Бойся зимнего ветра

— Шевелись! Или не слышал, что я сказал? — Наотаро Хига угрожающе нависал над упавшим на четвереньки одноклассником. После отцовского внушения прошла неделя. Наставления подернулись дымкой и забылись, да и Ветер с тех пор не давал о себе знать. И Хига взялся за старое. Теперь он действовал чуточку осторожнее: выбрал противника послабее и увел за школу. Он слышал, что этот парень, Кайто Кадзума, вроде бы недавно попал в больницу. Что ж, тем проще его запугать. — Да что я тебе сделал? — привычно слабо завозмущался одноклассник, но, получив тычок в солнечное сплетение, замолчал, беззвучно хватая ртом воздух в попытке вдохнуть. После этого увести беспомощного мальчишку за старое крыльцо оказалось проще простого. Хига потребовал от Кадзумы «долг», которого не существовало, заставил вывернуть карманы и забрал деньги. Кайто-кун выполнял всё необычно покорно, угрюмо поглядывая на обидчика. — Чего глазами лупаешь? — рассердился Хига, но тут его коснулся порыв холодного ветра. Коснулся, проскользнул по затылку, и улетел прочь, а возле уха раздался слабый, неуловимый шёпот. Юноша не разобрал слов, но ему хватило полученного знака, чтобы опустить занесённую для удара ногу и, не оглядываясь, зашагать прочь. Ему нестерпимо хотелось сорваться на бег — призрак всё-таки преследовал его. Некстати вспомнилось предупреждение: «Перестань, или я приду». Но, может быть, призрак не появится? Хига ускорил шаг. На уроки он сегодня идти не хотел, поэтому направился в подпольное казино, замаскированное под зал игровых автоматов. Легко полученные от одноклассника деньги было не жалко проиграть. Прошло много времени: несколько часов. Уже стемнело, когда Хига вышел на улицу. Он заигрался, но темень не пугала из-за радости от большого выигрыша. Редкий случай, скорее невозможный, чтобы посетители казино выходили с прибытком. Юноше тоже раньше не везло, но сегодня он сорвал джекпот. Автобусы уже не ходили, и Хиге пришлось шагать по полутемным улицам. Редкие прохожие перебегали на другую сторону дороги, а парень шёл напролом, счастливо улыбаясь. Слишком удачный день. С ним просто не могло случиться ничего плохого. — Я тебя предупреждал, — шепнули в ухо. Хига испугался так, что подпрыгнул и бросился прочь, но его быстро поймали. Как и тогда, с бандой старшеклассников, струи воздуха обвили руки и приподняли вверх. Юноша едва касался земли носками ботинок и задыхался от страха. «Нужно было сразу идти домой. Чёрт, чёрт!» — в панике дёргался Хига. Безуспешно. — Ты заслужил, — протянул Ветер. Ремень на парне расстегнулся сам, а может, его расстегнул невидимый призрак. Или кем он там был на самом деле?.. Джинсы, носимые Хигой в школу вместо брюк, медленно поползли вниз. — Не надо! — запоздало выкрикнул юноша. — Стой! Его никто не слушал. Ремень выскользнул из шлёвок, зависнув в воздухе напротив сжавшегося от холода и страха Хиги. — Да подожди, давай ты всыплешь мне в другом месте, холодно же, — заторопился парень. — Мои родители уехали на выходные, дома никого нет. Давай там, а? Хига надеялся, что странное явление отстанет по дороге, или не сможет войти, или ещё что-нибудь… Ну и да, раздеваться зимой было не слишком приятно. Пусть снег так и не выпал, но уже приходилось надевать куртку, а тут — штаны упали до колен. — Ладно, веди, — согласился Ветер. Путы исчезли. Юноша немедленно нагнулся и подтянул джинсы, а потом припустил в сторону дома. Через пару минут дыхание сбилось, и Хига перешёл на шаг. Чтобы через мгновение вскрикнуть и снова развить сумасшедшую скорость: ремень, как оказалось, летевший позади, больно хлестнул по заду. — Сделаю из тебя спортсмена, — хихикнул рядом невидимка и, помолчав секунду, добавил. — И отличника. Бедному хулигану было не до споров о том, что примерное поведение и хорошая учёба ему и даром не нужны. Стоило немного замедлиться — попу обжигал новый удар. Так он и бежал до самого дома: пыхтел, стонал и время от времени подпрыгивал от щелчков ремня. Пожалуй, с таким тренером Хига мог бы стать лучшим в классе, но он этого абсолютно не хотел. Юноша желал только одного: скорее добраться до казавшегося безопасным родного жилища, укрыться за его стенами от мистического существа и его, что говорить, справедливого возмездия. Увы, домой Хига вломился не один, не успев захлопнуть дверь. Ремень пролетел у него над головой, а теперь всё также висел в воздухе, напоминая о магии Ветра. Хулиган расстроенно двинулся в свою комнату. Похоже, трёпки избежать не удастся. Перед глазами встала картина увиденного неделю назад наказания пятерых старшеклассников. Уж если призрак справился с ними, Хиге точно не отбиться. В спальне отчего-то не зажёгся свет, наверное, перегорела лампа. Зато настольная включиться соизволила, отчего комнату осветило неярким светом. Хига уселся на кровать, наблюдая за зависшей в воздухе полоской кожзама. Его собственный ремень летал по комнате… Было, чему удивиться и чего испугаться. — Ну, и чего сидишь? — раздался голос из пустоты у окна, совсем не там, где болтался ремень. — Раздевайся и перегнись через спинку кровати. — Кто ты такой, чтобы мной командовать? — отчего-то страх сменился злостью. — Проваливай! Наотаро схватил плед и швырнул на голос. Плед упал на пол, ничего не задев, а хулигана резко вздёрнуло на ноги и поволокло к стене. — Можешь звать меня Ветер, — с ярко слышимым довольством напомнил некто. — Зря не послушался, получил бы меньше. — Пусти, — вырывался Хига, но где там! Казалось, воздушным жгутам по силам удержать с десяток таких вот хулиганов. Руки юноши прижали к стене. Он злился и осыпал призрака бранью, однако ничего более поделать не мог. Лишь взбрыкнул задом, когда штаны оказались сдёрнуты, а по обтягивающим трусам заплясал ремень. — Раз не пожелал понимать по-хорошему, с сегодняшнего дня я сам займусь твоим воспитанием, — сказал Ветер. — Будьте паинькой, хулиган-кун. Он еще и издевается! Хига подпрыгивал от жгучих ударов, пытался увернуться, что напоминало дикий танец, но всё бестолку. Ладони крепко упирались в стену, а ругань стремительно меняла тональность, пока не исчезла совсем. — Отпусти, ну пожалуйста, — не выдержал и взмолился Хига. — Что тебе от меня надо? Щелчки ремня прекратились, и юноша смог расслабиться и опереться плечом на прохладную стену. А затем последовал ответ. — А и правда, что мне надо от паршивца, который развлекается тем, что избивает и грабит подростков? — ехидно высказал Ветер и единым движением сдёрнул с Хиги трусы. — Знаешь, что? — удар по голой заднице после небольшого перерыва заставил парня заорать. — Надрать тебе зад! Ремень вновь опалял кожу, а хулиган не заметил, когда из глаз брызнули слёзы. От страха, боли и неизвестности Хига откровенно расплакался. Он уже не угрожал, теперь юноша мог только просить и обещать, клясться, что непременно исправится — только бы его отпустили. И вот очередного удара не последовало. Наотаро оторвало от стены и потащило из спальни. Он не сопротивлялся, лишь пытался вытереть лицо от солёных дорожек слёз. Его привели в ванную. Свет не включился, и Хига внутренне сжался от недоброго предчувствия. Что задумал мстительный дух? Всё оказалось проще, чем он опасался, но не менее неприятно. — Время научить тебя следить за языком, — пояснил Ветер. Его голос заглушал шум воды из открытого крана. — В каком смысле? — рискнул спросить Хига и тут же пожалел о том, что открыл рот, так как туда тотчас ткнулся большой брусок мыла. — М-м-м! — Не ругайся, — Ветер хмыкнул на возмущённое мычание. — Или мне придётся мыть тебе рот ежедневно. Прошло немало времени, прежде чем юноше было позволено отплеваться и умыться. К несчастью, Ветер всё никак не уходил, а до рассвета было еще далеко. Да и исчезнет ли он с появлением солнца? Кто знает… Хига повиновался, когда ему велели идти в кровать. Странный призрак двигался следом, хотя, о его местоположении юноша мог лишь догадываться. По голосу. — Хорошо бегаешь, — похвалил дух, когда Хига забрался под одеяло. — Это надо развивать. Джинсы юноша скинул ещё во время скачек у стены, чтобы не мешали двигаться хотя бы снизу, так что пришлось ходить по дому и ложиться в кровать голым по пояс. Одеться не позволил Ветер, заявив, что стыд — часть наказания. Но чего стыдиться в темноте? — Я опасался за свою жизнь, — к юноше возвращалась былая самоуверенность. — Любой бы бежал изо всех сил. Ты точно меня не убьёшь? Призрак совсем по-человечески хмыкнул. — Клянусь вечностью, — торжественно заверил он, — что не причиню тебе вреда. Но за проступки накажу, и накажу сурово. А сейчас я уйду, спи. Завтра рано вставать на пробежку.