Однажды зимой.

      — Что..? — Эрен было решил, что мужчина просто смеётся над ним и несёт всякую чушь, однако его обеспокоенное лицо с примесью шока говорило об обратном. Ривай не был похож на человека, которого легко напугать и который любит пошутить, поэтому парень быстро осознал серьёзность ситуации.       Он безропотно последовал за мужчиной, который в быстром темпе поволок его к крыльцу и первым впихнул в дом, с хлопком запирая деревянную дверь. Закрыв ее на все замки и тяжёлый железный засов, он взглядом окинул помещение и в конце концов остановил его на Эрене, который на согнутых ногах пытался перевести дыхание.       — Ривай, что-то нехорошее происходит в этом лесу, — проговорил он, немного отдышавшись. — И это что-то явно не настроено быть с нами дружелюбными. Мы с Верноном..       — С кем? — Переспросил мужчина, проходя прямо в чёрных берцах в зал и оставляя после себя мокрые следы подтаявшего снега.       — Один из тех, про кого я рассказывал, — после его слов Ривай в немом вопросе вскинул бровь, всем видом будто интересуясь, с какого момента Эрен начал якшаться с этими двумя. Тот лишь отмахнулся от него, призывая дать договорить, и, тоже проходя в комнату, продолжил:       — Так вот... Мы с ним сначала подрались наверху, хотя, кажется, на первом этаже я ему тоже вмазал. Но это сейчас не важно, ведь дело в том, что потом мы увидели Клару и..       — Какую, нахуй, Клару? Йегер, я оставил тебя одного меньше, чем на час, а ты успел скорешиться с тем, кто хотел нас убить, нашёл какую-то Клару и напоролся на херню, которая жрала за домом труп. Ты всегда такой, или у тебя сейчас что-то вроде ретроградного Меркурия?       — Я не виноват, что так происходит! — Возмутился Эрен, демонстративно уперев руки в бока. Он и сам не был в восторге от того, что оказался в центре таких событий, и явно предпочёл бы отдыхать сейчас с друзьями в отеле, а лучше попивать с Жаном пиво, позорно прячась от учителей и Микасы. Но вместо этого он сейчас здесь и выбирает между тем, чтобы либо умереть в этом лесу в страшных муках, либо просто лечь в психушку по окончанию всего.       Ахуенные каникулы у него выдались, ничего не скажешь.       — И все же — что за Клара? — Настаивал Ривай, подходя к окну. Он в очередной раз осмотрел окружающий маленький дом зимний пейзаж, что какой-то безнадёгой расстилался на многие километры. Деревья, снег и ничего более.       — Девушка на втором этаже, — пояснил Эрен, закусывая нижнюю губу. Вопрос вертелся на языке, но он не знал, как его можно было нормально обличить в слова. Просто спросить, кто она? Ее ли крики он слышал, только оказавшись здесь? Или сразу в лоб спросить, рук ли мужчины ее смерть? Видел ли он отпечаток той руки на ее бедре, да и кто она вообще такая?..       — Эрен! Земля вызывает, ты с нами? — По раздражению, чьи нотки начали проскальзывать в голосе Ривая, он понял, что мужчина уже не первый раз пытается достучаться до него. Он бездумно поднял на него зелёные глаза и молча уставился, гипнотизируя недовольную физиономию.       — Сопляк, ты, похоже, реально крышей поехал.       — Это ты?       — Что — я?       — Убил ее, — после этих слов Ривай замер, и, задержав взгляд на его лице чуть дольше, чем полагалось бы, устремил свой взор к выходу из комнаты.       На несколько долгих секунд между ними воцарилось полное молчание, после которого мужчина встал с кресла и вышел из гостиной. Послышался скрип ступенек, и Эрен понял, что тот пошёл на второй этаж. Подорвавшись с места, он ринулся за ним и уже вскоре тоже поднимался по ступенькам, сосредоточенно буравя взглядом затылок мужчины, который по-прежнему не произнёс ни слова.       Дверь в помещение они с Верноном не закрыли, поэтому Ривай сразу прошёл в нужную комнату, почти тут же останавливаясь на входе. Лицо его оставалось беспристрастным, но парень буквально физически ощущал исходившее от него напряжение.       — Посмотри на ее бедро, — тихо произнёс Эрен, показывая на тело женщины пальцем. В голове промелькнула мысль, что это, вообще-то, неприлично, но навряд ли трупу уже было до этого дело. Ривай впился взглядом в указанное место, и, помедлив пару секунд, подошёл ближе, аккуратно присаживаясь на корточки. Почти что нежным касанием он провёл по бедру, словно желая убедиться, что отпечаток ладони настоящий, после чего долго всматривался в пустоту. В конце концов он аккуратно спустил подол ее платья, прикрывая оголенные бёдра, а затем закрыл застывшие в ужасе глаза, подушечками пальцев прикрыв веки.       — Никогда не видел ничего подобного, — тихо проговорил он, вставая с колен. Лицо его было задумчивым и мрачным, но на нем не было места грусти или раскаянию, лишь какая-то твёрдая решимость.       — Я не понимаю.. — Заговорил Эрен, потирая разболевшиеся виски пальцами. — Если это сделал не ты, то кто? Или что.. Отпечаток явно не человеческий, но у неё свёрнута шея так, будто это сделано разумным существом, иначе бы это выглядело совершенно по-другому. Связана ли ее смерть с тем, что я видел за домом, а если да — то почему оно не сожрало и ее?..       С каждым вопросом его голос становился все тише и тише, а речь неразборчивей, пока и вовсе не перешла в бессвязный лепет. Перед глазами поплыло, а голова уже начала кружиться от вновь накопившихся вопросов, которые грозились так и остаться без ответа.       Но самое страшное было в том, что Эрен вовсе не был уверен, так ли они ему нужны.       Неожиданно он почувствовал, как его аккуратно берут за запястья, и, убирая руки от головы, медленно опускают их к груди.       — Я не знаю, что здесь происходит, Эрен, — голос Ривая был тихим, но слова произносились уверенно и отчетливо, чтобы их точно услышали. — Понятия не имею, как связаны эти события и что за тварь находится сейчас рядом с домом, но могу утверждать одно — сюда уже едут Эрвин и Ханджи, вооруженные до зубов и больше, а эта ненормальная наверняка ещё прихватила с собой какого-нибудь ядерного оружия, способного превратить тебя и меня в двухголовых жаб. И когда они приедут — мы будем ждать их здесь. Что бы не произошло, мы сможем выбраться отсюда и убраться как можно дальше, а ты наконец-то вернёшься домой. Ты меня понял? — Он уже давно отпустил его руки, несильно обхватив ладонями голову Эрена и наклонил ее так, чтобы они могли соприкасаться лбами.       Зелёные бездонные глаза смотрели в прозрачно-серые, не в силах оторваться от них ни на секунду, и парень лишь слабо кивнул, пытаясь медленно выдохнуть и успокоиться. Сейчас, в мягком свете одинокой лампы, мужчина не казался таким страшным и холодным, как раньше. Перед ним стоял уже не тот хмурый незнакомец, что сварливым голосом угрожал убить за испачканный ковёр, а вполне уже знакомый и каким-то образом природнившийся Ривай. Это было глупо, ведь знакомы они от силы несколько дней, но Эрену вдруг показалось, что в этом нет ничего постыдного — чувствовать привязанность к тому, с кем по воле случая вместе оказался в тяжелой ситуации. Беда и опасность сближают, ведь так?       — Мы встретимся ещё? — Фраза вырвалась из уст парня слишком быстро и необдуманно, но сказанного назад не воротишь, поэтому он лишь нервно закусил губу, наблюдая за реакцией мужчины.       На несколько секунд воцарилось молчание.       — А чего хочешь ты? — После некоторого раздумья спросил Ривай, аккуратно убирая руки от головы парня. Тот уже хотел было возмутиться и потребовать вернуть их на место, но лишь вздрогнул, когда ладони мужчины не сильно обхватили его плечи. Они были такими мягкими и горячими, что все мысли моментально покинули его голову, оставляя лишь странное желание чувствовать на себе эти руки весь вечер.       Месяц.       Жизнь.       — Ты смешной. Я бы хотел ещё как-нибудь послушать то, как ты шутишь и ругаешься, — выдохнул Эрен, видя, как на тонких губах напротив расцветает усмешка. Он пытался перевести все в шутку и сделать так, чтобы мужчина не догадался, как на самом деле его волнует ответ, но расширенные зрачки и участившееся дыхание выдавали с головой.       Парень почувствовал, как его плечи сжали чуть сильнее, чем до этого, а через секунду губы Ривая оказались слишком близко. Тёплое дыхание опалило ухо, а по телу прошёл электрический разряд, когда мужчина, едва заметно проведя носом по его щеке, произнёс:       — Тогда я найду тебя.

***

      Глаза цвета моря медленно открылись, и, несколько раз сонно моргнув, уставились в знакомый бледно-серый потолок.       Опять этот сон.       Эрен устало провёл ладонью по лбу, смахивая выступивший от волнения пот. Давненько он его не видел. Порой казалось, будто он уже привык видеть его снова и снова, но на самом деле никогда не мог спокойно возвращаться после него в реальность.       Приходилось садиться на край кровати, как сейчас, и, растирая руками пульсирующие виски, приходить в себя.       — Так ведь и с ума сойти можно.. — Вяло прошептал он, вставая с мягкой кровати. Ему сейчас жизненно необходимо спуститься вниз, и, включив по телевизору что-нибудь для фонового шума, выпить банку Колы, потому что в горле пиздецки пересохло.       Почистив зубы и для верности несколько раз окатив лицо холодной водой, он быстро переоделся в домашнюю футболку и штаны, напоминавшие скорее какие-то шаровары из «Аладдина». Выглядели они нелепо и комично, но их подарила Микаса, да и были они довольно удобными, так что Жан мог хоть подавиться своими шутками, но носить он их не перестанет.       «Тогда я найду тебя»       Слова до сих пор эхом разносились в его голове, задевая что-то в сознании Эрена так, что сердце колотилось быстрее и громче. Сон в очередной раз был таким долгим и правдоподобным, что обманутый разум действительно поверил в то, что он снова оказался в доме, окружённом лишь темнотой и бесконечным зимним лесом.       Если говорить откровенно, то он так и не понял, как закончился тот странный момент его жизни, в который парень пережил больше эмоций и переживаний, чем за всю свою сознательную жизнь.       Все, что Эрен помнил — это тихий разговор под дрожащим светом лампы, свидетелем которого был лишь безмолвный старый дом и мёртвая женщина, чьи глаза тоже переодически преследовали его во снах.       Дальше — пустота.       Он, должно быть, всё-таки потерял сознание, ведь тело не могло так долго выдерживать все те травмы и психологическую нагрузку, которые навалились на него в один момент. Просто в одну секунду ноги подкосились, в голове потемнело, а очнулся он уже в больнице с рыдающей матерью на груди. Рядом стоял вечно спокойный отец и лишь нервно поправлял круглые очки, но красные глаза и дрожащие руки говорили о его состоянии лучше слов. Друзей к нему ещё не пускали, но он отлично слышал голоса Микасы и Армина, с надрывом повторяющие его имя из-за двери.       Было сложно осознать, что в один момент он стоит рядом с Риваем и думает о том, как хорошо было бы всё-таки вернуться домой живым, а в другой уже находится в тёплой больничной койке.       Это было так.. сюрреалистично.       Будто и не было этого промозглого зимнего холода, старого дома и хмурого мужчины, который своими серыми глазами смотрел прямо в дрожащую от волнения душу.       Эрен и сам был готов поверить в то, что это все — лишь больные игры ума, и на самом деле он просто подвернул ногу на той чертовой трассе, а потом лежал без сознания в мягком как перина снегу, пока сознание заботливо показывало ему личную страшную сказку. Только вот все ноющие раны и обмороженные ноги говорили об обратном, доказывая реальность всего произошедшего. Был и Ривай, и люди, пришедшие убить его, и мертвая женщина со сломанной как у детской куклы шеей.       И было то, для чего у него не было названия, но чьё утробное мычание до сих пор вызывало первородный человеческий ужас.       Даже сейчас, сидя на залитой солнечным светом кухне, Эрен чувствовал, как от одного воспоминания тело покрывается шайкой мурашек.       Как он оказался в больнице?       Он не помнил.       Знал лишь по словам ребят из группы, что на четвертый день после пропажи к отелю подъехал чёрный внедорожник, из которого вышла какая-то женщина в очках и начала говорить что-то про то, что нашла его на окраине леса, израненного и замершего. От радости и облегчения никто не стал ставить под сомнения ее слова, лишь с криками благодарности и горячими рукопожатиями отпустив дальше, слишком занятые его самочувствием.       Кем она была?       Действительно лишь просто проезжающим мимо человеком, вовремя увидевшим его в снегу?       Он сомневался.       Нет, не так.       Эрен был уверен, что это наглая ложь, приготовленная для готовой принять все публики. Ривай бы никогда не оставил его там, в холодном и постылом уже лесу, потому что обещал доставить его домой пусть и не невредимым, но живым. Он знал этого человека до безобразия мало, но и этого хватило для осознания того, что этот мужчина очень хорошо держит свои обещания.       Кроме одного.       «Тогда я найду тебя»       Прошло уже два месяца после произошедшего, он почти полностью восстановился и уже практически полноценно посещал пары, но ни одной весточки, ни одного намёка на призрачное «привет, я всё-таки нашёл тебя» не появлялось.       Эрен иногда подолгу вглядывался в проходящую мимо него толпу, внимательным взглядом пытаясь выцепить среди потока людей знакомую невысокую фигуру, но каждый раз разочарованно опускал глаза и шёл дальше.       Воспоминания, пару шрамов и бережно хранимая бумажка с аккуратным почерком — все, что у него осталось от Ривая Аккермана.       Он пару раз мотнул головой из стороны в сторону, пытаясь отогнать от себя поток нахлынувших мыслей, и прошлёпал босыми ногами к холодильнику.       Идти было на удивление легко и приятно.       Раны действительно уже почти зажили, не считая забинтованных пальцев ног, ногти которых на фоне обморожения почернели и начали отходить. Зрелище не сказать чтобы лицеприятное, но это всё-таки не ампутированные пальцы, так что привередничать не приходилось.       Он всё-таки достал заманчивую банку газировки, потягиваясь и разминая затёкшую спину. Кола была такой холодной, что горло начало тут же немного покалывать, однако заболеть Эрен не боялся — после возвращения домой ему все время казалось, что он до сих пор мёрзнет и все никак не может отогреться, поэтому Гриша тут же потратил бешеные деньги на то, чтобы во всем доме был установлен пол с подогревом.       Удобная вещь, особенно такой холодной и промозглой весной, как эта.       Телефон на столе зашёлся вибрацией и вспыхнул, давая знать о новом сообщении, поэтому Эрен вальяжно взял его в руки и плюхнулся на безмерный диван.       Серьезно, ему иногда казалось, будто у него не было конца и края, а в детстве он и вовсе боялся утонуть в нем.       Так.. Это не мать или отец, потому что оповещение пришло от инстаграмма. Странно с учётом того, что каждое утро он просыпался и видел миллион входящих от родителей, интересующихся его состоянием и здоровьем. Что-что, а пропажа сына потрясла их до глубины души, и теперь они серьезно вознамерились опекать и оберегать его ещё больше, чем раньше.       Открыв нужную вкладку, он не до конца разлепившимися глазами вчитывался во всплывшие строчки, пытаясь донести до мутного сознания их смысл.       «Рот тебе помыть нужно после такого».       — Чего? — В пустоту спросил парень, вглядываясь в пришедшее с неизвестного аккаунта сообщение.       Какого хера кто-то с ним так разговаривает?       Он тыкнул на иконку пользователя, отправившего подобный текст, но не увидел там ничего, что могло бы указать на его личность — пустая страница без фотографий и подписчиков, а среди подписок — только лишь он, Эрен Йегер. Довольно странный набор для аккаунта, подходящий больше для какого-нибудь маньяка, следящего за его жизнью.       Парень резко одернул себя, мысленно отрекшись от собственных слов. В прошлый раз шутки про маньяков закончились тем, что он практически воочию встретился с одним из них в жизни, а опыт этот был пусть и увлекательным, но повторять его не особо хотелось.       Со все ещё нахмуренными бровями он ещё раз пересмотрел видео, на который последовал такой не особо вежливый ответ.       Типичная история подростка — он сидит, вальяжно развалившись в кресле Армина и с задорной улыбкой потягивает кальян Жана, который тот приобрёл совсем недавно и теперь бережёт с материнской любовью. Ничего криминального, но и не совсем то, что нужно было видеть тем же родственникам и родителям. Что-то Эрену подсказывало, что это не его мать резко решила создать фейк, чтобы грубить ему налево и направо, а про отца и думать не стоит. Он слишком занят реальной жизнью и работой, чтобы вообще иметь понятие о таких вещах, как инстаграмм.       Поэтому, исходя из своих внутренних ощущений и блестящей, как ему показалось, дедукции, Эрен быстро открыл окно диалога и принялся строчить ответ, зло отхлебывая из железной банки.       Кому вообще потребовалось создавать фейк для того, чтобы смотреть его истории? Хотя и на фейк это особо похоже не было. Так, пустой аккаунт с простым и забитым названием «No name», идеально подходящий для того, чтобы следить за чьей-то интернет-жизнью и не вызывать лишних вопросов.       Высунув язык от старания, Эрен быстрыми движениями пальцев закончил предложение, и, поставив победную точку, отправил его анонимному грубияну. Что-что, а настроение у него было слишком паршивое, чтобы благородно проигнорировать этот выпад в свою сторону и быть, как вечно повторял его отец, «выше этих людей». Хотя, по правде говоря, он в принципе никогда в жизни не прислушивался к этому совету вне зависимости от того, какое у него было расположение духа.       С самодовольным видом ещё раз перечитав своё творение, в котором он подробно указал собеседнику, что нужно помыть ему самому, что для этого требуется в какие места пихать и как глубоко, Эрен с чувством выполненного долга откинулся на диван. Пролистнув пару каналов и не найдя ничего интересного, парень всё-таки остановился на какой-то безымянной индийской комедии. От калейдоскопа красок и плохо сыгранных эмоций на лицах актеров становилось дурно, но уже через пять минут ему все же стало интересно, кто посмел убить троюродного дядю Эрнандо по бабкиной линии.. Неужели всё-таки его брат-близнец, пропавший пять лет назад?!       Телефон звякнул и вспыхнул экраном, уведомляя о новом сообщении.       Мигом потеряв интерес к малобюджетному фильму, Эрен с подозрением уставился на свою технику. Взял в руки, немного повертел в пальцах и все же нажал на кнопку блокировки, заходя в соц сеть.       — Ну ты и падла.. — Только и проговорил парень, глазами вчитываясь в издевательское: «No name понравилось ваше сообщение».       То есть он и отвечать ему не стал, хотя сам начал весь этот сыр-бор, так ещё и откровенно наслаждается всей этой ситуацией и тем, как бушует ему в личку Йегер?       Проскрежетав от раздражения зубами, Эрен нашёл в себе силы просто закрыть диалог и не продолжать этот бессмысленный разговор, доводящий его до белого каления.       Скоро после учебы его должны прийти проведывать Армин и Микаса, а портить себе настроение и сидеть перед ними с кислой миной из-за какого-то мудака в интернете не хотелось. Пришлось походить по комнате, уничтожить ещё одну банку газировки, достать с верхней полки припрятанную пачку чипсов и всё-таки досмотреть фильм, узнав, что близнецов было трое.       «Но как?! Он же погиб при родах..» — Недоумевал Эрен, через полтора часа шагая открывать заждавшимся на пороге друзьям. Те смерили его снисходительным взглядом, когда он вместо приветствия начал возмущаться такой нелогичной концовке, криво описывая сюжет и персонажей, попутно пожелав скорого окончания карьеры режиссёру.       Было обидно, что близкие люди так неожиданно не разделили его негодования и он было сделал вид, что оскорблен этим до глубины души, но принесённые сладости и любимый фаст фуд быстро утихомирили пыл.       — Что сегодня в колледже было? Дайте угадаю — Жан опять вёл себя, как придурок? — Предположил Эрен, расставляя чайные чашки перед друзьями.       — Это не считается за догадку, ведь Жан всегда себя так ведёт, — слабо улыбнулся Армин, благодарно кивая другу. — Ну а вообще — ничего нового. Пары идут как обычно, а преподаватели уже начали запугивать всех нас предстоящей сессией. Не понимаю, почему они пытаются убедить нас, что определить модуль ускорения тела в данный момент времени так сложно, ведь нужно элементарно..       Армина вновь занесло на тему учебы и любимых предметов, поэтому на некоторое время Эрен благополучно отключился от разговора, просто вовремя поддакивая или разделяя негодование друга. Пусть он и вытягивал физику на твёрдую четвёрку и вполне мог сдать очередную контрольную без помощи телефона и шпаргалок, но любовью к ней так и не проникся. Это был скорее удел блондина, который в формулах и графиках находил душевное спокойствие, нередко занимаясь ими и вне занятий, однако никак не его.       Внезапно взгляд упал на погрустневшую Микасу, которая ещё с порога показалась ему непривычно тихой и хмурой.       Жестом попросив друга замолчать, Эрен медленно наклонился к девушке и буквально оказался с ней лицом к лицу, выводя из оцепенения. Не ожидавшая такого подруга слабо дёрнулась и пару раз мотнула головой, стряхивая с себя маску задумчивости. — Что такое? — Это ты мне скажи, — парень слабо выгнул бровь и в показательном жесте скрестил руки на груди, давая знать, что весь во внимании. Сердце едва заметно дрогнуло, стоило ему подумать о том, у кого он перебрал эту привычку.       — Все нормально, — губы девушки поджались в тонкую полоску, но в последний момент отведённый взгляд дал безошибочно распознать наглую ложь.       На некоторое время в комнате воцарилась тишина, но выжидательные взгляды парней заставили подругу в конце концов сдаться, и, уткнувшись головой в изгиб руки, заговорить:       — Мне сказали, что мои занятия по боксу сократят из-за наступающей сессии до одного раза в неделю.       Брови Эрена помимо воли дёрнулись вверх, и он, чувствуя закипающую в груди ярость, раздраженно повёл челюстью.       Он прекрасно знал нрав и характер своей подруги, которая с самого детства так плотно засела в его жизненном расписании, что без неё мир резко бы опустел и перестал играть такими яркими красками. Знал, и поэтому отлично понимал, что в жизни у неё не так много вещей, которые действительно имели для Микасы какое-то значение. И, как можно было догадаться, одной из этих вещей как раз была собственная секция по тайскому боксу, в которой она проводила занятия для учеников колледжа. Несколько раз в неделю она стабильно встречалась со своей группой и проводила с ней несколько часов, поэтому такое резкое сокращение времени естественно не вызывало положительных эмоций. Этим она горела и готова была заниматься хоть каждый день, а сейчас у неё просто отобрали любимое занятие и отдушину.       — Нельзя написать петицию по поводу того, что они дегенераты и придурки, которые не понимают элементарных вещей? Отмена занятий никак не поспособствует тому, что ученики перестанут страдать херней и больше будут заниматься учёбой. Даже напротив — большинство из них от окончательного безделья побегут по тусовкам и пьянкам, но никак не будут готовиться к экзаменам. Если хочешь, я могу сходить к директору и поговорить с ним по этому поводу.       Микаса лишь печально ухмыльнулась и покачала головой, отметая эту идею.       — Я не думаю, что это особо поможет. Мы уже ходили к нему с ребятами, но он сказал, что это коллективное решение учителей и оспариванию не принадлежит.       — Тогда можно попробовать проводить занятия в каком-нибудь спортивном центре. Я слышал, что через пару недель возле кафе Сины как раз собираются открывать что-то такое. Ну помните, где Эрен в прошлый раз сбил официанта и весь измазался в вишневом киселе? — Армин захохотал, вспоминая ошарашенное лицо друга и вязкие розовые капли, стекающие по волосам и одежде так, что отмываться ему потом пришлось добрых два часа.       Микаса тоже широко улыбнулась и наконец стряхнула с себя грустное наваждение, преследующее ее по пятам с самого утра. Видимо, советы друзей вперемешку с любимыми воспоминаниями окончательно подняли ей настроение, от чего она тут же рассыпалась в словах благодарности и обещаниях, что сегодня же позвонит и узнает о наличии вакансий.       Эрен был рад, что подруге стало легче, однако эти двое слишком предались воспоминаниям и решили резко повспоминать все те случаи, где его личность падала, что-то или кого-то сносила, ломала, поджигала, а потом топила, поэтому остальные сорок минут сидел с постной миной. Ну да, боится он тараканов, а в тик-токе тогда как раз увидел эту штуку с дезодорантом и зажигалкой. Самое главное, что все остались целы, даже таракан, пусть подплавленный комод пришлось все же выбросить.       Когда пришло время прощаться, Эрен с тоской в груди почувствовал ярое желание попросить этих двоих остаться на ночь, но мужественно прикусил губу и промолчал. У них много дел, есть семьи и жизнь, а еще они не сидят дома и не тупят в сериалы, как он в последнее время, поэтому и так половину дня отдают учебе. Просто сейчас ему стало как-то не по себе, да и смс от матери о том, что родители сегодня опять будут ночевать в госпитале вообще морально убивала.       Поэтому, натянув радостную, но не настолько, чтобы друзья подумали, что ее причина — их уход, улыбку, он закрыл за ними дверь и медленно выдохнул.       Тяжело.       Воспоминания сегодняшнего сна вновь нахлынули на него, стоило остаться одному, вызывая уже не только обиду и злость на Ривая, а вполне ощутимый животных страх. Пусть в доме тут и там сверкали солнечные лучики, трава на лужайке зеленела и в воздухе приятно пахло пряностями, Эрену было жутко не по себе и все время казалось, будто за ним кто-то наблюдает.       — Мне кажется, что я схожу с ума, — пробормотал он в закрывшие лицо ладони, пытаясь отогнать от себя неприятное наваждение.       Действительно — такие приступы тревоги происходили с ним в последнее время довольно часто, особенно после его выписки, но настолько ощутимо давящим это чувство не было ни разу. Телевизор играл на полную громкость и звуки незнакомого боевика заполняли собой весь дом, тут и там отражаясь слабым эхом от стен. Эрен подошёл к раковине, и, врубив до упора холодную воду, подставил лицо под освежающую струю.       Дыши.       Просто дыши.       Мерзкое чувство никуда не делось, но голова прояснилась и в воспалённом мозгу одна за одной начали мелькать уже обыденные, более спокойные мысли. Ну подумаешь, кажется ему время от времени, что кто-то за ним наблюдает, это все стресс и со временем пройдёт, как только его мысли не будут сконцентрированы целыми днями на том заснеженном доме и серых томных глазах.       Звучит это, правда, сложновато, если вообще не невозможно.       Он не знал, почему, но упорно каждый день прокручивает в голове события тех дней, и центром его размышлений всегда остаётся невысокий темноволосый мужчина, его голос и фразы, в которых Эрен раз за разом искал двойное дно. Он чувствует, что рьяно хочет встречи с ним и не готов даже ради своего душевного и психического здоровья отказаться от этой идеи, что манией засела в его голове. Ему отчаянно, до сжатых кулаков хотелось встретиться с ним и убедиться, что это все было реально, не было плодом лихорадки или приступом бреда, спровоцированным стрессом и ранениями. Разделить переживания с Риваем и доказать себе, что он тоже помнит всю ту чертовщину, что произошла с ними в том доме и наконец отпустить ситуацию, полностью убедившись в своей вменяемости.       Эрен горько усмехнулся и разочарованно покачал головой. От места, в котором они впервые встретились и его родным городом их разделяли сотни километров, и шанс, что они встретятся в магазине или на оживлённой улице, равен нулю, как бы он не всматривался в проходящие мимо фигуры. Интернет тоже не помог, не выдав ровно ничего на его поисковый запрос, в котором было только злополучное «Ривай Аккерман». Ни одной ссылки на инстаграмм, Фейсбук или ещё что-нибудь, что хоть как-то могло ему дать подсказку о личности этого человека.       Его будто не существовало, и это опять наводило на странные мысли.       Все, за что ему оставалось держаться — маленький клочок бумаги, на котором пестрил аккуратный мужской почерк.       Эрен в очередной раз попытался отречься от мыслей, что опять предательски завели его в какие-то дебри своего сознания. Взял, немного подумав, очередную банку Колы из своих нескончаемых запасов и ухватился за телефон, словно за спасательный круг. Заблокированный экран оповестил о потоке новых сообщений, которые требовательно ждали ответа и о паре пропущенных вызовов от родителей, что никак не могли успокоиться и все извинялись за то, что ему вновь предстоит ночевать одному. Честно говоря, Эрен и сам был не в восторге от этого факта, ведь их присутствие давало чувство защищённости и спокойствия, но перезвонил Карле и пятнадцать минут клятвенно заявлял ей, что все в полном порядке. Следом открылись и сообщения от Жана, который звал его к себе порубиться в приставку, явно не обременённый заботами о учебе подобно Армину и Микасе. Эти двое тоже дали о себе знать, и если Арлерт благородно отправил ему фото своих конспектов и даже домашнего задания, то девушка отличилась несвойственным ей поведением:       14:34: «Эрен, мне кажется, что тебе сегодня не стоит оставаться одному»       14:36: «Произойдёт что-то нехорошее, я чувствую это»       14:38: «Может, придёшь ночевать ко мне?»       14:41: «Или я сама могу прийти»       14:50: «Я приду»       Широкие брови поползли вверх, а парень ещё раз перечитал входящие сообщения. Микаса пусть и отличалась чрезмерной заботой и опекой, которая в разы увеличилась после его пропажи, но никогда ни в какое предчувствие, интуицию или что-то подобное не верила. Видеть такие сообщения от подруги было странно, а с учётом того, что обычно больше двух сообщений от неё дождаться было трудно, такое поведение действительно вызывало замешательство. Видимо, она действительно беспокоится и нервничает, раз готова сама прийти к нему и утром добираться до колледжа не из дома, что делать крайне не любила и не практиковала почти никогда.       Эрен лишь в замешательстве провёл рукой по волосам, пытаясь отыскать причину волнения своей подруги, которую воспринимал, в принципе, больше как сестру. Сразу вспомнилось ее плохое настроение и беспокойство насчёт своих спортивных занятий, которые подпортили настроение не только ей, но и самому парню, искренне переживавшему за ее состояние. Вообще, идея провести вечер с Микасой была довольно заманчива, ведь каждая их посиделка была наполнена теплом, вкусной едой и фильмами, которые он имел привычку комментировать не затыкая рта. Ее это больше забавляло, и даже самый страшный хоррор они в итоге умудрялись обсмеять и раскритиковать в пух и прах, превращая в какую-то комедию. Но гадкий червячок сомнения всё-таки забрался в его сердце и теперь выгрызал там дырки, именуемые угрызениями совести. Подруга и так слишком много внимания уделяла Эрену после случившегося, пребывая в постоянном стрессе и переживаниях. Ходила к нему в больницу, сидя там до победного позднего вечера, помогала с учебой, делами по дому и морально в принципе, а вот на свою жизнь немного забила. Перестала ходить куда-то кроме тренировок, сузила круг общения до них с Армином, словно опасаясь, что парню не хватит ее заботы и внимания.       Нет, так нельзя.       Пусть желание поддаться уговорам было дикое, он все же собрался с духом и написал ей, что как раз собирался позависать с Жаном и один уж точно не останется, а ей полезно встретиться с Кристой или Сашей.       Ответ, что неудивительно, последовал сразу и тоже поверг Эрена в шок, от которого он моментально отставил жестяную банку на край стола, двумя руками схватив телефон. 14:55: «Можно мне с вами?»       Чтобы Микаса сама попросилась в компанию к нему и Жану? Сколько он живет на этом свете — ни разу не было такого, чтобы сестра переступала через себя и готова была терпеть придурошное поведение этой обезьяны, по ошибке названной человеком и оставленной в обществе исключительно из жалости.       Отказать ей после такого он не смог бы даже под дулом пистолета, поэтому тут же настрочил ответ и сказал быть готовой примерно через час, заодно позвав и зубрящего учебники Армина. Раз собирается такая компания, то не звать его было бы кощунством, сравнимым разве что с ударом в спину.       Интересно получается — столько мучился и терзал себя, чтобы не попросить этих двоих в который раз провести с ним вечер, скрасив его одиночество, а в итоге они сами все устроили, особо не спросив.       Эрен был уверен, что даже если бы отказал Микасе и придумал миллион отговорок в пользу того, что ему полезно побыть одному, он сегодня не может, нет настроения и вообще его похитили пришельцы, то она бы все равно через время очутилась у него под дверью или на космическом корабле.       Он заблокировал телефон и пошёл в сторону лестницы, на ходу соображая о том, стоит ли ему брать что-то с собой к Жану. Их совместные ночевки были настолько нередкими, что у того уже была целая полка с вещами и мелкими безделушками Йегера, в то время как в шкафу гордо стояла подписанная специально для него кружка. Подпись, конечно, была нецензурная и похабная, но он все равно оценил этот жест доброй воли.       Переодевшись в любимые спортивки и чёрное безразмерное худи, что стоило ему половину месячных накоплений, парень всё-таки решил взять с собой небольшой синий портфель, запихивая туда на ходу мази, таблетки и зарядное устройство. Одарив прощальным взглядом комнату, Эрен не удержался и в последний момент в два прыжка оказался у настенной полки, по памяти вытаскивая оттуда потрёпанную книгу поэзии. Нет, таким он не увлекался, но ее подарил Армин и парень добросовестно прочитал все от корки до корки, ценя внимание друга. Открыв ее на нужной странице, Йегер аккуратно взял в руки сложенный вдвое листок, перечитывая заветные слова в сотый раз.       «Никуда не ходи».       Ей Богу, он ненормальный, если каждый раз достаёт его в попытках убедить себя в своей вменяемости. А что будет, если он в один момент потеряет единственную ниточку, ведущую его в прошлое? Скорее всего произойдёт истерика мирового масштаба, в ходе которой он окончательно поедет крышей и до последнего своего дня будет пытаться понять, не привиделось ли ему это все.       Но сегодня день был по-особенному напряжённым, и он не смог отказать себе в маленькой слабости засунуть лист в карман кофты, после чего, коря себя за внеплановую глупость, спуститься на первый этаж.       Ехать Эрен собирался на такси, и, к своему большому раздражению и стыду, в тапочках. Ходьба сейчас практически не приносила ему никакого дискомфорта, однако это касалось только домашнего времяпровождения, в ходе которого максимум, что было на его ногах — носки. Носка обычной обуви до сих пор была чем-то вроде пытки, ведь незаживающие пальцы и ступни тут же начинали неприятно саднить, отчего Эрен тут же начинал чувствовать себя русалочкой, ходящей по земле огромным усилием воли. Видок забавный, да и шуточек Жана избежать также не получилось, но особого выбора не было.       Вызвав машину и поняв, что до ее прибытия у него есть целых пятнадцать минут, парень нашёл затерявшийся в складках дивана пульт и поспешил выключить телевизор, от шума которого голова уже начала побаливать. Телефон уже разрывался от сообщений Жана о том, как и в какую позу он поставит его в очередной игрушке, купленной онлайн за немыслимые деньги, поэтому Эрен благополучно выключил уведомления. Конь как всегда раздражал, но за время домашнего ничегонеделания парень тоже нехило натаскался в видео-играх и был уверен, что сегодня на коленях будет стоять не он.       В горле пересохло, поэтому, на ходу отвечая Армину на сообщение и прикидывая, какие фильмы можно сегодня посмотреть, парень не глядя протянул руку к оставленной банке газировки.       На столе ничего не было.       Нахмурившись, Эрен отлепил взгляд от экрана и уставился на пустую поверхность перед собой. Идеально чистая столешница игриво блестела слоем лака в солнечных лучах. Оглядевшись по сторонам, парень начал прокручивать последний час своей жизни в попытках вспомнить, не переставлял ли он банку в другое место.       Так.. Поставил он ее туда в тот момент, когда разговаривал с Микасой, после чего обе его руки все время были заняты телефоном, так что этот вариант быстро отметался. Не оставляя, впрочем, других.       По спине прошёлся холодок.       В комнате стало ещё более неуютно и как будто даже холодней, а наступившая недавно тишина неприятно давила на плечи, заставляя то и дело нервно щёлкать пальцами.       Он из принципа обошёл весь дом в поисках злополучной пропажи, преследуемый теперь не целью выпить несчастную газировку, а банально удовлетворить разыгравшееся любопытство. Даже в мусорке посмотрел, допуская вариант, что в суматохе сам же все выпил и выбросил, а сейчас накручивает себя. Только вот нигде этой ебаной банки не оказалось, и он, чувствуя, как начинает закипать от негодования и обоснованного непонимания, махнул на все рукой и пошёл на выход.       Телефон издал тихий пиликающий звук и уведомил, что водитель уже прибыл, поэтому Эрен максимально быстро натянул на ноги неприметные чёрные тапочки, чувствуя себя в таком прикиде по крайней мере клоуном. Проверил, все ли с собой взял, и, нащупывая в кармане связку ключей, потянулся к ручке двери.       За спиной послышался шорох.       Вздрогнув, парень нахмурился и медленно развернулся в поисках источника звука, однако на полпути застыл и уставился неверующим взглядом на кухонный стол.       На нем, словно насмехаясь, стояла, покачиваясь из стороны в сторону, помятая железная банка.