Король времени

–Судя по твоему лицу, я не ошибся. Это по твоей части, и не говори мне, что я не прав. Сажусь на стул задом на перёд, уложив подбородок на жесткую деревянную спинку и смотрю на фокусника, опершегося о подоконник. Без своего излюбленного тренча он выглядит ещё худее, чем я представлял – острые плечи и выпирающие ребра лишь подчеркивает узкий обтягивающий свитер. Ноги худые, но ровные, не то, что у моего горе-братишки. Интересно, сколько ему лет? Биологических в смысле (не удивлюсь, если душе, или что там у него, все триста, а то и больше). –Ты даже не представляешь насколько ты прав. – Он вздыхает, задумавшись о своём. Видимо решает говорить мне, или всё же не стоит, но решает не долго. – Не думал я, что тут всё настолько серьёзно. И, если на чистоту, сейчас мне меньше всего на свете хочется в это лезть. Послать бы тебя к чертям, Джек, и избавится от неприятностей, которые мне стопроцентно будут обеспеченны, если возьмусь тебе помогать. –Но? – знаю, что веду себя нагло, учитывая сложившеюся ситуацию в которой моя жизнь буквально висит на волоске, а этот волосок в руках одного человека, вернее фокусника. Только что толку сейчас в проявлении хороших манер, когда от них на самом то деле не зависит ничего. – Ты всё же возьмёшься? Он не отвечал. Стоял молча несколько мгновений, а затем вдруг рывком опустился на пол, хватаясь за голову руками. –А, чёрт! – его буквально трясло и я, признаться, даже немного растерялся. – Я же труп, если скажу тебе! Не заставляй меня, прошу… Я встал, перекинув ногу через стул, и подошёл к Шики, опустившись на корточки рядом с парнем. Его глаз не было видно из-за спадающих на них золотистых волос, в которые с силой вцепились худые пальцы. –А я и не заставляю. Я не заставлял тебя давать мне вторую жизнь, и не заставлял слушать меня вместо того, чтобы просто взять и убить. Ты сам так решил, это твой выбор. А знаешь почему? Потому что ты хотел мне помочь. И сейчас хочешь, боишься, но хочешь. Тебе нужны оправдания, чтобы отказать мне. Ты сам себя убеждаешь, что ты плохой, что ты не обязан. Почему? Потому что не хочешь? Или боишься? –У меня достаточно причин бояться. –В этом вся твоя проблема. Ты не предан своему делу, тебя держит только страх. Сочувствую. –Мне? – он поднял на меня удивлённый взгляд. –Да, тебе, Шики. Тяжело, наверное, жить в постоянных сомнениях, разрываясь между тем, что хочется сделать и тем, что позволяют твои полномочия. – Он молчал. Не отрицал ни единого моего слова, просто молчал, казалось, даже затаив дыхание. А я поднялся, взглянув на него сверху вниз. – Мне не понять насколько тебе тяжело. Меня уже ничего не держит. Мне нет против кого взбунтоваться, в отличие от тебя. Можешь не помогать, я пойму. Вот только я умру, а тебе с этим жить. –Предлагаешь взбунтоваться и как умереть как идиот? –Почему сразу «как идиот»? Как свободный, Шики, как свободный. Повисло угнетающее молчание. Я ждал. И предположить чего именно дождусь, я не мог, не мог даже заранее испугаться. Винить фокусника я просто не имел права, так как собственными глазами видел насколько ему тяжело. Не знаю, кто там им руководит, но судя по страху в голубых глазах – кто-то пострашнее, чем позволяло представить моё достаточно богатое воображение. –Знаешь… а я ведь любил свою работу. Она ведь заключалась вовсе не в том, чтобы убивать, нет. И мне так не хотелось это делать… И я взбунтовался, сам того до конца не осознавая ещё тогда, когда не до конца выполнил данное мне поручение. Я ведь не спас тебя Джек. Я сам тебя убил. – Он поднялся на ноги, обошёл меня и опёрся теперь уже о край стола, словно ожидая моей реакции. – Будешь ненавидеть меня теперь? –Зачем? – пожимаю плечами. – Ты не виноват. Скажу даже больше – я должен быть тебе благодарен. –За что? –За то, что имею сейчас. Какую-никакую жизнь, верно? – Беру квадратное печенье из хлебницы на столе и кладу его в рот, не спеша разжевывая. – Так фто там ш Лемми, м? Блондин шумно выдохнул, как бы окончательно мирясь с мыслью, что устраивает бунт и подписывает себе смертный приговор. Но искреннее пожалеть его я, увы, не могу – мне смертный приговор подписали уже давно и без моего согласия. –Я понял немногое, но этого хватило, чтобы всё стало на свои места. Меня удивляло, зачем моему…начальству потребовалось тебя убирать, но… твой брат явно не так прост, как кажется. На нём четкий отпечаток вмешательства со стороны, вмешательства масштабного и решающего. Я ничего не смог узнать – мальчишка отключился раньше, чем я успел хоть немного подобраться к главному. И вот ещё что – ты, Джек, каким-то образом тоже на всё это завязан. Не знаю как именно, но не спроста же приказали от тебя избавиться. –Ты уверен? –Был бы я не уверен – не стал бы настолько рисковать. Если ты так им помешал, значит, можешь что-то изменить. –Знать бы только что… – я и не заметил, как уселся обратно на стул. Видимо, ноги от всего этого потока откровенностей отказывались меня держать. Силы незаметно покинули тело, и теперь я чувствовал себя подобающе статусу мертвеца – выжатым и голодным. – Какой план-то у нас? –План? – Шики как-то горько усмехнулся. Ямок на щеках уже не было видно – до того вымученной была эта улыбка. – Для своих я теперь предатель. Меня в порошок сотрут при первой же возможности. Так что единственный способ спасти свою шкуру в моём случае – это бежать. –Куда? Разве тебя испод земли не достанут? –Я спрячусь. Уж поверь, это я умею, как впрочем и все остальные, подобные мне. –В смысле все остальные фокусники? –«Кроты». – Уточняет блондин. –Это ещё что значит? –Ну, понимаешь ли, наша особенность в том, что мы умеем путешествовать по параллельным мирам через своего рода «норы», которые видим только мы. Так что спрятаться при желании я сумею даже от своих. –А как же мы? – сдерживать свои истинные эмоции уже нет сил, так что я напугано округляю глаза, понимая, в какой заднице нас собираются бросить на произвол судьбы. – За мной скоро придут твои «коллеги», а потом не пойми кто явится за Лемми. Предлагаешь мне просто с этим смириться? –Я не знаю, Джек… не знаю, что тебе делать. Взять с собой и спрятать вас я не могу, да и бессмысленно это – твой брат ходячая метка на их радаре. Я постараюсь что-нибудь придумать, но, если честно, наши шансы в сложившейся ситуации практически равны нулю. –Шики… –Но кое-что я всё же могу для тебе сделать прежде, чем залягу на дно. – Он завёл руки за шею, расстегивая висящую на ней цепочку с кулоном в форме двух переплетающихся букв «S» и протянул её мне. – Я научу тебя как нас убивать. *** Не знаю, как долго они трепались там, на кухне, но я умудрился задремать под монотонное бормотание ведущей какой-то программы о семейном благополучии и прочей ерунде. Обычно всякий раз, когда мне хотелось просто поразмышлять перед телевизором – я включал новости, однако с недавних пор не рискую больше так делать. Проснулся я только когда звук неожиданно пропал. Глаза как-то сами собой распахнулись в одно мгновение, от сна не осталось и следа, да и чувство «привинченности» к месту куда-то исчезло. Зато прямо передо мной стоял во всей красе Джек, успевший уже смыть с лица запёкшуюся кровь. Глаза чуть поблёскивают изумрудным в свете настенной лампы. Стоп, который час!? Вроде было утро, а уже темно за окнами. Сколько же я проспал? –Не хотел тебя будить раньше времени. – Он нагло подвинул меня, усаживаясь рядом, и откинул голову назад. Испод ворота футболки выглядывал край знакомой цепочки, принадлежащей Шики. –А он где? – интересуюсь, даже не сомневаясь, что брюнет понял о ком я – не так уж много народу у меня обычно ошивается. –Ушёл. – Коротко ответил парень, прикрывая глаза. Выглядит уставшим, даже очень. – Лемми, будь так добр, завари мне чай. Решаю не спорить лишний раз и слажу с дивана, направляясь выполнять просьбу. Хм, а ведь и правда просьбу – в этот раз его слова прозвучали не как приказ, который вызывал бешеное желание сделать какую-нибудь гадость в отместку за надменный тон. Возвращаюсь обратно спустя минут десять с горячей чайкой, из которой исходит густой пар и застаю Джека раскинувшимся на диване в удобной позе: руки раскинуты в разные стороны, одна нога закинута на спинку, другая вообще свисает с краю, рот чуть приоткрыт и в него лезут непослушные кончики длинной чёлки. Ну, прямо безмятежный ребёнок, ничего не скажешь. В голове сами собой всплывают воспоминания о той аварии, в которой его успешно размазало лобовым столкновение и я ничего не могу поделать с навязчивой идеей проверить – а точно ли он не зомби? Аккуратно ставлю чашку на край журнального столика, стараясь при этом не звенеть, и на цыпочках подкрадываюсь к дивану, опускаясь на пол. Кончики волос у его рта чуть шевелятся – значит дышит, вот только я видимо параноик, так как мне такого довода почему-то мало. Самое главное – а бьётся ли его сердце? Хм, ну и как это проверить? Единственный вариант, что приходит на ум – взять и послушать, но как сделать это, не разбудив парня? А тем временем глаза, как говорится, боятся, а руки делают. Легонько, самыми кончиками пальцев касаюсь его футболки между рёбрами, а сам прикусываю губы, чтобы не выдать себя. Брюнет по прежнему расслабленно лежит, не планируя просыпаться, так что решаюсь опустить ладонь на его груди, чуть сильнее прижав её к тёплому телу. Хм, тёплый – ещё один хороший показатель, ведь трупы, насколько я себе представляю, мертвенно холодны. Да и не бледный он, между прочим, что тоже веский аргумент. Я и то бледнее буду, а Джек скорее какой-то бежевый, словно кофе в котором много-много молока. Я затаил дыхание, когда брюнет неожиданно заёрзал, инстинктивно смахивая прядки с лица, и растерянно отдёрнул руку, так и не успев расслышать пульс. Чёрт, попытаться снова? Или рискую попасться? –Долго ещё собираешься меня гипнотизировать? Вздрагиваю, натыкаясь на любопытный взгляд зелёных глаз, сопровождаемый довольной ухмылочкой. Кажется, я покраснел… –Я чай сделал… – неуверенно бормочу себе под нос, отползая к соседнему креслу. –Молодец, хвалю. – И снова эта раздражающая надменность. Он что, не может вести себя по-человечески? Впрочем, я так и не успел убедиться в наличии у него оснований так себя вести. Смотрю в тишине пару минут, как он удовлетворённо отхлёбывает чай маленькими глотками, а затем всё же не выдерживаю. –Ну и? –Что? – как обычно сама невинность. –Что мы решили? –Мы? –Ну, хорошо, что ВЫ с этим Шики решили? Я имею право хоть что-то знать? Не хочешь рассказывать о себе – чудно, не рассказывай. О том, кто этот чудик можешь тоже промолчать, но хоть то, что касается непосредственно меня, я могу услышать? –Что именно тебя интересует? – уточняет таким тоном, что у меня и сомнений не остаётся – черта с два мне здесь кто-то что-то расскажет. А главное я и настаивать-то права не имею, так как мне вроде как помогают, и диктовать свои правила в сложившейся ситуации чревато последствиями. Вот бросят меня одного со всем этим разбираться, а вернее просто ждать пока кто-то или что-то за мной придёт и будет уже поздно. –Со школой хоть что делать? –Отдохнёшь от неё немного. Даже по справочке. Есть у меня один знакомый доктор…