Сквозь тьму и зиму

      Тучи разошлись, и небо снова озарило осеннее солнце, словно прощаясь перед приходом зимы. Оно осветило замок золотом, просочившись сквозь многочисленные витражи, и студенты невольно улыбались, глядя в окно и чувствуя мягкое тепло. Радость гриффиндорцев после победы в квиддиче пока не улетучилась, и к Дэну всё ещё подходили незнакомцы с красными галстуками: поздравляли и пожимали руку. Даже профессора снисходительно игнорировали болтающих гриффиндорцев, но только не Марк Эйвери. Тот спокойно снимал баллы за любые разговоры, в конце урока раздавая работы со средней оценкой по классу около двадцати. Дэн удивился, получив пятьдесят за теоретическую часть. Всё это должно было принести ему счастье, однако неприятное, скользкое чувство вновь закралось в душу. Смех и всеобщая радость казались неким миражом, иллюзией. Дэн улыбался им в ответ, но внутри всё сильнее расползалась тревога. Элайза не пришла на занятия. Точнее, Дэн видел её за завтраком, но она стояла вдалеке, у стола слизеринцев, и говорила с Фрэнком. А потом — ничего. Даже Даррем, обеспокоенный прогулом своей подопечной, не смог её разыскать. И всё же Дэн её встретил. Под конец дня, возвращаясь с полётов по пустынным коридорам и разглядывая безлюдные лужайки, усыпанные разноцветными листьями. Он даже невольно вздрогнул, увидев тёмную фигуру, сидящую на низком подоконнике. Вот так просто. В Элайзе не было ничего необычного, разве что из-под белоснежного воротника рубашки виднелись багровые пятна. Даже взгляд такой же, каким она обычно смотрит в пустоту. — И что всё это значит? — Дэн подошёл ближе, оглядывая её сверху вниз. — Ты не сказал мне про Слизней, — произнесла она совершенно безэмоционально, всё ещё смотря на него так, точно не замечала или не узнавала. Дэн тяжело вздохнул и кивнул. — Фрэнк рассказал. И про то, что Реган приходил вечером, и ты должен был уже тогда знать всё от него. Не будешь отрицать или говорить про вселенскую любовь? — Не буду, — Дэн пытался говорить ровно.  — Я так и знала, — Элайза поднялась медленно, словно каждое движение давалось ей с трудом. — Иногда я пыталась, и мне страшно было представить, каково твоё мнение обо мне. Я ведь не настолько дура. Хотя, — она криво усмехнулась. — Во всём этом я умудрялась видеть какие-то намёки. Почему так? — Элайза резко посмотрела ему глаза и прижала ладонь к лицу. В следующую секунду по щекам покатились крупные горячие слёзы. — Ведь ты обо всём знал и догадывался… Ты… — Успокойся, пожалуйста, — Дэн поджал губы, беспомощно глядя на согнувшееся от рыданий тело. — Не я ведь принимал решение. — Даже не смей! Ты знаешь, что дело не в этом! — отчаянно закричала она. — Хоть сейчас не надо лгать. Ты воспользовался мной, зная всё! Ты заставлял меня верить, давал надежду, ты… — она закрыла лицо руками, пытаясь сдержаться, и даже, казалось бы, успокоилась, продолжив. — Зачем нужно было изображать взаимность или дружбу, если на самом деле все не так? — Дэн промолчал, но Элайза и не ждала ответа и, вытерев слёзы и чёрные следы от косметики, медленно проговорила, будто пробуя каждое слово на вкус. — Я ненавижу тебя, — рыдания вдруг снова сжали горло. — Ненавижу… — Ну хватит. Он попытался прижать Элайзу к себе, однако та резко отстранилась: — Ты… — Элайза на секунду задохнулась от плача и ярости, — Мерзавец! Предатель! Свинья! Она накинулась на Дэна с кулаками, но он быстро сжал её запястья, останавливая. Элайза забрыкалась и завизжала: — Не трогай меня, идиот! — наконец, она вырвалась и сразу замахнулась, ударив по щеке со всей силой. Дэн коснулся лица ладонью. Кожа горела от пощечины. На мгновение он встретился с Элайзой взглядом и сердце словно сжали тиски: — Так никто бы не поступил, никто, — она покачала головой, губы дрожали. — Не подходи ко мне больше. И не говори со мной.

***

Он пытался. Не поднимая голову на уроках, проводя всё свободное время за тренировками, учебниками, домашним и практикой в заклинаниях. Дэн помнил время до поступления в Хогвартс: как родители оставались на работе допоздна, пока он, сидя дома в полном одиночестве, зарывался в книги и упражнения, не отвлекаясь даже на еду. Он не чувствовал себя живым в такие моменты, погружаясь в собственные мысли очень глубоко, словно ожидая той самой «настоящей жизни». Она была в его дружбе с магглами из той школы, в которой Дэн учился удалённо. Те парни научили его смотреть футбол и выбирать хорошее пиво. Жизнь была в его общении с соседской девчонкой Рэйчел, в заходящем солнце, в прогулках по бескрайним лугам и наблюдении за звёздами в их старенький телескоп. Жизнь была в его спорах с Элайзой, её обиженном выражении лица, которое быстро сменялось радостной улыбкой. Хорошо, что Дэн научился отбрасывать это, садясь учиться. И всё-таки в конце недели его ждал «глоток воздуха».

***

Собрание Слизней проходило в довольно просторной комнате на первом этаже. Светлые стены частично закрывали книжные шкафы и полки с фотографиями и кубками, под потолком висела роскошная люстра с множеством свечей, а по центру стоял антикварный круглый стол и восемь стульев. Когда Дэн пришёл, то занят был лишь один: — Привет, — Цисси широко улыбнулась, но посмотрела как-то неосознанно, и почти сразу снова уткнулась в книгу, лежащую перед ней. — Привет, — ответил Дэн резко охрипшим голосом. Он осмотрелся, а потом осторожно опустил взгляд на Нарциссу. Тонкий чёрный свитер подчёркивал бледную кожу и красивую шею. В отличие от полностью белого лица Элайзы, лицо Цисси постоянно украшал лёгкий румянец. У висков красовалось множество тонких косичек, скреплённых сзади массивной серебристой заколкой. Светлые волосы и тёмные брови. Только сейчас Дэн осознал, что не дышал всё это время, пока рассматривал девушку. Дверь заскрипела — вошли Алекс и Реган. Чуть позже подтянулся Кевин. — Что ж… — заговорил Фергюсон. — Марк не может прийти, он предупредил. А Фрэнк и Кассандра… Видимо, опаздывают. Дэн, возможно, у тебя есть какие-то вопросы? Все посмотрели на него выжидающе. Дэн кашлянул: — Вообще… Насчёт профессора Эйвери. Марка. Он присутствует на ваших собраниях? Я правильно понял? — Да, всё верно. Раньше так делал… Слизнорт, — Реган кинул беглый взгляд на Цисси, и продолжил. — Он мог помочь с преподавателями, посоветовать какие-то книги. Разумеется, были и собрания без него. Марк вроде не собирался ничего кардинально менять. А почему ты спросил? — Да так, — в голове всплыли слова Элайзы о роде Эйвери. — Вы уверены в нём? — Доверяем ли мы ему? — спросил Алекс, нахмурившись. — Он был только на одном собрании. Мы не… Повисла непонятная пауза. Дэн опустил взгляд в пол. — Тут некоторые празднуют с ним Рождество в своих мэнорах, поэтому твой вопрос звучит странно, — саркастически заметил Фрэнк, стоящий в проходе. Он вошёл совершенно бесшумно. — Хотя я согласен с новеньким. — На что ты намекаешь? — тон Цисси звучал необычайно холодно. — Даже не думай врать, что до этого вы не были знакомы, — Фрэнк ухмыльнулся и сел напротив девушки. — Ты — Селвин, он — Эйвери. — То есть, так это, по-твоему, происходит? — нахмурилась она и, заметив двусмысленные взгляды остальных, добавила. — Я видела его несколько раз, и, разумеется, слышала о его достижениях… Но я не была с ним знакома, — она осмотрелась в поисках помощи. — Получается, мы доверяем абсолютному чужаку? — не услышав ответа, Фрэнк язвительно добавил. — Тоже мне сборище умнейших студентов Хогвартса. Дверь снова отворилась. На пороге стояла полная фигуристая брюнетка в форме Слизерина. — Привет, — она неловко улыбнулась и помахала рукой. — Проходи, Кассандра, — Реган кивнул на стул рядом с собой. — Ты предлагаешь не доверять Марку из-за его семьи? Может, и Цисси тоже? — он грозно посмотрел на Фрэнка. Рыжий закатил глаза: — Новичок, объясни своему соседу. Дэн замялся, но всеобщее внимание вынуждало ответить: — Зачем ему срываться из министерства и идти преподавать за деньги, которые для него просто копейки? Зачем объединяться с вами, помогать? Или он не собирается этого делать? — А зачем ты пошёл ночью за ними? — перебила его Цисси. Повисла тишина. — Это называется «честолюбие», — в её взгляде промелькнуло что-то странное и незнакомое. — Селвин, ты что, влюбилась? — рассмеялся Фрэнк. Розовые щёки Нарциссы перекрасились в пунцовый. — Нам надо определиться, насколько мы будем ему доверять, — подытожил Реган, переводя тему. — Вы говорили ему про то, что заинтересованы в расследовании? Фергюсон отрицательно покачал головой. — Профессор бы сразу запретил, — вмешалась незнакомая слизеринка. Алекс пожал плечами: — Марк старше нас на лет пять-семь. Он воспринимает нас как равных. — Не похоже, — не удержался Дэн. — Вне занятий, конечно. К тому же, он понимает, что нет смысла что-то запрещать. Остальные, похоже, были согласны с Дарремом. — А почему бы не проверить его? — вдруг предложил Кевин. — Вряд ли в спальню профессора пробраться тяжелее, чем в кабинет директора. Слизни переглянулись. Неспокойная мысль, кажется, окончательно проникла в сознание каждого, вызывая смутную тревогу, и теперь оставалось лишь молча согласиться на авантюру. — Чтобы не волноваться лишний раз, — заключил Реган. — Без меня, пожалуйста, — неожиданно заявил Фрэнк, с шумом вставая со стула. — Марк не такой глупец, вы ничего не найдёте.