Не откажусь! Обречённая/ Свободная/ Счастливая

6. «Болезнь»       Василиса подбежала к дверям Залы. — Фэшу плохо! Я не знаю, что с ним, но когда я заметила, он уже замер.       Взрослые переглянулись и пошли за Василисой. — Фэш? — первым делом в спальню вбежала Василиса и ахнула, остановившись у порога. Миракл и Нерейва подошли к ней и, обратив взгляд на кровать, тоже остановились.       Парень лежал на полу возле кровати, а возле его головы по полу быстро растекалась темная жидкость. — Это кровь? — рыжеволосая прижала руки к губам и повернулась назад, прикрыв глаза и выдохнув. Затем она медленно подошла к Драгоцию и села на колени возле него.       Миракл подошел к Василисе и взмахнул часовой стрелой. Фэша перенесло на кровать. Девушка поморщилась и села возле него. На полу по-прежнему находилась небольшая лужица крови. Нерейва подошла к ученику и осмотрела его голову. Со лба была видна рана, которая до сих пор кровоточила. — Меня сейчас стошнит, — выдавила Василиса и, начасовав нуль-зеркало, торопливо шагнула в него.       В комнате же стали проводиться работы: Миракл убрал кровь с лица парня и ковра, а Нерейва наложила повязку и вызвала лекарей.

***

      Девушка подошла на дрожащих ногах к раковине и покрутила кран. Сполоснув лицо, Василиса посмотрела в зеркало. Ее лицо чуть побледнело, как иногда бывало при виде крови. Она вытерла щеки и выдохнула. Через миг она вновь шагнула в зеркало и оказалась в спальне, где собрались врачи и друзья Василисы. — Что произошло? — на нее сразу же налетели с вопросами. Василиса помотала головой и подошла к Фэшу. Он так и лежал без сознания, судя по виду лица ему стало хуже. — Известно, что с ним произошло? — спросила она, глядя на врачей с надеждой. — Нет, но мы можем точно сказать, что рана на лбу из-за удара. — Удара? — недоуменно переспросила Василиса, отведя взгляд и только потом заметила странность. — Когда он придет в себя? — обеспокоенно спросил Ник. — Через несколько часов. Прошу, пациенту нужен покой, — ответил другой лекарь и показал на дверь.       Друзья кивнули и по очереди стали выходить, а за ними следовали и Нерейва с Мираклом. Василиса же осталась в комнате возле Фэша. Как только скрылся последний человек и дверь закрылась, она отошла от кровати на пару шагов и посмотрела на ее угол. Там была кровь. Но самое интересное заключалось в том, что кровь была будто специально наложена на определенную часть мебели. Она села на корточки и нахмурилась, а затем посмотрела на лево. Деревянный стул стоял не на том месте, где должен был. Огнева точно помнила, что он стоял возле шкафа, а сейчас находится недалеко от тумбы.       Страшное подозрение закрылось в подсознание Василисы и спина покрылась мурашками. Она обернулась в сторону двери, но не заметила больше никаких следов.       Что тут произошло за время ее отсутствия? Однако, времени поразмышлять не было, дверь со скрипом отворилась и вошел отец. Она успела встать на ноги до того, как Нортон успел заметить ее, и оглянулась. — Фэшу кажется стало только хуже... — растерянно проговорила она. — Когда мы пришли он лежал на полу с раной на голове... Видимо, начал падать и ударился головой об угол кровати, — Василиса показала на него и подняла взгляд на отца. — А ты когда прибыл? — Только что. Подумал, что тебе может быть плохо и сразу пришел сюда. — Как думаешь, Фэш поправится? — взволнованно спросила Василиса, обнимая отца. — Не знаю, Василиса, но думаю да. Надеемся на лучшее, так сказать. — Надеемся.

***

      Солнце давно покинуло эту часть безвременья. Стояла глубокая ночь. Ярко светила луна, отражая красоту ночи.       Только вот в самом Замке не было покоя, так царившего на улице. Была ужасная и довольно горестная проблема — Король Осталы был болен. Болезнь распознать не могли, кого только не было в его комнате.       Бедный Фэшиар был подвергнут осмотру и неустановлению диагноза более десяти лекарям и врачам. Уже приглашали не только эфларских докторов, но и остальских, в том числе и обычных людей, не часовщиков.       Увы, никто не мог сказать точного ответа. Даже примерно.       Больше всех, конечно, переживала Василиса. Даже Фэш старался казаться быть сильным и пренебрежительным к этой болезни. Он улыбался и иногда даже шутил про болезнь, лишь бы не пугать или расстраивать Василису. Пришел он в себя через несколько часов после обморока.       Симптомы были вначале незаметны - всего лишь видимая усталость с его стороны и меньшее уделение времени к часодейству. Последнее можно было бы не считать симптомом, если бы позже не выяснилось, что Фэш начал терять свои способности. У него не получалось делать эферы, которые раньше ему были легкими. Вскоре, спустя пару часов, он не смог даже делать элементарное. Постепенно часодейство стало покидать его полностью. Казалось, будто кто-то высасывал из него умение к часодейству, а позже еще и жизненные силы. К тому же, Василиса и не обращали внимание на это, но оказалось нужно было.       Через всего день после обнаружения болезни или какого-то вируса, Фэш окончательно начал ослабевать. Некая сила брала свое. Драгоций был не в состоянии не то что часовать, но и просто ходить. Его глаза становились опухшими, а вокруг них не сходили заметные синяки. Кожа становилась более сухой, кровь казалось стала греть его тело меньше, а сам он еле мог разговаривать.       Двадцать первого августа Фэша положили в свою комнату. Теперь он лежал там часами. Либо спал, либо разговаривал с Василисой. Но все равно, большее время они проводили вместе. Василиса лежала возле него и в основном разговаривала. А иногда они ложились в обнимку и засыпали. Чаще, рыжеволосая плакала, лежа рядом. Слезы сами по себе скатывались и падали на одеяло.       Им обоим было плохо. Фэшу — физически, но и немного морально, Василисе — морально, но и немного физически. Она также жертвовала временем, не тратя ее на употребление пищи или воды. Лишь редко уходила, и то, на короткий промежуток времени.       В начале Черная Королева, Миракл и Нортон не хотели подпускать девушку к Драгоцию, ведь и она возможно могла заразиться. Однако, затем смирились. Ведь Василиса до последнего боролась, если так можно сказать.       Но в один день все закончилось. Сердце Фэша больше не билось.

***

      Василиса открыла глаза и сразу же прищурилась - лучи солнца падали прямо на нее. Глаза слегка опухли, а на щеках виднелись застывшие следы слез. Она протерла лицо ладонями и зевнула. В комнате было тепло, но ей казалось, что этого было недостаточно для Фэша. Его руки сплетенные с ее ладонями были такими холодными.       Огнева села на кровати и посмотрела на парня, лежащего рядом. Тот медленно раскрыл глаза, уголки его губ поднялись вверх. — Доброе утро, любимый. — она чуть грустно улыбнулась и поцеловала его. — Как же я надеюсь, что ты поправишься. Очень надеюсь. Тешу себя надеждами каждое утро, что в один миг произойдет чудо и ты вернешься ко мне целым и невредимым, а главное - здоровым. Я так хочу, чтобы наша история любви продолжалась бесконечно.       Это звучало отчаянно и нежно. Каждый день и утро она повторяла эти слова.       Фэш смог улыбнуться пошире и прошептал: — Хочу, чтобы наша история любви стала бесконечной.       Рыжеволосая радостно посмотрела на парня. — Ты можешь говорить?! — она посмотрела на него восхищенным взглядом и облегченно вздохнула. — Кажется, дела пошли в лучшую сторону. Но ты лучше много не говори, вдруг станет хуже. Драгоций посмотрел на Василису с теплотой в глазах и взъерошил одной рукой волосы. — Как же я люблю тебя, Василек.       Девушка повернулась к Фэшу и широко улыбнулась.       Вдруг тот тяжело вздохнул и замер. Его глаза по-прежнему смотрели на Василису, но зрачки расширились, а веки прикрылись, подарив ей последний полный любви взгляд. — Фэш? — широкая улыбка потихоньку начала исчезать, а сердце участило биение. — Фэш? — она еще раз окликнула его, но парень так и лежал неподвижно.       Огнева успела запомнить каждую клетку лица, каждую деталь, прежде чем торопливо подсела к нему. — Фэш! — у нее сбилось дыхание и что-то щелкнуло в голове. Девушка нахмурилась, а голубые глаза стали наполняться солеными слезами. — Нет, нет... Нет. Фэш!       Василиса на миг замерла и прислушалась к себе. В сердце будто что-то защемило, это показалось настолько больно, что заставило ее оставить в покое парня. Однако в следующий момент ей полегчало и она повернулась к Фэшу.       Ее рыжие волосы метались в сторону, когда девушка мотала головой, а ногти царапали щеки. — ФЭШ! — девушка была не в силах что либо предпринять, поэтому начала выкрикивать его имя истерическим голосом. Ей казалось будто горло обожгли плавленным железом, когда прошло несколько секунд бессмысленных криков.       Василиса сразу успокоилась и вытерла слезы. Ее ухо лежало на груди Фэша и отчаянно желало услышать стук.       Но биения сердца больше не было однозначно.       Было абсолютно ясно, что он умер.       Василиса села на кровати, свесив ноги на пол, и посмотрела в одну точку. Ее всю колотило, дрожь била организм, но она, казалось, ничего не понимала.       А шедшая в саду Николь смогла заметить как замок потемнел, а солнце полностью исчезло. Безвременье поглотила мгла. Одна часть замка казалась полностью разрушенной, а вторая - еле живой.       Огнева вытерла слезы. Она не могла в это поверить, ведь не может быть того, что он мертв! Просто не могло этого быть!       Рыжие спутанные волосы лежали на ее плечах и спине неподвижно, создавая иллюзию статуи. Голубые глаза померкли, а взгляд поник, но светился надеждой.       Василиса вздрогнула и взабралась обратно на кровать. Они оба были под теплым одеялом, а вокруг были мягкие подушки. Она приблизилась к Фэшу и всмотрелась в его лицо. — Фэш, ты не можешь так поступить. Ты не можешь покинуть нас. Ты не можешь умереть, нет. — она шептала это скорее для себя, чем для него. Ее голова легла на подушку и взгляд приковался к Фэшу. — А как же долгая и счастливая жизнь?..       Она провела рукой по лицу Фэша и посмотрела на его прикрытые веки. Неужели она никогда не увидит его прекрасные глаза открытыми? Неужели она никогда не почувствует касания его пальцев? Неужели он больше никогда не скажет ей о своей бесконечной любви?..       Василиса приблизилась к лицу и, глядя на него с нежностью, поцеловала его губы в последний раз. Ее веки прикрылись, наслаждаясь сладким вкусом поцелуя, а по щекам побежали дорожки слез. Она отстранилась и положила голову рядом. — Фэш...       Ей удалось рассмотреть его лицо напоследок так, как никогда не удавалось. Каждая частичка Фэша была у нее в памяти. Но неожиданно дверь отворилась и в комнату вошло несколько человек.       С того момента девушка уже не могла ничего сообразить, все стало размытым. К ним подбежали, ее попытались увести, но Василиса прижалась к телу Фэша и крепко обняла. Он был еще таким теплым. Ей показалось, будто она обнимает его впервые. Что-то изменилось.       В следующий час она только и ревела. Ее крик был слышен по всему замку, а плачь становился тихим лишь после очередного приступа истерики. Свой голос она слышала лишь издалека, будто это плакала, кричала и билась в истериках не она. Но это все равно разрывало ее душу по маленьким кусочкам. Как будто кто-то брал лист бумаги и жестоко, беспощадно разрывал его, а затем кидал в огонь мелкие кусочки.       Казалось, будто эта боль никогда не утихнет. Будто она будет вечно жить в ее сердце. Также, как и Фэш.       Она много раз приходила в себя, но, не веря, вновь впадала в истерическое состояние. Ей не верилось, что Фэш мертв и его... Тело сейчас лежит внизу.       Возле Огневой все это время никто не смог находится. Вначале возле нее сидела Черная Королева и пыталась успокоить внучку. Когда она ушла, пришел отец, затем Миракл. Когда ей показалось, что все силы и жизненная энергия выжаты, когда она успокоилась, разрешили впустить Николь. Этой девочке было уже семнадцать лет, но она всегда казалась Василисе по-прежнему маленькой сестричкой.       Только спустя два дня Василиса сидела со спокойным лицом, не выражающим совершенно ничего, и пустыми глазами, не видящими света. Она была мертва морально. Мертва без Фэша, без своей бесконечной любви.