У берегов дальнего космоса

      Прошло двадцать пять часов с того момента, как покорёженную спасательную капсулу неизвестного корабля выбросило с другого конца червоточины к берегам станции «Дальний Космос 9». Инженеры на протяжении долгих часов продолжали вести ремонт компьютера повреждённой компьютерной системы капсулы – единственной возможности узнать хоть что-то о произошедших событиях и о том, кого вообще они приняли на борт. Ассория-Крэста Вик Са всё ещё не могла отыскать в потаённых уголках своей памяти спрятавшиеся от неё воспоминания, и уже спустя сутки коммандера Сиско вся эта ситуация начала настораживать. Инопланетную девушку с амнезией случайным (или нет?) образом выбрасывает через червоточину прямо к порогу станции, а выжженная обшивка капсулы и деформированные данные в компьютере не позволяют узнать, кто она такая и откуда появилась... Всё это будто бы специально скрыто от посторонних глаз. Уж не идёт ли цепочка этих событий по какому-то странному, совершенно не хорошему сценарию? Вот, о чём Бенджамин Сиско продумал всю ночь, не в силах сомкнуть глаз.       – Что Вы о ней думаете? – спросил Сиско.       Он сидел в кресле за большим столом в своём офисе, молитвенно сложив руки напротив губ и задумчиво уткнувшись взглядом в стену, словно там транслировали его самый любимый бейсбольный матч. Уже несколько минут он слушал (или точнее, делал вид, что слушал) стандартный будничный доклад своей первой помощницы – майора Киры Нерис, которая в какой-то момент не заметила, как отвлеклась от рапорта, и начала возмущённо жаловаться коммандеру на то, что баджорское временное правительство в очередной раз проигнорировало её запросы.       – О ком? Об этой Вик? – уточнила короткостриженая молодая баджорка в красной униформе, что стояла напротив рабочего места коммандера. Мужчина резко перебил её и сменил тему, и от этого Кира замешкалась, но через пару секунд дала начальнику знать своё мнение: – Не знаю даже, что сказать, я с ней толком-то ещё не общалась. Опасной она вроде не выглядит.       – Но почему-то именно это и беспокоит.       – Может, попросить Одо усилить вокруг неё охрану?       – Нет, нет, это может её напугать. Она всё-таки наша гостья, – мотал головой Бенджамин, а сам думал о том, что полицейское наблюдение за девушкой могло бы дать ему некоторые ответы. Теперь он наконец-то перестал буравить взглядом стену и взглянул на Киру. – Она безобидна. Я бы даже сказал, слишком безобидна. И я бы хотел, чтобы это была искренняя безобидность, а не маска, которую она для нас надела.       – Нужно соблюдать осторожность, мы ведь не знаем о ней ровным счётом ничего.       – Надеюсь, скоро мы это исправим, – с едва заметным воодушевлением в голосе произнёс Сиско, поднявшись из кресла и обойдя свой стол.       Он и впрямь весь пребывал в нетерпеливом ожидании отчёта инженеров об извлечении данных из компьютера спасательной капсулы. За всеми этими трудностями наверняка скрывались очень ценные сведения, как для одной потерявшейся во времени девушки, так и для всего Альфа-квадранта. Если эта информация не достаётся им так просто, значит, думал Бенджамин, она стоит гораздо больше, чем один разговор с представителем новой расы.       Только коммандер уже решил дать вольную майору и сходить к сыну в школу, насладившись редкой минуткой приятного ничегонеделания, как вдруг из его «дельты» раздался долгожданный голос начальника инженерной службы. Неожиданно встревоженный и озадаченный голос...       – О’Брайен – Сиско.       – Говорите, шеф.       – Сэр, у меня плохие новости. Боюсь, мы так ничего и не узнаем об этой капсуле, – инженер говорил виновато.       – В чём дело? Шифры? Пароли? Коды доступа?       – Думаю, Вам лучше спуститься на двадцать третий уровень и самому это увидеть.       Игры в загадки никогда не нравились Сиско. Тем не менее, вместо того, чтобы высказать О’Брайену свои недовольства, он и впрямь поторопился на двадцать третий уровень, оставив мысли о спокойной прогулке до школы. Кира, не сумев унять любопытства и обеспокоенности, побежала следом за ним.

***

      Променад – центр отдыха и развлечений, самое популярное место на станции как среди гражданского населения, так и для офицерского состава экипажа и гостей. Для каждого обитателя станции здесь найдётся множество способов приятно провести время, отдохнуть от службы, пообщаться с друзьями, а для некоторых – ещё и возможностей для прибыльного бизнеса. Кого тут только было не встретить! Представители самых разных рас бродили повсюду, и, несмотря на разногласия между некоторыми из них, все народы на этой станции старались сосуществовать в мире. Променад был сердцем ДК9, где всегда происходило всё самое интересное. Именно поэтому Джулиан Башир решил, что это место должно стать первым, после лазарета, с которым Вик должна познакомиться.       – Здесь у нас находится реплимат, где можно быстро и вкусно поесть. Вон там – бар с азартными играми и голо-люксами, тут – ресторан клингонской кухни. Если интересно попробовать что-нибудь экзотическое, можем туда сходить. Хотя... наверняка для Вас здесь любая еда будет экзотической, даже простая овсянка из репликатора. А вон там, видите? Там школа.       Доктор Башир вёл свою пациентку по Променаду, размахивая руками и показывая ей разные заведения, что здесь расположились. Её удивительная способность к восстановлению поразила Джулиана: повреждённые связки её колена, которые, по прогнозу доктора, должны были прийти в норму только спустя несколько суток, срослись за одну ночь, и уже наутро девушка не только стояла на двух ногах, но и без проблем передвигалась по медотсеку. Тогда Джулиан не нашёл причин более заставлять её без движения лежать на кушетке.       – Поразительно, – вздыхала Вик, осматривая мерцающие всеми цветами радуги залы и этажи Променада широко распахнутыми по-детски восхищёнными глазами. – Это же целый город в космосе!       – Для города здесь маловато людей. А вот «большая деревня» очень хорошее описание, – улыбнулся Джулиан, приобняв девушку за плечо, как свою хорошую подругу. – Почти все друг друга, так или иначе, знают, и оттого становится трудно хранить секреты. Идём-ка сюда. Покажу что-то, от чего Вы просто дар речи потеряете.       – В придачу к потерянной памяти? – хихикнула Вик.       Порой Джулиану казалось удивительным то, как спокойно эта девушка воспринимает свою амнезию. Ему казалось, будто она совсем об этом не переживала и приняла потерю памяти как должное.       Смеясь над её шуткой, они пробились сквозь толпу людей и пробежали к лестнице. Джулиан повёл Вик на верхний этаж Променада, что опоясывал его балконами. Этот этаж был похож на одну большую смотровую площадку с видом на рассыпанные по чёрному космическому полотну звёзды. У Вик просто глаза разбегались в необъятном желании заметить всё самое интересное в этой части станции, уловить каждую проходящую мимо красивую инопланетянку с причудливой вытянутой головой и в чудаковатом мерцающем блёстками платье, тянущемся за ней по полу. Она бы запросто потерялась в толпе шныряющих мимо существ, но ей повезло, что с ней был Джулиан, который, чуть стоило девушке отстать, засмотревшись по сторонам, тут же возвращался, брал её под руку и вёл дальше.       – Отсюда открывается невероятно красивый вид, – заверил Башир, когда подвёл свою спутницу к одному из огромных иллюминаторов.       – На что? – спросила она.       – Увидите. Следите вон за тем кораблём, который только что отошёл от стыковочной вышки.       Интрига мучила Вик примерно полминуты, после чего этот иллюминатор и впрямь подарил ей самое незабываемое, волшебное и поразительное зрелище, какое она только могла видеть в своей жизни. Вспышка блеснула вдалеке от станции, и посреди пустого космоса, словно живой цветок на давно увядшем кусте, расцвела воронка. Вик сию минуту прилипла к стеклу, силясь рассмотреть получше это явление неописуемой красоты. Она с приоткрытым ртом, полностью заворожённая наблюдала за тем, как отлетевшее от станции грузовое судно скрылось в межпространственном туннеле и исчезло, словно его никогда здесь и не было. Но Вик неотрывно смотрела в то место, где свернулся туннель, надеясь, что сейчас он откроется вновь.       – Вчера утром Вы прилетели к нам оттуда, куда только что отправился тот корабль, – из Гамма-квадранта, – спустя какое-то время, понадобившееся девушке, чтобы перевести дыхание, Джулиан нарушил тишину.       – Значит, это и есть червоточина? – спросила Вик, взглянув на Башира, и глаза её оказались полны взволнованного блеска. – Но я слышала, они опасны для путешественников. Можно заплутать и никогда не найти дорогу домой.       – Большинство червоточин – да, но не эта. Это первая, найденная нами, стабильная червоточина. Она стабильна потому, что создана искусственно не известной нам сверхразумной формой жизни. Коммандеру Сиско даже удалось войти с ними в контакт. Именно благодаря тому случаю мы и получили свободный доступ к проходу через червоточину.       – Как интересно, – почти в придыхании произнесла Вик. Ей даже не обязательно было что-то говорить: её увлечённый взгляд говорил сам за себя. – Значит, у этой станции очень важное стратегическое положение, верно? Должно быть, многие имеют на неё виды.       Повернувшись спиной к иллюминатору, Джулиан вальяжно облокотился на перила и заглянул в лицо девушке, думая про себя, что никогда в жизни не видел такого поистине заинтересованного взгляда в свою сторону. Вик смотрела на него так, словно он один во всей Галактике способен рассказать ей все эти удивительные факты о червоточине. И Джулиану это очень льстило.       – История ДК9 – отдельная и очень интересная тема, для которой мы с Вами можем выделить целый вечер. За ужином, например, – обворожительно улыбаясь, сказал он и добавил с учтивостью: – Как только Вы полностью выздоровеете и если вообще согласитесь поужинать со мной.       На губах Вик растянулась несдержанная улыбка, но она поторопилась спрятать её за опущенной головой. Это точно был почти не знакомый ей доктор из какого-то там Звёздного Флота, которого она встретила лишь вчера, или добрый друг, знакомый ей на протяжении долгого времени? Это казалось поспешным выводом, но сейчас Вик и впрямь почувствовала сильное влечение к Джулиану Баширу и огромную признательность ему за его внимание и тепло.       – Заманчивое предложение, доктор, – сказала Вик. – Наверное, у меня нет причин отказываться от него.       – Вы так и не дали ответ.       – А Вы ни о чём меня и не спросили.       Она снова отвела взгляд за иллюминатор, поджимая уголки губ, чтобы те не растянулись в сияющую довольную улыбку. Интерес доктора Башира к ней был для Вик очевиден, в конце концов, он и не пытался это скрывать. Однако девушка не собиралась спешить. Лучше, верила она, если у каждого из них будет время на подготовку к тому, что они ещё собираются узнать друг о друге.       Джулиан, к счастью для Вик, не собирался настаивать на продолжении этого разговора.       – О, быть может, Вы хотите купить себе новой одежды? – поделился мыслями Башир, неожиданно выпрямившись. – Форма, которую Вам выдали, сидит на Вас, безусловно, чудесно. Я уверен, на такой красивой девушке даже дырявый мешок будет смотреться хорошо...       – Особенно, если дырки у мешка будут в нужных местах, верно? – перебила его Вик.       Башир посмотрел на неё с огревшим его удивлением, не веря своим ушам, а потом он и она вместе рассмеялись. Она слушала его, она интересовалась тем, что он говорит, и она шутила с ним... Существует ли на этой станции девушка, которая подходила бы ему лучше? Задавшись этим вопросом, Джулиан понял, что ответ на него знать не хочет.       Вик ещё несколько раз после этого извинялась, утверждая, что это была очень глупая и пошлая шутка, которую ей следовало держать в уме, но Джулиан успокоил её.       – Идёмте, – он всё звал её на шоппинг. – Один мой хороший друг держит на Променаде магазин одежды. Вам там понравится.       – Но у меня нет денег, – неловко напомнила Вик.       – Я сделаю Вам подарок в честь знакомства. И в честь моего признания Вам за то, что позволяете изучать Ваш вид на своём примере.       – Ничего я Вам ещё не позволяла, доктор, – кокетливо сказала девушка, но в следующий миг всё-таки сдалась и Баширу, и своей предательски растягивающейся на губах улыбке: – Ладно. Идёмте к Вашему другу. Надеюсь, у него найдётся что-то вроде того, в чём ходите Вы. Я такой одежды никогда не видела, – Вик взяла Джулиана под руку, и они двинулись в сторону ведущей на нижний уровень лестницы.       – Это называется «комбинезон». На Вашей планете такая одежда не распространена?       – Нет. Вроде бы. А может, я и это забыла, – улыбалась девушка.       Это грозило стать самой приятной за долгое время прогулкой для Джулиана, и он уже представил, как они с Вик проведут сегодня весь день вместе за разговорами, за тёплыми смущёнными улыбками, за чашечками ароматного чая. Но не успел он начать этому радоваться, как вдруг – вызов из коммуникатора от коммандера Сиско.       Бенджамин попросил Джулиана и Вик оставить свою экскурсию по Променаду и спуститься на уровень двадцать три в пятый ангар. Он хотел что-то показать гостящей у них девушке, и это «что-то», судя по невесёлому голосу мужчины, было не самым приятным. Выключив связь, Башир тяжело вздохнул и даже, Вик послышалось, тихо выругался. Она виновато улыбнулась, будто это из-за неё только что сорвались грандиозные планы доктора на приятное времяпровождение, положила руку на его плечо и успокаивающе пообещала:       – Всё в порядке, доктор. Сходим за одеждой в следующий раз. Магазин Вашего друга никуда от нас не убежит.

***

      Запрыгнув в турболифт и проехав несколько уровней вниз от Променада, Джулиан Башир и Вик оказались на двадцать третьем уровне. Вик заметила, как всё здесь значительно отличалось от сияющего неоном, яркого, людного и шумного Променада. Теперь она очутилась в рабочей весьма мрачной зоне станции, где можно было встретить только людей в форме. Дизайн этих помещений, выдержанный в тёмных и серых тонах, казался девушке слегка зловещим и угрюмым. Ей очень захотелось поскорее вернуться на Променад.       Добравшись до пятого ангара, доктор и его пациентка застыли, поражённые увиденным. Ангара тут больше, собственно, и не было – лишь оставшееся от него помещение с одним названием; лишь обгоревшие чёрные стены и разрушенная техника, которая, казалось, рассыплется пеплом от одного лишь прикосновения. Так вот откуда доносился этот тошнотворный запах гари почти по всему уровню.       – Что здесь произошло? – ошарашенно спросил доктор Башир, пройдя внутрь пострадавшего ангара и поравнявшись со своими коллегами – коммандером Сиско и майором Кирой.       – Не поверите, доктор, возгорание, – ответил копающийся в обломках шеф инженерной службы Майлз О’Брайен. – Из-за утечки плазмы в модуляторах. Ещё и система аварийного тушения почему-то оказалась отключена, хотя я её не выключал и распоряжения такого не давал.       – Кто-нибудь пострадал? Вы должны были предупредить меня о жертвах, чтобы я взял свой медицинский кейс, – Джулиан обеспокоенно взглянул на загадочно молчавшего Сиско, который с мрачным выражением лица смотрел лишь на ту груду металла, с которой возился О’Брайен.       – К счастью в ангаре не было никого из персонала, доктор, Ваша профессиональная помощь едва ли тут понадобится. Единственное, что находилось в этом помещении, это капсула, – сообщил коммандер и добавил, взглянув на пришедшую с доком девушку: – Та самая, из которой мы вчера достали Вас, Вик.       Шокированная девушка вышла из-за спины Башира, широко распахнутыми глазами глядя на командира станции. Ужас вырисовывался на её замороженном лице, точно медленно проявляющаяся на очень старых плёнках фотография. Она взглянула на большие обгоревшие куски металла под ногами шефа О’Брайена – уцелевшей, но не представляющей теперь никакой ценности обшивки спасательной капсулы. Это была её последняя надежда на возвращение домой, её последний шанс вспомнить родных и близких, последняя возможность спасти свою прежнюю жизнь. Но теперь всё это стало пеплом.       Все присутствующие офицеры ждали от инопланетной гостьи хоть слово, но Вик обречённо застыла, печально глядя на останки уничтоженной капсулы.       – Вы что-нибудь вспоминаете? – спросил её Сиско. – Это вызывает в Вас какие-нибудь чувства?       – Только сожаление и... утрату, – голос девушки стал будто бы беззвучным. Вдруг она обернулась к Сиско и виновато сказала: – Простите, коммандер, мои воспоминания по-прежнему мне не доступны.       – Вам не за что извиняться. В отличие от меня. Я пообещал Вам помочь вернуться на родину, но теперь... – Бенджамин тяжело вздохнул и нахмурил лоб. – Теперь я даже не знаю, за что мне ухватиться. Мы не успели восстановить данные компьютера с Вашей капсулы, а больше нам не на что поставить. Пока я не вижу никаких путей к тайнам Вашего прошлого. Вас может спасти только Ваша собственная память, Вик. Если Вы хотите вернуться домой, Вы должны постараться, перебороть себя, вспомнить хоть что-нибудь. С нашей же стороны можете просить любой посильной нам помощи.       Девушка кивнула и попыталась улыбнуться, но больнее этой улыбки Сиско давно ничего не видел. И вдруг он мысленно отругал себя: не нужно было на неё так давить! Но что ему ещё остаётся, если речь идёт не только о спасении одной девушки, но и о безопасности всей станции?       – Раз уж мы заговорили об этом... – вставил вдруг своё слово доктор Башир. – Не хотел говорить вам раньше времени, ждал, пока закончу разработку. В конце концов, это могло и не потребоваться, если бы мы извлекли информацию из компьютера, поэтому...       – Доктор, не томите, – процедила Кира, закатив глаза.       – О, да, да, конечно. В общем, опираясь на известные мне методики, я начал разработку программы восстановления памяти специально для Вик, курс лечебной терапии в три реабилитационных стадии. Это поможет ей всё вспомнить, я в этом уверен.       – И когда Вы закончите работу над этой программой? – спросил Сиско.       – Думаю, в течение трёх дней она будет готова. После этого, если Вик не против, мы сможем приступить к лечению.       На фоне того, что произошло этим утром, новости доктора Башира прозвучали обнадёживающе. Уголок губ коммандера Сиско чуть приподнялся, и он перевёл ожидающий взгляд на Вик, которая больше не выглядела такой подавленной, как ещё минуту назад. Её полный приятного удивления взгляд был прикован к Джулиану, а как только он повернулся к ней, она срочно перевела взгляд на коммандера и ответила, улыбаясь уже намного искренне:       – Я согласна на эту терапию. У меня ведь нет другого выбора. Но... Сколько по времени займёт этот курс лечения? Когда я смогу всё вспомнить?       – Тут, к сожалению, прогнозы неутешительные, – вздохнул Башир. – По моим расчётам, восстановление утерянных воспоминаний при надлежащем проведении терапии может начаться лишь через полтора года, а полное восстановление – через три-четыре года.       – Это лучше, чем бездействие, – майор Кира решила быть оптимисткой.       – Верно! – поддержал Джулиан. – К тому же, меня поразила высокая способность организма Вик к регенерации. Все её ушибы, растяжения и ссадины перестали представлять угрозу её здоровью всего за одну ночь. Быть может, учитывая этот фактор, мне следует ещё пересчитать возможную продолжительность курса лечения её амнезии, и тогда период реабилитации сократится до двух лет или вообще одного года. Впрочем, как я и сказал, я ещё работаю над программой.       – Успехов Вам, доктор, – хлопнул его по плечу коммандер Сиско. – Теперь решение этой непростой загадки я полностью доверяю Вам. Вся надежда на Вашу терапию.       Слова командира возложили на плечи Джулиана немалый груз ответственности. Однако это его ни капли не испугало, даже наоборот – воодушевило. Он засветился ярче рождественской ёлки, расправил плечи, задрал подбородок и стал похож на довольного пса, которого только что похвалили и потрепали по голове.       Поручив шефу О’Брайену начать очистку ангара, Сиско удалился, и Кира вместе с ним. Вик позволила себе ещё раз взглянуть на останки спасательной капсулы, которые начальник инженерной службы намеревался утилизировать. Вдруг зажмурив глаза, она выдохнула и мысленно попросила себя: «Забудь. Ты сделала всё, что могла».       – Смотрю, Вы наслаждаетесь, доктор, – улыбнулась она Джулиану, встав напротив него и внимательно изучив его светящееся лицо.       – А кому бы не понравилась перспектива побыть героем! – улыбнулся он в ответ. – Я очень хочу помочь Вам, Вик, и я сделаю для этого всё, что в моих силах. Не представляю, каково это, остаться без воспоминаний о своей жизни; забыть всё, что с тобой произошло, лица всех родных и друзей, и вдобавок ко всему – оказаться в совершенно чужом мире среди абсолютно не знакомых людей. Это тяжёлое бремя. Вам наверняка сейчас очень грустно.       – Благодаря Вам... и коммандеру Сиско, мне не так грустно, как могло бы быть.       Она выглядела такой милой, когда смущалась, и Джулиан от этого уже понемногу начинал терять голову. Не сумев сдержать себя, он шагнул ближе к Вик, оказавшись на расстоянии одного взмаха от неё, взял её за руки и поднял их на уровне груди. Сердце Вик пропустило несколько учащённых ударов.       – Обещаю, – сказал Башир мягким, сниженным почти до полушёпота голосом, – мы вернём Ваши воспоминания. Я об этом позабочусь.       – Я верю Вам, доктор Башир, – Вик подняла голову и встретилась взглядом с его большими каре-зелёными глазами, что смотрели на неё так проникновенно и так чувственно.       – Прошу, зовите меня Джулиан.       Минута столь непозволительной близости между этими двумя вмиг оказалась нарушена недовольным бурчанием внезапно выглянувшего из-за груды сгоревшей техники Майлза О’Брайена. Вик немедленно вырвала свои руки из рук Джулиана и отлетела на шаг назад от него, точно ошпаренная кипятком, срочно начав зачёсывать пряди волос за ухо. И как они умудрились забыть о присутствии шефа в помещении!       – Прошу прощения! – громко заявил о себе сконфуженный происходящим О’Брайен. – Но мне тут работать надо. У вас наверняка тоже есть свои дела.       – Уже уходим, шеф, – улыбнулся ему Джулиан, как ни в чём не бывало. – Простите, что помешали.       Инженеры занялись своей работой – устранением неполадок с модуляторами и восстановлением рабочего ангара, а доктор – своей – лечением искалеченной памяти своей очень важной пациентки, которая, кроме всего прочего, ещё и оказалась очаровательной славной девушкой. Джулиан увлёкся ею, всем, что в ней было, – её красотой, её манерами, её амнезией. Сердце этой девушки казалось ему самым чистым и открытым, но в то же время – хранящим немало тайн, которые не подвластны никому, даже самой Вик. И кто, если не Джулиан Башир, сумеет найти ключик к комнате с тайнами! Кто, если не герой!