Рысь

      Им удалось выбраться из Колизея, невзирая на панику и бегающих туда-сюда людей. Все участники турнира, которые в эту ночь находились наверху, собрались в организованную группу, с боем прорываясь к взлётно-посадочной площадке и расчищая дорогу для людей, так сильно жаждущих спастись. Каким-то неведомым образом в Колизей помимо летающих Гримм попадали ещё и земные, такие как Беовульфы, Крипы или даже Мажор Урсы, которых Роберт, пока они с командой двигались по верхним коридорам, насчитал аж три штуки. Как бы ему в этот момент хотелось ослепнуть, чтобы не видеть всего того хаоса, который устроили Гримм, натолкнувшись на невооружённых и беззащитных людей. Бойня — вот чем это было на самом деле. То тут, то там виднелись огромные красные пятна на белом полу, с каждой секундой расширяющиеся из-за крови, всё ещё вытекающей из стремительно остывающих тел.       Всё это казалось одним большим страшным сном, кошмаром, который в один миг стал явью.       Столько смертей вокруг… Ни Роберт, ни его команда, ни кто-либо ещё из тех, кто был рядом, не могли спокойно находиться в подобной обстановке. Но больше всего угнетало зрелище людей, зовущих на помощь, лёжа в окружении десятков окровавленных тел, пожираемых Гримм. Кто-то из бегущих рядом подростков не выдержал и остановился, опорожняя желудок.       Вайолет прекрасно понимал их. Его и самого здорово мутило от вида такого количества крови, её запаха, разбросанных повсюду частей тел и внутренних органов. И каким же счастьем для них всех стало выбраться во внешнее кольцо Колизея, туда, где не было всего этого ада, который им довелось воочию лицезреть. Военные Атласа во главе с генералом Айронвудом заняли периметр вокруг посадочной площадки, на которой находились два шаттла, поочерёдно эвакуирующие людей из этого места, вмиг превратившегося в филиал ада.       — Что тут творится? — Руби одной из первых удалось подобраться к Джеймсу, после чего она окликнула мужчину. Роберт заметил, как дёрнулась рука Айронвуда по направлению к кобуре, но он вовремя остановился, поняв, кто перед ним.       — Гримм заполонили весь город. Белый Клык воровался в город. Но, что ещё хуже, какой-то… Проходимец угнал один из моих кораблей, — пояснил мужчина, не скрывая сбитого дыхания и общей усталости. Ему довелось пройти через пару стычек до прихода студентов — это было видно сразу. И тем не менее, настрой его оставался всё таким же решительным, а разум ясным и холодным. — Пока мы не вернём управление, не сможем контролировать небо. Поэтому я… — неожиданно мужчина вскинул оружие и направил его на студентов. Нет, за студентов, целясь в Гримм, подбирающегося к ним со спины. Крип оказался мгновенно убит точным выстрелом в голову во время своего прыжка, после чего завалился на пол, практически мгновенно растворяясь. А Джеймс продолжил свою речь: — …Собираюсь вернуть его.       — А нам-то что делать? — Неуверенно спросил Жон, сжимая рукоять меча, дабы хоть немного успокоиться. Генерал остановился на полпути к своему кораблю, развернувшись на месте. Он заложил руки за спину и поднял подбородок, оглядев каждого подростка, стоящего перед ним. Он видел не студентов, но охотников, а потому ответил:       — У вас есть два варианта: защитить своё королевство и школу, или же спасаться самим, — с этими словами Джеймс вновь развернулся и взошёл на палубу своего корабля. Перед тем, как откидная дверь захлопнулась, он сказал им: — Никто не осудит вас за ваш выбор… Отправляемся. Курс на «Блю-два».       Подростки провожали взглядом удаляющийся силуэт корабля, совсем скоро затерявшийся в ночи. Теперь выбор был за ними. Сражаться или бежать. Жить или умереть. Не нужно было быть экстрасенсом, чтобы понять, какой вариант выбрали охотники. Ну а общую мысль озвучил Сан, предложив распределиться по кораблям. Половина студентов забралась в шаттл, отправляющийся вниз, обратно в Бикон. Но вот вторая половина, которую неофициально возглавила команда «Лоуретт», заняла место в шаттле, путь которого лежал на самый фронт, в Вейл.

***

      Бой был в самом разгаре, и Гримм, совместно с солдатами из Белого Клыка, пёрли со всех сторон, вынуждая охотников уйти в глубокую оборону. Разумеется, некоторые команды, в число которых входила и «Лоуретт», были на острие атаки, своим видом подавая пример остальным и не давая падать боевому духу. Они были подобны стае диких зверей, защищающих свои владения. Особенно ироничным это сравнение становилось, если вспомнить, против кого идёт сражение.       Роберт с командой находились близ взлётно-посадочной площадки, откуда обычно шли шаттлы в Бикон. Защита этой улицы лежала на них и в этом деле они очень даже преуспевали. Копьё Лайсерга свистело в воздухе, неизменно настигая цель и пробивая любую защиту. Веера Трейси подобно бабочкам порхали в воздухе, притягательные и смертельно опасные в равной степени. Дробовик Троя не знал промаха, разя всякого, кто приблизится достаточно близко. А когти Роберта не знали жалости, оставляя на телах террористов сильные ожоги, при желании способные превратиться в рваные раны. Разумеется, все они старались избежать ненужных убийств, но и просто оставлять за спиной потенциальную опасность они не собирались. А потому в приоритете было наиболее жёсткое обезвреживание. Ломались кости, травмировались конечности, сокрушительные удары, наверняка, приводили к сотрясениям. Но, так или иначе, все фавны ещё были живы.       Роберт схватил за руку одного фавна, наступая ему на ногу. Резко дёрнув мужчину на себя, Вайолет что есть сил припечатал его своей головой прямо по лицу, вдребезги разбивая маску-Гримм. Оглушённый противник был тут же брошен в сторону своего подбежавшего товарища, сбивая с ног. Вайолет не жалел никого. Эти фавны пришли в Бикон с войной, «с мечом в руках». Что ж… В таком случае, лишь боевой клич и сталь в руках будут им ответом.       Ещё одна группа фавнов показалась из-за угла одного из зданий. Они были вооружены оружием ближнего боя, а потому, стоило им завидеть противника, они тотчас бросились в атаку. Роберт чуть отклонился влево, пропуская мимо свистящее лезвие пропитанного прахом клинка, после чего наотмашь рубанул когтями по спине невезучего и не в меру активного фавна. Остальные, увидев это, резко поумерили свой пыл и начали обступать Роберта со всех сторон. Каково же было их удивление, когда в один момент их «лёгкая добыча» вдруг испарилась на ровном месте. Сокрушительный удар мыском ботинка пришёлся одному из бойцов прямо в нос, из-за чего по округе разнёсся влажный хруст и вой боли. Второму повезло чуть больше и он просто и без затей оказался впечатан головой в асфальт. А вот оставшимся четырём не поздоровилось, ведь Роберт уже здорово разошёлся в этой неравной схватке, а его азарт всё усиливал желание повысить ставки. Уже через пару секунд все фавны оказались на земле, а Роберт, до этого закрутившийся смертоносным волчком, лишь встряхнул головой, фокусируя зрение.       Цепкий взгляд Вайолета разглядел за спиной своего лидера силуэт рослого фавна в чёрном костюме, направившего лезвие красной катаны в спину Лайсергу. Кровь вновь вскипела в жилах, а выброс адреналина многократно ускорил все рефлексы и скорость реакции. Роберт обнаружил, что в пистолете не осталось патронов, а потому в один рывок постарался добраться до противника. В тот момент он был похож на рысь, настигающую свою жертву в одном длинном прыжке… Но не успел…       Звук разрываемой плоти раздался совместно с глухим стуком упавшего тела. Тут же перед своим лидером материализовалась небольшая группка из фавнов, вооружённых праховыми винтовками. Все они направили оружие на Вайолета, застывшего соляным столбом. Он чувствовал, как его тело мелко дрожало. Чувствовал, что внутри словно натянулась неведомая и невидимая струна. Натянулась до критической точки, взвинчивая эмоции до предела. После чего с резким звоном лопнула, не оставив после себя ни намёка на разум.       Роберту уже было наплевать, что перед ним была куча вооружённых террористов. Гнев застлал его разум, а перед глазами встала кровавая пелена. Тело его двигалось на автомате, а из груди так и рвался яростный рык. Он даже не обратил внимания, как неосознанно использовал «Адреналиновый Взрыв». Всё вокруг стало таким медленным, что Роберт безо всякого труда мог различить каждое движение своих противников. Это и позволило ему спокойно уходить от сыплющихся на него ударов, после чего наносить свои.       Одному фавну Роберт сдвоенным ударом с обеих сторон начисто отсёк голову. Горячая кровь брызнула на его лицо, мешая обзору. Второго противника парень исполосовал так, что все его внутренние органы вместе с костяным крошевом буквально вытекали наружу через множество рваных ран. Третий оказался рассечён от плеча до бедра одним единственным ударом. Четвёртого Роберт убил, снеся ему челюсть и перемолов все внутренности страшным по своей силе пинком в живот. Ну а пятый лишился ног, после чего его голова лопнула подобно переспелому арбузу под весом тяжёлого ботинка. После этого парень перестал считать убитых. Лишь приближение к цели он отмечал с каждым упавшим на асфальт окровавленным трупом. Да и сам Вайолет уже был с ног до головы покрыт алым артериальным вином, насквозь пропитавшим его одежду. Сложно было сказать, его это кровь или же чужая, ведь он совершенно не чувствовал боли, чтобы хоть как-то оценить своё состояние. Цель — вот что занимало все его мысли в данный момент. Убийца Лайсерга обязан умереть от руки Роберта.       «Трикстер» рвал, метал, пускал кровь, вспарывал плоть, оставаясь всё таким же ненасытным. А его хозяин даже не заметил, как лишил жизни с десяток вооружённых бойцов, оставив от них лишь изуродованные и исполосованные трупы, истекающие кровью. Всё ради того, чтобы добраться до мерзкого ублюдка, убившего Лайса. Роберт буквально озверел, разум отошёл на второй план, уступив место спящим доселе инстинктам. И преобладал среди этих даров предков сейчас лишь один. Инстинкт убийцы.       Вайолет бросился на фавна, метя в шею, чтобы разорвать ту и заставить убийцу друга захлебнуться собственной кровью. Но вместо того, чтобы превратить врага в очередной труп, Роберт наткнулся лишь на пустое пространство. Противник словно бы испарился. А затем появился чуть левее, пряча клинок в ножны. Грудь полыхнула болью от широкого горизонтального разреза, словно кто-то облил кипятком оголённые нервы парня. Роберт видел, как хлынула во все стороны его собственная кровь, пока сам он заваливался на землю, не в силах сделать хоть что-нибудь. Он упал на бок, что позволило ему во всех деталях запечатлеть в памяти те ужасные события, произошедшие после.       С ужасом парень смотрел, как из тел его друзей ручейками струится алая жидкость. Всего в пару неуловимых взмахов этот фавн лишил жизни ещё двух близких ему людей. Трой, пытаясь оказать сопротивление и дать Трейси возможность уйти, лишился руки, после чего его грудь оказалась нанизана на лезвие меча.       Трейси фавн настиг, даже не сдвинувшись с места. Он вытянул руку, удерживая свои ножны, которые в одно мгновение приняли вид ружья, после чего громыхнул оглушительный выстрел. Трейси споткнулась и начала заваливаться наземь. Там, где должно было быть сердце, сейчас зияла сквозная дыра размером не больше замочной скважины. Но несмотря на это Аура всё ещё тщетно пыталась сохранить жизнь своей владелицы. Душа отчаянно боролись со смертью, пока Сапфир пыталась ползти, цепляясь за трещины в асфальте и оставляя за собой тоненькую полосу крови. Но, в конце концов, затихла и она… На этот раз навсегда…       — Ну а теперь и в Бикон наведаться можно, — грубый голос донёсся до ушей Вайолета, навсегда отпечатываясь в сознании. Мужчина с алыми, словно кровь, волосами и бычьими рогами навсегда остался в сознании Роберта, грозя воплотиться в образе страшнейшего кошмара во плоти. Чёрный костюм, полумаска, скрывающая глаза, и меч, подобно раскалённому железу пылающий в ночи, — Роберт запомнил его.       Дикий крик боли вырвался из груди, затопив всю округу волной горя и ненависти. Аура бушевала вокруг, закручиваясь в спирали и завязываясь в узлы, поднимая вихри пыли. Роберт в ярости попытался подняться, прилагая все силы, что у него ещё остались, и даже больше. Но стоило ему подняться на колени, как мощный пинок по рёбрам окончательно выбил из него весь дух. Его отбросило к стене ближайшего здания, где от удара он и потерял сознание.

***

      Лезвие косы, не встречая препятствий, рассекло чёрную плоть, умерщвляя грифона, решившего поживиться невнимательным генералом, отвлёкшимся на то, чтобы отдать приказы. Кроу не слушал лепет Джимми, когда убивал Гримм, собирающегося убить его, но по его лицу было понятно, что кричал он ему что-то похожее на оправдания. Надо же, несокрушимый Айронвуд, словно нашкодивший малец, отчитывается перед старым пыльным вороном, которого всего пару дней назад готов был пристрелить за нарушение приказов, которых Кроу даже не получал из-за отсутствия связи.       — Ты идиот, Джимми, — беззлобно сказал Бранвен. Нет, не сказал, констатировал факт. Ведь только идиот позволит какому-то проходимцу угнать свой собственный корабль, из-за чего все Атласские Рыцари теперь обратили оружие против своих же хозяев. — Я знаю, что ты не при чём. И всё же ты умудрился просрать свой корабль. И что дальше, генерал?       — Тот гигантский Гримм, похоже, нацелился на академию. Глинда, собери местных охотников и создай безопасную зону в Вейле. Нам нужно эвакуировать Бикон — оставляю это на тебя и моих людей, Кроу. Мне всё ещё нужно попасть на мой корабль… — речь генерала прервал жуткий грохот, с которым через несколько улиц от них на Вейл свалился гигантский корабль. Тот самый корабль, на который так хотел попасть Джеймс. Кроу не удержался от шутки в своём стиле:       — Ну, идти тут недалеко, — усмехнулся он, почесав затылок. К общему удивлению, именно в этот момент, когда флагман Айронвуда оказался уничтожен, Атласские Рыцари перестали функционировать, потеряв связь с командным центром.       Джеймс, перехватив поудобнее пистолет, бегом направился в сторону упавшего корабля, совсем скоро пропав из виду. Кроу и Глинда остались наедине, так как необходимо было решить, где именно будет создана безопасная зона, а также кто отправится с Кроу в Бикон, чтобы эвакуировать людей. Впрочем, на этот счёт у Бранвена уже были кое-какие мысли. Он уже собирался их озвучить, но неожиданно был прерван раскатистым звуком выстрела и отчаянным криком, в котором смешались боль, гнев и, казалось, мольба о помощи.       — Это оттуда! — женщина указала стеком в сторону, противоположную той, в которую двинулся Джеймс. В сторону взлётно-посадочной площадки, откуда корабли обычно отправляются в академию и обратно. Охотники не стали медлить, резко сорвавшись с места.       Они бежали по улицам, но, к удивлению и Кроу, и Глинды, им так и не встретился ни один Гримм или боец Белого Клыка. Казалось, улица в один миг опустела и от людей, и от чудовищ, которых во всех остальных частях города было предостаточно. Кто-то зачистил эту улицу, причём зачистил довольно качественно. Но на полпути в нос Кроу ударил отчётливый запах крови, который ни с чем нельзя было перепутать. Они ускорили бег, чтобы поскорее добраться до точки назначения. Но стоило им свернуть за угол, чтобы выйти на соседнюю улицу, как Глинда тихо вздохнула, прикрыв рот рукой. Да и сам Кроу был удивлён не меньше.       Бойня — вот что увидели там охотники. Множество испаряющихся тел Гримм, ещё больше изуродованных и окровавленных тел фавнов. И кровь. Просто море крови, растёкшейся по всему асфальту, окрасив тот в тёмно-красный цвет. Ни Глинде, ни Кроу было невдомёк, что за безумный мясник мог сотворить такое. Но, судя по удаляющемуся силуэту шаттла, он уже движется в сторону Бикона.       — Глинда, глянь вон там! — скомандовал Кроу, а сам направился к одному из тел, выделяющихся на общем фоне. У девушки были длинные голубые волосы, а на шее покоился вязаный шарф, скрывающий крупный шрам, пересекающий всю шею. Было видно, что она ползла куда-то, истекая кровью, но довольно скоро погибла от потери этой самой крови. Страшнее всего было от того, что Бранвен узнал в её побледневшем лице одну из членов команды Роберта.       Мужчина поднялся на ноги и начал активно осматривать поле боя, выискивая знакомые тела и надеясь, что хоть кто-нибудь из них ещё дышит. Даже ему, бывалому охотнику, было мерзко от того, что на этом свете нашёлся ублюдок, готовый убить ребёнка ради своих идиотских целей.       — Кроу, я нашла его! Там, за обломками, — Глинда свободной рукой указала под груду удерживаемых ей обломков, и мужчина заметил, как дрожал её голос. И это отнюдь не от усталости. Он так быстро, как только смог, добрался до обломков, некогда бывших стеной жилого здания, и в его горле встал ком, когда он увидел знакомое тело. Роберт был просто в ужасном состоянии, одна из его рук была сломана, а грудная клетка и вовсе оказалась вспорота так, что было видно, как мелко трепещет его сердце, поддерживая в теле угасающее биение жизни. — Кроу, он жив. Вытаскивай его, но аккуратно.       — И без тебя знаю, — огрызнулся Бранвен, аккуратно поднимая подростка на руки. Это было настоящее чудо, что он был ещё жив и продолжал бороться. Даже его Аура всё ещё была активна и старалась как можно быстрее исцелить наиболее серьёзные раны владельца. Кроу видел, как буквально на глазах края его раны срастались. Медленно, очень медленно для того, чтобы Роберт не умер от кровотечения. И всё же он был ещё жив! Кроу аккуратно положил его на более-менее чистый и ровный кусок асфальта. Взгляд мужчины обратился на Бикон, туда, куда направился этот мясник. — Вызывай медиков и закрепляйся в нескольких улицах отсюда. Я отправлюсь в академию, чтобы вывести как можно больше учеников.       — Удачи, Кроу, — только и сказала Глинда, прежде чем охотников вновь отвлекло непредвиденное. Вершина башни Бикона воссияла, словно новогодняя ёлка. Зелёные лучи невероятной мощи, сталкивающиеся между собой огненные вспышки и вихри — всё это было похоже на один большой фейерверк. Даже из города прекрасно было видно, что вершина башни уже давно была начисто снесена, а гигантский Гримм, похожий на дракона, уцепился за край. Его свирепый рёв было слышно на многие километры. Также мужчина заметил корабли с алой эмблемой Белого Клыка, нестройным клином двигающиеся в сторону Изумрудного Леса. Похоже, в Биконе творился настоящий хаос, раз даже Белый Клык сбегает с поля боя. И пока не стало слишком поздно, Кроу направился к одному из пустых кораблей. Необходимо было как можно быстрее вывести студентов из академии.       Он обязан успеть!