Рысь

      Лезвие сабли просвистело совсем рядом с головой, ослепляя бликами весеннего солнца, играющими на практически зеркальной поверхности металла. Роберту вовремя удалось отвести атаку в сторону, однако его отец ни на секунду не прекращал натиска. Он продолжал напирать словно неумолимый и бесчувственный механизм, выполняющий поставленную задачу. Однако Роберт достаточно хорошо успел изучить тактику боя Оливера, а потому знал, что последует за этой изматывающей серией атак. Осталось лишь вытерпеть, после чего у него появится небольшое окно в пару секунд, которое он сумеет использовать, чтобы применить «Адреналиновый Взрыв». Попусту тратить силы и Ауру на то, чтобы взвинтить собственные чувства до предела, Вайолет не собирался, выжидая подходящего момента. Он строил из себя несчастную жертву, уйдя в глубокую оборону, на деле же являясь настоящим хищником, заманивающим свою добычу в ловушку. Роберт намеренно пропускал удары, которые обошлись бы для него наименьшими повреждениями, чтобы создать видимость собственной слабости. Конечно, в бессильного слабака, не умеющего ничего, он играть не собирался, но вполне успешно поддерживал тот уровень, к которому его умудрился спустить Адам Таурус. Ох, одно только упоминание этого имени заставляло разгораться неудержимое пламя внутри. Вот только Роберт не позволит этому пламени вырваться наружу, пока он сам того не захочет. Слишком много времени он потратил на то, чтобы вновь обуздать свой гнев и вновь вернуть себе силу обращать его в своё оружие. Наконец-то Роберт сумел, не восстановить, нет… Но приблизиться к той гармонии, равновесию, которое и станет его истинной силой. И сила эта вернётся к нему лишь тогда, когда голова столь ненавистного фавна окажется у его ног. Лишь тогда светлая память о товарищах перестанет быть тяжким грузом.       Оливер тем временем решил немого схитрить. Уверенный в том, что Роберт сосредоточен на его оружии, мужчина совершенно неожиданно скользнул вниз, делая подлую подсечку. Вот только Вайолет старший и подумать не мог, что его сын всё это время только и ждал от него этой подсечки. Роберт подпрыгнул, в воздухе делая изящный пирует, которому его когда-то научила Трейси. Секунда, и вот парень уже стоит за спиной Оливера. Мужчина попытался ударить саблей наотмашь, вместе с этим всем телом разворачиваясь, вот только в этот раз пришла пора Роберта теснить своего противника. «Адреналиновый Взрыв» разогнал восприятие до предела, а все мышцы налились небывалой силой. Оливер уже не мог уследить за всеми движениями сына, так как оказался слишком вымотан. На него в тот же момент обрушилась вся сдерживаемая Робертом ярость, вылившаяся в серию из трёх сокрушительных ударов. Первый удар пришёлся в живот, второй в грудь, а третьим и вовсе оказался апперкот, который едва не подбросил мужчину в воздух. Оливер хотел было огрызнуться, выбросив руку вперёд, но Роберта перед ним уже не оказалось. Ушёл, используя Проявление, чтобы в следующее мгновение появиться слева, там, где Оливер не мог сразу его достать. Роберт бил не со стороны ведущей руки, а потому Оливер и не успел заблокировать удар, ставший для него последним. Роберт мог бы ударить и в голову, однако вместо этого удар ногой с разворота пришёлся в плечо. Очень болезненный удар, стоит сказать. Аура Оливера в один момент оказалась сбита, а сам он был отброшен на добрые пять метров, собирая всю пыль с земли.       — Ха, надо же, я победил, — похоже, парень и сам был несколько удивлён тому, что сумел одержать верх там, где обычно оказывался на месте проигравшего. Обычно это ему приходилось собирать пыль по всей тренировочной площадке. Похоже, прошли те времена, когда Роберт выбывал сразу, стоило ему сбить Ауру отца в жёлтую зону. И это в очередной раз доказывало одно — он готов. Не только его душа нашла в себе силы продолжать борьбу, но и тело сумело возвратить и даже приумножить былые навыки. Словно бы читая его мысли, Оливер, поднимаясь с земли, задал очень важный для них обоих вопрос:       — Ты уверен, что хочешь этого? Месть — это не решение всех проблем, — в очередной раз отец попытался воззвать к разуму сына, но тот был непреклонен. Вот только в этот раз, вместо неловкого молчания, он наконец нашёл подходящий ответ. Его Роберту подсказало, как бы приторно это ни звучало, его собственное сердце.       — Да, пап, месть — это не решение всех проблем. Но я мщу не за себя… Я не смогу спокойно спать, пока знаю, что их убийца до сих про жив, — твёрдо ответил парень. Оливер положил руки на его плечи и, секунду погодя, крепко обнял. Будь на месте Роберта обычный человек, то, наверняка, в его теле после такого не осталось бы целых костей. Впрочем, с объятиями Норы это всё равно не сравнится.       — Боги, я разрешаю сыну отправиться чёрт знает куда, чтобы найти и убить опасного террориста из Белого Клыка. Даже у нас с командой таких крышесносных заданий не было! — усмехнулся мужчина, однако в его голосе Роберт различил тщательно скрываемую печаль. Он выбрался из крепких объятий и взглянул отцу в глаза.       — Я вернусь, пап! Я обязательно вернусь, как только покончу с прошлым. И мы обязательно сходим в нашу любимую забегаловку вместе. Я, ты, ещё и маму с собой возьмём, окей? — Робби ободряюще улыбнулся, после чего протянул Оливеру руку в знак прощания, примирения, благодарности и ещё бог знает чего. Вот только вместо того, чтобы ответить на рукопожатие, Оливер в очередной раз заключил сына в объятия. — Не, пап, это уже гиперопека какая-то. Я понимаю, будь на твоём месте мама, но-кх-х! Задушишь же!       Наконец-то мужчина отпустил Роберта, дав тому нормально вдохнуть. Вот в этот раз он точно превзошёл Нору, едва не выдавив из парня все внутренности. На секунду он даже подумал, что отец действительно решил его придушить, однако всё обошлось, просто он так выражает свою родительскую любовь и заботу.       — Значит, уезжаешь уже сегодня? — невесело спросил Вайолет старший, провожая Роберта к гаражу, где уже заждалась «Молния». Роберт ответил не сразу. Взгляд золотых глаз устремился к небесной лазури, а на лице появилась лёгкая улыбка. Он ушёл в себя, задумавшись о чём-то и что-то решая. Оливер не стал ему мешать, вместо этого лишь помог открыть ворота гаража и свернуть брезент, которым был накрыт байк. Роберт вышел из своей странной прострации лишь через пару минут, когда гараж затопило приветливое урчание двигателя.       — Для начала нужно заехать кое-куда, — ответил он, и Оливер безо всяких пояснений понял, что его сын имел в виду. Он прекрасно видел, как нелегко далось ему это решение. Видел, как дрожали его руки, когда он проверял, надёжно ли закреплён «Трикстер» и полна ли обойма «Доджера». Что ж, если Роберт решил, что готов к встрече с ними, то Оливер не в праве его останавливать.

***

      Влажная земля неприятно хлюпала под ногами, когда Роберт пробирался всё глубже в этот бесконечный лабиринт из склепов и надгробий. Он чувствовал, как капля за каплей утекает его уверенность, когда он натыкался на фотографии, расположенные на надгробиях. Множество незнакомых ему людей, казалось, устремили свои безжизненные взгляды прямо на него, смотря кто с интересом, кто с осуждением, а кто с едва уловимой тоской. Понятное дело, что у Вайолета просто разыгралось воображение, однако он был абсолютно точно уверен, что именно это ощущение тоски, на которое он шёл, словно ищейка по запаху, привело его к нужному месту. Чудилось, что по мере приближения к искомому месту вокруг становилось всё теплее, словно бы его там ждали, и жали довольно давно. Резко Роберта охватило такое неописуемое чувство стыда, что он физически ощутил, как к лицу приливает кровь. Вот ведь идиот! Прошло уже столько времени с тех пор как их похоронили, но он так и не удосужился прийти к ним хотя бы раз. Роберт постоянно искал отговорки, оправдания, но в конечном итоге всё равно оказался здесь.       Он видел, как хитро прищурилась Трейси, с кошачьим интересом рассматривая гостя. Роберт в ответ провёл ладонью по холодному мрамору её надгробия, проходя рядом. Трой недовольно, чуть нахмурившись, смотрел на Роберта с явным неодобрением. Во взгляде так и читалась фраза, сказанная фальшиво спокойным тоном, — «Ты мог прийти и пораньше». Парень неловко улыбнулся товарищу, признавая свою вину и его правоту. А затем его взгляд упал на последнее надгробие. Лайсерг улыбался, как и всегда. Даже на фотографии его глаза лучились энергией и жизнью, которой в последнее время так не хватало его партнёру. В его взгляде не было осуждения, но была какая-то радость, которую различить мог лишь тот, кто был с ним знаком. Вайолет закончил обходить могилы своих товарищей, после чего встал перед ними. Он закрыл глаза, вслушиваясь. Слышал, как играет ветер в листве деревьев и траве. Слышал, как щебечут птицы, вернувшиеся с юга. Слышал, как абсолютно вся жизнь, окружающая его, сливается в унисон, в единое биение жизни. Такое успокаивающее, убаюкивающее, словно нежные объятия матери.       — Привет, ребят… — неловко начал Робби, когда открыл глаза. Взгляды Лайсерга, Трейси и Троя были устремлены прямо на него. Он понимал, что это всего лишь игра воображения, иллюзия, но отчего-то так сильно хотелось верить, что сейчас они втроём действительно его слышат, им интересно, что он собрался сказать. Это позволяло вновь ощутить то забытое ощущение близости, которое уже никогда не вернуть. — …Я тут мимо проезжал, думал зайти в гости… Ох, идиот! Что я несу? Простите, я… Я так скучаю… Столько времени прошло с тех пор, как вас не стало, но не прошло ни дня, чтобы я не вспоминал всё, через что мы прошли. Все вместе, плечом к плечу. Нам было весело…       Роберт опустился на чистую траву, а взгляды с фотографий проследовали за ним. Он замолк, собираясь с силами и мыслями. Невероятно тяжело было говорить с ними вот так. Он чувствовал себя самым большим идиотом на Ремнанте. И всё же он продолжил:       — Знаете, ребят, я верю, что вы сейчас находитесь в куда более лучшем месте, чем это. Я не уверен, я знаю, что магия и души существуют. Простите меня, что так и не рассказал вам о том, во что оказался втянут. Мы должны были пройти через всё это вместе, как и всегда… Но я не хотел, чтобы вся эта магическая хрень угрожала ещё и вам. Опять взвалил всё на себя. И поплатился… — он осёкся, внезапно ощутив на себе чье-то пристальное внимание. Резко вскочив, Роберт едва остановил себя от того, чтобы выпустить когти и приготовиться к бою. Но каково же было его удивление, когда он понял, что вокруг на ближайшую сотню метров нет совершенно никого. Он единственный в этой части кладбища. Роберт вновь повернулся к надгробиям, но в этот раз на его лице отразилась смесь страха и удивления. Да, он знал о существовании магии, как и все, был уверен в существовании душ, но подобного он не ожидал никак. Ему просто не могло показаться! — Я, блин, почти на все сто процентов уверен, что это была ты, Трейс. Я помню твою привычку выскакивать, как чёрт из табакерки… Больше не пугай меня так, окей? И ты, Трой, следи за сестрой. Чего это она, даже с того света меня доставать собирается? Лайс, ты же лидер, вот и скажи им на правах лидера, чтобы прекратили… Мне так вас не хватает, ребят! Я не знаю, как мне жить дальше. Надеюсь, вы будете рады, когда я наконец найду этого урода Тауруса и снесу ему башку его же оружием… Вы уж там сверху присмотрите за мной, ага? И обязательно пожелайте мне удачи! Между прочим, это в ваших же интересах… Я люблю вас, ребят…       Робби взглянул напоследок на три надгробия, стоящих в ряд. Сказать ему более было нечего, и потому, попрощавшись, он направился прочь. Он разрывался от противоречивых желаний остаться с командой подольше и побыстрее добраться до «Молнии», чтобы не терять время и поскорее отыскать Тауруса. Понятное дело, что выбрал он именно второй вариант. Вот только его ещё долго не отпускало ощущение пристального взгляда, направленного в спину, когда он уходил. Странное ощущение пропало, лишь когда Роберт покинул территорию кладбища и сел на байк. Лишь тогда он понял, что всё это время по его лицу катились слёзы, которых он даже и не заметил, увлечённый общением.

***

      Он всячески старался отвлечься, слушая рёв движка и свист ветра, доносящийся до него даже в шлеме. «Молния» стремительно несла его по автомагистрали вдоль береговой линии. Солнце уже клонилось к закату, следовало поторопиться и успеть на последний паром до Анимы, который отходит через час. Хоть забрало шлема и было затенено, Роберт всё равно прекрасно видел открывающийся пейзаж. Парню нравилось море. Взглянешь на него — бескрайнее, спокойное, манящее своими бесконечными тайнами. А если понаблюдать подольше, то можно увидеть совсем другую его сторону. Спокойствие и безмятежность морских вод в любой момент могли смениться гневным штормом, в щепки перемалывающим суда, которым не повезло оказаться не в то время не в том месте. Роберта привлекала эта двойственность, вскрывающаяся, стоит лишь взглянуть чуть пристальнее. С людьми, если подумать, это правило также работало. Роб ведь любит решать загадки, а люди, в здравой степени противоречивые и двойственные, всегда его привлекали. Чужая душа — потёмки, а острый ум — фонарик.       Отчего-то вспомнилась Янг. Роберт всегда улыбался, думая о ней. С этой блондинкой у него было связано не меньше тёплых воспоминаний, чем с командой, и этого нельзя отрицать. Тогда, в Биконе, Роберт прекрасно ощущал, что после каждой их встречи, с каждой проведённой вместе минутой всё сильнее привязывается к ней. Возможно, ещё немного, и он бы даже смог ощутить то, что многие знающие люди назвали бы влюблённостью. Сложись всё иначе. Но, к сожалению, он не видел её с самого турнира, а после него, как ни прискорбно, было просто не до неё. Он настолько погряз в своих переживаниях, что напрочь забыл о том лучике света, что всегда заставлял его улыбаться. Янг — лучшая подруга, едва не ставшая чем-то большим. А теперь, вероятно, они больше никогда не увидятся. Бикон разрушен, все студенты разбрелись кто куда. Возможно, Янг поступит в другую академию, получит лицензию, станет полноправной охотницей и защитницей человечества. Роберт тоже когда-нибудь станет, но сейчас у него есть дело поважнее. И если он не хочет, чтобы оно затянулось, то стоило бы выжать из «Молнии» ещё десяток километров в час.       Дорога вильнула влево и уже через несколько минут прекрасный пейзаж скрылся за небольшим горным хребтом, который пролегает через северное побережье, самым хвостиком уходя прямо в море. Именно эта природная стена когда-то защитила первопроходцев, решивших основать здесь первые поселения, а после и город, ставший в итоге столицей королевства. В Великую Войну особенности ландшафта Сануса также сыграли немалую роль, помогая сдерживать натиск войск, отправляемых Императором Мистраля с востока. Защищают эти горы и по сей день. Крупные и опасные Гримм, облюбовавшие восточную часть континента, практически не суются в западную как раз из-за этого горного хребта, который стал для них непреодолимым препятствием.       Но вскоре солёный воздух вновь ударил в нос, когда прорубленная в горах дорога осталась позади. Вновь Роберт мог лицезреть прекрасную водную гладь, отражающую пылающий в небе огненный шар. Вот только теперь дневное светило Ремнанта смотрело прямо на Роберта, из-за чего видимость слегка снизилась. Ещё большей проблемой стала дорога, которая после вскользь прошедшего здесь дождя отражала солнечный свет и также мешала обзору. К счастью, впереди замаячила развилка, уводящая дорогу ниже, к портовому городку, и выше в горы, туда, где располагалась самая известная в Вейле обсерватория, откуда люди вот уже десять лет наблюдают за небом и космосом. Именно в ту сторону ветер и унёс дождевые тучи, оставляя за собой мокрый след.       По пути начали встречаться первые здания. Редкие, невысокие, вроде заправок и дорожных забегаловок или хостелов, где обычно останавливаются туристы или дальнобойщики. Ну, или такие вот путешественники вроде Роберта. Правда, времени пока хватало, и на свой паром парень успевал, благо билет был куплен заранее. Хоть башня МКС в Биконе и была уничтожена, локальная сеть в пределах королевства всё ещё функционировала, пусть и с перебоями. Не составило большого труда купить билет онлайн.       Он въехал в порт уже через десяток минут, а ориентиром для него стала громада парома, которому предстоит пройти путь от Сануса до Анимы с Робертом и «Молнией» на борту. Он успел как раз вовремя — уже началась посадка пассажиров и загрузка трюмов. Парень спешно вытащил свой свиток и открыл электронную версию билета. Женщина в годах, стоящая за одной из касс, лишь окинула его пристальным взглядом, после чего хмыкнула и продолжила без особого интереса смотреть телевизор в своей маленькой каморке. Пожав плечами, парень спешился и покатил «Молнию» к парому, где к нему тут же подошли два матроса, вызвавшиеся помочь загрузить байк на борт. Роберт, конечно, доверил им свою боевую подругу, но для уверенности всё же вскользь обронил фразу о том, что он является охотником. Такие новости точно отобьют у ушлых матросов всяческое желание лишний раз прикасаться к «Молнии». После этого парень отправился в выделенную ему каюту, чтобы спустя несколько часов езды наконец-то отдохнуть.       Каюта представляла собой небольшое, но весьма уютное помещение с одним квадратным окошком, достаточно широкой койкой, шкафом, а также небольшим столиком. Помимо всего прочего сразу слева от двери находилась небольшая каморка, оборудованная под туалет и ванную. Без изысков, конечно, но Роберту и так пришлось потратить немало своих сбережений на то, чтобы выкупить одноместную каюту, которую предоставляла компания. Впрочем, лучше было переплатить сотню другую льен, чем ютиться с кем попало в такой же тесной каюте, но с четырьмя койками. Хотя бы здесь он мог позволить себе немного побыть эгоистом.       Стоило парню переступить порог, как рюкзак со всеми необходимыми в дорогу вещами отправился в угол, а сам Роберт устало плюхнулся на жёсткую койку, забыв её застелить. Он перевернулся на спину и взглянул в окно, наслаждаясь видом безмятежно плывущих по огненному морю облаков. Они были похожи на огромные пучки сладкой ваты, которые несёт бурный поток горячей карамели. А некоторые облака так и вовсе были похожи на сочные куски мяса, манящие одним своим видом, а запахом сводящие с ума. Нет, так дело не пойдёт. От таких мыслей у Роберта как-то резко разыгрался аппетит, а в голове в мгновение всплыло расписание, по которому пассажиров парома обычно кормят. И сейчас как раз время ужина, осталось пятнадцать минут. Парень здраво рассудил, что было бы неплохо подняться на палубу и заранее разыскать кают-компанию, чтобы занять лучший столик.       Рука не глядя нащупала свиток в кармане, после чего Роберт быстро напечатал сообщение для Оливера, в котором говорилось о том, что он вот-вот покинет пределы королевства. И пока паром не отчалил от берега, а сеть всё ещё ловила, Роберт поставил на загрузку пару фильмов, которые давно собирался посмотреть, но времени всё не хватало. Девайс он поставил на зарядку, а сам поднялся с койки и направился наверх. Уж голодным-то Роберт быть никогда не любил.