Заражение

От Автора: Чтобы не было никаких недомолвок и непонимания, вот некоторые обозначения слов, которые в дальнейшем будут появляться в тексте: Минус – убитый враг; Длина – открытый хорошо простреливаемый участок; Труба – узкий, длинный, закрытый участок; Фраг – то же самое, что и минус. День действительно не задался с самого утра, если, конечно, жизнь в бункере можно поделить на такие понятия, как день и ночь. Под землей нет ни времени, ни нормальной жизни. Все, что теперь происходит, больше похоже на строгий свод правил, выполнение которых Гриммджоу никогда не любил. И если у обычных людей после звонка будильника просыпается сначала мозг, а затем тело, то у Шестого Эспады со звонком противно пикающей твари сначала просыпалось желание убивать, а лишь затем просыпался он сам. Очередной блаженный сон был нагло прерван и тут же забыт, едва Гриммджоу проснулся и с сожалением оглядел свою камеру, где после Заражения он вынужден обитать. Почему здесь все по правилам? Вставать по звонку, есть по звонку, тренироваться по звонку? Это действительно бесило. Ведь если сравнивать со своей прошлой свободной жизнью отшельника, ныне происходящее казалось ему сущим адом. Гриммджоу потянулся, разминая затекшие во время сна мышцы, и достал из прикроватной тумбочки шприц с зеленоватой ампулой. Очередное занятие, выполнение которого было обязательно и фактически влияло на твою дальнейшую жизнь. Каждый выживший человек был вынужден принимать антидот, чтобы не заразиться, но наспех созданная сыворотка была опасна и вызывала сильнейшее привыкание, схожее с той же наркотической зависимостью. Прищурившись, Гриммджоу оценивающе осмотрел свою левую руку, испещренную посиневшими точками и небольшими гематомами от уколов. Долбаный торчок. Он действительно стал похож на последнего наркомана, точно так же как и остальные выжившие. Конечно, это была лишь малая плата за то, что натворили люди, но даже из-за нее порой приходили мысли о том, что лучше бы он сдох в самом начале. Электронные часы показывали неизменные восемь утра, и Гриммджоу с сожалением подумал о том, что было бы неплохо поваляться в кровати еще до полудня. Конечно, опаздывать на утреннее собрание Владыки особого желания не было, но отказывать себе Гриммджоу не привык и, вколов в более-менее живое место на руке антидот, снова завалился спать. Как и предполагалось, он опоздал, но не настолько, чтобы получить очередное наказание. Гриммджоу вообще получал их довольно редко и только тогда, когда действительно перегибал палку. Наверное, если бы он сам был на месте Айзена, то никогда не позволил бы к себе такого обращения, но Владыка спускал все с рук. Наверное, из-за особенного характера Джагерджака. А может из-за сложившихся еще очень давно не самых мирных отношений. – Вы снова опоздали, Гриммджоу, – приветливо сообщил Айзен, восседая на троне перед уже собравшейся Эспадой. Но, несмотря на его доброе, на вид, лицо, в голосе сквозило столько неподдельного презрения и раздраженности, что, наверное, лишь глухой бы этого не заметил. – У меня были дела, – высказал свою стандартную отмазку Джагерджак, усаживаясь за свой стул и устало обводя взглядом всех присутствующих. Тем более, повалятся в кровати лишние 40 минут тоже дело чрезвычайной важности. – Кстати, я тут вроде не последний опоздавший. Айзен смерил его долгим, слегка прищуренным взглядом и, быстро сменив маску, ответил на интересующий Гриммджоу вопрос: – У Широсаки-сана сейчас дела. К сожалению, он не будет присутствовать на нашем сегодняшнем собрании. Конечно, все и так знали, что за «дела» Айзен поручил новенькому. Обыкновенная проверка на вшивость, липовое задание, провалив которое он мог бы забыть о месте в Эспаде. С самого первого дня появления Хичиго в отделе, Джагерджаку не понравился его тон и уверенность в себе – уж слишком быстро он втерся в доверие к Владыке и получил свой порядковый номер. Это было действительно странно, учитывая то, при каких обстоятельствах сам Гриммджоу попал в Эспаду. – Ну что ж, раз все в сборе, я могу начать, – обвел взглядом всю Эспаду Айзен и, удостоверившись, в том, что его внимательно слушают, продолжил. – Вы наверняка все слышали, что человек, обладающий иммунитетом, сегодня вечером попадет в бункер. На данный момент все идет по плану, но я надеюсь, вы помните, что необходимо делать в критической ситуации. Я возлагаю большие надежды на вас, ведь в каждого я вложил немало времени и сил. Вы не должны подвести меня. В зале снова возникло театральное молчание. Айзен словно специально делал паузы в нужных местах, стараясь придать своему голосу больше власти, но при этом показывая всю его доброту и честность. В Эспаде дураков не было, и каждый понимал, что если бы не этот человек, вряд ли бы хоть кто-то смог выбраться из всех тех помоев, в которых они купались до новой жизни. – Теперь перейдем к менее важным проблемам. Следующую часть собрания Гриммджоу попросту не стал слушать, размышляя над всем, чем можно, но только не о словах Владыки. Дольше, чем на вступительную речь, Джагерджака никогда не хватало и поэтому, в очередной раз забив на собрание, он погрузился в свои проблемы, которых в последнее время стало слишком много. Монолог Владыки, сопровождаемый редкими комментариями Улькиорры и Старка, подошел к концу, и Эспада стала медленно подниматься и расходится по своим камерам. – Гриммджоу, я попрошу тебя остаться, – властным и нетерпящим возражений голосом позвал Айзен, все так же сидя на троне и подпирая подбородок рукой. Джагерджак ненавидел этот тон, но, снова подавляя в себе внутреннего зверя, он медленно повернулся и, скрепя зубами, подошел к Владыке. – Что еще? – У меня для тебя задание, – медленно и смотря прямо в глаза, ответил Владыка, протягивая фотографию. Брови Гриммджоу удивленно поползли вверх, а сам он непонимающе уставился на фото. С чего бы это Айзен решил поручить дело ему? Обычно, таким занимается Шиффер или же вовсе обыкновенные пешки. – Ты должен доставить этого человека сюда не позже сегодняшнего вечера. Гриммджоу еще раз взглянул на фото, а потом все же задал интересующий его вопрос: – Почему я? – Так надо, – с улыбкой ответил Айзен, отчего стало понятно, что ни черта ему не надо. Снова задумал что-то, и посвящать в это свою горячо любимую Эспаду, видимо, не собирался. Хотя, возможно, такая судьба лишь у Джагерджака. – Хорошо, – быстро ответил Гриммджоу и развернулся на пятках, чтобы поскорей уйти из этого ненавистного места, но снова был остановлен. – Он должен остаться целым и невредимым. Ты понял? – холодный голос эхом прошелся по залу, и Гриммджоу спиной почувствовал, как его сверлит пронзительный взгляд карих глаз. – Да, – уже на автомате бросил он и скрылся за массивной дверью. *** Ичиго все также глупо таращился на сцену, от удивления даже открыв рот. Секундный ступор прошел, и мысли теперь лихорадочно метались в голове. Этого ведь не может быть, правда? Нет, ну откуда он здесь? Они не виделись больше пяти лет, и лучше бы еще столько же не встречали друг друга. Зачем вообще эта чертова Судьба снова играет с ними? Неужели ей было мало прошлого раза, и она захотела взять реванш? Вообще-то, Ичиго никогда не верил в Судьбу и прочую ересь, но с каждым прожитым днем понимал, что это либо он такой неудачник, либо действительно кто-то там, наверху, специально переставляет фигурки. Иначе как объяснить все это? Можно, конечно, списать все на случай – мол, с кем не бывает, но что-то Ичиго в это трудно верилось. Экран тем временем замерцал, и тут же показал в список всех участников: фотография, фамилия, имя и количество очков. В ровном столбце ненужных лиц Ичиго быстро узнал того, кто бросил их в самый тяжелый момент. Широсаки Хичиго, 98 баллов. По голове будто обухом ударили, а в ушах зазвенело так, словно по нему протопталось стадо слонов. Ичиго прищурился, чтобы получше рассмотреть фотографию на экране и понял, что он изменился. Волосы стали длиннее и, кажется, еще более белыми; глаза теперь не привычного светло-карего оттенка, а ярко-желтые с черным белком и едва заметной синей обводкой. Что же он с собой сделал? Тот, прошлый, двенадцатилетний Хичиго был совсем не таким. А может, просто Ичиго его совсем не знал? – Эй, как ты думаешь, кто сегодня победит? – попытался хоть как-то отвлечь Ичиго от размышлений Ренджи, но тот упорно продолжал пялиться на экран. Что-то явно его там заинтересовало, и вряд ли это была вступительная речь ведущего. – Не знаю. А ты как думаешь? – Я поставил на Старка. Он вроде неплохие результаты показывал в прошлом раунде. Ичиго поискал глазами в списке фамилию и увидел фотографию мужчины с темными волосами и козлиной бородкой. Странный тип, но зато 143 балла. Пока что лучший результат. Куросаки продолжил рассматривать столбец и понял, что со странностью того паренька он явно погорячился, потому что увидев в какие цвета выкрасили волосы остальные члены Эспады, Ичиго подумал, что скорее попал в цирк, нежели на серьезное мероприятие. Ичиго не сразу заметил, что игроки и ведущие уже ушли, а на экране снова поменялось изображение. Он только сейчас понял, в каком формате будет проходить игра. Что-то вроде кино в реальном времени или футбольного матча, но, похоже, людям это очень нравилось. Толпа взревела, едва на экране показали улицы, усеянные толпами Зараженных. Их было много, действительно очень много, а на поверхности было так темно, что приходилось использовать инфракрасные камеры, от которых изображение было в черно-зеленых тонах. Куросаки тут же вспомнил недавний случай на крыше торгового центра и понял, что в Нагое их было еще больше. Противные и сгорбленные, они словно ожившие трупы сновали по улицам в поисках пищи, залезали в мусорные баки и грызлись между собой за найденный кусок еды. Было видно, что они голодали и готовы есть все, что только попадется на глаза. Ичиго вдруг осознал, что за все время еще ни разу не видел бродячих животных. Камеры поменяли свой угол, и улицы на экране сменились силуэтами участников. Все они расположились в различных местах: кто-то на крыше дома, кто-то в торговом центре. Все они ждали начала, но, несмотря на накаляющуюся обстановку и гул толпы, сейчас это больше напоминало третьесортный фильм, снятый на любительскую видеокамеру. – Ну что, все готовы увидеть настоящее месиво? – из динамиков громко зазвучал голос комментатора, и вся толпа взорвалась в едином «Да!». – Ну, тогда… раз… два… три! Отсчет пошел, дорогие дамы и господа, игроки уже вышли на улицы и заняли свои позиции… Минус два! Улькиорра открыл счет! Как быстро разворачиваются события! Нет, вы только посмотрите, Старк не отстает и решил сравняться! ... Комментатор тем временем надрывно пытался уследить за всеми игроками. Камера переключалась с одно на другого слишком быстро, но мужчина чудом успевал комментировать действия каждого. Выстрелы. Их, помимо голоса из динамиков, было слишком много, и Ичиго видел, как в панике Зараженные пытались укрыться от пуль, но вскоре, сообразив, в чем дело, быстро поменяли тактику. Теперь уже обнаруженные игроки прыгали с крыш и скрывались в переулках. Долго такое продолжаться не могло, потому что даже с оружием наперевес это было чистым самоубийством. Счетчик в углу экрана показывал 15 минут. Игра на выживание. Самая настоящая, где ты либо выживешь и сможешь участвовать в следующем раунде, перейдя в третий этап, либо сдохнешь, как последняя тварь, которой никто не поможет. – Забег, Старк вышел на длину, вы только посмотрите какой прорыв! Снова Улькиорра, дымовая завеса! Еще три фрага у Заэля! Джагерджак держит периметр, минус два в трубе! ... Комментатор говорил так быстро, что Ичиго даже не всегда успевал за ним и пропускал многие моменты, но общей картины это совсем не портило. Даже наоборот, несмотря на плохое качество видео, динамика действия, рев толпы и быстрые доводы комментатора делали свое дело. Куросаки буквально слился с игрой и завороженно смотрел на экран, иногда замечая мелькающий силуэт брата. Игра закончилась так же быстро, как и началась. Все три раунда по пятнадцать минут пролетели совершенно незаметно, и Ичиго снова упустил тот момент, когда прощальная речь ведущего была закончена и все стали подниматься и направляться к выходу. – Я смотрю, тебе понравилось! – весело усмехнулся Ренджи, стоя в очереди. Выход был всего один, так что на скорый уход можно было и надеяться. – Ну да, классная штука. Хотя качество видео оставляет желать лучшего. – А ты чего хотел? Это тебе не супер блокбастер! Там же в основном переделанные камеры видеонаблюдения, да и происходит-то все каждый раз в одном и том же месте. После Заражения особо не разгуляешься. Ичиго прикинул в уме и действительно заметил, что на экране мелькала одна и та же местность. – Как ты думаешь, я могу как-нибудь поговорить с Эспадой? Ичиго поежился и нахмурился еще сильней: не хотелось рассказывать об этом Ренджи. Наверное, они еще мало знакомы или может еще что-то, но Абарай же в ответ только весело улыбнулся: – Ты автограф взять хочешь или же тебя кто-то конкретно интересует?