Путь

«Ты идеален. Не забывай». Он идёт по углям босиком, стараясь не терять равновесие. Вспышками боль, но он игнорирует. Старается. Ведь если он остановится хоть на мгновение, то дальше уже идти не получится. Это пятый раз за сегодня? Или восьмой? Ему жарко. Вокруг печи пылают жаром. По лбу катится пот, становится тяжело дышать. Голова кружится только сильнее. Нельзя останавливаться. Тело словно свинцовое, хочется просто лечь прямо так. Какая разница? Он ведь все равно... Он сбивается с шага и падает на пол, тело обжигает жаром, и он, кажется, все-таки шипит, прежде чем сжать зубы едва ли не до хруста. Ладонями опереться. Угольки жгутся, кожа краснеет, слезает слоями. Он едва заставляет себя подняться и идёт дальше. У двери он буквально падает, врезаясь макушкой в разогретый металл. Снова жжется. Кажется, он теряет сознание. Удары тростью по сравнению с этим та ещё ерунда. Сердце бьется достаточно медленно, а после ритм учащается. Свет окутывает тело, исцеляя. «Если сможешь обмануть его, значит обманешь и их...» «Нет лучшего способа остаться в безопасности кроме как быть на виду». Два одинаковых лица (но они, враги, не знают — крашеные волосы и капли, временно меняющие цвет глаз). Кинжалы в руках. Он понимает, видит, что несмотря на разницу в возрасте, младший брат сильнее него. От этого в груди неприятное давящее чувство. Они почти равны. Счёт пять на пять. Его не оставляет ощущение. Будь они ровесниками, его преимущество ушло. Треск костей от применения противоположной способности. Кажется, он орет едва ли не в голос. Шесть:пять. Вывернутые суставы, каждая секунда адской болью. Цена того, что он не смог. Идеальным нужно быть всегда. В каждой ситуации. Спину ровно. Улыбайся. Вежливо. Безмятежно. Светский разговор, металлические маленькие шипы вдоль позвоночника, от плеч по рукам, при каждом движении. Все в порядке. В полном порядке. Только тишина и темнота. Быстрее. Ещё быстрее. Сражение на шпагах и цитата истории древнего мира, этикет и латынь. Знакомые голоса. — А он знает? — Крысеныш-то? Налету схватывает. В этом удобно. Даже лишнее запоминает. Абсолютная память. Брат отвечает по существу. Словно он действительно машина, а не человек. Почти не запинается. Словно это записано у него где-то с самого детства. Подножка, поворот, пустые глаза напротив. Они отпрыгнули в противоположные стороны до от друга. Они оба чудовища, вопрос лишь в том, что у них разная направленность деятельности. Чёрное сияние бьёт в грудь, но не убивает. Только ломаются все ребра, протыкая лёгкие. Он отвечает сгустком опаляющего света, прожигающего дыру, обнажающую внутренние органы. 1:1 — Тц, крысеныш. — Это недостойно, Михаил. Ты можешь лучше. Он выдыхает облачко пара. Холодно. Слишком холодно. То, что они здесь вдвоем, его не особо интересует. Младший брат та ещё кукла, несмотря на идеал. Смотрит пустыми глазами куда-то в потолок морозильной камеры. Бабушка сказала, Отец был бы недоволен. Ему хочется хохотать в голос. Интересно, сдохнуть от обморожения получится или нет? Хочется спать. Сколько ещё. Ему, право, смешно. Он тихо смеётся, но кашляет и замолкает. Брат даже не шевелится. Миша ловит себя на мысли, что представляет. — Ты ведь знаешь, кто я? — Предполагаю, — тихий голос. Ему рассекли горло недавно, стилетом, и Миша едва успел вовремя вылечить и спас тем самым голосовые связки. — Почему не сказал? — Они не спрашивали. — А если спросят, скажешь? — Да. — Ты ведь... ничего, пустая оболочка. Так почему?! Почему именно ты?! Почему?! Глаза, которые он столько раз видел в зеркале, смотрят на его с отсутствующим выражением. Миша хочет злиться, ненавидеть его. Но получается по большей части себя. Ведь не соответствует он. «Если ты не идеален, ты не нужен». Младшего брата переделать получится легко, а вот он сам — другое дело. Закостеневшая структура. Не развивается. Он просто статичная картинка, статичное Отражение. Не соответствует, не дотягивает. Не то. Всегда не совсем то. Лучше бы ему не досталось собственных желаний, а вместо них талант, как у младшего брата. Нечто более прекрасное и правильное. Быть идеалом, даже будучи чужой куклой. Несоизмеримо лучше. Ненависть, пестрящая фрагментами восхищения. — Почему ты вообще существуешь? — тихо и совсем разбито. — Это должен был быть я. Ты меня слышишь?! Я! Удар под рёбра, босой пяткой в грудь и все то же отсутствие реакции. «...почемупочемупочемупочемупочему...» Не соответствует. Лишний. Неспособный встроиться и стать чем-то большим. Разочарование во взгляде бабушки. Ничто-ничто-ничто. Хочется выть и бить кулаком в зеркало до тех пор, пока рука не превратится в кровавое месиво. Через пару вечеров, когда бабушка отъезжает по делам куда-то, он так и поступает. Не по правилам. Хохочет громко и истерически, так, что ребра начинают болеть, а горло саднить. Он не идеал. Он понимает, почему отец предпочел младшего. Тот вышел куда более удачным. А он так, тестовая демо-версия. Слезы капают на окровавленную руку, которую он почти не чувствует. Он тянется другой рукой к осколку, приставляет себе к горлу. Зачем он вообще существует? Если отец жив и вернётся, понятно, кто на самом деле идеален. И это не он. Он задыхается от рыданий, захлёбывается, кашляет и воет в голос. Почему они оба не могут просто исчезнуть? Просто не существовать? Ведь это было бы так просто...лучше для всех. Он кашляет и смотрит в потолок, откинув тихо звякнувший осколок в сторону. Возможно в следующий раз стоило бы попытаться его убить всерьез. Возможно, они разозлятся и убьют его тоже. Возможно разозлится отец, которого он даже ещё не знает. Расплывающиеся черты не-его лица в отражении. Казаться идеалом. Возможно, немного казаться идеалом, это подойдёт. Ещё немного. Осколок ведёт вдоль щеки рваными гранями, словно хочется сделать улыбку шире. Он задыхается, глотая собственную кровь. Все, что он хочет, разбить этот идеал на части. Уничтожить его и себя. До отца он не дотянется, но то недостижимое. Брат бы сказал спасибо, не будь ему так все равно. Он смеётся громче, хрипло и каркающе, другой рукой по валяющимся на полу осколкам, не обращая внимания на боль. Ощущения не имеют значения. Как бы он не пытался, чего бы ни делал. Факт никогда не изменится. Надо было смириться. Смириться а тем что, он просто.... Не_идеален.