Сквозь тьму и зиму

      Ноябрь встречал ужасной погодой. Небо затянулось чёрными грозовыми тучами, которые висели всю неделю. В субботу, наконец, полил яростный ледяной ливень. Вдалеке сверкали лиловые молнии, озаряя горизонт. Игру Гриффиндор-Пуффендуй решили не отменять. Дэн надел линзы впервые за полгода. Всем выдали специальные очки, похожие на плавательные. На трибунах, несмотря на непогоду, собрался чуть ли не весь Хогвартс. В разноцветных плащах, они кричали что-то сквозь дождевой шум, но Дэн их не слышал и не видел. Он стоял под навесом в окружении других членов команды, глядя на мокрую пожухлую траву поля. Холодный ветер дул прямо в лицо. Кто-то осторожно похлопал Дэна по плечу, отчего тот вздрогнул: — Волнуешься? — с мягкой улыбкой спросил Реган. Дэн отрицательно покачал головой. «Ложь». Он не чувствовал осеннего мороза, однако вся кожа покрылась мурашками. — К тебе твоя девушка, — прошептал капитан, и Дэн обернулся. В паре метров от них стояла Элайза. Дурацкий малиновый плащ, пушистые от влаги волосы, гриффиндорский шарф. Она выглядела ещё более взволнованной, чем вся их команда по квиддичу. — Она не моя девушка, — еле слышно проговорил Дэн и пошёл ей навстречу. Комментатор уже начал свою речь, и шум с трибун стал громче. Или же это усилился дождь, если такое было возможно… Дэн ещё раз обвёл глазами поле: — С таким количеством осадков Шотландия повторит судьбу Атлантиды. Элайза натянуто улыбнулась. — Это хорошо, что ты шутишь, — она, было, протянула руку к его куртке, чтобы поправить воротник, но почти сразу отдёрнула её, точно боясь обжечься. — Хорошей игры. Вам пора, вроде бы… Дэн повернул голову. Команда и правда двинулась в сторону бушующего ливня. Элайза проводила его фигуру взглядом, перед тем как вернуться на трибуну. Метла казалась тяжелее, чем обычно. В нос ударил запах земли и сырости. На очки тут же попали крупные капли, размывая обзор. С опозданием Дэн заметил, что остальные уже взлетели и выстроились в воздухе полукругом. Напротив были соперники, которые сейчас казались лишь жёлтыми пятнами. — Старт! — внезапно прокричала мадам Хук, открепив мячи. Реган умело подхватил квоффл и сразу же полетел к кольцам соперников. Дэн устремился следом. Кое-как он разглядел пуффендуйского охотника, погнавшегося за Фергюсоном. Дэн свернул, летя прямо на соперника. Пуффендуйцу пришлось опуститься ближе к траве, но Дэн не отступал. Чтобы не коснуться земли, охотник соперников резко свернул в сторону, тогда Дэн начал давить сбоку. Раздался раскатистый гром. Пуффендуец вздрогнул, а Дэн, пользуясь моментом, с силой толкнул его в сторону трибуны, сбив с метлы. Реган почти был у цели, когда к нему подлетел другой охотник. Заметив это, Дэн направился в ту сторону. Капли дождя стекали по телу. Он точно вынырнул снизу, подрезав охотника. Реган подлетел ближе и закинул мяч в центральное кольцо. Дэн не слышал комментатора из-за шума ливня и ветра, но знал, что это значит: десять-ноль в пользу Гриффиндора. Квоффл кинули пуффендуйцам. — Дэн, со мной! — послышался крик Регана. Они полетели вслед за охотником в жёлтом плаще. — Берегись. Мимо всех троих пронёсся бладжер. Пуффендуйцу пришлось затормозить, а Дэн и Реган зажали его с боков и повели полёт совсем в другую сторону. Соперник начал сопротивляться, тогда Фергюсон навалился сильнее, и они резко свернули. Дэн плечом почувствовал, что пуффендуец держится только благодаря им. — Сейчас! — скомандовал Реган. Дэн резко подался вверх, капитан сделал то же самое, и парень в жёлтом плаще полетел на землю, упав с метлы. Фергюсон ринулся вниз и подхватил квоффл, подарив Дэну время, чтобы тот смог хоть немного успокоить тяжёлое дыхание и вытереть дождевые капли с лица. Казалось, что воды вокруг куда больше, чем воздуха. Совсем близко сверкнула молния, будто вспышка фотоаппарата, озарившая стадион. — Брукс, забей им! — непонятно откуда проорал Реган и перекинул мяч Дэну, поскольку тот был ближе к чужим кольцам. Вратарь соперников внимательно следил за происходящим, приняв удачную оборонительную позицию. Дэн почувствовал, что квоффл вот-вот выскользнет из рук и отчаянно посмотрел по сторонам в поисках помощи. Совсем рядом был Алекс с битой. — Что делать?! — как можно громче крикнул Дэн. — Подожди, я помогу, — Даррем смотрел в какую-то точку на небе, но Дэн не мог разобрать ничего в этой темноте. Откуда ни возьмись, из грозовой тучи вылетел бладжер. Алекс с треском ударил по нему битой, и вратарь молниеносно отлетел в сторону, не рискуя столкнуться с этим тяжёлым и опасным мячом. Дэн легко закинул квоффл в центральное кольцо. — Двадцать-ноль! Опять погоня. Реган столкнулся с чужим ловцом, Дэна зажал один из пуффендуйцев, их третьего охотника вообще нигде не было видно. Мяч попал в ворота Гриффиндора. Дэн никогда не слышал таких ругательств, которые выкрикнул Даррем во тьму. Квоффл достался Дэну. Почти сразу его пнул пуффендуец, но Дэн удержался и резко подался в другую сторону. Прогремел гром. Его рокот и гвалт с трибун слились воедино, и вокруг словно был только сплошной шум. Холодная вода попадала в рот и уши. Дэн ощутил, что медленно падает с метлы, не в силах удержать квоффл. Он огляделся и заметил капитана: — Реган, лови! Тот как-то странно оглядел его и не торопясь подлетел. — Что такое?! — непонимающе заморгал Дэн. Снова яркая молния. В холодном свете он заметил, как Реган искренне смеётся: — Наш ловец поймал снитч. Мы выиграли.

***

В гостиной их встречали с какими-то нечеловеческими криками и рёвом. Почти все были одеты в золотое и красное. Некоторые размахивали флагами со львами. В воздухе летали самые настоящие искры. Элайза подбежала и крепко обняла Дэна, у которого даже не было сил как-либо реагировать: — Поздравляю! Прямо там же они абсолютно нагло открыли ящик со сливочным пивом. Многие угощались, делясь друг с другом эмоциями от матча. Дэн завалился на диван с Алексом и Реганом: — За нас! Они стукнулись бутылками. Фергюсон рассказал другу про то, что Дэн не услышал о конце игры. Алекс хохотал минуты три, а Дэниэл сидел, закрыв ладонями щёки: — Расслабься, — Реган дружески потрепал его по волосам. — Для новичка ты нереально круто играл. За Дэна! Этот тост, как ни странно, услышали все и подняли свои бутылки. В своей комнате парни открыли огневиски и продолжили праздник. — Знаешь, мы, конечно, были не рады твоей компании, — начал Алекс после того, как они опустошили половину. — Но ты оказался нормальным. — Ну спасибо, — Дэн приложил стеклянное горлышко к губам. — Это он к тому, что хорошо, что всё так сложилось, — заключил Реган, улыбаясь.

***

Дэн проснулся к обеду. Тусклый свет залил комнату. Первое, что почувствовал Дэн: страшная сухость во рту. Он потянулся к графину и жадно выпил всё до последней капли. Алекс и Реган, что было неудивительно, ещё спали. Сегодня вечером их ждало собрание Слизней, и Дэн мысленно посочувствовал парням. Даже холодный душ не особо помог. Ощущения были, как будто это какое-то чужое, разваливающееся тело, хотя боль от вчерашней игры ещё не дошла до мышц. Зато вот живот как-то странно тянул и иногда пугающе бурлил, поэтому Дэн поскорее переоделся и двинулся в Большой зал. Один лишь вид любимого бекона почему-то вызывал тошноту, и Дэн решил ограничиться куриным бульоном. Поев, он ещё минут пятнадцать просто сидел, смотрел на стол и массировал пульсирующие виски. Из транса его вывел звук приближающихся шагов: — Привет. Дэн поднял голову и прищурился. На секунду закралось подозрение, что это белая горячка. Перед ним стояла Цисси. В синем коротком платье, с длинной витиеватой косой и каким-то непривычно серьёзным выражением лица. — Нужно поговорить, — её голос предательски дрогнул. — Давай, — Дэн ответил то, что первое пришло в голову. Слизеринка поджала губы: — Без лишних ушей. Пойдём. Дэн поспешил за ней. Ноги заплетались, отчего он несколько раз спотыкался на ровном месте. Цисси привела его в теплицы и огляделась. Они оказались среди пышных растений, скрывавших их от остальных: — Извини, что так странно… — тень упала на её лицо. — Право же, для тебя это, наверное, какой-то абсурд… Дэн заметил, как сильно трясутся её тонкие руки. Но вот, Нарцисса закрыла глаза, глубоко вздохнула, расправила плечи и продолжила уже более уверенно: — Мне не дают покоя некоторые мысли. Я уже говорила, что мне рассказывали про тебя… — Да, говорила. Их взгляды встретились. У неё были серо-голубые глаза, отсвечивающие платиной. Дэн почувствовал, как по коже прошлись мурашки. — И про то, что ты заставил Регана дать Непреложный обет. В груди похолодело. Дэн кашлянул: — Это было… — Очень умно. Я бы поступила также на твоём месте, — она всё ещё смотрела ему прямо в глаза. — Значит, ты знаешь то же самое, что и мы, — Дэн еле заметно кивнул. — Что ты об этом думаешь? За окном послышался вой ветра. — Вряд ли он сам пришёл в дом Поттеров. Значит, перемещение тела было чуть ли не ритуальным. Это кажется самым странным. Убийца оставил посыл. — Но никто его пока не разгадал, — она покачала головой. — Я согласна с тобой. Пару минут они стояли молча. Послышался монотонный шум. Снова начинался дождь. — Ты хочешь заниматься этим делом? — Да, — Дэн ответил слишком быстро. — Сегодня вечером надо будет выбрать нового члена Клуба Слизней. Реган собирается предложить тебя, а я его поддержу. Он не успел ответить, как Нарцисса вышла, бесшумно закрыв за собой дверь.

***

Спустя несколько часов Дэн начал чувствовать себя лучше, однако на эссе так и не получилось сконцентрироваться. Он вернулся в спальню к десяти вечера, сначала снова принял холодный душ, а затем лёг на плед и продолжил читать книгу по трансфигурации, пытаясь вникнуть хотя бы в основные понятия. Неожиданно дверь отворилась, и в комнату вошёл Реган, растрёпанный и с красными щеками. От него несло алкоголем. Фергюсон порылся под кроватью и достал очередную бутылку виски. Сколько же их там? — Кстати, мы провели тут голосование, кого взять в Клуб Слизней. За тебя три голоса, ещё кто-то воздержался. Так что, считай, ты теперь один из нас, — он выглядел таким счастливым, что Дэн заставил себя улыбнуться в ответ, а после хлопка двери снова уткнулся в учебник. «Превращение объекта в камень…» Через пару минут дверь опять открылась. Дэн закатил глаза, и сел на кровати. На пороге стояла Элайза в своём домашнем «кимоно». От удивления он немного приоткрыл рот: — Что ты здесь делаешь? — Дэн поправил съехавшие очки. — Просто зашла поболтать, — Элайза без спроса присела рядом. — У вас пахнет спиртным… — Тебе кажется. Говори, что хотела. Элайза обвела комнату, разглядывая всё с долей любопытства, а затем заговорила: — Я волнуюсь. Мне просто больше не с кем поделиться… Я ведь правда так хочу к Слизням! — Дэн заметил, как заблестели её глаза. — Но я переживаю, что меня не возьмут. И мне страшно представить, что я тогда почувствую… Он ничего не ответил, лишь положил учебник и очки на полку. Повисла тишина. Сердце Элайзы действительно билось часто и громко. — Почему ты молчишь? — спросила она и осторожно придвинулась ближе, прижимаясь к плечу Дэна. В голове пробежала странная мысль. Всё-таки кое-чего, что было дома, ему остро не хватало. Дэн тяжело вздохнул, поднялся и заглянул под кровать Фергюсона, выискивая что-то. Руки почувствовали холод стекла. Бутылка с шумом выкатилась на свет. Это было не огневиски. Тёмная жидкость вишнёвого оттенка переливалась с одного края на другой. Дэн достал волшебную палочку, открывая вино. — Ты что, пьёшь?! — чересчур громко воскликнула Элайза, заметив, что он прижал горлышко к губам. Приятная сладость коснулась языка, а тяжесть сегодняшнего дня будто отдалялась с каждым новым глотком. — Тебя удивляет, что кто-то пьёт, или что я пью? — спросил Дэн, оторвавшись от вина. Элайза смущённо отвернулась, давая понять, что выбрала второй вариант. — Я уже говорил, что ты многого обо мне не знаешь? — Дэн сел рядом, передавая ей бутылку. — Угощайся. Станет легче. — Я знаю! Не маленькая уже… — обиженно проворчала Элайза и сделала несколько глотков. На губах остался фиолетовый след. — Вкусное, — она широко улыбнулась, отставив бутылку на тумбочку. — А как ты вошла? — резко спросил Дэн, как всегда размышляя о чём-то своём. — Я читал, что лестницы в спальни заколдованы и превращаются в ледяную горку, если по ним хочет подняться представитель не того пола. Элайза усмехнулась: — Плохо читал. Такое работает только с лестницей в женские спальни. Видимо, Годрик Гриффиндор считал, что помыслы девушек чище. Они снова встретились взглядами. Только сейчас Дэн заметил, насколько сильно рядом чувствуется её тело. В воздухе повисло напряжение: — И насколько же чисты твои помыслы? Он наклонился к её губам. На этот раз Элайза не растерялась, отвечая на поцелуй. Снова вкус алкоголя, и снова жар расплывается изнутри. Спустя какое-то время её ладонь неуверенно проникла под одежду Дэна, легко поглаживая грудь и пресс. Дэн разорвал поцелуй, чтобы заглянуть в глаза Элайзе. Та не отвела взгляд. Тогда они снова слились в поцелуе, и Дэн почувствовал, как окончательно теряет контроль над собой. Элайза то и дело перехватывала инициативу, целуя ещё более страстно и напористо, чем он сам. Мозг будто сдался, отдавая власть над телом чему-то иному. Дэн принялся гладить её талию, а затем открытую часть бёдер. Незаметно Элайза пересела к нему на колени, обнимая ногами. Шёлковая ткань кимоно натянулась. Дэн не выдержал и, оторвавшись от чужих губ, принялся искать завязки. Вещь полетела куда-то на тумбу Алекса. Элайза опустила взгляд на собственное тело и прикрыла обнажённую грудь и живот, краснея. Дэн чуть ли не силой отодвинул её руки. — Тебе точно нравится? — как-то непривычно робко спросила она. Он не ответил и спустился к её шее. Постепенно Элайза расслабилась, выгибаясь навстречу его губам. Дэн прикусил тонкую белую кожу, оставляя алый след. Сидеть в джинсах становилось невыносимо. Он крепко сжал её грудь, а затем ударил ладонью. Элайза вздрогнула, разорвала поцелуй и посмотрела на него затуманенным взглядом. Дэн снял кофту и принялся расстёгивать ремень. Элайза помогла ему раздеться окончательно. Они снова целовались, когда он стянул остатки её белья и почти сразу просунул палец внутрь. Элайза вцепилась в спину Дэна и застонала от нахлынувших ощущений. — Давай, — прошептала она спустя какое-то время. Дэна долго просить не надо было. Сначала Элайза села сверху, но он быстро прижал её к кровати, а сам остался стоять на коленях, поддерживая Элайзу за бёдра. Кровать начала с характерным звуком биться об стену, но Дэну было плевать. Он навис сверху, сжав шею Элайзы, и прекратил тогда, когда стоны превратились в хрипы. Она опять потянулась за поцелуем, но Дэн развернул её спиной и лёг сверху так, что они чувствовали жар кожи друг друга. Он накрыл руку Элайзы своей, а затем резко вышел и, не раскрывая рта, застонал. Какое-то время они лишь молча лежали, слушая ночную тишину. Элайза повернулась к Дэну, всматриваясь в его тёмные глаза: — Это лучше, чем то, что я могла себе представлять, — Дэн расфокусированно смотрел перед собой. — Я люблю тебя.