Сквозь тьму и зиму

Хогвартс-экспресс нёсся через бесконечные заснеженные дали и тёмные, замёрзшие леса. Сквозь стекло чувствовался декабрьский холод. Дэн укутался в байку посильнее. Сменяющиеся пейзажи значили лишь одно — скоро он будет дома: праздновать с родителями Рождество, гулять по бескрайним просторам и болтать с Рэйчел. Дэн сидел в купе вместе с Кевином и Фрэнком. Алекс и Реган стали перемещаться абсолютно незаметно, не предупреждая, куда они направляются, да и Дэн не особо спрашивал. За те несколько дней после Рождественского вечера и до отъезда они не перемолвились ни словом. — Никто не хочет выяснять отношения, учитывая последние события, — объяснил это Кевин. — Что с Макгонагалл? — спросил Дэн, глядя в окно. — Всё ещё лежит у мадам Помфри. — Марк Эйвери — наш герой, — своим обычным недовольным тоном буркнул Фрэнк. Парни переглянулись, не решаясь возразить. — Зато мы точно знаем — нить ведёт в Хогвартс, — наконец, пожал плечами Дэн. — Обсудим это на собрании сразу после каникул. Договорились же уже. Ещё час они ехали в тишине. Фрэнк читал огромный учебник, прижав колени к груди. — Нэш, тебе не надоело сидеть за книгами? — не выдержал Кевин. — Это не тебе скоро сдавать СОВ. Дэн успел узнать, что Кевин Беккет был шестикурсником, а Фрэнк Нэш учился на пятом. — Интересно, что там остальные делают, — задумчиво проговорил Кевин. — И правда! Хотя, стой, мы ведь спокойно сидели бы вместе, если бы два петуха не решили сцепиться. Дэн лёг на стол, положив голову на согнутые руки. Старшекурсники как ни в чём не бывало продолжили спор: — Фрэнк, ты не прав. Цисси не их собственность. Она может встречаться, с кем захочет. К тому же, Реган свой шанс упустил, сам виноват. — А ничего, что я всё ещё здесь? — устало спросил Дэн. — И между мной и Нарциссой ничего нет. Фрэнк тяжело вздохнул и встал, с шумом закрыв учебник. — Пойду прогуляюсь, — бросил он перед тем, как хлопнуть дверью. Дэн растерянно глянул на Кевина, но тот не изменился в лице: — Фрэнку иногда надо побыть одному. — Я его прекрасно понимаю, — еле слышно ответил Дэн, собираясь тоже уткнуться в какую-нибудь книгу, как вдруг Кевин продолжил беседу. — Что ты хотел знать о Цисси? Дэн поджал губы, вглядываясь в даль: — Мне показалось, она боится своей семьи. — Ещё бы, — Кевин хмыкнул с таким видом, будто всё было более чем очевидно, но, столкнувшись с непониманием, добавил. — Чистокровные семьи достаточно авторитетны и влиятельны, однако они слишком помешаны на этом, причём поголовно. Считают, что остальные — хуже. Что волшебством должны владеть лишь чистокровные. Никто не говорит об этом в открытую, но даже после войны они всё также поддерживают идеи Тёмного Лорда. — Цисси не такая, — резко перебил Дэн, на что Кевин горько улыбнулся. — В этом и проблема. — Разве они что-то сделают с родной дочерью? — Думаю, стараются. Они не могут допустить, чтобы она предала кровь. Да и… Кто такая Цисси по сравнению с властью, деньгами и древним родом? По позвоночнику пробежали мурашки. В голове невольно всплыл этот дрожащий голос и водяной блеск глаз. Хриплым голосом Дэн спросил: — Как далеко они могут зайти? Кевин ничего не ответил, отводя взгляд. Остаток пути прошёл в давящем молчании. *** Дэн слабо помнил, как добрался в одиночестве до дома на самом обычном поезде вместе с парой магглов странного вида. Хотя, кто ещё будет ехать за город ранним утром, когда солнце ещё не взошло? Он преодолел путь, не задумываясь, по привычке. Знакомая тропа, хрустящий снег под ногами, голые деревья, белые пустоши. Светлый, весёлый дом Рэйчел и их старенький, неухоженный коттедж. Дома пахло свежим постельным бельём и расплавленным воском. Ступая с пятки на носок, чтобы ненароком не разбудить родителей, Дэн добрался на второй этаж. До чего необычно стало ощущать, что так много свободного места принадлежит одному тебе, что не слышно храпа соседей по комнате и что воздух не разогрет чужим дыханием. Кровать была мягче, но меньше. Приятная прохлада и душистый аромат обвили тело, погружая в сон. Дэн очнулся, когда на часах было около двенадцати. Повалявшись ещё минут десять, он всё же заставил себя принять душ и спуститься. — Решили тебя не будить, — пояснил отец, читавший за столом Ежедневный пророк. Дэн заметил фото директрисы на первой полосе.  — Печальная история с профессором Макгонагалл. Ты видел всё это? — он словно почувствовал взгляд сына. Дэн кивнул. — Кто прислал это вино? — спросила мама с кухни. — Неизвестно. Её спас наш профессор зельеварения. — Ты же говорил, что он придурок. — Винслоу! — мать недовольно глянула в их сторону. — В другом смысле придурок, — чуть тише добавил Дэн. Отец понимающе кивнул. — Кстати, — мама окончательно перебиралась в столовую, неся в руках кастрюлю супа. — Я позвала на Рождество Стюартов. Дэниэл, ты же не забыл Рэйчел? Он покачал головой. Рэйчел он прекрасно помнил. Остаток дня Дэн провёл в кровати, читая какую-то беллетристику. Родители не мешали его отдыху. Рождество выдалось ещё более морозным и солнечным. Дэну хотелось так и остаться у себя, наслаждаясь уединением, но у родителей были иные планы. «Дэн, протри сервиз» «Дэн, порежь лук» «Дэн, последи за уткой» «Дэн, почисти дорожку» И всё это без магии. Под конец дня тело у Дэна болело не хуже, чем после квиддича. — Мам, что-нибудь ещё? — Что? А, нет. Садись за стол. Хотя… А ты так и будешь в этой майке? И вообще, в душ сходи по-быстрому. Пока гости не пришли. Дэн послушался: ополоснулся на скорую руку и сменил футболку. Когда он спустился, то в столовой уже сидели Стюарты, семья их соседей-волшебников. У них было двое детей: шаловливый пятилетний Коллин и дочь Рэйчел, девушка на год младше Дэна. — А вот и наш Дэниэл, — отец похлопал его по плечу. — Здравствуйте, — он неловко улыбнулся и сел поближе к мясной нарезке. Взрослые обсуждали Министерство, уровень образования в Хогвартсе и цены на мётлы. На фоне всего этого по дому носился маленький Коллин и даже успел разбить одну вазу. Дэн выдержал не больше двух часов: — Пожалуй, пойду к себе наверх, — сказал он и попытался незаметно скрыться. — Стой, сынок. Возьми с собой Рэйчел. Она мечтает узнать про Хогвартс. Дэн махнул головой, чтобы та следовала за ним. Рэйчел. Они часто бывали в гостях друг у друга, часто оставались наедине и были знакомы много лет. В тот момент, когда обоих начал интересовать противоположный пол, их игры переросли в изучение тел друг друга, поэтому Дэн был уверен, что помнит каждую её веснушку. Рэйчел совсем не изменилась. Среднего роста, с медными волосами до плеч и приятными чертами лица, она по-хозяйски зашла к нему в комнату и плюхнулась на кровать. — Мог бы и написать. — Я и родителям редко писал. Он присел рядом. — Конечно, это же ты. Ну как? Стал лучшим из лучших? — она улыбнулась, наклонив голову. Дэн рассказал ей о Клубе Слизней, умолчав об убийстве. — Круто! Ещё твои родители говорили, что тебя взяли охотником. — Да, мы пока сыграли только один матч и выиграли. — Можно считать, что твои мечты сбываются. Раздался звук выстрела. Потом ещё один и ещё. Окно загоралось то красным, то синим, то зелёным. — Магглы фейерверк запускают, — пояснила Рэйчел. — Я уже отвык от такого, — честно признался Дэн. — Отчего ещё отвык? — она невинно улыбнулась и пересела к нему на колени, — Нашёл себе девушку? — Нет. — Но? — В смысле, но? — Дэн поднял на неё взгляд. — Давай, рассказывай. Я не твои родители, чтобы верить, что ты только за учебниками сидел. Он тяжело вздохнул и рассказал о том вечере с Элайзой. На лице Рэйчел отразилась целая гамма эмоций. — И вы по-настоящему… — она закрыла рот руками. — А у неё до тебя было? — Вроде, да, — Дэн откинулся на подушку. Рэйчел прикусила щеку. — Что такое? — он и сам не заметил, как начал гладить её ноги. — С ней по-взрослому было, а со мной — нет. Дэн закатил глаза: — Ты же была против. — Уже нет. Она потянулась к молнии на его джинсах и легко расстегнула их. Маленькая ручка проникла под плотную ткань. Дэн посмотрел на Рэйчел затуманенным взглядом, а затем сказал: — Сними всё. Она послушалась и стянула с него всю одежду ниже пояса. Дэн прикусил губу и почувствовал, как твердеет член. Стало тяжелее дышать. — Иди ко мне. Он нежно поцеловал её. Такое знакомое и в то же время забытое ощущение. Как вид родных просторов и морозный воздух в доме. — Помнишь, как я люблю? Похвально, — она рассмеялась и вернулась к его губам. Поцелуями Дэн плавно перешёл к подбородку и шее. На Рэйчел была какая-то дурацкая рубашка, и он вырвал половину пуговиц. Дэн принялся целовать плоский живот, а затем вернулся к груди, расстегнув лифчик одной рукой. Рэйчел окончательно сбросила всю одежду на пол и выгнулась, подставляясь под ласки. Приятная бархатистая кожа коснулась его разгорячённого тела. Вдруг Рэйчел вздрогнула, подаваясь назад. Дэн поднял голову, заглядывая в глаза: — Что такое? — А это больно? — Всё будет хорошо. Как и раньше. Почему-то в голове всплыло июньское воспоминание о том, как они лежали в высокой траве посреди луга, в нескольких километрах от какой-либо цивилизации, купаясь в объятиях друг друга и лучах солнца. Однако сейчас он уже не чувствовал этого тепла, возбуждая чужое тело скорее по инерции. И всё же что-то внутри не давало её отпустить. Рэйчел всегда была словно связующей нитью между ним и неисхоженными просторами, которые и были домом и родиной. Он вошёл медленно и осторожно, прижимаясь вплотную и мягко целуя. Рэйчел обвила руками его плечи, точно желая быть ещё ближе. Это наслаждение не было таким острым, как с Элайзой, скорее правильным и привычным. Рэйчел тихо застонала ему на ухо, свыкнувшись с новыми ощущениями. В какой-то момент она резко поднялась, вновь садясь к нему на колени и цепляясь ногтями за лопатки. Дэн лишь поддерживал её талию, позволяя двигаться самостоятельно. Плавные изгибы девичьего тела отразились тенью на голой стене. Вновь раздались залпы фейерверков, и среди шума Рэйчел позволила себе застонать ещё громче, выгибая шею. Дэн почувствовал запах её духов. Полевые цветы. Аромат, похожий на мимозу. В голове невольно всплыли воспоминания о Цисси. О её тонком теле, красивых волосах и ногах. — Почему ты… — прошептала Рэйчел, когда Дэн внезапно вышел, сам не до конца понимая, что делает. Он с силой развернул Рэйчел задом, заставляя встать на колени и проник резко, не обращая внимания ни на что. Острые, болезненные мысли затмили рассудок. Он закрыл глаза, отдаваясь им полностью. Цисси. Он представил бледную обнажённую грудь, торчащие рёбра. Представил, как она ведёт себя, получая удовольствие, как робко закусывает тонкие губы и впивается ногтями в собственную бледную кожу. Всё то, от чего он отчаянно пытался избавиться, сейчас охватило его разум. Мысли о Селвин становились всё более расплывчатыми, смешиваясь с напряжением и пугающим наслаждением. Дэн успел выйти в самый последний момент, упав на подушку с громким стоном. Так просто. В голове ещё минуту стоял белый шум. Придя в себя, он услышал тихие всхлипы. Рэйчел лежала рядом, отвернувшись к стене и обняв себя руками. Он нежно коснулся вспотевшей кожи, поглаживая. — Прости, пожалуйста. Помедлив, Рэйчел всё же повернулась к нему лицом, вытирая слёзы. — Я сделал тебе больно? — кивок. — Не знаю, что на меня нашло. Прости, солнце моё. Дэн поцеловал её лоб. Горячий, как при лихорадке. Рэйчел тяжело вздохнула и обняла Дэна в ответ. — Тебе понравилось. Никогда не слышала, чтобы ты так… — она смутилась, не закончив фразу. — Забудь. Такого больше не повторится, — пару минут они провели в тишине, и Дэн добавил. — Ты достойна лучшего.