Бойся зимнего ветра

Пробуждение вышло не из приятных. Одеяло попросту сдернули, а Хигу обдуло сквозняком. Юноша распахнул глаза, мгновенно вспомнив вчерашний вечер, и всмотрелся в темноту. Накануне удалось заснуть далеко не сразу: вначале всё ждал возвращения Ветра, потом искал положение поудобнее, чтобы не тревожить качественно напоротые ягодицы. Сон пришёл ближе к полуночи. — Утречка, — хмыкнул Ветер. Щёлкнул выключатель настольной лампы, освещая стоящий на столе будильник. Шесть утра. Хига застонал, отчаянно желая вновь завалиться спать, но зад всё ещё побаливал, напоминая о неминуемой расплате за непослушание. Пришлось вставать и натягивать вылетевший из шкафа спортивный костюм. — Пробежишь два километра, — весело заявил призрак. И как можно веселиться в такую рань? — Надеюсь, мне не придётся подгонять тебя ремнём по попе? Хига сердито зыркнул в сторону, откуда доносился голос, ожидаемо ничего не увидел и отвернулся. В школе он часто прогуливал физкультуру, так что необходимость терпеть вынужденную тренировку раздражала не меньше самого существования Ветра. — У меня ещё со вчерашнего дня всё болит, — проворчал Хига. Юноша зашнуровал кроссовки и вышел на улицу — выбора всё равно не было. Ничего, он найдет способ изгнать приставучего духа. — Что ж, тогда буду воздействовать по-другому, — согласился Ветер, и по спине хулигана пробежали мурашки от дурного предчувствия. — Есть много способов заставить тебя слушаться, лучше поверь на слово. Тем более, что ничего сверхординарного я не потребую. — Два километра — это, по-твоему, нормально? — Вполне, — призрак, кажется, веселился от недовольства Хиги. — А если будешь упрямиться, сделаем так. Плотный жгут воздуха обвил запястья юноши и потянул к земле. Кажется, Хига начинал привыкать к такому обращению. Пришлось согнуться, насколько хватило растяжки, выставив попу. Парень ждал боли, но вместо этого нечто холодное и гибкое скользнуло под пояс штанов, и поползло дальше, по чувствительной коже между ягодиц. Хига заверещал, вырываясь, и чуть не перевернулся через голову, но его уже отпустили. Из штанов вынырнул такой же воздушный поток, какой недавно держал за запястья. Он только пощекотал сокровенные места, однако Хиге хватило и этого, чтобы понять, что, во-первых, ремень ему нравился больше, и, во-вторых, пока не найден способ избавиться от духа — придётся вести себя идеально и подчиняться непрошенному воспитателю в каждой мелочи. Пробежка затянулась. Как бы не старался Хига, но его подготовки не хватило. Юноша быстро выдохся и плёлся по тротуару со скоростью черепахи. Призрак не наказывал, похоже, видел состояние хулигана, что он не способен бежать быстрее. Вместо обещанной строгости, Ветер летел рядом и подсказывал, как правильно дышать, чтобы перестало колоть в боку, и как ставить ноги, чтобы не заработать растяжения. Каким-то чудом удалось выдержать пробежку, добежать до дома, и Хига с чувством полного удовлетворения развалился прямо на земле. Ему не позволили пролежать и десяти секунд. Воздушный жгут оттянул пояс штанов, намекая, что не время расслабляться, и Хига, сцепив зубы, поднялся на ноги. Про себя он не однократно обложил Ветра последними ругательствами, но вслух не издал ни звука недовольства. Хига хорошо запомнил онемение во рту от противного, горького, скользкого мыла, которое не лежало без движения, а медленно проворачивалось, тщательно намыливая язык и внутреннюю поверхность щёк, и в повторении не нуждался. — Теперь зарядка, — немилосердно обронил Ветер, чем вызвал утомлённый вздох хулигана. О каких упражнениях может идти речь, когда он на ногах еле стоит? Однако, парень послушно приседал, наклонялся, прыгал и отжимался, с удивлением обнаружив, что слабость быстро отступает, а на её место приходит приятная наполненность энергией. Если подумать, он каждый день много ходил пешком — вдвое, а то и втрое больше, чем сейчас пробежал. И дрался он частенько, порой улепетывая от врагов во все лопатки. Правда, в столь ранний час он обычно крепко спал. И всё же, тренировка вымотала непривыкшего трудиться подростка настолько, что домой он вошёл нетвердым шагом. А в ванной стянул одежду и развалился, закрыв слив и включив кран с горячеватой водой. Всё, вставать он решительно не намерен, по крайней мере, пока не вздремнет прямо тут. — Эй, ты мыться собираешься? — прервал дремоту голос Ветра. Призрак не показывался довольно долго, раз Хига успел уснуть, а ванна наполнилась больше чем наполовину. — Не-е-е, — блаженно протянул юноша. — Я останусь тут навсегда. В темноте коридора хмыкнуло, дверь распахнулась и стало немного прохладнее. — Подбери сопли и вставай, у тебя много дел, — голос звучал совсем рядом и Хига не выдержал. Рядом с ним, только руку протяни, стояли шампуни, гели, пена для ванн… В основном принадлежавшие матери, но разницы особо не было. Юноша схватил первое, что подвернулось, быстро открыл и расплескал по комнате, надеясь запачкать и найти проклятого невидимку. Ему не повезло дважды. План не сработал, это раз. И Ветер, удивляющий сегодня снисходительностью, разозлился — это два. — Никуда, значит, не пойдёшь, — прошипел он. — Хорошо. Хига вскинулся, не успев ничего предпринять. Его схватили за руки и ноги, подняли над ванной, вынув из воды, а из шкафчика вылетел резиновый мешок с длинной трубкой и тонким пластмассовым наконечником. Юноша в ужасе смотрел, как приспособление наполняется водой из-под крана. — Нет, не надо! — отмер наконец Хига, когда поблёскивающий мылом наконечник нацелился между разведенных ног. — Я всё сделаю, и в школу сейчас пойду, только не надо клизму! — Сегодня воскресенье, школа закрыта, — вновь развеселился дух. — Это наказание за попытку меня поймать. Мне такое не нравится, знаешь ли. — Нет! — взвизгнул юноша, но было поздно. Вода уже вливалась внутрь. — Сейчас быстренько тебя вымоем, а потом возьмёшься за уроки, — проговорил призрак. Одновременно с его словами в воздух взлетели мочалки, окунулись в воду и принялись натирать пискнувшего от неожиданности хулигана. Сперва без мыла, но вскоре взлетело и оно. — Я и сам мог помыться, — проворчал Хига. Дискомфорт в животе от литра воды достиг наивысшей точки, и парень лишь ценой неимоверных усилий сдерживал позывы. — Выпусти меня, Ветер, — сквозь зубы процедил юноша, не в силах больше терпеть. — Обещаю больше тебя не ловить. Его тщательно окатило водой из душа, смывая пену, после чего Хига наконец почувствовал под ногами твердый пол. А соседняя комнатка находилась буквально в двух шагах, так что парень быстро скрылся там, вызвав смешок невидимого духа. — Эй, хулиган-кун! — услышал Хига смешок снаружи закрытой двери туалета. — До темноты сделай уроки и наведи порядок, я проверю. О, и приготовь крепкую деревянную расчёску или щётку, или познакомишься с розгами. Наотаро покраснел: где это видано, чтобы он сам, добровольно, готовил для себя орудие порки? Чёртов призрак… — А если нету? — уточнил парень, настороженно прислушиваясь к тишине в коридоре. Возможности духа пугали. Ответа не последовало, и Хига отважился выглянуть. Вряд ли бы он что-то увидел, но нужно было убедиться, что Ветер действительно исчез. — Ветер, ты тут? — осторожно позвал Наотаро. Никто не отозвался, и парень осмелел окончательно, вышел, снял с крючка пушистое полотенце и завернулся в него. Тонкий луч солнца касался верхнего угла оконной рамы. За окном занимался рассвет.