A fateful course...

— Хочу спросить тебя об одной вещи перед всеми нашими друзьями: ты выйдешь за меня?       Секунду стояла тишина, но тут же раздались удивлённые и счастливые возгласы парней и девушек, сидящих за столом. Присутствовавшие в кафе люди стоя аплодировали, а Фрэнк, с надеждой в глазах, терпеливо ждал ответа любимой девушки.       — ДА! Конечно же да! — наконец-то Алиса пришла в себя и вскочив с места, крепко обняла своего молодого человека. Парень, дрожащими от счастья руками, аккуратно надел Алисе на пальчик минималистичное золотое колечко. Джеймс и Сириус, торжествуя, выпустили из волшебных палочек снопы разноцветных искр, а Гермиона и Лили наколдовали гирлянды из разных цветов, которые тут же обвили обнимающуюся парочку. ***       — Да, старина Лонгботтом умеет удивить! — Джеймс всё ещё не мог поверить в то, что Фрэнк сделал предложение своей девушке раньше, чем сам Джеймс.       — Он, в отличии от тебя, времени зря не теряет, — хмыкнул Регулус. — Хотя, если бы у тебя были такие помощницы как у него, то и ты давно бы окольцевал нашу прекрасную Лили.       — Помощницы? — Джим покосился в сторону Гермионы и своей девушки. — Так вы знали! И не сказали нам ничего! Лили, милая, это предательство, — наигранно обиделся Поттер и надул губы, совсем как ребёнок. Девушки лишь рассмеялись с его недовольного вида.       — Вы бы всё разболтали, или шутили бы над Фрэнком, а так получился самый настоящий сюрприз.       — Бродяга, что с тобой?       — Ничего, просто устал. — всё это время он смотрел не на Рема, который задал ему вопрос, а на Гермиону, старательно отводившую взгляд в сторону.       — Я, пожалуй, вернусь домой, хорошо? — Гермиона направилась к выходу. — День был замечательный, но я тоже неважно себя чувствую.       Её неожиданно перехватила крепкая рука Сириуса. Парень резко потянул её на себя и усадил обратно рядом с Лили.       — У мистера и миссис Поттер сегодня романтический ужин, Льюис. Оставайся вместе с нами. — он сделал особый упор на её фамилии.       — Тогда я пойду спать.       — Брось, Гермиона, мы же хотели поиграть в «Правду или Действие», забыла? — Лили смотрела на подругу глазами самого милого котёнка, и Гермиона сдалась.       Ребята принесли с кухни закуски, соки и устроились поудобнее. Первым выбирал Ремус, он, подстраховавшись, для начала выбрал правду.       — За что тебе было стыдно последний раз? — выпалил Регулус, обогнав своего брата. Лунатик слегка задумался, отпил немного сока.       — За всю эту историю с Гермионой.       Сердце девушки пропустило удар. Она не очень хотела вспоминать сейчас то, что было между ними с Люпином, однако игра есть игра, никто не знает какой оборот она может принять. Льюис почувствовала, как кто-то коснулся её руки, опустив взгляд, она заметила, что Сириус, как бы невзначай накрыл её руку своей ладонью.      — Отлично! Я выбираю правду, — Регулус захотел побыстрее разбавить обстановку.       — Расскажи о самом неловком моменте в твоей жизни, — последовал вопрос от старшего Блэка.       — Так не честно, ты меня всю жизнь знаешь!       — Вообще-то, начиная с 1 курса я о тебе толком ничего и не знаю, так что валяй братишка.       — Ну-у-у… — Регулус замялся и кажется даже слегка покраснел, вспоминая что-то. — В общем дело было после того, как Сириус сбежал из дома, — начал парень. Он старался не смотреть ни на кого, чтобы сосредоточиться, иногда он издавал сдавленные смешки. — Матушка через неделю после этого устроила приём, уже не помню в честь чего. Там было настолько скучно, что я даже и не заметил, как один за другим влил в себя несколько стаканов огневиски. Не помню, как оно попало мне в руки, даже не спрашивайте! — Сириус уже во всю улыбался, представив, как пьяный Регулус скорее всего сорвал важный приём. — Короче, я стал таким развязанным, со всеми общался о чём-то, помню, что на меня смотрели как на придурка. Мать была тогда в ярости! Она при всех погнала меня в свою комнату, а я начал отпираться, кричать что ещё не попрощался с Дженнифер. — Кто такая Дженнифер? — сквозь смех спросил Джеймс. — Семикурсница со Слизерина, я был в неё влюблён, — ребята взорвались громким смехом. — И дальше, я вырвался из рук матери и побежал к Дженнифер, она смотрела на меня такими влюблёнными глазами, я не удержался и поцеловал её. Это был мой первый поцелуй, а вокруг все начали охать и ахать о том, что юный Блэк тронулся. Я был таким счастливым, оторвался от неё и тут она говорит: «Кикимер тоже очень любит хозяина Регулуса», — договорить парень не успел, так как все уже катались по полу от смеха.       — Ну надо же, — смахивая слёзы говорила Гермиона. — Сочувствую тебе, Реджи.       — Мерлин! Почему это никто не заснял? Почему я не убежал чуть позже? — выл Сириус, хватаясь за живот.       — Мать меня тогда целую неделю из комнаты не выпускала, — усмехнулся Регулус.       Сириус проснулся из-за того, что что-то щекотало ему лицо. Он не торопясь открыл глаза и пошевелился. Это что-то ещё и не давало ему двигаться. Парень приподнял голову и понял, что причиной его беспокойного сна стала Гермиона, устроившаяся на нём, словно на подушке. Она по-хозяйски закинула на него ногу, а голову положила на грудь. Волосы девушки беспорядочно разметались на лице Блэка и от того ему было щекотно. Парень аккуратно высвободился из цепких объятий и осмотрелся. Вчера, засидевшись до поздна, они всей компанией так и уснули прямо в гостиной: кто на полу, кто на диване или кресле. Блэк ещё раз взглянул на мирно спящую Гермиону. Он никогда не видел её такой умиротворённой, обычно девушка была сосредоточенна и собрана, постоянно о чём-то думала, очень часто грустила. Только сейчас, когда она раскрыла ему свою тайну, он понял причину её настроения.     Сириус с того момента отстранился от Гермионы, от Регулуса, а про Снейпа он даже и думать не желал. Она рассказала обо всём им обоим, но не пожелала раскрыться остальным друзьям. Первое время Сириус злился и считал, что это очень эгоистично с её стороны — скрывать то, с чем все они могли бы помочь Гермионе. А потом он понял что это было бы очень рискованно, ведь за то, что она рассказала всё Снейпу и Регулусу, устранила Питера, судьба жестоко с ней поквиталась. Теперь девушка никогда не сможет вернуться в своё время, ведь её там попросту не существует. Да и расскажи она им всё сразу, смогли бы они поверить ей?     Столько разных вопросов, а ответов чертовски мало! Парень хотел бы расспросить её обо всём, утешить, помочь, но пока что ещё сам не мог смириться с тем что узнал. И не было ещё такой возможности чтобы побыть с ней наедине и всё обсудить, рядом постоянно кто-то находился. Да, Сириус перестал злиться. Он просто не имел права злиться на человека, который стольким пожертвовал ради него и его друзей, а ещё — он слишком сильно любил Гермиону чтобы продолжать вести себя как идиот.     ***       — Значит, вы с Бродягой так и не помирились? — Джеймс, словно маленький любопытный мальчик расспрашивал Гермиону. Он устроился на кровати рядом с Лили и постоянно вмешивался в их разговор, за что уже неоднократно получил подушкой по голове.       — Лили, ты меня прости, но боюсь ты овдовеешь ещё до свадьбы, — Джеймс услышал в её голосе скрытую угрозу и поспешил побыстрее убраться с места. Лили лишь рассмеялась на такое заявление. — Нет, мы так и не помирились, — ответила Гермиона, опережая вопросы подруги. — Ему нужно время… и мне тоже, наверное.       — Гермиона, поверь мне, прошло уже достаточно времени. Скоро мы вернёмся в Хогвартс, нам нужно сейчас держаться вместе. Я не знаю, что у вас там произошло с Сириусом, но пора бы уже расставить все точки над «i». Мы же не слепые: вы так смотрите друг на друга…       — Не переживай, Лилс, — заверила Гермиона подругу. — мы обязательно помиримся с ним.       — То есть, это правда?       — Что? О чём ты?       — Ты всё-таки влюблена в Сириуса?! И как давно? Почему ты не рассказала мне, своей лучшей подруге? — Лили грозно возвышалась над Льюис, та даже невольно захотела ретироваться, как Поттер.     — Я не была уверена, — попыталась оправдаться Льюис, примирительно выставив руки вперёд. — Одно я скажу точно: моё признание его не особо впечатлило.     — Ты призналась Блэку в своих чувствах? — Лили словно ударили Конфундусом. Она аккуратно села на край своей кровати. — И что он сказал?     — Ну как… Призналась это громкое слово. Я скорее попыталась, но мы поссорились.     — Нет, Бродяга конечно мой лучший друг, но в этой ситуации я собственноручно помогу вам сбрить с него всю шерсть, когда он будет в обличии пса! Это же надо так: девушка ему в любви признаётся, а он!     — ДЖЕЙМС ФЛИМОНТ ПОТТЕР! Немедленно прекрати подслушивать! — Лили направила волшебную палочку в дверной проём, откуда только что высунулась голова её возлюбленного. Парень тут же оказался вне комнаты, а дверь, громко хлопнув, закрылась перед самым его носом.     — Ой, ну и не надо, — насупился Поттер, — а я, между прочим, хорошую идею вам подкинул.     — Что, снова в пролёте? — смеясь спросил его отец.     — Девчонки… — Джеймс досадно махнул рукой в сторону их комнаты и отправился будить Лунатика, что показалось ему даже более интересным, чем подслушивать разговоры девочек.       — И всё же, Сириус, теперь, когда ты знаешь о Гермионе всё, почему бы тебе не поговорить с ней?       — Потому что, Реджи, когда я хочу поговорить с ней, вы все увлечённо стоите где-то за углом и шушукаетесь о том, что вот-вот они сейчас, цитирую: «поцелуются, обнимутся и будут вместе навсегда».       Регулус тихо рассмеялся. Да было такое дело: друзья не раз оставляли Гермиону и Сириуса наедине, чтобы они наконец-то решили все свои разногласия, но увы, этого не происходило по их же вине.       — Как? Вот скажи мне, как она со всем этим справляется?       — Оу, — Регулус удивился, — это ты лучше спроси у неё самой, хорошо брат?     — Драккл с тобой, всё равно скоро всё решится, — отмахнулся старший Блэк от брата, прекрасно понимая, что Регулус прав: все эти вопросы он должен задавать Гермионе.   ***     Гермиона порхала вокруг стеллажей, выбирая нужные для седьмого курса учебники. Сегодня было 30 августа и уже через пару дней она с друзьями вернётся в Хогвартс на последний год обучения. Этот год ложен много изменить в их жизнях. Когда в последний раз Гермиона виделась с Северусом, он сообщил ей о том, что Дамблдору осталось найти ещё несколько крестражей и тогда они уничтожат Волан-де-Морта навсегда. Тогда Гарри будет расти в мире, где нет войны и рядом с ним будут его родители.     Лили и Эми отправились в аптеку, докупить недостающие ингредиенты для зелий, а парни как обычно рассматривали новые мётлы для квиддича, разве что Регулус покупал себе новые мантии — за последний год он стал намного выше.     Гермиона аккуратно сложила книги в сумку и теперь бродила по маленьким улочкам Косого переулка, вспоминая своё детство. Ремень сумки слегка натёр плечо из-за тяжести книг и Гермиона уже хотела наложить на них заклинание, как вдруг позади услышала фразу, которую когда-то кажется уже слышала:     — И как ты их только тащишь, а? — девушка обернулась. — Давай помогу! — Сириус забрал у неё сумку и повесил себе на плечо. — Куда идём дальше?     — Мне не тяжело…     — Мне так не показалось… — несколько секунд они просто молчали, прожигая друг друга взглядами. — Совсем как год назад, когда мы…     — Впервые встретились, — Гермиона не дала Сириусу договорить, закончив предложение вместо него.     — Ну, вообще-то если быть точными, год назад я впервые встретил тебя, ведь ты тогда уже знала кто я такой.     — Я…     — Не извиняйся, Гермиона, — жестом остановил её парень. — Единственный кто должен просить прощения — это я. Я не должен был злиться и заставлять тебя рассказать то, о чём ты говорить не хотела. Я должен был тогда пойти за тобой, не дать тебе уйти, я должен был тебя поддержать, а вместо этого обвинил во лжи и оставил одну, прости меня. Я — самый настоящий идиот. Я даже представить себе не могу что тебе пришлось пережить и всё это ради нас — людей которых ты, можно сказать, даже и не знаешь вовсе.     — Вы все были очень дороги мне в моём мире… да, я не знала Джеймса, Лили и ещё многих, но я знала Гарри, который остался совсем один, я знала тех людей, которые пострадали от рук Волан-де-Морта и я знала его самого… поверь, то что происходит сейчас, не идёт ни в какое сравнение с тем, что происходило в моём времени… Мы каждый год сталкивались с опасностями и смертями близких, подвергались угрозе пожирателей, у меня не было спокойной жизни с тех пор, как Гарри и Рон спасли меня от горного тролля на первом курсе…     — Тролль? — удивился Сириус. — В Хогвартсе? Ты однозначно обязана показать мне всё, что помнишь. — парень старался шутить.     — О-о, да, — протянула Гермиона, погружаясь в воспоминания, — один из преподавателей впустил этого тролля в Хогвартс, чтобы отвлечь внимание и похитить философский камень для Волан-де-Морта, — она помолчала несколько секунд. — Гарри тогда помешал ему… мы вместе прошли мимо Пушка, дьявольских силков, комнаты с дикими летающими ключами, огромными настоящими волшебными шахматами…     — Вы что, играли в шахматы?     — Мы встали вместо фигур… Рон тогда пострадал, пожертвовав собой, потом была комната с зельями и загадкой… я тогда изрядно перенервничала, разгадывая загадку профессора Снейпа.     — Профессора Снейпа? Он — профессор?     — Да и мы вообще-то подозревали его, но ошиблись, он всегда спасал наши задницы.     — А дальше? Что было дальше?     — Я вернулась тогда за Роном и передала его в лазарет, профессор Макгонагалл связалась с Дамблдором. Всё что было дальше, мы узнали только со слов Гарри. Но с того самого момента у нас не было ни одного спокойного года в Хогвартсе. — А кто такой Пушок.     — О… — Гермиона рассмеялась. — Это огромный кровожадный пёс.     — Я тоже огромный и кровожадный, — ухмыльнулся Блэк.     — Да, но ведь у тебя одна голова, а не три.     — Чёртов Хагрид! — Блэк расхохотался. — А потом ещё говорят, что Хогвартс — самое безопасное место для юных волшебников.     — Он ещё умудрился достать драконье яйцо и пару недель держал у себя маленького дракончика.     Они так и шли по улице смеясь и переговариваясь — подробности своего прошлого Гермиона уже не рассказывала, опасаясь, что эта информация может быть подслушана ненужными людьми. Но конечно же она пообещала Сириусу рассказать всё самое интересное чуть позже.     — А когда…     — Сегодня. Я хочу рассказать им всё сегодня и поставить точку в этой истории. Теперь этот мир — мой мир, другого быть уже не может. Рано или поздно они всё равно заподозрят что-то неладное.     — Как планируешь это сделать?     — Я что-нибудь… — Гермиона не успела закончить, так как в нескольких метрах от них раздался взрыв.     — Ложись! — крикнул Сириус и схватив её за руку, нырнул один из прилавков, прикрыв девушку собой. Толпа пришла в движение, люди в панике разбегались в поиске укрытия. Послышались громкие хлопки — кто-то трансгрессировал в Косой переулок. Гермиона крепко сжимала палочку, готовясь к худшему. В воздухе пролетали вспышки заклинаний, где-то звучали новые взрывы, огонь охватил десятки прилавков.      — Нужно найти остальных и выбираться отсюда, — Сириус высматривал безопасные пути отступления. — Distringendos Operam! — парень назвал неизвестное Гермионе заклинание, рассекая воздух волшебной палочкой. — Теперь мы можем спокойно выйти из укрытия, но у нас есть не больше десяти минут, пока чары не рассеются.     — Что за чары? — спросила Гермиона, выбравшись из-за прилавка вслед за Сириусом. Внезапно перед ними возник Пожиратель Смерти — Гермиона дёрнулась за волшебной палочкой, но Сириус схватил её за руку прежде чем она успела произнести заклинание. Пожиратель осмотрелся по сторонам и с хлопком исчез.     — Это чары отвлечения внимания, — Сириус потянул девушку за собой вдоль улочек, всячески избегая столкновений и защищаясь от летящих заклинаний. — Я ещё не до конца освоил их, поэтому времени у нас меньше, чем должно быть. Пока что они видят что угодно, но не нас. Вычитал этим летом в библиотеке.     — Гениально! Протего! — Гермиона выставила щит и летящий в их сторону красный луч рассыпался, столкнувшись с преградой. — Там Джеймс! — девушка вскрикнула и указала в сторону толпы людей. Действительно, Поттер и ещё несколько мракоборцев бок о бок сражались с группой Пожирателей, пытаясь вытеснить их из проулка. Как оказалось, не зря. Они спрятали женщин, детей и стариков в одном из магазинчиков и теперь всеми силами защищали здание.     — Нужно найти способ вытащить людей отсюда, — Сириус судорожно мыслил. — Это спортивный магазин, Гермиона!     — Поверь, спорт мало меня волнует на данный момент, — фыркнула девушка, уворачиваясь от очередного луча и мгновенно оглушила одного из пожирателей, который так и не сумел понять, кто и откуда на него напал.     — Мерлин, нет! — застонал Блэк. — Этажом выше находится квартира, там есть действующий камин и твоя задача переправить людей, а я присоединюсь к Сохатому.     Возразить девушка не успела, так как Сириус уже кинулся на помощь другу и она незаметно проникла в здание, как раз вовремя, ведь чары, которые наложил Сириус, уже рассеялись. Едва она вошла в магазин, как тут же угодила в крепкие объятия.     — Гермиона! Как я рада что с тобой всё в порядке! Где Сириус? Как ты узнала что мы здесь?     — Стоп! — Гермиона тоже была очень рада видеть подругу, но та была в шоке и, кажется не понимала, что действовать нужно быстро. — Послушайте все! В квартире, этажом выше есть камин, поэтому сейчас мы должны как можно скорее покинуть это место! — девушка обратилась ко всем присутствующим, их было около тридцати человек, в основном подростки с матерями-магглами. — Чтобы не было неразберихи и паники, все отправляйтесь в Хогсмид, паб «Три метлы», затем по домам, если нужна помощь, то оставайтесь в пабе!     Волшебники внимательно её слушали, а затем направились наверх, вслед за Гермионой. Девушка, не без помощи Лили и Марлин, разделила присутствующих на группы и по очереди отправляла всех через камин в Хогсмид. Она знала, что новость о нападении разнесётся молниеносно и тогда в Косой переулок прибудет ещё подкрепление, которое было очень нужным.     — Не волнуйся милая, всё будет хорошо, — Лили успокаивала маленькую светловолосую девочку. — Там о тебе позаботятся, а твоих родителей обязательно найдут и сразу же тебя им передадут, — рыжеволосая подтолкнула девочку к камину, взяла горсть пороха и громко назвала адрес, закинув летучий порох в камин. Зелёное пламя поглотило девочку, и она исчезла, теперь все были в безопасности.     Гермиона бросилась вниз, намереваясь помочь друзьям в битве. Ей было не впервой встречаться со слугами Тёмного Лорда и она была готова. Впервые Гермиона шла туда, зная, что сможет дать отпор Пожирателям.     — Гермиона, стой! Там безумно опасно!     — Лили, я не могу быть здесь!     — Тогда я пойду с тобой.     — Нет! — Гермиона не хотела подвергать подругу опасности, Джеймс никогда ей этого не простит. Но Эванс уже вырвалась на улицу, выставив перед собой магический щит. Гермиона же вслед подруге прошептала то самое заклинание, которое наложил на неё Сириус. Она боялась что ничего не выйдет, но в следующий момент, Лили будто бы стала невидима для неё.     — Круцио! — раздался оглушительный вопль, по телу Гермиону пробежались мурашки. Один из Пожирателей пытал подростка, которому на вид было не больше тринадцати лет. Кончики пальцев буквально заискрились магией, и она почувствовала невероятный прилив сил. Девушка ринулась к Пожирателю.     — Секо! — режущее попало точно в цель и пожиратель, выронив палочку, прижал раненую руку к груди. Мальчишка, которого он пытал, бессильно отполз за разрушенный прилавок.     — Конфриго!     Гермиона выставила щит прежде чем проклятие настигло её. Двое пожирателей напали на неё со спины и между ними завязалась битва. Девушка понимала, что силы совершенно неравны и стоит ей хоть на секунду отвлечься, её убьют.     — Гермиона, мать твою! — из-за спины раздался гневный крик и тут же рядом оказались Ремус, Сириус и Джеймс. — Какого хрена ты здесь делаешь?!     Взгляд Сириуса метал молнии, он был зол. Парни окружили подругу, защищая от натиска врагов. Магия так и рвалась из девушки, она чувствовала покалывание в кончиках пальцев, словно через неё проходили электрические разряды.     В этот момент Гермиона позволила магии овладеть ею. Девушка постаралась сосредоточиться на своих эмоциях, на погоде, как ей советовал Дамблдор. В тот же момент вода из фонтанов, находящиеся на центральной площади, охватила пожирателей и отбросила их к стене.     — Пора уходить! Дамблдор и мракоборцы уже здесь!     Девушка кажется не слышала друзей. Она словно погрузилась в транс, то и дело выводя из строя пожирателей. И с каждым всплеском энергии, магия всё больше завладевала девушкой.     — Гермиона! Гермиона, надо уходить! Сириус схватил её за руку и притянул к себе. — ОН здесь, Гермиона, нам велено немедленно покинуть Косой переулок!     Она очнулась. Оглядевшись по сторонам, девушка поняла, что Пожирателей осталось лишь пара. Однако отчего-то парни выглядели встревоженно и кажется, были… напуганы?     — Волан-де-Морт здесь, Гермиона! Бежим! — Сириус потянул её за собой, и они понеслись в неизвестном направлении, на ходу защищаясь от попадавшихся Пожирателей Смерти. Но что Тёмный Лорд забыл в Косом переулке? Какую цель он преследует? Он никогда не появлялся сам. — Отдайте мне её, и никто не пострадает, – зазвучал шипящий голос по всей улице. Сириус резко остановился, и отпустил руку Гермионы. Он быстрым движением встал впереди девушки, крепко сжимая палочку.     — Господа, я думаю, вам стоит увести мисс Льюис как можно дальше отсюда. Сейчас это самое опасное для неё место, — внезапно рядом с ними появился директор Хогвартса.     — Как вовремя.     Кровь застыла в жилах Гермионы, когда из-за угла появилась высокая фигура в чёрной мантии. Сириус крепче прижал Гермиону к себе, друзья напряглись, но Дамблдор был спокоен как никогда, словно перед ним не стоял темнейший волшебник их времени.     — Глупо было приходить сюда, Том, — Гермиона испытала сильнейшее дежавю, ведь эти же слова говорил Дамблдор в министерстве на пятом курсе, когда убили Сириуса.     — Вижу, я очень изменился за двадцать лет, не так ли, мисс Грейнджер? — голос Волан де Морта был пропитан ядом, а девушка застыла. Он знает. Гермиона сосредоточилась, она почувствовала в своём разуме чьё-то присутствие. Дамблдор. Дамблдор закрывал её разум, ведя диалог с Томом. — Глупо было думать, что я ничего не узнаю, – Реддл злобно улыбнулся и взмахнул палочкой. Где-то послышался резкий вздох, и настала темнота. Гермиона ощутила на себе пристальный взгляд, но не было сил открыть глаза. ***     — Она проснулась! — это были первые слова, которые услышала Гермиона, прежде чем угодила в крепкие объятия подруги. Длинные рыжие волосы заполонили её лицо и неприятно щекотали нос, из-за чего она пару раз чихнула, попутно высвобождаясь из объятий.     — В чём дело? Где мы? — Гермиона окинула взглядом незнакомую комнату. Просторная, выполненная в светлых кремовых тонах, она вселяла чувство уюта и спокойствия. Светлые стены, исписанные изящными узорами, высокий потолок, огромная мягкая кровать с балдахином, платяной шкаф, на полках которого покоились древние фолианты, мягкие кресла и письменный стол — ничего из этого Гермиона раньше не видела у друзей дома. Она опустила ноги на пол и тут же замерла. На секунду ей показалось будто она ступает по пушистому облаку, настолько мягким был ковёр в комнате. А вид из панорамного окна просто завораживал: раскидистый сад, кусты, усыпанные прекрасными цветами, деревья, каких Гермионе ещё не приходилось видеть, фонтан, окружённый мраморными беседками.     — Мы в особняке Блэков, — прервала Лили, — Сириус перенёс тебя когда ты потеряла сознание.     — Очень странно… я раньше не видела этой комнаты.     — И не удивительно, — пожала плечами Лили, — дом огромен! Его даже домом сложно назвать — замок!     — А где остальные?     — В гостиной отдыхают. Мистер и миссис Поттер тоже здесь, они беспокоятся о тебе. Завтра они сами будут провожать нас на вокзал.     — А что произошло в Косом переулке? После того как я отключилась…- Гермиона очень боялась, что пострадал кто-то из близких людей.     — По большей части потери понесли Пожиратели, а тех, кому удалось выжить, отправили в Азкабан до начала судебных разбирательств. Погибли несколько магглорождённых, мракоборцы…. Министр посещает семьи погибших. Ну а остальные отделались травмами и шоком. — Лили замолкла. Но Гермиона видела, что ей есть ещё что сказать.     — Лили, я вижу, что ты хочешь что-то спросить, — улыбнулась она подруге. — Он пришёл туда за тобой, Гермиона, – Лили тяжело вздохнула. — Зачем ему нужна ты? Магглорождённая волшебница, та, кого он презирает? Ты сильная волшебница, я не спорю, но ведь дело не только в этом? ОН говорил о чём-то, что было понятно только тебе и Дамблдору. Мы хотим знать, зачем ты ему нужна? — Лили правда не хотела сейчас нагружать подругу, но вопросов было очень и очень много, а ответа ни на один из них не было.     — Лили, — мягко улыбнулась Гермиона. Сейчас Гермиона предстала перед Лили как взрослая, пережившая множество трудностей девушка, в её глазах она видела тяжесть и грусть, непонятные ей самой. — Я чуть позже всё расскажу. Всем вам. ***       В гостиной Блэк-мэнора стояла тишина, изредка нарушаемая тихими переговорами. Миссис Поттер отпаивала ребят успокоительной настойкой и укрепляющим бальзамом. Немного ранее, они вместе с Лили залечили ушибы, полученные в результате битвы. Постепенно все приходили в себя.       — Ну как она? — Сириус вскочил с места, едва Лили вернулась от Гермионы.       — Слегка истощена магически, но зелья уже делают своё дело, — поспешила успокоить всех Лили. Она не меньше остальных волновалась за подругу, которая вместо того, чтобы отправиться в безопасное место, бросилась в самое пекло. Хотя, если подумать, Лили бы поступила точно так же, она не стала бы отсиживаться, пока кто-то сражается. — Сириус, она попросила тебя спустить сюда Омут памяти. Регулус вздрогнул. Сегодня? Она решила сделать это сегодня и именно сейчас? Когда все они наиболее уязвимы, истощены морально и магически. Эта девушка не знает пощады. А с другой стороны он наконец-то сможет увидеть абсолютно всё, ведь Гермиона показывала ему только одно воспоминание с Сириусом, которого было вполне достаточно для того, чтобы он, Регулус, ступил на верную дорогу. Сириус поднялся с кресла и направился в кабинет дяди Альфарда.       — Кто-нибудь понимает, что здесь происходит вообще? — Джеймс вспылил. Он устал и ему не терпелось узнать, что же на самом деле происходит. А ещё его не отпускало чувство, будто он один из всех ничего не знает.       — Успокойся, милый, — Юфимия ласково потрепала сына по волосам, — подожди немного и Гермиона всё объяснит вам.       — Вы что-то знаете? — Поттер окинул родителей удивлённым взглядом. — И вы ничего не сказали мне? Почему?       — Джеймс, — голос отца звучал жёстко и имел мгновенное воздействие. Парень немного поутих.       — Гермиона была очень сломлена в определённый период, — начала Юфимия, — тогда я застала её в ужасном состоянии, и мы много беседовали… она рассказала мне много очень интересных вещей и поверьте — эта девушка имела полное право хранить все секреты при себе и ничего с ними не делать, но она выбрала иной путь и все мы в конце концов будем благодарны ей за это.       — Очень интересно… — Джеймсу казалось, что всё запуталось только сильнее и это бесило, а с другой стороны он почувствовал себя ужасным другом из-за того, что пропустил момент, когда Гермионе нужна была их поддержка. — Почему же она ничего не сказала…       — Потому что вы можете меня не понять, вся эта история… Она невероятна.       Все взгляды устремились ко входу в гостиную. Гермиона стояла, прислонившись к стене и слушала друзей. Всё же она не ошиблась, когда решила, что сегодня самое подходящее время. Она подошла к Омуту памяти и выставила на столик несколько пробирок, каждая из которых была подписана и датирована.       — Ты уверена? — тихо спросил Ремус, надеясь на то, что возможно Гермиона передумает. Ему не очень-то и хотелось, чтобы подруга раскрывала всю себя, особенно если это причинит ей боль. Конечно, как и всем, ему было очень любопытно, но если бы она сказала «нет», то он бы и не настаивал на обратном.       — Я уже давно должна была это сделать. Возможно даже в первый день нашего знакомства, но я испугалась что вы не так поймёте меня. То, что вы увидите, будет немного… странным. Вряд ли что-то подобное происходило когда-то. Прошу вас помнить об одной вещи: я молчала об этом, в том числе, чтобы защитить вас. Гермиона взяла первую пробирку, с подписью «1 курс» и серебристые нити воспоминаний опустились в Омут памяти, приглашая всех в комнате за собой. — Не осуждайте меня за моё молчание. ***       — Мы… мы на платформе 9 и ¾? — Лили осмотрелась. Дети и взрослые в мантиях сновали туда-сюда, раздался гудок поезда, призывая юных волшебников занять свои места. — Я буду писать вам каждый день! — маленькая девочка с копной пышных волос, больше напоминающих воронье гнездо, крепко обнимала родителей. — Вы будете мной гордиться, обещаю!       — Этого не может быть… — прошептал Джеймс, не веря собственным глазам. — Ты не училась в Хогвартсе! Мы бы знали!       — Вы не видели жабу? — всё та же девочка заглядывала в каждое купе с одним и тем же вопросом. — Мальчик, по имени Невилл, потерял свою жабу, — следом за ней таскался пухленький темноволосый мальчишка. Его глаза… они казались Лили безумно знакомыми, но когда мини-Гермиона вошла в следующее купе, она тут же позабыла о мальчике.       — Мерлин и Моргана! — хором воскликнули они с Джеймсом. Перед ними сидели два мальчишки: высокий рыжий — судя по всему родственник Пруэттов, либо сын Молли и Артура, а второй… — Я — Гарри. — улыбнулся парнишка в очках. — Гарри Поттер. — Я читала о тебе! — воскликнула мини-Гермиона, а мальчик, слегка покраснев, прикрыл волосами молниевидный шрам. ***       — Гермиона Грейнджер! — профессор МакГонагал, слегка постаревшая и с проседью в волосах, вызывала первокурсников для распределения. Гермиона, что-то бормоча себе под нос, отделилась от толпы и села на табурет.       — Хммм… — промычала Шляпа, отчего девочка вздрогнула. — Я вижу очень богатый ум, твёрдый характер и явное желание показать себя… а сколько храбрости в твоём юном сердце… тебе предстоит совершить множество великих подвигов… ГРИФФИНДОР! — воскликнула Шляпа и под громкие аплодисменты Гермиона присоединилась к столу гриффиндорцев.       — Гарри Поттер! — зал затих, как и Мародёры, ожидающие вердикта Шляпы. Мальчик просидел на табурете около двух минут, после чего счастливый отправился в сторону стола золотисто-красного факультета. *** — Это же всё неправда, да? – Ремус шумно выдохнул, – это что-то типа сна? — Это 1996 год, и это не сон. Это моя жизнь. — Ты как путешественница во времени? – спросил Джеймс единственный вопрос, который казался самым адекватным. — Отчасти, – Гермиона нежно улыбнулась, – я не хотела, чтобы всё произошло именно так. — Поразительно! — прошептал Ремус. — Это просто невероятно! Это единичный случай, таких больше не было в истории! — Гарри, – Лили напряженно вздохнула, – это наш с Джеймсом сын, да? — Да, – Гермиона снова улыбнулась. — Один из самых прекрасных людей в моей жизни. Я вам рассказывала о нём, но завуалированно. У меня действительно были проблемы с друзьями в первое время, именно Гарри и Рон начали общаться со мной… Хотя, – Гермиона рассмеялась от воспоминаний, – это тоже произошло не сразу. — Почему он, – голос Лили дрогнул, – такой… худой и маленький? Мы с Джеймсом мертвы? — Да, – Гермиона сочувственно сжала руку подруги. — Было одно пророчество, о нём вы узнаете чуть позже, в нём говорилось о ребёнке, который будет способен убить Волан-де-Морта, по всем приметам подходили две семьи: Поттеры и Лонгботтомы. И он пришёл за Гарри. — Где были мы? – хором спросили Сириус и Ремус. — Это вы тоже узнаете позже. — Гермиона, – Лили схватила подругу за руку. — Что ты отдала взамен? — Кому? – Сириус нахмурился, не поняв о чём идёт речь. — Ты смогла спасти Регулуса, – начал Джеймс, – убедила Северуса встать на нашу сторону, что ты отдала Магии взамен на это? — Я отдала возможность вернуться в своё время. Моих родителей не должны были убивать в этом времени, а значит и в будущем меня не существует. Ремус открыл рот, пытаясь что-то сказать, но весь воздух покинул его. — Но у тебя есть мы, – на удивление всем, подал голос Регулус, – это конечно не то же самое, но всё же. — А что было дальше? – спросил Джеймс, – с моим сыном? — Я покажу, – Гермиона тяжело вздохнула. — Теперь, когда вы поняли о чём будет идти речь, хочу прояснить, я не рассказывала вам обо всём по нескольким причинам: основная – я не знала надолго ли я здесь. Я не смогла бы рассказать вам всего, и вернуться обратно. Да и к тому же, я боялась поменять всё кардинально. Условно, исходя из основных законов времени, если бы я активно помогала Джеймсу с Лили, то могла бы где-нибудь напортачить, и вы не были бы вместе. Я пыталась не сильно участвовать в ваших жизнях, чтобы всё шло своим чередом. Правда, это не всегда получалось. 2 курс: — Гарри! — Гермиона! Привет! — Лили снова увидела их с Джеймсом сына, почему-то его лицо было перепачкано сажей. Гермиона крепко обняла Гарри.      — Что с твоими очками? — Сломал, — пожал плечами мальчик, а Гермиона аккуратно взмахнув палочкой, произнесла заклинание, починившее очки. — Спасибо, — улыбнулся Гарри, — так намного лучше. Лили со смехом наблюдала за тем, как Гермиона влюблённо смотрит на смазливого профессора Локонса, неспособного даже обезоружить ребёнка. — Тайная комната открыта? — слышался шепот студентов. Регулус думал о том, что это было невозможно, школу много раз осматривали, но, естественно, то самое трио совместными усилиями нашли эту комнату. Несмотря на ситуацию, никто не смог сдержать смеха, когда перед профессором Снейпом и директором маленькая девочка смогла своровать ингредиенты для оборотного зелья. Ещё больше смеха было, когда Гермиона предстала перед Роном и Гарри в образе кошки. Джеймс Поттер стоял почти неподвижно, изредка подбадривая ещё не рожденного сына, будто тот мог его услышать. Он был полной его копией, и лишь глаза, прекрасные глаза Лили, отличали их. Некоторые моменты были показаны от лица Гарри, поэтому где-то внутри чувствовалось его эмоции во время первой битвы с Томом Реддлом. Лили вскрикнула, и крепко сжала руку Джеймса, когда в руку их сына пронзился ядовитый клык Василиска. — Всё будет хорошо… всё будет хорошо, — шептал кто-то рядом с Джеймсом, но он видел только огромную кровоточащую рану и судорожно вспоминал средства, которые могут спасти от яда Василиска. Том Реддл тем временем распинался о том, что всего через несколько минут, когда Джинни Уизли умрёт, он вернёт себе своё тело, мощь и былое величие. — Тебе тоже недолго осталось, Поттер, — усмехнулся Реддл, кивнув на рану. — Лекарства от яда Василиска нет, а значит, ваши скелеты навсегда останутся здесь. Внезапно Гарри пододвинул к себе дневник и занёс над ним клык. — Что ты… не-е-е-ет! — завопил Реддл, когда Гарри проткнул дневник клыком несколько раз. *** — Дамы и господа, это мой крестник, – Сириус победно улыбнулся. — То есть у нас под школой, сейчас дремлет чудовище Салазара Слизерина, способное убить одним взглядом? – подытожил Регулус. — А в лесу проживает армия акромантулов… — Да уж… Луни, да ты по сравнению со всей этой нечистью — милый пушистый щеночек! — усмехнулся Сириус, соглашаясь с братом. — Надеюсь Гарри гордился собой. Я им горжусь, – глаза Джеймса горели. — Нет, – перебила его Гермиона, – Гарри не хотел себе славы. Он хотел тихой и спокойной жизни. И хотя от тебя ему досталась твоя внешность и таланты, от Лили он унаследовал феноменальную скромность и доброту. Он никогда о своих подвигах не кричал, желая спокойствия и счастья, которые так и не получил. Поэтому, когда я оказалась тут, решила вмешаться и исполнить его заветную мечту. Джеймс понял о чём говорила Гермиона, и кивнув, взял свою девушку за руку. Им ещё не скоро было суждено стать родителями, но эмоции при просмотре этих воспоминаний полностью завладевали ими. — Тебе нравился Гарри, – не спросил, а скорее утвердил Регулус, с улыбкой. — Мне нравился Рон. — Мерлин, Гермиона! Нет! Голову на отсечение даю, что он тот ещё придурок и эгоист! — возмутился Сириус. — Гарри был моей опорой и поддержкой, я любила его исключительно как брата, которого у меня никогда не было. — Но всё же в воспоминаниях прослеживается какая-то романтика, – Сириус прищурился. — Бродяга, не смей ревновать Гермиону к моему сыну и своему крестнику. Гарри был бы для неё лучшим вариантом. — Я, кстати, согласна с Джеймсом, — поддержала парня Лили, а Гермиона закатила глаза. Ей совсем не нравилось обсуждать это. ***       — Он не вредный! — спорила Гермиона с Рональдом. На руках у неё свернулся клубочком пушистый рыжий кот. Он то и дело бросал опасные взгляды на крысу, что пряталась в кармане Рона.       — Ага, как же! — лицо парня приобретало багровый оттенок. — Этот маньяк положил глаз на Коросту! Держи своего кота подальше от неё!       — Гарри! — Гермиона отвлеклась от Рона, заметив, что Поттер стоит вверху лестницы и, хмурясь, наблюдает за очередной ссорой друзей. *** — Мерлин, – прошептал Сириус, подходя ближе к стене с плакатом, – тут везде моё лицо, – всё это было похоже на кошмар. Сириус стоял за решёткой, впалые щеки, дикий взгляд и отчаянные крики. Парень всегда рвался к абсолютной свободе, но на свободу это не было похоже. – В чём меня обвиняют? — Убийство двенадцати магглов и одного волшебника в маггловском квартале, – Гермиона помедлила. — Служба Тёмному Лорду. — Почему сын Джеймса ненавидит меня? — У него личные счёты, – Гермиона искривила лицо, сожалея, что Сириусу приходится испытывать эти чувства. Но сейчас нужна была правда. – Он, как бы, хочет тебя убить. Моменты продолжали течь, но все смотрели на Сириуса, который после слов Гермионы выглядел полностью раздавлен. *** — Съешь, это поможет, — взрослый Ремус Люпин протянул Гарри плитку шоколада, когда тот очнулся после встречи с дементором. Выглядел Ремус, честно говоря, потрёпанно: в волосах проскальзывали седые пряди, лицо измождённое, с новыми шрамами, тревога и боль в глазах… война не привела их ни к чему хорошему. Пострадали все, даже те, кто этого не заслужил. ***     Гермиона по следам отыскала друга, Рональд спешил вслед за ней. Кажется, Гарри стал свидетелем весьма неприятного разговора в «Трёх Мётлах». Девочка опустилась на колени рядом с корягой, у которой следы оборвались и протянув руку в пустоту стянула с Поттера мантию-невидимку.     — Гарри, — она аккуратно стёрла слезу с его щеки, — Гарри, что случилось? — её напугало состояние друга. Кажется, он был опустошён и безумно зол.     — Он их предал… — прошептал Поттер, не полнимая глаз на друзей. — Лучший друг… он предал их ЕМУ! — парень сорвался на крик, яростно вдыхая и выдыхая. — Однажды он найдет меня. И тогда, я буду готов! И тогда — я убью его! ***       — Ну и кто тебя за язык тянул? — Рон вновь кричал на Гермиону. Кажется, это уже вошло у него в привычку и даже стало традицией. Гарри же стоял рядом с другом и разочарованно смотрел на Гермиону.       — Её мог прислать Сириус Блэк! — топнула она ногой. — Она может быть проклята, как вы не понимаете! Гарри, неужели ты не согласен со мной? — но вопреки всем ожиданиям Гермионы, друг молча стоял, а потом и вовсе ушёл из гостиной, что-то бормоча о сверхскоростной метле.       — Вот, видишь, что ты наделала? — прошипел Рональд, — Он теперь совсем расстроен! Рождество испорчено!       — Но я… — Рон даже слушать не стал, просто ушёл вслед за Гарри и с тех пор они оба не разговаривали с ней. ***       — Питер Петтигрю! — заорал, измождённый двенадцатью годами в Азкабане, Блэк.       — Петтигрю мёртв! Ты убил его! Ты их предал! Ты предал моих родителей!       — Гарри, послушай, — попытался успокоить его Люпин. — Я тоже не верил, до тех пор, пока ты не сказал, что видел некоего Питера Петтигрю на Карте Мародёров.       — Карта лжёт!       — Бред! Карта не может лгать! — вклинился Сириус. Гарри снова наставил на него волшебную палочку.       — Я верила Вам! — воскликнула Гермиона, прикрывая Рона, нога которого сильно кровоточила. — А Вы всё это время помогали ему! Вы! Вы… оборотень!       Положение усугубил Снейп, появившийся как раз тогда, когда Блэк и Люпин попытались объясниться. Гарри настолько желал узнать всю правду, что не раздумывая оглушил профессора зельеварения, вызвав неодобрительный взгляд со стороны Гермионы. Ведь, по её мнению, теперь они остались наедине с серийным убийцей и его сообщником.        — Докажите!       Под протесты Рона, Сириус отобрал крысу и наставил на неё волшебную палочку. ***     — Хоть один год… хотя бы один год у вас прошёл спокойно? — с надеждой спросила Лили. На что Гермиона лишь отрицательно покачала головой.     — Где Гарри — там приключения, чаще всего безумно опасные.     — Так вот почему тебе так сильно не нравился Питер! Ты решила убрать его сразу же и спасла сразу несколько жизней!     — Феноменально! — воскликнул Сириус. — Вы — чёртовы гении! Так общаться с Маховиком времени! Это потрясно! — парень всё ещё пребывал в блаженном шоке от своего чудесного спасения.     — В 13 лет вызвать телесного Патронуса — это достойно, далеко не каждый взрослый способен на это, — Регулус тоже был весьма впечатлён.     — Так значит, волчье противоядие мне готовил Снейп, а ты стащила у него рецепт, — Ремус удивлённо вскинул брови. Гермиона открывалась ему совершенно, с другой стороны. Её бунтарская натура поражала до глубины души.     — А ты не такая святая, Гермиона, — усмехнулся Джеймс. — Бродишь ночью по школе, воруешь ингредиенты, под носом у директора варишь опасное зелье, спёрла рецепт зелья, освободила особо опасного преступника из-под стражи… мне продолжать? Да ты всех нас переплюнула!     — Помни о том, что это было вынужденной мерой, а не развлечением. ***       — Стойте! Это мой сын! — громкий голос Артура Уизли перекрыл голоса мракоборцев, окруживших горстку подростков. — Рон! Гарри! Гермиона! Вы целы?       — Кто из вас это сделал? — через чур нервный и взволнованный мужчина схватил Гарри за плечи, слегка потрясывая. — Признавайтесь!       — Мерлин, Бартемиус! — мистер Уизли вырвал Поттера из крепкого хваток мужчины. — Это же дети! В чём ты их обвиняешь!       — Там был кто-то, — перебил его Гарри, указывая на то место, где видел молодого парня, запускающего в небо Чёрную метку. — Это он сделал. ***       — Гарри Поттер! — в Большом зале повисла тишина. Гермиона не веря смотрела на друга, который, кажется, и сам не ожидал такого поворота событий. — Гарри Поттер! — снова воскликнул Дамблдор, вызывая четвёртого участника Турнира Трёх Волшебников.       — Иди, Гарри! — Гермиона подтолкнула его. Сам же Поттер выглядел растеряно — он ведь не бросал своего имени в кубок, как так вышло?       — Он говорил тебе, как ему удалось обойти чары, наложенные на кубок? — недовольно проворчал Рон, обращаясь к Гермионе. Он очень часто был чем-то недоволен, но сейчас парень выглядел мрачнее, чем обычно и Гермиона, к своему неудовольствию, заметила тень зависти на его лице. ***       Болгарин умело кружил её в танце, шепча на ушко комплименты, отчего девушка краснела, смущаясь.       Она никому не сказала о том, что на Святочный Бал её пригласил чемпион Дурмстранга, по совместительству, ловец сборной Болгарии — Виктор Крам. Гермиона совершенно не желала слушать различные сплетни и домыслы по этому поводу, а зная своих однокурсниц — широкой огласки не избежать. Да и к тому же если Гарри отреагировал весьма спокойно, лишь одобряюще улыбнувшись, то Рону совершенно не понравился выбор подруги. Гермиона весь вечер ловила на себе и Викторе его недовольный взгляд. ***       Вспыхнула вспышка и двое парней, один из которых сжимал в руках кубок, упали перед лабиринтом. Загремела музыка, толпа восхищённо взревела, приветствуя победителя Турнира Трёх Волшебников.       Однако, что-то было не так… Гермиона, чувствуя неладное, сквозь толпу пробивалась к Гарри. Музыка затихла так же внезапно, как и заиграла, а когда девушка увидела… она опустилась рядом с Гарри, который никак не хотел отпускать Седрика.       — Это мой сын! — голос Амоса Диггори надломился, переходя в рыдания, — Это мой мальчик! — мужчина тряс паренька за плечи, но Седрик Диггори неподвижно лежал на земле с широко распахнутыми глазами, в которых навсегда застыл ужас…       — Он вернулся, — шептал Гарри ей в плечо, — Волан де Морт… он вернулся, — Гермиона даже сказать ничего не успела — Грюм забрал Гарри и увёл с собой в неизвестном направлении. ***       — Гарри потом рассказал нам что на самом деле это был не настоящий Грюм, — Гермиона терпеливо отвечала на вопросы друзей. — Это был Пожиратель Смерти — Крауч-младший под оборотным зельем и участие Гарри в этом Турнире — хитрый план Волан де Морта. К сожалению, тогда он действительно добился желаемого, да ещё и обошёл кровную защиту Гарри, которую ты — Лили, наложила на него перед смертью. Джеймс негодовал — это видели все. Когда он злится, его глаза сразу становятся темнее, а щёки приобретают оттенок гриффиндорскго знамени.       — Этого не произойдет, ведь так? — спросил Поттер, с плохо скрываемой надеждой в голосе. — Ну, мы ведь теперь обо всём знаем, Питера больше нет с нами, а значит, наш сын не пройдёт через это всё.       — Для этого я всё и показываю, Джим. Ради Гарри. А ещё — есть реальный способ уничтожить Волан де Морта и мы уже очень и очень близки к этому моменту.       — Так вот почему ты ему нужна! — удивился Ремус. — Но тогда интересно вот что — откуда он знает, что тебе что-то известно?       — Если честно, я пока сама думаю над этим… ***       — Добрый день, мисс Грейнджер, — Гермиона застыла на пороге собственной комнаты, обнаружив в ней Сириуса Блэка, вальяжно развалившегося в её кресле, с её фотоальбомом в руках.       — М-м-мистер Блэк! — она возмутилась, но мужчина лишь бросил на неё задорный взгляд и положил альбом на место. Да, за год он значительно похорошел: набрал в весе, с лица ушла вечная усталость. Он словно помолодел лет на 10. — Что Вы здесь делаете?       — Да ладно тебе, Гермиона! Ты мне жизнь спасла, а теперь фамильярничаешь — просто Сириус, — Блэк обворожительно улыбнулся, заставляя девушку краснеть. — Опережая все твои вопросы, — мужчина снова заговорил, не давая Гермионе и слова вставить. — Моя задача на сегодня — доставить тебя в штаб-квартиру Ордена Феникса, а все остальные вопросы решим уже на месте. ***       — Я перечитала весь кодекс по несколько раз, они не могут тебя исключить! — Гермиона завалила Гарри информацией стоило ему переступить порог их с Роном комнаты на Гриммо 12.       — Мерлин, Гермиона, — Рон закатил глаза, — дай ты ему прийти в себя.       — Что это за место? — кажется, друга никто не посвящал в подробности. Дамблдор даже запретил писать ему письма, что очень настораживало и удивляло.       — Это штаб-квартира Ордена Феникса, — замечая, что Поттер ничего не понял, она продолжила, — Дамблдор создал его для борьбы с Волан де Мортом и его сторонниками.       — Давно вы здесь? Почему не написали ничего? Я сидел как дурак, не имея представления о том, что вообще происходит! — Гарри начал закипать от ярости. Он значит, пол лета ломает голову над тем, как обстоят дела, а его друзья прохлаждаются в тайном Ордене!       — Мы хотели написать… но Дамблдор запретил, — Рон, как обычно, выглядел очень виновато и кажется, Гарри стало стыдно за своё поведение — он слишком часто начал срываться на друзьях. ***       — Что с твоей рукой, Гарри?       — Всё в порядке, — Поттер уткнулся в учебник, но Гермиона настойчиво потянула его за руку и охнула, увидев, всё ещё кровоточащую, надпись: «Я не должен лгать».       Между Золотым Трио вновь завязалась перепалка. Гермиона и Рон настаивали на том, что Гарри должен рассказать всё профессору МакГонагал, но Гарри упёрся на обратном, уверяя, что сам в состоянии разобраться. В какой-то момент, Рон, не думая, сказал что-то про родителей, из-за чего Гарри, вскочив, словно ошпаренный, бросился в спальню, напоследок кинув:       — Но у меня нет родителей, Рон. ***       Они бежали. Бежали так долго, что лёгкие огнём горели, а воздуха катастрофически не хватало, но останавливаться было слишком опасно. По отделу эхом отдавался безумный смех Беллатрисы Лестрейндж, а им в спину летели вспышки Тёмных проклятий.       Джинни взорвала стеллаж с пророчествами, что дало им фору и вот они вшестером в просторном зале, где на возвышении одиноко стоит чарующая Арка. Гермиона заметила, как Гарри, заворожённо глядя на Арку, направился к ней. Девушка схватила его за руку, не позволяя совершить что-то глупое и опасное. Кто бы говорил о глупости и опасности? Шестеро подростков, не имея точной информации, ворвались в Министерство Магии и попали в ловушку Тёмного Лорда!       — Там голоса… — прошептал Гарри, но договорить не успел, так как Пожиратели Смерти, наконец-то настигли своих жертв. ***       — Отойди от моего крестника! — внезапно, позади Люциуса Малфоя появился Сириус и нанёс Пожирателю сокрушительный удар по лицу. Гермионе даже показалось что она услышала хруст костей. Пророчество, выпав из рук Малфоя-старшего, вдребезги разбилось о бетонный пол. Всё произошло слишком быстро: появились члены Ордена Феникса и освободили подростков, завязалась битва и пожиратели, будучи в меньшинстве, спешно покидали Министерство.       Душераздирающий крик Гарри поверг в молчание всех. Гермиона видела как, словно в замедленной съёмке, Сириус Блэк упал в Арку и навсегда ушёл из их жизней…       — Я УБИЛА СИРИУСА БЛЭКА! — завопила Беллатриса, а Гарри, вырвавшись из цепкой хватки Ремуса Люпина, бросился ей вдогонку. ***       — Эта чокнутая всегда твердила что убьёт меня, — невесело усмехнулся Сириус. Да, перспектива — вот так уйти из жизни совершенно его не радовала.       — Гарри был подавлен… он не разговаривал несколько дней, не выходил из комнаты, — Гермиона с печалью вспоминала те дни, когда они с Роном как могли поддерживали друга. Тогда им казалось, что он едва сможет справится, но Дамблдор смог в конце концов вытащить Гарри и с тех пор, он снова стал пытаться жить прежней жизнью. Только Гермиона знала о том, что Гарри с того самого дня вынашивал в себе идею убить Беллатрису Лестрейндж.       — Совсем один остался…       — У него были мы, — улыбнулась Гермиона. — Что бы не случилось, мы всегда были рядом, ведь мы — его семья.       — Ну а мы — твоя семья, — Лили, уже не сдерживая слёз, крепко обняла подругу, мысленно благодаря её за всё то, что она сделала для них. Парни последовали примеру Эванс, Гермиона не просто подруга, она — член семьи, их неотъемлемая часть, без которой они уже не будут такими как раньше. Она сделала всё, чтобы предотвратить ужас, настигший их, а они в свою очередь всегда будут рядом, любя и оберегая её. *** — Где он жил? — спросила Лили, когда через несколько часов они принялись обсуждать увиденное. — Его одежда… Он в одиннадцать выглядел на восемь лет. — У него было сложное детство… Я не хочу говорить о многом, потому что уверена, что этого больше не произойдёт. — Его воспитывали Петунья и её парень, да? Вернон? — Да, Лилс. У них был родной сын, и они так и не смогли принять Гарри. — Они его даже не кормили? — спросила Лили, прикрыв рот ладошкой, уставившись на Гермиону в ужасе. — Это уже неважно, вы дадите Гарри лучшее детство, – улыбнулась девушка. — Почему никто не проводил суд надо мной? – подал голос Сириус. — Я не знаю. Гарри обсуждал это с Дамблдором: все знали, что в Ордене есть предатель, так как именно тебя видели последний раз рядом с Петтигрю, все подумали, что это ты. — Даже Дамблдор и Ремус? — С этим намного сложнее, насколько мне известно. Ты, Сириус, какое-то время думал, что предатель Ремус… — Я? Я не мог… — Сириус встал с кресла, и снова сел, посмотрев на Ремуса. – Что там происходило, что я так думал о лучших друзьях?.. — Война, Сириус, – ответил Ремус. – Я не обижаюсь, что та версия тебя подозревала меня, видимо и я тоже в какой-то степени думал о тебе так, раз не настоял на суде. Но почему Дамблдор… — Этого я не знаю, – ответила Гермиона. — Мне не нравится эта ситуация, – Сириус нахмурился. – Не потому что это меня посадили, а потому что это странно. — Согласен, – кивнул Джеймс. – Все в Хогвартсе, наверняка знали, что мы лучшие друзья, и такое предательство было просто не в характере Сириуса. Не поверю, что Дамблдор или МакГонагалл никогда об этом не думали. — Не забывайте, что появление Гермионы могло что-то изменить, мы не уверены наверняка, что в это же время вы были такими же хорошими друзьями, – задумчиво произнёс Регулус. — А наши с Джеймсом родители? – Лили нахмурилась. — Я о них не слышала, – сказала Гермиона, сжав губы, – полагаю, в тот момент их уже не было. — А Эмили? Я ни разу ничего о ней не сказал… — Скорее всего, Рем, – Гермиона слабо улыбнулась, – это одна из вещей, что я изменила своим присутствием. Никто никогда не упоминал Эмили, вероятнее всего, её просто не существовало, либо вы так и не встретились во взрослом возрасте. Мародёры и Лили ещё долго задавали вопросы, на половину из которых Гермиона не могла ответить, хотя очень хотела бы.