Immortal love

       Поняв по мечущемуся под ним Чону, что поцелуев и прикосновений ему уже недостаточно, Ким, взяв небольшую твердую подушку, подложил её под крестец младшему и взял в руки смазку. Все это время Гук смотрел на старшего затуманенным от возбуждения взглядом. Но когда тот взял в руки тюбик и подложил подушку, запаниковал и сдвинул ноги.       - Малыш! Обратной дороги нет. Постарайся расслабиться, иначе ты сам себе навредишь.       Сказав это, Джин мягко раздвинул ноги Чона, зафиксировав их своими коленями. Ким сидел напротив лежащего перед ним юноши. Выдавив из тюбика немного смазки себе на ладонь, Джин, чтобы не напугать Гука, сначала решил немного поласкать член малыша, а затем уже перейти к растяжке.       Взяв в руки небольшой аккуратный пенис с набухшей сочящейся головкой, старший стал медленно надрачивать, постепенно увеличивая темп, а затем его уменьшая. Наклонившись над младшим, Джин стал нежно целовать его в губы, медленно опускаясь на шею и переходя к уже измученным им же соскам. Гук вновь стал стонать и выгибаться. Руки его сжимали и комкали простыни, он был очень близок к оргазму. Джин, поняв это, стал водить по стволу рвано и грубо, доставляя немного боли, но одновременно очень нежно посасывая и облизывая поочередно бусины сосков. А когда, поняв что младший уже вот-вот кончит, старший резко, но не больно укусил за один из сосков, Чонгук излился ему в руку с протяжным стоном.       Пока Чон отходил от первого за эту ночь оргазма и лежал расслабленным с разведёнными в сторону коленями, Ким решил воспользоваться ситуацией. Выдавив себе на пальцы побольше смазки, поднес их к анусу лежащего перед ним парня. Аккуратно размазывая смазку между ягодицами около сжимающейся дырочки, Джин, наклонившись, тихо шептал:       - Ну же, малыш, прошу тебя, расслабься. Если ты не сможешь, я причиню тебе боль. А я этого очень не хочу. Пожалуйста, не бойся, - старший заметил, что попа стала не такой напряжённой, но руку не убирал, - ну вот. Умница, Гуки, хороший мальчик. Не напрягайся.       Понимая, что смазки маловато, но на один, максимум два пальца её хватит, Сокджин решил отвлечь парня поцелуями. Начав с губ, снова опустился по шее к груди. Но теперь был максимально нежен. Никаких укусов. Только лёгкие поцелуи, посасывания и облизывания. И через некоторое время вставший член и стоны показали, что можно продолжить, не испугав парня. Один из двух пальцев, нежно оглаживающих дырочку между ягодицами, не погружаясь в неё при этом, мягко вошёл и Чон опять замер, сжав его внутри себя.       - Малыш, прошу тебя, мы же договорились, что ты не будешь зажиматься, иначе может быть больно. Первый раз всегда неприятно, но, прошу тебя опять, расслабься, мой мальчик.       Говоря это, Сокджин не убирал палец, но и не двигал им, сам при этом целуя шею и грудь парня лёгкими поцелуями. Постепенно палец перестало сжимать так сильно, Гук расслаблялся благодаря поцелуям. Джин же был максимально сосредоточен, чтобы не доставить своему малышу Гуки лишней боли. Когда в проходе уже скользили два пальца, и надо было добавлять третий, Ким, отвлекая Чона, решил приласкать его немного ртом. Не полноценный минет, а так, небольшие приятные ласки. Взяв в рот головку, Джин достал пальцы из Гука и, быстро выдавив на них достаточно смазки, сразу вернул их на место, добавив уже третий. Чонгук ничего не заметил, так как его первый раз ласкали ртом, и он был в какой-то прострации на данный момент. Он понимал, что в его заднем проходе скоро вместо растягивающих пальцев окажется член Сокджина, но это его уже не пугало так, как вначале. Так же он догадывался, что боли избежать не удастся и что Джин будет нежен настолько, насколько это вообще возможно. И поэтому он прошептал:       - Сокджин, давай, я готов.       - Нет, малыш, ты будешь готов тогда, когда я это пойму, - и вернулся к оральным ласкам, выбивая из младшего остатки связных мыслей.       И когда Чон уже поскуливал от наслаждения, которое доставлял ему Ким, старший, выпустив изо рта член младшего и достав из него пальцы, быстро, пока Чонгук не понял что к чему, выдавив на головку и размазав по своему члену побольше смазки, повернул юношу на бок и, поднеся член к растянутой пульсирующей дырочке, резко вошёл сзади всего на половину длины и замер. Чон, охнувший от заполнившего его размера, застонал от пронзившей его боли, вполне, впрочем, терпимой и крепко сжал член внутри себя.       - Гукки! Ты делаешь мне больно. Прошу тебя, расслабься. Иначе я могу причинить боль тебе, а мне этого совсем не хочется. Да, вот так. Именно так, мой маленький.       Мышцы начали потихоньку расслабляться и Джин стал двигаться. Очень медленно и с небольшой амплитудой. Но постепенно, почувствовав, что Гук вновь сильно возбужден, и опять готов кончить, Джин, лежа в той же позе на боку, стал ласкать руками член парня одной рукой, а другой приподнял согнутую в колене ногу Чона и за счёт изменения угла проникновения, стал четко попадать по простате и, услышав через время скулеж парня, кончил сам, не выходя из Чонгука, который отключился от полученного мощного оргазма.       Через некоторое время Чон зашевелился и Ким, уже выйдя из него, уложил Гука на спину и, глядя в глаза, спросил:       - Малыш, сладкий мой, как ты?       - Очень даже неплохо. Я ожидал худшего от первого раза. Но думаю, все было так хорошо, потому что я был с тобой.       - Ну что ты! Это я считаю, что ты был великолепен сегодня. Как ты насчёт водных процедур? Тебя надо помыть обязательно.       - Ну Сокджин. Мне неловко. Можно, я сам?       - Ну нет, малыш. После всего того, что сейчас здесь было, ты до сих пор меня стесняешься? Правда? Тогда тем более. Я сам вымою тебя, чтобы ты быстрее привыкал ко мне и моим рукам.       И, подхватив Чонгука на руки, Сокджин понес его в ванну и вымыл со всех сторон очень тщательно. А затем, замотав в полотенце, отнес в комнату и усадил в кресло. Перестелив постельное белье на кровати, одел своего малыша в пижамку и уложил спать.       Причем делал все Ким абсолютно голым, чтобы Чон быстрее к нему привыкал. Чонгук же, в свою очередь, откровенно пялился на старшего, не понимая, что он такого хорошего сделал за свою короткую жизнь, что такой шикарный мужчина обратил на него внимание. Когда Гук, наконец, улёгся на чистой постели, Джин пошел искупался сам и, переодевшись, решил полежать с Чонгуком. Но тот в это время уже спал, мило подложив ладошку под щёчку. Поэтому старшему осталось только чмокнуть спящего младшего и нежно обнять его.

***

      Когда Юнги и Хосок вернулись с прогулки, было уже практически темно. Но в доме почему то не было света, горели только фонари во дворе дома да светильники около входной двери. Парни вошли в холл, сняли верхнюю одежду и обувь и поднялись на третий этаж. Дверь в комнату Намджуна была приоткрыта и из неё слышно было голоса, которые, кажется, спорили о чем-то.       - Джун, ну сколько можно уже ждать? Неужели тебе самому не хочется?       - Что ты такое говоришь! Конечно же, мне тоже хочется. Но ты же видишь, что ничего не выходит. Понимаешь, нам надо что-то сделать с этим. Ты можешь меня выслушать?       Мин и Чон не хотели слушать разборки горячей парочки, но они не прошли бы незамеченными, поэтому решили зайти. Юн постучал и, дождавшись ответа Нама, пропустил вперёд Хо и вошёл следом сам.       - Ребят, вы в порядке? - спросил Чон. - Мистер Ким и Чонгук вернулись?       - Да, они приехали и довольно давно. Хосок, Гук травмирован. Он упал и ударился головой, - Чимин, рассказывающий все это другу, увидев ужас на лице Чона, быстро продолжил. - Но сейчас уже все в порядке. Он в комнате мистера Кима, который присматривает за ним.       - Ну вот, нельзя его отправлять одного. Он точно в порядке? - в голосе Хосока было сплошное беспокойство.       - Да-да, не переживай. Мой отец его быстро на ноги поставит, - подключился к разговору Нам.       Пока Чимин разговаривал с Хосоком, братья Ким и Мин успели обменяться мыслями.       "Ну что, брат. Вы пообщались? Все получилось?"       "Да нет, не получилось. Отец приехал очень скоро после вашего отъезда. А Чимин... Ну, в общем, как обычно. Займи Хосока. Надеюсь, что мы все-таки поговорим сегодня с моим парнем"       "Хорошо, я понял. Буду в комнате Чонов"       - Ладно, ребят. Мы устали. Пойдем, Хосок?       - Да, пойдем. До завтра. Утром увидимся. Намджун, это ничего, что Чонгук в комнате твоего отца? Может мне сходить за ним?       - Да нет, не переживай. У него в комнате есть ещё диван, так что ничего страшного. Пусть переночует там.       "НАМДЖУН, КАКОГО ХЕРА! Что ты несёшь, какой диван!!!"       "Юнги, потом объясню, ИДИТЕ УЖЕ!!!!"       Ооочень удивленный Мин вышел из комнаты брата вместе с Чоном и пошел в гостевую спальню. Там он сказал Хо, что пойдет примет душ и переоденется, затем придет. На что младший ответил, что он тоже примет душ и будет ждать его. Очень.       Юнги вышел, закрыв дверь и, проходя мимо комнаты брата в свою, увидел, что двери на этот раз плотно закрыты и из-за них ничего не слышно. "Ну вот, кажется не ругаются"       Ким и Пак действительно не ругались. Но и не разговаривали. Так как после того, как Чон и Мин покинули комнату, Чимин снова накинулся на Намджуна с поцелуями. А Джун снова не смог оттолкнуть его. И вновь младший повалил старшего на кровать, задрав футболку, стал страстно выцеловывать обнаженную кожу. Поцелуями спустившись до кромки штанов, Чимин уже был готов снять их или хотя бы спустить вниз, но... был остановлен твердым голосом старшего:       - Да твою же ж мать! Перестань. Нам надо поговорить. И это срочно.       - А я думаю, Джуни, что вот ЭТО гораздо срочнее, - сжав внушительную выпуклость под штанами Кима, вызывая тем самым хриплый стон, прошептал Пак.       - Чимин, нет. Пойми, что пока мы не поговорим и не разберемся, ничего не получится. Совсем. Ничего.       - Хорошо. Я понял. Давай поговорим, - поправив на обоих одежду, и садясь напротив старшего на кровати, со вздохом сказал младший.       - Так. Это хорошо. Не знаю, с чего начать. Давай, начну с себя. Только прошу, сначала выслушай. Потом задавай вопросы. Договорились?       - Да, конечно. Ты меня немного пугаешь сейчас.       - Нет, прошу тебя, не бойся. Чимин, ты заметил, наверное, что мы с тобой доходим до определенного момента и потом нас будто что то отталкивает? Так вот, этому есть объяснение. Скажи, ты веришь в существование сверхъестественного. Ну там, ведьмы, колдуны, оборотни, призраки,... вампиры??       Пак, немного подумав, дал ответ:       - Вообще-то, я не хотел тебе раньше говорить, но когда-то, очень давно, когда я был очень маленьким, мы были с родителями в гостях у моей бабушки. И вот она, взяв меня на прогулку, начала рассказывать о том, что мир вокруг меня гораздо интереснее, чем кажется, и когда я вырасту, она расскажет мне историю нашего рода. И ещё, бабуля сказала мне, что я особенный. И когда встречу свое предназначение в жизни, я это пойму. И почему-то, я начал вспоминать об этом именно тогда, когда встретился с тобой.       - Ну, вообще-то, как раз это и неудивительно. Так как я и есть твоё предназначение. И ты действительно особенный, Чимини. Скажи, кроме воспоминаний о разговоре с бабушкой, никаких других странностей с тобой не происходило? Ну, не считая наших с тобой неудачных попыток заняться сексом.       - Ты знаешь, я не придавал этому особого значения, но. Иногда я знаю, где находится предмет, который я лично туда не клал. Или могу почувствовать настроение другого человека. Не увидеть по лицу, а именно почувствовать. Может и ещё что-то было, но я не заострял на этом внимание. А вот то, что у нас происходит с тобой. Вот это я хотел бы понять. И разобраться. Потому как я буквально схожу с ума от желания обладать тобой. Во всех смыслах. Не хочу отпускать тебя ни на минуту. Когда ты рядом, я совсем не могу контролировать себя. Ну вот, ОПЯТЬ - Пак рывком опрокинул Кима на кровать и стал нежно, но твердо и властно целовать его губы. Когда воздуха не осталось, Джун со стоном отстранил Пака от себя и вернул его в прежнее сидячее положение.       - Чимин, прошу тебя, мне тоже тяжело. Но возьми себя в руки. Я почти закончил. Когда твоя бабушка говорила, что ты особенный, она не лгала. Ты, мой дорогой, представитель древнего клана ведьм Пак. Твои способности ещё не раскрыты, но, когда ты встретил меня, они начали просыпаться. И, при определенных обстоятельствах, они откроются полностью. Или нет. Все зависит от твоего на то желания.       - Так что, я, получается ведьма? Хера себе. А ты - ты тоже? Какие обстоятельства? Что надо сделать? Какие силы будут у меня?       - Чимин, спокойней. Технически, ты ведьмак, но пока без сил. Я нет. Я другой. Но мы с тобой связаны проклятием, которое было наложено твоим родом на моего отца уже очень давно. Снять его и получить силы тебе поможет наша связь. Ну, точнее, секс. Которого у нас может не быть, если ты не дашь мне сделать кое-что с тобой и не сделаешь со мной кое-чего в ответ.       - Намджун, не томи. Я согласен на всё, чтобы, наконец, получить тебя. Иначе, я просто умру от неудовлетворения. С тех пор, как я встретил тебя, не могу смотреть ни на кого другого. ПОСТОЙ, что значит моим родом на твоего отца? Сколько ему лет? И кто он? И кто ты?? - Пак немного испуганно смотрел на Кима, но, по крайней мере, не отодвинулся ни на сантиметр.       Намджун, выдохнул, глядя в глаза, ответил:       - Моему отцу более трехсот лет. Он вампир и я тоже.       Пак закрыл рот ладонью и испуганно смотрел на Кима. Он ничего не говорил в течении нескольких минут. Джун все это время просто наблюдал, не двигаясь, боясь прочесть то, что было в голове у младшего. Наконец, Пак убрал ладошку от лица и заговорил:       - Это странно и, наверное, где-то страшно, но мне, почему-то нет. Я не боюсь тебя. Итак, ты расскажешь мне, что надо сделать, чтобы мы, наконец-то, смогли быть вместе?       - Ты уверен? Я не могу давить на тебя. Ты слишком дорог мне.       - Ким Намджун! Я тебе что, девочка какая-то сопливая? Или мне надо тебя уговаривать? Ты хоть представляешь себе, насколько сильно я хочу тебя? Прошу, скажи, что надо сделать.       - Хорошо. Проклятие можно ослабить или снять совсем. Но для этого ты должен обрести свои силы. А для этого мы должны переспать с тобой. Но так как у нас с тобой ничего не получалось до этого, ты понимаешь,что есть некоторые условия? В общем, я должен укусить тебя и выпить твоей крови, а ты должен выпить моей. И тогда мы сможем вступить, наконец, в полноценную связь.       - Так, укусить и выпить крови друг друга. Звучит не очень. Ну её же не литр надо выпить?       - Нет, Чимин, глотка будет вполне достаточно.       - Хорошо, понял. А я не обращусь в вампира после твоего укуса?       - Нет. Определённо нет. Не все, что показывают в кино, правда. Ну, хотя отчасти, что-то правдивое там есть.       - Понял. Ну, тогда я готов, - Пак подвинулся ближе к Киму, наклонив голову и обнажив шею.       - Как, прямо сейчас? Ты даже размышлять не будешь? Чимин, так нельзя! - Намджун отодвигался по кровати от приближающегося младшего, пока не упёрся в спинку. Хотя от вида ТАКОГО Пака его клыки уже начали двигаться и он испуганно прикрыл рот.       - Мне почему-то кажется, что из нас двоих ты, Джун, боишься больше. Ну же, давай, сделай это, наконец. Я так хочу тебя!       На этих словах шея Пака очутилась буквально около ладони Кима, прикрывающего рот и он, уже не в силах больше сдерживаться, воткнул клыки в шею. И, закрыв глаза, со стоном выпил пару глотков сладкой крови. Затем, отстранившись, зализал ранки и посмотрел на Чимина. Глаза его были закрыты, выражение лица было спокойным. Осознав, что старший уже отстранился, открыл глаза:       - И что, это всё? Я даже практически ничего не почувствовал. А как мне теперь пить твою кровь? Клыков у меня нет.       - Сейчас, - сказал Джун, прокусывая своё запястье и протягивая его младшему. Чимин, не отводя взгляда от Намджуна, поднес его руку ко рту, сначала облизнул, а затем, присосавшись, сделал глоток. И, не удержавшись, ещё один. Затем снова облизнул.       - Это всё?       - Да, это всё, - ответил старший.       - Хорошо. А теперь, приступим.       В глазах Пака загорелся похотливый огонь и Ким подумал про себя "Ну всё, это ПИЗДЕЦ"