Папа, ты меня любишь?

      Солнечные лучи пробивались через непрерывную облачную простыню, освещая земли от беспросветной людской тоски. Вселяли надежду в неустойчивые души, что каждый раз совершали опрометчивые поступки. Ветви деревьев частично обрывали путь к окнам. Отбрасывающие тень деревья стали настоящим пристанищем для птиц, которые часто мелодично щебетали на ветках.       Погода так и призывала живых существ с пользой провести время, прогуливаясь по завораживающим местам. Свежий воздух не могло заменить ничто, а ласковая природа регулировала все мысли в голове. Не сложно расставить по полочкам то, что накопилось. Запах каких-либо растений привлекал небезынтересные взгляды прохожих.       Люди находили себе уголок на прохладной траве, такой насыщенной, вызывающей прилив сил и энергии у лежащих на ней персон. Пребывание в гармонии с природой исцеляет, душевные раны затягивались и все смело шли вперёд после «минутной паузы». Аромат красочных цветов, посаженных в саду неподалеку манил нежданных посетителей.       — Танджиро, смотри, — безмятежно протянул демон, указывая на вазу возле порога, усеянную золотистыми узорами в виде листьев что сильно бросались в глаза, словно находились в ожидании внимания посторонних глаз, — если видишь что-то такое, чего раньше не видела здесь, то лучше не прикасайся к этому.       Девочка похлопала глазами, будучи ребенком разве она могла понимать смысл сказанных демоном слов. Интерес нарастал подобно внезапно нагрянувшей бури, что с легкостью брала за душу. Что-то с вазой было не так. Совсем как магнит. Не отпускала взгляда.       К счастью Аказа вовремя раскусил недобрый умысел, потянув её на себя. Из вазы показалась демоническая рука, что инстинктивно сжалась в кулак, схватив лишь воздух, вены на ней выступили от физического напряжения и нескрываемой злобы.       Вскинув брови от искреннего удивления, он отпрыгнул с Камадо на руках от вазы, которая являлась живым существом. Не то чтобы он испугался, просто не предвидел опасности для неё, отвлекаясь на совсем другое.       Мускулистая, крепкая демоническая рука явно одержимая, то сжимала пальцы в кулак, то разжимала продолжительное время в попытках что-то схватить. На бледной коже постепенно образовались шрамы, глубокие шрамы из которых выскальзывали струйки крови вперемешку с липкой пурпурной массой. Она источала неприятный запах, несравним ни с чем, что буквально одновременно вызывал раздражение и отвращение. Масса имела несколько защитных слоев более темноватого оттенка, что скрывали истинную сущность, которая пряталась под личиной.       Если не демон то что ещё это может быть?       Они неожиданно для себя стали свидетелями формирования нового демона, это вынудило юношу застыть на месте от удивления что сейчас переполняло его.       Демоническая рука способная создавать демонов? Многие из демонов бы засмеялись услышав как кто-то несёт подобную околесицу и избили несчастного до кровоточащих по всему телу глубоких ран, до тех пор пока не выбили бы всю дурь из прогнившего, чужого мозга. Таким был и Аказа, он не любил слушать всякие нелепости выходящие из чужой глотки.       Только вот эту «нелепость» он мог узреть своими глазами прямо сейчас, без того чтобы куда-то идти и с кем-то спорить о невозможности сказанного.       Он всегда считал что лишь кровь Кибуцуджи Мудзана способна давать рождение менее или более подобным себе. Все, со всей душой верили, придерживались только такому суждению. Никто не мог предположить иное объяснение процессу появления демонов и не осмеливался доказывать, даже произносить вслух обратное. Страх сковал по рукам и ногам мелких демонов. Остальные же не интересовались чем-то подобным, в этом не было никакой нужды, пустая трата времени и сил.       Даже допускать такие мысли, особенно в присутствие Первого было бы наиглупейшей ошибкой для каждого.       «Это может быть и техника крови.» — подобная мысль промелькнула в голове демона, призадумавшись немного, он махнул рукой на ошибочное предположение.       В памяти юноши всплыл давний случай и последствия его самовольного поступка от чего тот ощутил на себе гнев Прародителя. На этом он и решил не поступать необдуманно, без чёткого указания ничего не предпринимать.       Иногда ему хотелось сжать челюсти до скрежета зубов или ладони в кулаки до громкого хруста костяшек пальцев от злобы которая не покидала душу и плоть. Демон не любил подчиняться... Ненавидел.       Ненависть затаилась во взгляде желтых глаз, казалось что он готов был ими дыры прожечь в демонической руке. Та судорожно сжалась от напора с которым Аказа на неё смотрел и перестала выделять пурпурную массу, шрамы словно на глазах затянулись, будто их и не было вовсе.       — Надо же, понятливая зверушка.       Демон не имел ни малейшего понятия откуда вдруг ощутил столько злости, раздражения. Но, он получил неимоверное удовольствие от того как демоническая рука дрожала в страхе, не в силах и пальцем пошевелить. Не сумев справиться с тревогой, она нырнула в излюбленную вазу для цветов, в своё пристанище от недоброжелателей. Всеми фибрами души ненавидя, желая выкрикнуть множество проклятий и осыпать ругательствами негодяя который её обидел и не позволил полакомиться ребёнком. Уверенно ступая к вазе в которой пряталась рука, он намеревался раздавить её словно жука, выпотрошить и подать Первому на растерзание. Исследования.       Его остановила хрупкая детская рука что вцепилась в одежду и тихие всхлипывания позади. Юноша так увлекся возникшим из вазы для цветов существом что и вовсе позабыл о Танджиро, которая всё это время держалась рядом с ним. Он её напугал? Довел до слёз и не заметил?       Не этого ему сейчас хотелось, демон знал что не простит того кто её обидит, если увидит хоть слезу на мягких щечках этой радостной девчушки. Но он сам довел до такого состояния. Мгновенно пламя ненависти угасло, сменилось на беспокойство, боль, вину... и хрупкий женский силуэт?...       Упав на твердую древесину, Аказа бережно обхватил Танджиро за плечи, приобнял и более ласково поглаживал по спине ребёнка. Опыта в утешении детей ему явно не хватало, вовсе не было. Полагая что это хоть немного её успокоит, молча гладил её бордовые волосы, ощущая каждый волосок под своей ладонью.       — Прости. — растерянно пробормотал когда та кротко улыбнулась.       Камадо не издала ни звука, вместо этого приблизилась к вазе и приложила ладонь к холодной поверхности. Присущее ей детское любопытство требовало утоления сильного желания что исходило из самых недр души.       Демон покорно безмолвствует. Позволяет Танджиро исполнить задуманное, ни о чём не тревожась. Ему вовсе не равнодушна судьба девочки, просто необходимость что-то предпринять отпала сама собой стоило только уловить скрытую робость в действиях руки. Демоническая рука не причинит боль, не посмеет навредить беззаботному дитю людского рода. Изначально она вовсю желала насытиться девочкой, теперь же съежилась в своей вазе и не делала лишних движений.       «Я что насколько свирепым выгляжу?» — мысль ненароком забрела в его голову, но тут же покинула, достаточно было самую малость возгордиться собственным уровнем силы.       Стук-стук-стук. Раздались короткие отрывистые звуки от ударов в главную дверь. Возгласы живущего в округе обычного люда заполнили пространство снаружи дома и доносились до ушей Аказы и Танджиро.       Недоумение отразилось на лице демона, вместе с ним и яркое пламя интереса вспыхнуло искорками в тёмно-красных глазах.       В сознании демона складывалось множество разнообразных сценарий происходящего, один ужаснее другого: раскусившие его истинную сущность жители, что в негодовании явились прямиком к нему вершить справедливость, что было лишь прикрытием для возмездия за умерших от его руки близких; орава мелких истребителей что подобно муравьям пытаются опрокинуть дерево — выйти из этой битвы победителями, одержать блестящую победу над превосходящим по силе противником; имело место быть и прочим злоумышленникам, в виде преступников, разбойников и маловажных людей что собираются в группы и вызывают лишь презрение своими нападками.       Энергичная девчушка подползла ближе к двери, пока юноша не решался протянуть руку и толкнув, открыть дверь настежь. В силу своего возраста она норовила «раскрыть» кто же так громко жалуется за дверью. Упираясь миниатюрными ручками в дверь, ей каким-то образом удалось отворить её и взглянуть на долгожданное зрелище.       Увиденное поражало до глубины души, перед ними всё предстало в ярких красках. Земля была осыпана уймой золотистых лепестков ароматного цветка, чьи благоухания словно омолаживали людей что прониклись этим природным запахом.       По обе стороны зажиточной местности расстилались торгашеские прилавки из которых выглядывали владельцы и жестами, фокусами и прочими мелочами что казались удивительными в созданном уюте, зазывали посетителей. Целый поток людей облачённых в разноцветные одеяния высокого качества, затканные золотистыми узорами из листьев. Из них мало кто носил что-то менее качественное, те кто выделялись на фоне всей роскоши смущались и прятались в толпе.       Камадо и Аказа сильно выделялись. Вовсе не потому что были одеты иначе, но это тоже бросалось в глаза прохожих, головы некоторых порой оборачивались к ним и что-то друг другу нашептывали. По земле усеянной лепестками продвигалась карета.       В ней явно находились знатные особи людского рода. Грациозные, породистые белые кони с длинными гривами тянули карету под наставлением умелого кучера в изысканной одежде что слегка отличалась от одеяния обычного люда на этих землях, он держал в руке золотистый кнут. Черты лица суровые, но не лишены юношеского очарования.       — Куда мы попали?       Подобный вопрос вырвался из уст демона. Девочка могла не догадываться, но он знал что это место не то в котором они поселились ещё год назад, чтобы Танджиро мелькала и среди людей.       Эта местность, вероятно известная своим богатством. Там где поселились они же не было ровным счётом ничего стоящего внимания. Заурядные дома, свои простолюдины и немощные люди что везде поспевали получить помощь от совсем юных, но нужных им людей.       — О, вы путешественник? Что вас сюда привело? К тому же с ребёнком. — воодушевленно поинтересовалась молодая девушка в тех же ярких одеждах, на чьем лице сияла неугасаемая улыбка, — Вы наверное устали, уже ночь, а вы прибыли на эти земли никого не зная. Но к путникам мы достаточно благосклонны, ведь живем в достатке, почему бы не помочь подобным вам людям. — проговорила на одном дыхании кареглазая девица, после чего указала на дальний дом, похожий на красивую гостиницу, в которой оплатить проживание он бы не смог.       Все эти люди, кто они? Никто не внушал доверие демону, слишком всё спонтанно и натянуто хорошо, далеко не то что представил он перед тем как юная Камадо открыла дверь.       Было грубо с его стороны молчать в ответ, девушка обращалась именно к нему. Только вот, одна деталь не позволяла спокойно вздохнуть. Стук, кто-то их намеренно сюда отправил, с какой целью? Аказа сам понятия не имел. Каким безумцем нужно быть, чтобы заманить демона, распахнуть ему навстречу ворота своего дома.       Это могла быть и уловка. Он за всю свою демоническую жизнь не строил такое большое количество странных предположений. Сколько всего прекрасного что дух захватывает. Она восхищалась всем что видит перед глазами, стояла глубокая ночь, но было так светло что казалось будто сейчас день.       Аказа поднял девочку на руки, придерживая за плечи и под коленями, про себя решил направиться туда куда указала незнакомая девушка. Конечно небезопасно верить местным жителям, но кто как не они мог направить юношу на верный путь. Кто как не они обладал достаточными знаниями на этих землях. И у него не оставалось ничего получше, чем просто послушать веселую и жизнерадостную незнакомку.

•-•••-•

      Внутреннее убранство гостиницы состояло из различных картин выполненных в всё том же золотистом цвете словно они ещё больше пытались подчеркнуть насколько путникам не по карману всё это великолепие и роскошь. Статуи на которые невозможно не наткнуться, уставленные по всей гостинице были сделаны из чистого золота для того, чтобы почтить изображенных на них личностей. Они без сомнений имели значимую роль в истории этих земель. Неизвестные ему лица, изощренные и изысканные наряды. Под ногами расстилался мягкий красный ковер.       Свободного пространства в гостинице было немало, но большая его часть забита вдоль и поперёк драгоценными вещами что прибавляли ей величия.       Юноша понимал что заправляющим всем людям и владельцам незачем страшиться, даже если и найдутся путники положившие глаз на сказочные богатства, им не проскользнуть мимо охраны. Рослые и мускулистые мужчины бродили по окрестности гостиницы и их пристальные, неотрывные взгляды наблюдали за всем.       Откровенно говоря, это напрягало обоих — Танджиро и Аказу.       Чем дальше он ступал по этому красному ковру, тем тяжелее ему казалось собственное тело. Но, он не желал этого признавать, упрямясь словно подросток, шёл вперед, крепко держа на руках дитё.       Камадо насторожилась, ухватившись за одежду демона, она слегка потянула того и взглянула на темную дверь впереди. Аказа тяжко вздохнул, поглаживая по голове девочку, он успокаивающе произнёс:       — Всё в порядке, не бойся, я же рядом.       Она не боялась, ничуть, но предчувствовала скорую опасность. Или может заметила что Аказа передвигается более медлительно чем раньше когда только вошёл в гостиницу. Любопытные дети вроде неё замечают каждую деталь, порой и то, что взрослые не способны разглядеть или не придают этому особого значения. Поэтому сейчас она внимательно смотрела на дверь словно задумалась о чем-то.       Стук-стук-стук...