Immortal love

      После практически бессонной ночи в коттедже Ким-Мин парни собрались на учебу и пришли завтракать на кухню. Сидя за столом, молча поглощали еду. Вернее, ел как всегда только Пак, а Намджун и Юнги пили кофе. Тэхена не было видно. Но это было к лучшему.       — Что делать с Хосоком? — начал разговор Чимин. — Если Чонгук не появится сегодня в общежитии, он может заподозрить неладное.       — Говорить ему сейчас о происшедшем с младшим я бы не стал. Дело в том, что блок на его памяти не дает воспоминаниям вернуться, у Гука в голове все будет как в тумане. Юн, как ты смотришь на то, чтобы отвлечь Хо? — спросил Нам.       — Ты хочешь, чтобы я соврал своему парню?       — Нет, просто не говори всей правды, сын, — подключился к разговору внезапно появившийся Сокджин. — Я увезу Чонгука на выходные в наш дом. Там он поправится быстрее. В данный момент ему нужен абсолютный покой. Тем более, со следующей недели у вас каникулы. Намджун с Чимином поедут тоже, вы с Хосоком останетесь здесь с Тэхеном. Придумай какую-нибудь причину. Сможешь?       — Ну, наверное, да. Я постараюсь, отец, — ответил Мин.       — Хорошо. Чимин, ты сможешь собрать вещи Гука и взять его аппаратуру для съемок? Это будет хорошим оправданием для его отъезда. Он же не закончил проект?       — Да, Сокджин. Я соберу. Проект у него не закончен, а срок сдачи, кажется, через две недели.       — Ну вот, всё и решилось. Мин Юнги, надеюсь на тебя, — на этих словах Джин, спустившийся в кухню за водой, налил полный стакан и ушел.       Парни, закончив с завтраком, убрали за собой и отправились к машинам. Автомобиль Тэ отсутствовал, Намджун и Чимин сели во внедорожник и отъехали первыми, Юнги же, сидя в своем кроссовере, немного волновался, обдумывая, что же он скажет Хосоку. Решив, что будет действовать по обстоятельствам, пристегнулся ремнем безопасности и, заведя автомобиль, аккуратно выехал на дорогу.       Когда Мин подъехал к общежитию кампуса, Чон уже привычно дожидался его. Сев в машину, потянулся и чмокнул старшего в губы. Ну, вернее не чмокнул, а быстро, но крепко поцеловал. Отстранившись, сказал:       — Боже, как же я соскучился. Всю сегодняшнюю ночь проворочался в постели, представляя тебя рядом. А ещё, когда отсутствуют твои соседи, фантазия так и буйствует. Так что, ты должен мне в ближайшем будущем бессонную ночь, — игриво подмигнув, сказал младший.       Мин подумал про себя: «Ну вот и оно»       — Хоби, а как ты смотришь на то, чтобы это будущее наступило прямо вот завтра? Дело в том, что отец хочет забрать Гука с собой на эти выходные и последующие каникулы, чтобы он доделал проект. Чимин с Намджуном хотят тоже поехать с ними. Тэ занят репетициями до поздней ночи, так что коттедж будет полностью наш, — все это Юн говорил, игриво поглаживая младшего по бедру, вызывая у него дрожь по телу.       — Ох, Юнни. Ты уверен, что готов?       — Да, конечно. Готов и уже довольно давно.       — Постой, Юнги. Я думал, что Чонгук приедет с тобой. У него же не было с собой сменной одежды.       — Да не переживай, Чимин подобрал на сегодня ему что-то из своего. Правда, я не уверен, что он сегодня куда-то пойдет. Отец, как только приехал, поздоровался с нами, совсем чуть-чуть поговорил и закрылся с твоим братом в гостевой спальне. Больше мы их не видели, — хотя это и была частичная правда, Юн испытывал неудобство, что-то скрывая от Хо.       — Оу, ну тогда да. Сегодня его, наверное, ждать не стоит, — ехидно улыбаясь, подмигнул младший.       «Ох, если бы ты только знал, что произошло, не был бы таким веселым. Господи, как бы не проколоться» — думал про себя старший. Если бы он мог краснеть, то сейчас бы ему маки позавидовали       — Ладно, поехали уже на учебу. А то опоздаем, Хоби.       Хосок, пристегиваясь, как бы случайно провел по бедру Юнги и несильно сжал в верхней части, в непосредственной близости от паха. Старший, охнув от неожиданности, стрельнул глазами в младшего.       — Не провоцируй меня, солнце. А то мы тоже на пары не пойдем, а проверим на прочность кровать в твоей комнате.       — Ну нет, дорогой, поехали учиться. Проверять на прочность лучше будем твою кровать. Моя слишком узкая, сильно не разгуляешься.       Мин, выдохнув, что не пришлось особо много врать парню, отправился в сторону корпуса Хосока, высадил его и поехал на свои занятия.       В дороге получил сообщение от Намджуна «Задержи Хо до ***часов. Мы с Чимином соберем вещи Чонгука. Проверь на стоянке возле Центра Хопкинса машину Чонов. Думаю, она будет там.»       Первую пару Юнги мог пропустить, поэтому решил не откладывать просьбу Джуна о проверке нахождения арендованного автомобиля. Доехав до места, Мин ожидаемо обнаружил пропажу. Припарковав свой транспорт на свободном месте, как раз у нужной машины, Юнги, который мог двигаться так быстро, что человеческий глаз не улавливал, открыл заблокированную дверь и мгновенно достал запасные ключи из бардачка и сигнализация даже не успела сработать. Отогнав транспорт к общежитию и припарковав его, пешком, а вернее, бегом, вернулся за своим автомобилем и, со спокойной совестью отчитавшись старшему брату, поехал на занятия.       Пары Юна заканчивались раньше пар младшего и он, нетерпеливо ожидая того около факультета, стоя на улице у машины, не мог придумать, как же ему задержать Хосока и дать парням собрать вещи Чона. Но, видимо, судьба была на стороне Мина. Так как Хо, только выйдя из здания и подойдя к своему парню, сказал:       — А мы могли бы сейчас съездить за покупками? Мне надо в супермаркет. И ещё, думаю, что пора уже, наконец, съездить в аптеку. Ведь пора?       — Да, конечно. А в аптеку зачем?       — Как зачем? За берушами. Для Тэхена. Чтобы сберечь его нежную психику от твоих сладких стонов. Вдруг он придет домой рано, — смеясь, сказал младший.- Да твою мать, Мин Юнги! Ты что, маленький? Совсем не понимаешь, зачем в аптеку?       — Да всё, Хоби, всё. Понял я. Поехали уже.       — Давай только я поведу. Ты и так в последнее время из-за руля не вылезаешь, — сказал младший, подталкивая старшего к пассажирской двери.       Пока парни ездили в супермаркет и аптеку, куда Мин идти отказался наотрез, сказав, что доверяет выбору Хо, попросив только не брать согревающую смазку, на телефон Юнги поступило два сообщения: первое — от Намджуна, что они забрали вещи из общежития и можно уже возвращаться, второе — от Тэхена, что ближайшие пару дней его в коттедже не будет, с обещанием не натворить бед. Сделав покупки, довольный Хосок направился к общежитию. Подъехав, он, заметив «свою» арендованную припаркованную машину, обрадовался, что увидит брата. Когда они вдвоем пришли в комнату, Чон с сожалением увидел, что вещи Чонгука отсутствуют, ну не все, конечно, а на столе лежит записка:       «Хен, уехал с Сокджином сегодня. Буду к концу следующей недели. Оборудование забрал, надо закончить проект. Не скучай без меня. Передавай привет Юнги-хену. Гук.»       — Ну вот, мелкий уехал с твоим отцом. Когда Джун и Чимин соберутся, интересно? А то можно было бы опробовать кровать в твоей комнате уже сегодня. Как ты на это смотришь, Юнни?       Говоря, младший подошел вплотную к старшему и имя его он уже горячо шептал на ухо, крепко обнимая и прижимая к своему телу. Выдохнув, Хо крепко поцеловал старшего, вызвав у того негромкий стон. Перейдя поцелуями на шею, уши, ключицы, Хосок одновременно спустился руками к ягодицам Юнги, поглаживая и сжимая их, продолжая выбивать из старшего звуки наслаждения. Когда обоим стало слишком жарко от того, что вытворяли их губы и руки с телами друг друга, парни, снимая с себя одежду, стали двигаться к ближайшей горизонтальной мягкой поверхности. Толкнув старшего на кровать, младший навис над ним, упираясь на руки. Продолжая целовать, одной рукой опираясь, другой задирая футболку, все ещё находившуюся на Юнги, Хосок вдруг услышал рингтон зазвонившего телефона.       — Не уходи, не бери. Плевать, кто это, — сказал старший, пытаясь удержать.       — Не могу, Юнни, вдруг это важно.       Хосок, увидев имя звонившего, мысленно выругался про себя.        — Да, Чимин. Да, ты не вовремя. Да, помешал, — недовольно говорил Хо, — А, что? Что ты говоришь? Да, это хорошая новость, просто замечательная, — конец разговора прошел в радостном возбуждении.       — Юнги, твоя кроватка сегодня увидит много нового, как я думаю. Твоё же приглашение ещё в силе?       — Да, конечно. А что случилось, Хоби?       - Звонил Чимин. Сказал, что они с Намджуном решили тоже поехать сегодня. Так что нам оставляют целый коттедж. Правда с Тэхеном. Но это ничего. Я все-таки купил ему беруши, на всякий случай.       — Да тут такое дело, Хосок, — смущаясь, проговорил Юн. — Тэ тоже не будет ближайшие пару дней. Так что… Коттедж наш… Целиком и полностью.       — Ладно, все понял. Пойду вещи собирать. Не хочу время терять, — поднявшись с кровати, сказал Хо, проведя ладонью по щеке старшего и целуя его в кончик носа.       Быстро передвигаясь по комнате, буквально как маленький торнадо, Чон собирал нужные вещи. Мин же в это время лежал на кровати в расслабленном состоянии, наблюдая за своим парнем в лёгком возбуждении.       Покончив со сборами, парни, закрыв комнату, отправились в коттедж. За рулём снова был младший, а старший погрузился в свои мысли. Он постоянно думал о вчерашнем поступке Тэхена и боялся, что как-то проговорится. А Хосок был сосредоточен на дороге, и не замечал задумчивости Юнги. Добравшись до дома, парни, припарковав машину, вышли. Чон, забрав сумку с заднего сиденья автомобиля, включил сигнализацию и взял за руку ожидающего Мина. Юнги вздрогнул, испугавшись.       — Ну ты что, Юнни. Я не хотел напугать тебя, — целуя руку старшего, уже сцепленную в замок с его рукой, сказал младший. — Не думал, что ты такой трусишка.       — Ох, Хоби, я просто волнуюсь, — опустив глаза ответил Юн. Нервничал он, конечно, совсем не по поводу предстоящего между ними двумя.       «Юнги, возьми себя в руки. Отбрось всё ненужное. Сейчас есть только ты и Хосок, твое солнышко и твоя любовь. Наслаждайтесь друг другом. А проблемы будете решать после» Настроив себя таким образом, Мин поднял глаза на Чона и тепло ему улыбнулся:       — Пойдем быстрее в дом, или ты тоже нервничать начал?       — А почему начал, я и не переставал, — потянул старшего на себя и крепко поцеловал его в губы.       Отстранившись, оба молча пошли ко входной двери, все ещё держась за руки. Войдя в дом, парни сняли верхнюю одежду и, разувшись, пошли на второй этаж, в комнату Юнги.       — Кто первый в ванну? Ты или я? — тихо спросил Хосок.       — Уступаю гостю, — в тон ему ответил Мин.       Чон, взяв привезенную сумку с вещами, отправился в ванную комнату. Приняв освежающий душ и почистив зубы, размышлял, что бы ему надеть на себя. После недолгих раздумий, он, немного сомневаясь, вышел, просто оставшись в полотенце, которое доставало ему до середины икры и открывало вид на накаченный пресс.       Юнги за время отсутствия отсутствия младшего решил подкрепиться, чтобы быть уверенным, что его вампирская натура не проснется в самый неподходящий момент. Справившись очень быстро, так как передвигаться он мог молниеносно, не опасаясь никого, Мин вернулся в комнату как раз к моменту выхода младшего. Увидев открывшуюся картину, Юнги чуть не умер повторно. "О мой бог! И это тело будет моим? Господи, Чон Хосок, что такого хорошего я совершил, что ты полюбил и хочешь меня?"       Чон, увидев замершего в ступоре старшего, спросил:       — Тебе нужно в ванну? Или ты не пойдешь? Я хоть и искупался, могу составить компанию, — интонации голоса переходили от игривых к соблазняющим.       — Да нет. Я, пожалуй, один на этот раз справлюсь, — сглотнув, слегка прохрипел Юн и скрылся в ванной комнате.       Войдя, открыл воду в ванну и прислонился лбом к зеркалу. Он, конечно, видел уже Хосока частично обнаженным, но таким ещё никогда. И воображение его уже начало рисовать такие картинки, что Кама Сутра отдыхала. Главное, не напугать Хо и не проколоться, угадывая все его желания. Набрав воду и добавив в неё пены, старший погрузился, испытывая наслаждение от прикосновения к коже горячей воды. Недолго полежав, помылся и смыл с себя остатки пены душем. Вытеревшись и почистив зубы, решил тоже остаться в полотенце и решительно покинул пределы ванной комнаты. Выйдя из яркого света, попал в темную комнату и был схвачен твердой рукой своего парня.       — Ну вот и всё, попался. Теперь ты ответишь за все провокации, которые устраивал мне всю неделю.       Потянув старшего на себя, Чон медленно и невероятно нежно стал целовать, одной рукой погрузившись в волосы и удерживая голову Мина в нужном положении, а второй гладя спину и ягодицы, находящиеся под мягкой тканью полотенца. Когда дыхания им двоим стало катастрофически не хватать, Хо отстранился от Юна и, не выпуская запястья, повел старшего к кровати. Глаза Юнги, уже привыкшие к полумраку комнаты, освещаемой только луной из окна, увидели, что постельное белье на кровати было красным. Оттенок был непонятен, но цвет был однозначно красным. Он удивленно взглянул на младшего, подняв одну бровь в изумлении.       — И как это понимать? Почему красный?       — Потому что это цвет страсти, сегодня он нам в самый раз, — сказав это, развернул старшего лицом к себе и аккуратно опустил на постель, нависнув сверху. — А вот это нам уже не понадобится, — и сдернул с зазевавшегося Юна полотенце.       Открывшееся взгляду Хосока обнаженное тело Юнги представляло собой произведение искусства. Мраморная светлая кожа смотрелась на красном атласе так великолепно, а фигура парня была настолько совершенна, что теперь в ступор впал младший, буквально потерявший дар речи. Мин же, воспользовавшийся создавшейся ситуацией, также освободил Чона от последнего предмета, прикрывающего его тело.       — Это тоже лишнее, как мне кажется.       Оставшись обнаженными, оба парня жадно оглядывали тела друг друга, не трогая при этом руками. Возбуждение обоих уже было нескрываемо и довольно внушительно у младшего, у старшего же поскромнее. Когда Хосок подумал о том, как бы ему хотелось старшего, сидящего на нём и водящего по его телу своими чудесными руками с длинными пальцами, он, не успев ничего понять, уже лежал под Юнги и получал порцию ласк от старшего.       — А теперь попался ты. Уж я-то тоже хотел отомстить за то, что моё солнце динамило меня всю неделю. Бойся меня, — голос Мина с хриплыми нотками ещё больше возбуждал Чона.       И, продолжая гладить подтянутое тело парня, Юнги стал нежно целовать Хосока, опускаясь от губ к груди, оставляя по пути невесомые поцелуи. Младший, немного оторопевший от такой активности старшего, лежал, просто принимая ласки и двумя руками зарывшись в волосы Юна. Когда тот облизнул, а затем сжал губами затвердевший сосок, Чон, громко застонав, вцепился в плечи Мина и, отстранив его, прошептал:       — Ну нет, я первый начал эту игру, я её и продолжу, — и поменялся местами с Юнги, оказавшись сверху.       Юн, мысли которого улетели далеко от того, что с его телом вытворяли руки, губы и язык Хосока, мог только негромко и иногда хрипло издавать какие-то нечленораздельные звуки. Когда же член его оказался в горячем рту младшего, он, уже абсолютно не сдерживая себя, в голос застонал.       Хосок, услышав, наконец, такой громкий отклик на свои действия, стал ещё активнее ласкать старшего, пока тот не кончил. Отстранившись, поцеловал в губы и спросил:       — Можно продолжать? Ты готов? Я ещё могу остановиться.       На что Юнги, не говоря ни слова, просто взял руку младшего и, вложив в неё тюбик со смазкой, шире раздвинул ноги, глядя прямо в глаза Хосока.       — Ох, Юнни, я так люблю тебя. Останови, если тебе будет больно или неприятно. Я очень сильно постараюсь, чтобы тебе понравилось.       Отложив пока смазку, Хо, гладя тыльную часть бёдер Юна, поцелуями спускался от колен к паху старшего, не разрывая зрительного контакта. Мин, прерывисто дыша после только пережитого оргазма, не в силах дотянуться до тела младшего, закусил нижнюю губу и сжал простыню под собой.       Когда Чон опустился к самому паху и, не думая останавливаться, продолжил дорожку поцелуев, Юнги, поняв, что тот решил сделать, попытался свести ноги обратно, но был остановлен четким указанием:       — Не вздумай шевелиться, я так долго ждал тебя, что хочу попробовать всё. И всего тебя, без остатка. Тебе неприятно? — Мин покачал головой, — Тогда расслабься, Юнни. Это не страшно.       Губы Хосока продолжили свое путешествие по телу любимого, постепенно приближаясь в своей цели. Достигнув её, Хо, подключив язык, стал ласкать старшего, который, не стесняясь, опять громко стонал, не сильно вцепившись в волосы младшего. Решив, что уже достаточно расслабил Юнги, Хосок, взяв смазку, щедро выдавил её себе на пальцы и продолжил растягивать старшего, чтобы не доставить ему лишней боли. Он знал, что будет первым у него за довольно длительное время, поэтому все будет как в первый раз. Когда в проходе уже довольно свободно двигались три пальца, Хосок, уже из последних сил сдерживаясь, надел презерватив и, нанеся смазку, задал Юнги вопрос в последний раз:       — Готов? Я ещё могу остановиться, если ты передумал.       Головка младшего находилась прямо у входа старшего и тот, вместо ответа, просто толкнулся вперёд, полностью погрузив в себя член, испытав при этом небольшую, но такую сладкую боль. Замычав, начал понемногу двигаться, так как испуганный его действием младший, видимо, забыл о том, что надо делать. Но замешательство Хосока было недолгим и он, придя в себя, перехватил лидерство. Пытаясь доставить Юнги как можно больше удовольствия, он, ненадолго остановившись, положил под ягодицы небольшую подушку, и, меняя понемногу угол проникновения, нашел-таки заветный узелок. А найдя, уже не меняя темпа, стал резко и глубоко, выходя почти полностью, погружаться в тело Юна, доводя того практически до беспамятства. Когда оба уже были близки к пику, Хосок слегка замедлился, давая передышку Юнги и тот, широко распахнув прикрытые от страсти глаза, буквально прожёг взглядом младшего:       — Хоби, только не останавливайся, не сейчас, прошу тебя. Хочу тебя в себе, глубже.       И кто был Хосок, чтобы отказать своему малышу. Он возобновил быстрый и глубокий темп и совсем скоро оба испытали потрясающий оргазм.       Не выходя из тела Юнги, Хо лег на бок и притянул его к себе. Целуя лицо, лоб, щеки, кончик носа и закончив губами, выдохнул:       — Юнни, я люблю тебя. Спасибо, что стал моим, а полном смысле этого слова.       — А я люблю тебя, Хоби, — и крепко поцеловал губы младшего.       Ещё немного полежав, Мин, зашевелившись, предложил:       — Может, теперь вместе в ванну? Я не против.       Хосок, покинув тело недовольно скривившегося старшего, подхватил его на руки и, смеясь, потащил в ванну. Смеясь, потому что Юнги пытался сопротивляться и, колотя младшего по плечам, впрочем, не сильно, к слову, бухтел: «Что я тебе, принцесса, на руках меня таскать?»       -Нет, не принцесса, конечно. Ты мой милый малыш Юнни, мой любимый малыш Юнни.       И на этом бессонная ночь, которую так хотел Хосок, была не закончена, а только начиналась.