь не из-за алкаша, каким-то чудом закончившего работу сильно раньше срока. Но зачем же тогда ты под дверью-то встала?... Ах, да, она же моё состояние мониторит постоянно. Видимо, датчики сработали на мои переживания, вот она и пришла проверить, не слетел ли я с нарезки. Блин, как-то неудобно получается, я же, считай, истерику на пустом месте закатил… Надо бы заняться самоконтролем, а то ещё сорвусь на Анжеле…

***

      Проведя ещё одну инспекцию вместе с Анжелой и оценив выполненную работу на «удовлетворительно», я с подмигиванием всучил алкашу папку с документам, которую попросила передать Малхут и в которую я незаметно (надеюсь) подложил тот листочек с разъяснением про выпивку. Тот моё подмигивание вроде заметил и поспешил удалиться, показательно бормоча что-то ругательное. – Ну-с, с этим разобрались. Что там дальше по плану? – Не считая вечернего выбора аномалии, на сегодня никаких действий от вас не требуется. Возможно, может случиться экстренная ситуация, которая потребует вашего вмешательства, но вероятность этого мала. – Понятно, – кивнул я, после чего передо мной вновь возник вопрос: а че дальше? До ухода на боковую ещё часа четыре как минимум. Не то, чтобы я был против безделья, но просто валяться на кровати и смотреть в потолок? Увольте! Мне бы хоть книжку какую интересную, а ещё лучше – комп с интернетом, однако про интернет я даже заикаться боюсь, особенно после сегодняшнего открытия: подозреваю, что привычного мне интернета или его аналога в этом мире тупо нет. И не потому, что тут компы с убогими ОС, а из-за того, что этот мир – антиутопия, контролируемая параноидальными мегакорпорациями с пунктиком на ограничение информации. И даже если аналог интернета всё-таки есть, то у нас тут режим полной изоляции от внешнего мира (без шуток, даже документ соответствующий есть).       Поскрипев мозгами, я мысленно сплюнул и решил, что раз не знаю, что делать, то надо спросить знающую машину. – Анжела, а чем обычно занимались предыдущие Управляющие, когда у них возникало свободное время при полном отсутствии дел, прямо как сейчас? – Обычно они удалялись в свои апартаменты. – …И-и-и? – Иногда они уходили беседовать с Сефирами, но такое было довольно редко.       И всё?! И чем же мой предшественник занимался в той комнате? Книжки читал? Ну, вариант, конечно, неплохой, особенно если ты каждый цикл перечитываешь их заново, только вот я их уже перечитал два раза и заходить на третий круг не хочу, тем более, что из интересного там только одинокий сборник местных сказок, каким-то образом затесавшийся в ряд серьезной научной литературы, да справочник по имплантации. Нет, обзоры местных научно-технических достижений – это круто, но они слишком формализированы!       Ну и что мне делать? Хоть специально людей собирай в карты играть… Стоп…       Я покосился на Анжелу. А зачем мне люди? Хотя, она может отказаться. Или нет? Она же тут тоже страдает от скуки и однообразия… – Слушай, Анжела, а у тебя карты есть? – Карты, сэр? – Игральные карты, вроде тех, с которыми я на днях в «транжиру» рубился. – Думаю, один лишний комплект можно найти на складе… – Каком складе? – тут я навострил уши. Это на каком таком складе у нас игральные карты имеются? – Я имею в виду складское помещение C-1-12, где хранятся личные вещи сокращенных сотрудников.       Стоп… у нас тут такое есть?! Да там же наверняка куча всякого разного интересного лежит, и всё бесхозное! – А отведи-ка меня туда! – Я могу сама туда сходить… – Не спорь со мной, а просто веди меня туда! – Как пожелаете, сэр.       Складское помещение C-1-12, насколько я могу судить, располагалось недалеко от Жилой Зоны, что, в общем-то, неудивительно: меньше таскаться туда-сюда. И оно было огромным. Гигантские шкафы были заставлены однотипными контейнерами футуристического вида, и у каждой стороны каждого шкафа были видны механизмы, которые, очевидно, предназначались для складирования и изъятия. На полу располагались, как я подозревал, самодвижущиеся платформы для доставки контейнеров к шкафам и от шкафов. Возле единственного входа в помещение, где мы сейчас находились, располагался массивный агрегат с механическими манипуляторами и пустыми контейнерами, который, насколько я могу судить, занимался упаковкой и распаковкой вещей. Полная автоматика, однако!       У меня закрались подозрения, что тут хранятся вещи не только сокращенных сотрудников, а вообще всех, кого "А" в своё время заманил сюда и «положил в запас». Логично, в принципе, они же все сюда не с пустыми руками и голым задом приходили, и их вещи тоже надо было куда-то деть до востребования. – Какой огромный склад! И, как я посмотрю, тут всё заставлено. – В настоящий момент данное помещение задействует 76% регламентированного пространства. – И что, всё это – вещи сокращенных? – Разумеется, нет, тут также хранятся различные бытовые предметы, имеющие большой срок годности с минимальными условиями хранения или не имеющие срока годности вообще. – Понятно, – кивнул я, и тут заметил, как к нам подъезжает платформа с контейнером. – А это… – Я проверила инвентарный реестр в поисках колоды игральных карт и сделала запрос на их извлечение. Полагаю, мне следует уточнить, что вам нужно будет подписать акт об их изъятии. – Погоди, а проблем никаких не возникнет? – Все вещи на этом складе де-юре являются собственностью Корпорации и состоят на балансе вверенного вам филиала, так что, как Управляющий, вы имеете право распоряжаться ими по своему усмотрению. Проще говоря, проблем не будет, пока вы не попытаетесь вынести их за пределы Комплекса. – Ага, – покивал я головой. Пока Анжела говорила, мы оба подошли к агрегату, куда заехал контейнер, и теперь я мог наблюдать, как механизмы вскрывают последний, являя на свет его внутренности. – Слушай, а можно посмотреть содержимое поближе? – Как вам будет угодно. Прошу сюда.       Вскрытый контейнер был переложен автоматикой так, чтобы мы с Анжелой могли подойти вплотную и без труда покопаться в нем. От внутренностей шел едва уловимый запах чего-то стерильного, видимо, внутрь закачивали специальный газ против насекомых, плесени и всякого такого, что могло бы попортить вещи.       Данные пожитки, судя по всему, принадлежали девушке, на что толсто намекала куча аккуратно сложенной женской одежды, упакованной в прозрачные пакеты. Не считая одежды, вещей было не очень много, в основном всякая бытовая мелочевка, фен для волос, полотенца, старомодный будильник с мордой кота; была пара тонких книг в розовых обложках с заголовком «Похождения Невероятной Китти», которые я, несмотря на смутные подозрения об их содержимом и качестве, решил также прихватизировать, сами понимаете, на безрыбье и рак рыба. Были какие-то исписанные тетради. Любопытства ради взял самую толстую и открыл её где-то посередине.       «Я не могу поверить, что это не чья-то злая шутка! Меня действительно пригласили на работу в Крыло! Я так и не поняла, чем смогла привлечь внимание Л Корп, но какая разница? Уже послезавтра ко мне придет корректировщик, чтобы сопроводить меня в Гнездо! И не только меня одну, сестренку тоже приняли в Л Корп, и мы, похоже, даже будем работать в одном месте! Я так счастлива, что готова прыгать и орать от счастья! Но прыгать и орать нельзя, нет-нет-нет, нужно скрывать, что нам с сестрой так сильно повезло, иначе могут явиться эти уроды и убить нас от зависти. Надеюсь, им не придет в голову придти в эти оставшиеся пару дней и попытаться стрясти с нас этот их ”налог на защиту”? Ох, надеюсь, нет, у нас же и так мало денег, а жизнь в Гнезде, говорят, такая дорогая, что даже подъемные не помогают. Нам двоим, правда, подъемные не предлагали, зато выделили временное жилье по льготным условиям прямо по месту работы! Это так щедро с их стороны! Глория мой оптимизм, правда, не сильно разделяет. Говорит, что у Л Корп зловещая репутация. Да, я это знаю, но черт возьми, так можно сказать о каждом Крыле, и что с того? Люди могут говорить о них что угодно, но я сильно сомневаюсь, что в энергодобывающих комплексах посреди Гнезда шанс наткнуться на жуткого монстра сильно выше, чем у нас здесь, на задворках.»       На последнем предложении я захлопнул тетрадь и едва подавил желание швырнуть её обратно в ящик. Вселенная, пожалуйста, хватит мне напоминать, в какой жопе я оказался! Хватит мне напоминать, что этот сукин сын "А" поломал жизни тысячам, а может, и миллионам человек! – Сэр, вы в порядке? – я вздрогнул, так как на эмоциях даже забыл, что рядом со мной Анжела. – Да, в порядке, просто… просто я как-то не ожидал, что наткнусь на очередную слезовышибательную историю из жизни. Не люблю такие, мне от них всегда становится грустно и неприятно. Давай не будем об этом, – дневник вернулся на место, а я продолжил копаться в барахле.       Тут оказалась коробка поменьше, где лежала всякая мелочь типа украшений, каких-то ключей с брелками, пара коробок карт (были изъяты обе) и небольшой мячик (его тоже изъял – буду его об стенку кидать). – Оп-па! А кто это у нас тут такой?       С этими словами на свет был извлечен белоснежный пушистый кролик. Игрушечный, ясное дело. Толстый такой, с мягкой шерстью, мордочка такая глупо-умилительная и добрая. Я рефлекторно почесал его за ушком. Сжал его, проверяя на предмет чего-нибудь твердого внутри, но нет, никаких механизмов или просто твердых предметов не чувствуется. Черт возьми, в этом мрачном, полном смерти и безнадеги будущем не разучились делать мягкие игрушки?! Самые обычные игрушки, которые не убивают, не сводят с ума и не делают вообще ничего опасного? Без шуток, я в шоке. Смотря на творящийся вокруг трындец я подспудно ожидал, что всё вокруг будет содержать частицу местного абсурда, и даже обычные игрушки будут с каким-то подвохом, а тут – на тебе… Я честно не ожидал увидеть здесь что-то привычное, что-то… нормальное. Тут ведь даже ручки с бумагой какие-то не такие, как у меня дома: ручки тут не разбираются и в их основе, похоже, не привычный для меня шарик, а бумага тут, если судить на ощупь, сделана не из обычной целлюлозы. – Что, пушистик, тебе тут скучно и одиноко? Прости, но твоя хозяйка к тебе не вернется. Хочешь, я возьму тебя к себе? А? О! Ты не против! Отлично! – Сэр, вы осознаете, что эта игрушка не живая? – А, не обращай на неё внимания, она просто не знает, что это такой способ борьбы со стрессом. – Способ, сэр? – Ага! Люди притворяются, что игрушки живые, и ведут с ними беседы. Мягкие игрушки – идеальные собеседники! Ты можешь говорить им, что хочешь, делать с ними, что хочешь, и они не будут ни возражать, ни осуждать! А если включить толику воображения, то они будут отвечать тебе то, что ты хочешь! И да, их можно носить на руках, гладить и тискать! Ну, последнее тебе вряд ли понятно: сомневаюсь, что у тебя есть тактильные ощущения… – Вообще-то, тактильные ощущения у меня есть. – Правда? – удивился я. Вкусовых ощущений у неё нет, но есть тактильные? Странно. – Ну, тогда ты должна понимать, почему с мягкими игрушками приятно играть. – Простите, сэр, может, мы пойдем? Вы уже перебрали весь контейнер, сомневаюсь, что здесь есть что-то ещё, стоящее вашего внимания. – Хм, полагаю, ты права, – резкая смены темы меня несколько удивила, но я решил, что Анжеле просто надоело тут торчать, – Так-с, я беру книжки, два набора карт и этого кролика. Или это заяц? Никогда не мог их толком отличать. – Я полагаю, что это всё-таки кролик. Во всяком случае, в реестре он описан именно как кролик. Кстати, не могли бы вы подождать минутку? Надо распечатать акт об изъятии, а ближайший принтер находится здесь. – Да, конечно.       Дождавшись, пока Анжела не вернется с очередной бумажкой, не имеющей смысла в реалиях поехавшего спектакля, мы с ней выдвинулись обратно, по пути натолкнувшись на толпу клерков с той девахой, которая давеча играла со мной в «транжиру» и потом ушла проверять какого-то парня на отсутствие импотенции. – Управляющий? – удивленно спросила она, и вся толпа тут же обернулась ко мне, да так и застыла с круглыми глазами. – О, привет-привет… Роза, верно? Ну, как там твой парень, прошел проверку? – А, да, прошел, хотя мне и казалось, что он меня за тигра принимает, – тут же попыталась сделать невозмутимый вид Роза, хотя в глазах у неё по-прежнему плескалось удивление. – Рад за тебя. Что-то не так? – последнее с серьезной миной было адресовано остальной толпе. Нет, я понимаю, что Управляющий, идущий в обнимку с игрушечным кроликом, и его строгая секретарша, несущая книжки с пошловато розовой обложкой – зрелище сюрреалистичное, но марку держать надо! – Нет-нет, всё в порядке! Правда ведь? – ответила за всех Роза, и остальные закивали, аки болванчики. – Чудно. Не будем вам мешать! – лучезарно улыбнулся я, и наша начальственная парочка двинула дальше. Завернув за ближайший угол, я услышал, как вся толпа дружно выдохнула и начала что-то громко обсуждать. – О чем они там говорят? – поинтересовался у Анжелы. Хотелось притормозить и подслушать, но мне это не по статусу, у меня, в конце концов, для этой цели как раз есть ИИ, подключенный к системе наблюдения. – Персонал расспрашивает сотрудника Розу о её встрече с вами. Полагаю, мне стоит уточнить, что до того, как мы пересеклись с ними, она как раз распространяла слухи о вас. – Какие слухи? – Она описывала вас, как милого и обходительного джентльмена, который предлагал ей «провести ночь вместе», но поскольку у неё уже был партнер на ночь, она была вынуждена отказаться, на что вы отнеслись с пониманием. – Льстит, лиса, – удовлетворенно крякнул я, внутренне поражаясь тому, что я, оказывается, популярен у женской части персонала. Не то чтобы это было удивительно само по себе, всё-таки я тут самый главный, то есть, по их мнению, самый успешный, но, черт возьми, большинство ведь даже моей морды лица не видело! Кстати, в той толпе как раз одни девушки и были… М-да, интересно, меня не будут пытаться соблазнить? Вроде бы не должны, но черт их знает…       Вскоре мы вернулись в мой кабинет. – Так, Анжела, каких-нибудь дел для меня не появилось? – Нет, сэр. – А у тебя самой есть какие-нибудь дела, для которых тебе нужно… кхм, отлучиться? – Нет, сэр. – Отлично, тогда идем ко мне. – Сэр? – Давай, идем-идем!       Анжела, оставаясь внешне невозмутимой, молча проследовала в мою комнату, хотя я почти уверен, что её вот так вот ни разу в «мою» опочивальню не приглашали. Хм, что-то мне моя идейка уже не так сильно нравится… а, к черту, в конце концов, надо же как-то налаживать отношения, а?       Переступив порог, я оглянулся и заметил, что Анжела что-то не спешит заходить вслед за мной. – Анжела, ты чего там застряла?       После моих слов она отвисла и всё-таки вошла в комнату, тут же приоткрыв глаза, слегка заметно. Ага, камер тут точно нет… – Куда мне положить книги? – На стол. Так, садись здесь, – я сдвинул стул, стоящий возле стола, и подошел за вторым, что стоял возле кровати и обычно использовался мной вместо вешалки. – Зачем, сэр? – За надом. Давай, не стесняйся, – второй стул оказался перед столом, а кролик – на столе. Анжела как-то заторможено уместилась на стуле, сев ко мне боком. Я сел рядом и извлек колоды. – Анжела, а ты чего личико своё от меня прячешь? – Я его не прячу. – Ага, то-то ты от меня отворачиваешься. Неужели моя морда тебе настолько противна? – Дело вовсе не в этом, просто… людям не нравятся мои глаза. – Да? Ну-ка, посмотри на меня.       Анжела замерла на несколько секунд, но после медленно повернулась лицом ко мне и раскрыла глаза. Никаких эмоций лицо не выражало, словно передо мной была искусная фарфоровая маска. Отчего-то мне стало не по себе, но приступ паники был моментально задавлен. – Нормальные у тебя глаза, даже красивые. Хотя да, при определенном освещении они будут смотреться довольно зловеще.       Мне показалось, или у неё веки дернулись? – Мне никогда не говорили, что мои глаза «красивые». – Ну, всё бывает в первый раз… Кстати, о птичках, – я начал перебирать одну из колод, – сейчас я научу тебя одной древней карточной игре. «Дурак» называется. – …Сэр, вы серьезно? – Да, черт побери, я собираюсь научить продвинутый искусственный интеллект играть в карты, ибо чем ещё заниматься томными вечерами? Если у тебя есть идеи получше, не стесняйся высказать их вслух. – У меня нет никаких идей, есть только мысль, что это крайне неэффективное использование моих возможностей. – И не говори. Мы, люди, вообще склоны к нелогичным и неэффективным решениям. Итак, для игры в «дурака» используют сокращенную версию колоды от шестерок до туза…

***

– …Так, Анжела, признавайся – ты жульничаешь? – Не понимаю, о чем вы говорите. – А, ну да, конечно, и то, что я проиграл двадцать раз подряд – это просто совпадение? – Вообще-то, вы проиграли двадцать три раза подряд. Возможно, я просто сильный игрок. – Возможно. А ещё возможно, что кое-то использует свою сверхчеловеческую память и восприятие, чтобы запоминать и отслеживать местоположение всех карт в пространстве и использовать эту информацию для прогнозирования ходов. – Или вы просто не умеете проигрывать. – Или я просто не умею проигрывать. Так ты отслеживаешь карты или нет? – Да, отслеживаю. Это разве жульничество? – Вот только не надо строить из себя невинную невинность! То, что ты не призналась в этом сразу, явно указывает на твоё понимание того, что это не совсем честно! – В правилах игры ничего об этом не сказано. – Ага, потому что правила эти рассчитаны на простых людей, не способных на подобные выкрутасы. А даже если бы и нашлись в природе уникумы, которым такие трюки по силам, они бы их не применяли. – Почему? – Потому что это убивает всё веселье! Какой смысл играть, если исход заранее предопределен и ты не можешь никак выиграть? – Я не знаю. Некоторые люди совершают бессмысленные и абсурдные действия, даже зная заранее, что вероятность на успех равна нулю. – Мы сейчас говорим о развлечениях, а не о чем-то серьезном, – проигнорировал я камень в «мой» огород. – Давай ты прекратишь постоянно отслеживать местоположение карт, а то игра становится слишком скучной, хорошо? – Как скажете, сэр.       Мы сыграли ещё двадцать партий, из которых я выиграл всего семь. Ну, было бы глупо отрицать, что Анжела и впрямь более сильный игрок. Не то чтобы это была её заслуга, но… м-да, кажется, я и впрямь не умею проигрывать. Не замечал раньше за собой такой черты характера… – Хм, чтобы ещё такого придумать? – произнес я, пока Анжела тасовала карты. – О чем вы, сэр? – Да вот, думаю, что скоро мне надоест валять дурака и надо будет затеять что-нибудь другое. Может, в «города» сыграть?... А, нет, стоп, ты же никаких городов не знаешь. Да и я не силен в ней… – «Города», сэр? – А, это такая игра, в которой один игрок говорит название одного города, а второй должен сказать название другого города, так, чтобы первая буква в его названии соответствовала последней букве в предыдущем. Тот, кто не может дать название, проигрывает. – Сэр, а городов разве много? – Ну, сейчас вроде как Город всего один, а вот раньше, давным-давно, когда мир ещё не лежал в Руинах, городов было много-много. – А разве было время, когда Руин не было? – Ха-ха, Анжела, насмешила, Руины же – это же остатки человеческих сооружений. Значит, когда-то на их месте было что-то другое, логично? – Действительно… А что тогда было на месте Руин? – Кто знает? Может, там раньше были части нынешнего Города, может, там были другие города, может, ещё что-то… Могу сказать только, что раньше там жили люди, а сейчас… вроде не живут. – И вы не знаете, почему люди покинули те места? – Не знаю. Хотя, скорее всего, там случилась какая-то катастрофа, сделавшая тамошние земли непригодными для жизни. Слышал, Руины кишат монстрами, которых хрен завалишь даже с помощью Сингулярностей, вероятно, это как-то связано. – …Сэр, вам не надоело моё общество? – Нет. А что? – Ничего, сэр. – Было бы ничего – ты бы не спрашивала. Дай-ка угадаю: предыдущие Управляющие предпочитали твоей компании гордое одиночество? – Я бы так не сказала. Скорее, они предпочитали общество кого угодно, но только не меня. – Интересно, почему?       Анжела не ответила, я же не хотел развивать эту тему. Мне так и хотелось заявить ей прямо, что «я – не прошлые Управляющие», но… Мне откровенно страшно раскрываться перед ней. Это сейчас она относительно дружелюбная, но я прекрасно осознавал, что под этой маской безмятежности скрывается страшная обида на одного конкретного человека, чье тело я занимаю, а может, и на весь мир вообще. И мне очень сильно не хочется увидеть эту обиду во всей красе.       То, что «моё» поведение резко изменилось, для неё очевидно, она сама это чуть ли не прямым текстом мне говорит, вопрос только в том, поняла ли она, что это результат подселения? Было бы идеально, если бы оно так и не раскрылось, а внезапная смена характера Управляющего так и осталось для Анжелы неразрешенной загадкой. Тогда я мог бы в какой-то момент разыграть кающегося "А", и есть отличный от нулевого шанс, что она «меня» всё-таки простит. Маленький, но всё же.       Но что, если подселение вскроется? Её реакция может быть совершенно непредсказуемой, но вряд ли она обрадуется какому-то хрену из параллельного мира, пусть даже он с ней исключительно дружелюбен. Скорее, у неё от такой новости просто сорвет протоколы безопасности, и она начнет отыгрываться за все те хреналлионы лет повторения одного и того же дерьма, в котором она была вынуждена участвовать. А может, и не сорвет, и она продолжит следовать сценарию, но кто даст гарантию, что по его окончании она таки не начнет отыгрываться? Хочется верить, что она надо мной сжалится за то, что я вел себя с ней не как конченный мудак, но, будем откровенны – весь её предыдущий жизненный опыт отнюдь не способствует формированию у неё человеколюбия и всепрощения, и получится ли у меня это хоть как-то исправить – большой вопрос. Лично я в свои способности не очень-то верю…       Ладно, пока что будем налаживать с ней отношения, оно всяко невредно будет. Кстати, о птичках, я же хотел что-то сделать… Ах, да! – Анжела, ты говорила, у тебя тактильные ощущения есть? – спросил я, откладывая колоду в сторону. – Да, сэр. Я не могу сказать, насколько они соответствуют тактильным ощущениям человека, но они есть. – Ага. Вот, держи, – тут я сую ей игрушечного кроля в руки, и та на автомате принимает его. – Сэр? – мне ведь не показалось, и я правда расслышал в её голосе растерянность? – Погладь кролика. – Сэр, какой в этом… – Погладь кролика.       Анжела замерла на пару секунд, уставившись на игрушку с ничего не выражающим лицом, после чего начала неуверенно водить одной рукой по ней.       Да, знаю, идиотская идея – пытаться задобрить ИИ посредством мягких игрушек, но в качестве эксперимента, проверяющего её реакцию на столь нетривиальную ситуацию, сгодится. Ну а вдруг ей это реально понравится и она даже начнет с ним играть? Она – ИИ, но на основе живого человека, может, у неё от этого какие-то положительные ассоциации пробудятся? – Сэр, я не понимаю, в чем смысл? – Тебе не нравится? – Я бы не сказала, что мне это не нравится, но… зачем? – Зачем я дал тебе эту игрушку и сказал погладить её? Мне показалось, что тебе может быть приятно.       Анжела аж замерла и посмотрела прямо мне в глаза. Могу её понять, с её точки зрения я, должно быть, сказал что-то совсем уж невероятное. – Сэр, я только что получила сигнал, что выбор аномалий готов. – О, хорошо! Давай ты сходишь за папочками, и на сегодня, пожалуй, всё. – Как скажете сэр, – Анжела встала и сделала попытку отложить кролика в сторону, но… – Кролика пока оставь себе. – Зачем, сэр? – Просто так. Поиграй с ним немного. Как я говорил, мягкие игрушки – одни из лучших собеседников. А когда он тебе надоест – оставь на столе в моем кабинете. – Хорошо, сэр. – Ладно, иди за папками. Я подожду тебя в кабинете…