Другая смерть

— Привет, Ванцзи, — тот кивнул в ответ и снова углубился в бумаги. Сколько часов он уже в библиотеке? Впрочем, это не имело значения, так как он пытался найти заклинание барьера для Вэй Ина. — Тебя что-то беспокоит? Лань Ванцзи поднял глаза и закусил губу. Брат, как всегда, видел его насквозь. — А-Чень, — спросил Лань Ванцзи тихо и нерешительно. — Из-за чего Вэй Ин может меня ненавидеть? Лань Сичень удивился, а потом нахмурился и присел напротив. — То есть? После объяснения (затею Вэй Ина Лань Ванцзи не раскрыл, так как к делу напрямую это не относилось) Лань Сичень задумался. — Точно сказать не могу, все же лучше спросить самого господина Вэя. Но предположения у меня есть, — размеренно начал он. — Представь себя на его месте, А-Чжань. Ты пытаешься всеми силами подружиться с кем-то, кто постоянно тебя отталкивает, а когда не отталкивает, то лишь равнодушно смотрит в ответ и слова доброго не скажет, — Лань Ванцзи закусил губу и опустил взгляд. А ведь и правда, он очень холодно вел себя с Вэй Ином. И даже когда стал считать его другом, то никак не показывал этого и даже ни разу не улыбнулся ему, потому что иначе не умел. А ещё боялся, что его чувства вырвутся наружу. Тот поцелуй, например, до сих пор стоял перед его глазами. — Соглашусь, иногда господин Вэй ведёт себя слишком фривольно, но в целом он лишь пытается расшевелить тебя и подружиться с тобой, а ты никак ему не отвечаешь. А так как он не телепат, то трактует постоянное игнорирование достаточно логично, — Лань Сичень с беспокойством посмотрел на брата, который погрузился в размышления. «Будь Вэй Ин чуть менее прилипчивым и настырным…» На душе похолодело, когда Лань Ванцзи представил жизнь без Вэй Ина. Он обязательно сделает так, чтобы тот больше не думал, что его ненавидят! — Спасибо, брат. Лань Сичень улыбнулся. — Не за что, А-Чжань. Лань Ванцзи «залип». Вэй Ин стал ещё прекраснее, хотя, казалось, это невозможно. Лицо вытянулось, плавные юношеские черты сменились взрослой угловатостью, а черные глаза стали ещё больше и выразительнее, особенно на фоне ярко-алого, желтого заката. Лань Ванцзи видел в Вэй Ине и его «старого», и незнакомого доселе человека. — А ты ещё кто? Говори! — потребовал Цзинь Лин и притронулся к мечу. — Спокойнее! — Вэй Ин примиряюще поднял руки. — Я же ещё ничего не сделал! — А может быть, потом сделаешь? — Цзинь Лин напрягся. — Или, например, ты Старейшина Илин? К его удивлению, Вэй Ин задумался, а потом выдал неожиданное: — Я, по-твоему, похож на Старейшину Илин? — он показал на дешевое, слегка запачканное одеяние. — Будь он здесь, то обиделся бы. Он намного сильнее меня, да и выглядит внушительнее, — укоризненно хмыкнул Вэй Ин, и Лань Ванцзи выпал в осадок. А разве Вэй Ин это не Старейшина Илин? Хотя это же Вэй Ин. Он рассказывал небылицы с таким серьезным лицом, так перемешивая правду с вымыслом, что даже Лань Ванцзи иногда верил в них. Лань Ванцзи незаметно вглядывался в такое знакомое и одновременно нет лицо. Будто в изысканный чай добавили кусочки фруктов, и его вкус заиграл новыми красками. Какие сюрпризы таятся в новом Вэй Ине? А ещё с плеч Лань Ванцзи словно упал огромный камень. Нет, возможно, Вэй Ин совсем не тот, каким кажется, но даже если он притворяется прежним собой, то ещё не все потеряно. — Тогда где сейчас Старейшина Илин? — недоверчиво спросил Цзинь Лин, но руку с меча убрал. — Я не знаю. Наверное, опять ищет младенцев, чтобы испить их крови по утрам. А то сами они к нему не придут, — невозмутимо сказал Вэй Ин, и Цзинь Лин и Лань Сычжуй впали в ступор, а Лань Ванцзи закатил глаза. — На Луан Цзан сейчас его нет, это точно. Вы, считай, пришли как раз в самое неудачное время. Или в самое удачное, это как посмотреть, — Вэй Ин усмехнулся и как бы невзначай спросил: — И, кстати, зачем вы пришли? Неужели лишь чтобы увидеть его? Цзинь Лин и Лань Сычжуй слегка напряглись, но при виде ковыряющегося в носу Вэй Ина снова растерялись, а Лань Ванцзи закатил глаза сильнее. Будь он в старом теле, то сказал бы холодное «Убожество», но сейчас захотел подыграть Вэй Ину. — Я пришёл к достопочтенному Старейшине Илин, чтобы он избавил меня от смертельного проклятия, — он почтительно поклонился и краем глаза заметил удивление Вэй Ина. — Но раз его нет, то, может, вы мне поможете? Вэй Ин озадаченно потрогал щеку, а потом широко улыбнулся. — Да не вопрос! Может, я не настолько искусен, но, думаю, с проклятьем разберусь, — самодовольно хмыкнул он, и Лань Ванцзи вздохнул и с теплотой подумал: «В чем-то он совсем не изменился». — А ты вообще кто? Его ученик? — с подозрением спросил Цзинь Лин, однако его плечи расслабились. Из-за беззаботного поведения Вэй Ина он и Лань Сычжуй, похоже, разуверились в том, что встретили Старейшину Илин. — Зови меня Се Лянем, — Вэй Ин улыбнулся шире. — С одной стороны — да, с другой — нет. Он научил меня паре трюков, но в основном просто предоставляет мне жилплощадь. Так что называть меня его учеником не совсем правильно. — С чего нам тебе верить? — Цзинь Лин, казалось, не знал, что думать: этот человек определенно не походил на главу Темного Ордена, но разве внешность не бывает обманчива? — Ни с чего. Но, разве будь я Старейшиной Илин, вы бы так просто отделались за нарушение барьера? Цзинь Лин снова напрягся, а Лань Сычжуй неожиданно спокойно уточнил: — Но тогда разве вам не достанется за то, что мы попали сюда? Вэй Ин с удивлением обернулся к нему, а потом пожал плечами. — Нет. Я же говорю, я лишь занимаю у Старейшины жилплощадь. Других обязательств, кроме платы за нее, у меня нет, — Вэй Ин внимательно посмотрел на Лань Ванцзи, и тот встревожился. Его узнали? Да, его внешность изменилась, но призрачный шанс всё-таки есть. Нет, Лань Ванцзи хотел раскрыться, но более-менее подготовлено и без Цзинь Лина и Лань Сычжуя. — Так, говоришь, на тебя наслали смертельное проклятие? — Лань Ванцзи увидел в черных глазах неподдельный интерес и сдержал улыбку, а на его душе окончательно полегчало. Как хорошо, что с Вэй Ином всё в относительном порядке. Пожалуй, Лань Ванцзи больше всего боялся, что Вэй Ин окончательно сошёл с ума или стал тем, кем он точно не хотел бы его видеть. — Убирайся! Убирайся! — Лань Ванцзи тормошил Вэй Ина, чьи черные глаза пылали чистым сумасшествием. И от мысли, что это навсегда, как и от осознания собственной беспомощности, душа Лань Ванцзи разрывалось на тысячу осколков. Но поддаться отчаянию не давала мысль страшнее, от которой он содрогнулся: скоро за Вэй Ином придут. Лань Ванцзи встал, пока его сердце тяжелело, а ноги наливались свинцом, словно прося его остаться, и встретился взглядом с Вэй Ином. Тот вдруг притих и настороженно и без капли узнавания рассматривал Лань Ванцзи. С обреченностью, с которой идут на смерть, последний развязал ленту и почтительно положил её перед Вэй Ином. Тот с непониманием посмотрел на нее и несмело потрогал, а Лань Ванцзи быстро удалился, стараясь не думать о том, что оставляет Вэй Ина на участь не лучше смерти. — Убирайся! — Да. — Отлично! — Вэй Ин улыбнулся, но из-за вытянувшихся лиц Лань Сычжуя и Цзинь Линя запаниковал и замахал руками. — В смысле, это совершенно не отлично, а очень-очень ужасно! Нет, правда, очень ужасно! — Цзинь Линь со скепсисом хмыкнул, и Вэй Ин с поражением вздохнул, а затем снова приободрился. — Но, думаю, я вам помогу. Идемте, — Вэй Ин кивнул в высь горы, и Цзинь Линь нахмурился и высокомерно поинтересовался: — А с чего нам с тобой куда-то идти? — Ни с чего, — Вэй Ин усмехнулся и развел руками. — Но я думал, что раз уж вы пришли, то наверняка захотите увидеть загадочную Луан Цзан. И, возможно, даже застанете Старейшину Илин, если он все-таки успеет вернуться. На лице Цзинь Лина отразились сильнейшие сомнения, но затем он сделал суровое лицо и строго сказал: — Хорошо. Но учти, если ты что-то сделаешь, я тебе все ноги переломаю. — Хорошо-хорошо, — Лань Ванцзи заметил, что Вэй Ин чуть-чуть приподнял уголки рта. — Между прочим, вы, в отличие от меня, так и не представились. После небольшой паузы Лань Сычжуй слегка поклонился: — Лань Сычжуй. — Цзинь Лин, — сказал Цзинь Лин так, будто был императором. — Мо Сюаньюй. Вэй Ин быстро, но внимательно осмотрел Лань Ванцзи. Впрочем, как тот подозревал, не без причины. Его одежда выглядела даже хуже одеяний Вэй Ина, особенно на фоне клановых ханьфу Лань Сычжуя и Цзинь Лина. Да, в прошлой жизни он из-за строгого воспитания аккуратно обращался с белыми одеждами, но в основном они не пачкались из-за зачарования. А старое ханьфу без него быстро запылилось, тем более, ночевал Лань Ванцзи не в лучших местах, например, на сеновалах, а постирать одежду было негде. — Отлично, — Вэй Ин полноценно улыбнулся, и сердце Лань Ванцзи радостно дрогнуло. — Что же, добро пожаловать на Луан Цзян.

***

— Почему мы свернули с дороги? — Цзинь Лин всем видом излучал подозрение. Впрочем, Лань Ванцзи его понимал. За короткое путешествие он узнал про Луан Цзан так много разных слухов, что не понимал, чему верить. Однако Лань Ванцзи не волновался. Если Вэй Ин хотел бы их убить или пленить, то давно сделал бы это. А если почему-то решил подождать, то шансов спастись было мало. Поэтому Лань Ванцзи просто наслаждался, наблюдая за ним. — Потому что так быстрее. И не все тут такие добрые, как я, — Вэй Ин усмехнулся. — И лишних проблем я себе не хочу. — Но, тем не менее, ты помогаешь нам. — Ну, раз человека прокляли, то почему бы ему не помочь? — черные глаза взглянули на Лань Ванцзи с пристальным и не совсем безобидным вниманием. — Но разве ты не боишься Старейшину? Ты же сам сказал, что он сильнее тебя, — продолжал как бы небрежно расспрашивать Цзинь Лин, но Лань Ванцзи предполагал, что его так и распирает любопытство. Впрочем, как и его самого. — Это да, — Вэй Ин снова усмехнулся. — Но ведь сила не всегда является решающим фактором. Цзинь Лин задумался, и после паузы вдруг заговорил Лань Сычжуй: — А как Старейшина Илин выглядит? — Как выглядит? — Вэй Ин изобразил задумчивость, и Лань Ванцзи вздохнул. — На самом деле, это сложный вопрос. Я давно его не видел, а он любит менять внешность до неузнаваемости. То он невероятно красив, то уродлив, как демон… В общем, все сложно, — голос Вэй Ина изменился. — Мне казалось, что он не так давно закрылся на Илин. Тем более, он ушел лет в двадцать, а после этого возраста внешность людей не слишком меняется. — Люди не знают, как он выглядит, — Цзинь Лин нахмурился. — Вообще на разговоры о Старейшине Илин будто наложено табу. Все лишь рассказывают про его зверства, но никто не знает про него самого ничего конкретного. Я пытался что-то выяснить, но дядя узнал об этом и запретил это делать, — Цзинь Лин окончательно помрачнел. — Я точно знаю лишь, что он убил много людей, в том числе моих родителей. А ещё прикончил Второго Нефрита ордена Гу Су Лань. Вмиг обстановка стала очень неловкой. Лань Сычжуй заинтересовался деревьями, а Лань Ванцзи сжал губы и внимательно наблюдал за Вэй Ином. — Ну, мне о своём прошлом он почти не рассказывал, — тот остановился лишь на миг, а потом обернулся и улыбнулся шире обычного. — А что касается его обычной внешности, не знаю, правда это или нет, но он хвастался мне, что женщины считают большой честью провести с ним ночь. Цзинь Лин громко хмыкнул, и Лань Ванцзи согласился с ним, а затем остолбенел. А если это правда? Если у Вэй Ина были женщины? Нет, это более чем возможно, но в душе заскреблось что-то ядовитое и злое, что Лань Ванцзи не заглушил, как ни старался. А воображение подкидывало сцены, как обнаженный и раскрасневшийся Вэй Ин ласкает и целует в кровати женщину, и раздражение сильней растекалось по венам. Лань Ванцзи уставился на тропинку, пока картинки в его голове становились красочнее. Вэй Ин мнет груди, женщина изгибается в его руках и на пике удовольствия выкрикивает его имя, их языки сплетаются в страстный танец, а вот она и Вэй Ин лежат в кровати, уставшие и счастливые после длительных горячих ласк… «Вэй Ин тебе ничем не обязан. Ты должен радоваться, что у него все хорошо, особенно после того, как он едва не сошел с ума. И вообще ты женат», — злость Лань Ванцзи усиливалась, как он ни пытался думать о чем-то другом. И он очнулся, лишь когда Цзинь Лин недовольно спросил: — Нам долго ещё идти? — Ещё минут семь, — беззаботно ответил Вэй Ин. Неожиданно раздался собачий лай, и из-за затрещавших кустов на него бросилось огромное, лохматое черное чудище. Лань Ванцзи запаниковал и хотел броситься на помощь, как вдруг Вэй Ин рассмеялся. — Эй, эй, Котлетка, потише! — черная собака прыгала вокруг него и махала огромным хвостом, пока мир Лань Ванцзи перевернулся. Вэй Ин не боится собак?! «Насколько же он изменился? А вдруг это не Вэй Ин, а его двойник?» — эта мысль показалась Лань Ванцзи бредом, но уж слишком различались Вэй Ин, что впадал в панику из-за крошечного щенка вдалеке, и Вэй Ин, что с улыбкой гладил лохматое нечто, чья голова почти доставала до его груди. — Ты назвал её Котлеткой? — Цзинь Лин настороженно наблюдал за черным псом. — А почему бы и нет? — Вэй Ин похлопал собаку, и она, наконец, спокойно встала рядом с ним. — Я слышал, глава ордена Цзян называет собак Милашкой или Принцессой. Почему мне нельзя назвать собаку Котлеткой? — А разве это не волк? — Лань Сычжуй с интересом разглядывал пса, и Лань Ванцзи слегка озадачился. У него-то есть основания думать, что на зловещей Луан Цзян со Старейшиной Илин, убийцей многих людей, им ничего не грозит, но ни у Лань Сычжуя, ни у Цзинь Лина их не было, а Котлетка вполне могла нанести им серьезные увечья. «Или причины все-таки есть?» — Лань Ванцзи ощутил свою беспомощность из-за нехватки информации. Слишком многое произошло до его смерти, и, похоже, запуталось сильнее после нее, чтобы с уверенностью говорить о чем-то. — Возможно, волк. Ее подобрали на улице, поэтому я ничего не знаю об ее предках. «Подобрали ее? Вэй Ин растил ее не один?» — Лань Ванцзи нахмурился. Кроме имени и огромного роста, особенность у собаки была лишь одна — густая черная шерсть, которая скрывала даже глаза и которую словно не стригли и не расчесывали с сотворения мира. — Котлетка, сидеть, — собака присела на траву, и Вэй Ин потрепал ее за ухом. — Не волнуйтесь, она не кусается. — Будто я буду бояться ее, — Цзинь Лин выпрямился, излучая самоуверенность и бесстрашие. — Между прочим, моя собака, Фея, крупнее будет. — Правда? А почему она не с тобой? — как бы невзначай спросил Вэй Ин, и Цзинь Лин сдулся, и Лань Ванцзи еще больше утвердился в подозрениях, что дело в Цзян Чене. Вряд ли он разрешил Цзинь Лину отправиться на Луан Цзан, и возьми тот с собой Фею, это бы вызвало подозрения. — Так получилось, — буркнул Цзинь Лин и решительно сказал: — Так мы идем дальше или нет? — Да-да, конечно, идем, — беззаботно ответил Вэй Ин, как вдруг их оглушило. Пока Лань Ванцзи сообразил, что это плачет-ревет ребенок, и на поляну из-за деревьев вылетел небольшой ураган и набросился на Вэй Ина. — ПА-А-АПА! ПА-А-АПА! Сан опять меня обижает! — девочка громко шмыгнула носом, и Лань Ванцзи окончательно растерялся и изумленно уставился на нее. «У Вэй Ина есть дочь», — Лань Ванцзи будто окатили ледяной водой, а его фантазии словно стали явью. Однако предаться ревности и злости мешала внезапность и необычность ситуации. — Ну не реви, А-Эр. Расскажи все поподробнее, — ласково обратился Вэй Ин к дочери, пока Лань Ванцзи осмотрел ее. Девочка десяти-одиннадцати лет не слишком походила на Вэй Ина и с таким же успехом могла быть дочерью кого-то из них. — Сначала мы… — возмущенно-обиженно начала девочка, но потом шмыгнула носом и внезапно спокойно спросила: — А это кто? — Это наши гости, А-Эр… — начал Вэй Ин, как вдруг его прервали чьи-то возмущения: — А-Эр, вернись! Куда ты… — на поляну вылетела молодая девушка. При торможении она едва не упала, а затем, выпрямившись, с неприязнью уставилась на них. — А кто это, Учитель? — Это наши, гости, А-Джу, — ответил Вэй Ин. Девушка совершенно не походила на его дочь. Волосы в косе были светлыми и кудрявыми, а лицо — круглым и пухлым. — Где А-Жи и А-Сан? Ли Джу приоткрыла рот, и на поляну выбежали девочки-копии А-Эр, и мир Лань Ванцзи снова перевернулся. «У Вэй Ина три дочери», — он попытался представить их мать, принять, что у Вэй Ина от кого-то столько детей, и решить, смеяться или плакать. «Хотя это же Вэй Ин. От кого еще ожидать такого, как не от него?» — Папа, А-Эр… — одна из девочек замолчала и озадаченно уставилась на Лань Ванцзи. — А это кто? — Так, давайте все представимся, — обстоятельно начал Вэй Ин и стал по очереди указывать на всех: — Это моя ученица, Ли Джу. Это мои дочери, Лань Жи, Лань Эр и Лань Сан. — Жи, Эр и Сан*? — со скепсисом спросил Цзинь Лин, рассматривая девочек. Они тоже с любопытством глядели на него, сгрудившись вокруг Вэй Ина. — А почему бы и нет? — ответил Вэй Ин, пока Лань Ванцзи озадачился. Лань? Почему не Вэй? Если Вэй Ин не хотел раскрывать свою личность, то почему просто не назвал имена дочерей без фамилии? «Его мама была из клана Лань? Или просто однофамилица? Или… он назвал их так из-за меня?» — нерешительно подумал Лань Ванцзи, но тут же отринул эту мысль. Разве тогда не логичнее было бы дать в честь него имя, а не фамилию? Или все же дело в чем-то другом? — Это наши гости, Цзинь Лин, Лань Сычжуй и Мо Сюаньюй. — Здравствуйте, — поздоровались и поклонились три девочки, как вдруг Лань Сан спросила: — Они, случаем, не пришли на похороны? — Похороны? Какие похороны? — Цзинь Лин нахмурился. — Вчера умер Четвертый Дядюшка, и сегодня вечером мы его хороним, — деловито сообщила Лань Сан. — Четвертый Дядюшка? — поинтересовался Лань Сычжуй. — На горе, кроме меня и Старейшины Илина, жили ещё последние Вэни, — Лань Ванцзи поежился. Вэй Ин вмиг посерьезнел, а спокойный голос напомнил Лань Ванцзи о «темном» Вэй Ине. В Аннигиляцию Солнца, в особо плохие дни, когда они сражались вместе, тот так же спокойно наблюдал, как его мертвецы разрывают Вэней. — Сегодня умер последний из них. Вмиг атмосфера стала очень неловкой, и Лань Сан поспешила разрядить ее: — Четвертому Дядюшке в последнее время было плохо, — она спряталась за Вэй Ином, когда все посмотрели на нее, но смело продолжила: — Но он был хорошим. Он забавно шутил и рассказывал интересные истории. — Однако Вэньян-гэгэ был лучше, — вставила слово Лань Эр. — Но он тоже умер. — Вэньян-гэгэ был бездельником и эгоистом! — Лань Ванцзи вздрогнул. Круглое лицо Ли Джу, словно созданное для смеха и улыбок, исказилось от презрения и гнева, а голос стал натянутой тетивой. — Постоянно ел конфеты, отлынивал от обязанностей и считал себя центром мира, которому все всё должны, а он никому ничего не должен! — Не говори так о Вэньяне-гэгэ! — возмутилась Лань Сан, и это сильнее распалило Ли Джу. — А как мне говорить о!.. — Довольно, Ли Джу, — девушка затихла из-за подчёркнуто спокойного голоса, а Лань Ванцзи заволновался. Глаза Вэй Ина блеснули красным? — В общем, так. Мы разберемся с вами, а когда вы уйдете, похороним Четвертого Дядюшку. Это всех устроит? Лань Ванцзи посчитал неуютное молчание согласием, как и Вэй Ин. — Хорошо. Ли Джу, возьми девочек и позанимайся с ними чем-нибудь в сторонке. — Хорошо, Учитель, — девушка поступила взор, явно чувствуя вину за вспышку гнева. — Но, папа, А-Сан… — обиделась Лань Эр, и Вэй Ин присел на корточки и улыбнулся столь очаровательно, что у Лань Ванцзи защемило сердце. — А-Эр, папа очень устал, но он обязательно разберется с вашей проблемой позднее. Хорошо? Лань Эр задумалась, а в душе Лань Ванцзи поднялись разочарование и гнев. Почему он пожертвовал ради Вэй Ина жизнью, а счастье досталось девушке с такой же фамилией, как у него? «Разве ты не сделал это бескорыстно, не надеясь на что-то после смерти? Твое воскрешение — лишь невероятная случайность. Разве ты не должен радоваться за Вэй Ина? После стольких невзгод он все-таки нашел свое счастье, пусть и не с тобой», — Лань Ванцзи вздохнул. Умом-то он все понимал, но сердце разочарованно ныло. — Как скажешь, папа, — Лань Эр очаровательно улыбнулась, точь-в-точь как Вэй Ин, а затем вдруг поцеловала его в лоб. — Только не грусти! Девочка бросилась за Ли Джу и сестрами, а Вэй Ин удивленно заморгал, а потом поднялся и столь смущённо улыбнулся, что злость Лань Ванцзи отступила. — Первый раз к нам приходят обрезанные рукава, — девушка деловито закалывала на Вэй Ине то тут, то там красные ткани с золотой вышивкой. — Мы не обрезанные рукава! — возмутился тот, а Лань Ванцзи сжал губы. — Просто его невеста не смогла прийти, вот ее и заменяю я! У нас тело примерно одной комплекции! — Не смогла прийти? — девушка перестала суетиться и недоуменно нахмурилась. — Что может быть важнее свадьбы? — Она знакомится с его дядей, — Вэй Ин доверительно понизил голос и по просьбе поднял руки в длинных красных рукавах. — Свадьбу нужно справить как можно скорее из-за неотложных обстоятельств, а без знакомства — никак, — Вэй Ин оглянулся на Лань Ванцзи, а затем перешёл на нарочитый шепот. — Его дядя — страшный человек… — Вэй Ин, — прервал его Лань Ванцзи. Ему тяжело было думать о предстоящей свадьбе, особенно когда рядом стоял Вэй Ин в красных одеждах. Казалось, протяни руку, и самая заветная мечта сбудется, однако Лань Ванцзи вспоминал всё и спускался с небес на землю. — Я же шучу, Лань Чжань, — Вэй Ин очаровательно усмехнулся. — Ты такой красивый в этих красных одеждах. Будь я девушкой, то сам бы за тебя вышел замуж. — Правда? — Лань Ванцзи растерялся и усилием воли сохранил невозмутимое лицо. — Почему? — Ну, ты надежный, ответственный, честный, добрый, умный… Настолько идеальных людей очень трудно отыскать. Да, ты неразговорчивый и холодный, но это мелочи по сравнению с твоими достоинствами, — Лань Ванцзи потупил взор, пока мочки его ушей заалели, а Вэй Ин вздохнул. — Но я не девушка. Да и твой дядя даже тогда не согласился бы на наш брак. Лань Ванцзи задумался. Будь Вэй Ин девушкой, каким бы было их будущее? Они бы повторили судьбу родителей? Или скитались бы вдали от всех? По спине Лань Ванцзи пробежал холодок. Вэй Ин лучше умрет, чем согласится на первое, а иначе его жизнь превратится в мучение. А так ли хороша участь изгнанников и скитальцев, особенно если у них появились бы дети? — Лань-гэгэ, получается, если ты женишься, то у тебя появятся дети? — словно прочитал его мысли Вэй Ин, и Лань Ванцзи покачал головой. — Не думаю. Этот брак — фикция. Я не буду принуждать к близости кого-либо. И заводить детей просто потому, что так принято, — Лань Ванцзи вспомнил родителей. Мать все-таки в какой-то степени любила отца, раз на свет появились они? Или тот не был хорошим человеком? — Ну, госпоже Юй и дяде Цзяну завести Цзян Чена и Янли это не помешало, — Вэй Ин взял корону из перьев и бусин и с двумя помпонами, повертел ее и надел, а девушка снова занялась свадебным платьем. — Хотя, мне кажется, дядя Цзян любил мадам Юй, пусть и не так, как она желала. Может, и у вас возникнет что-то подобное? Лань Ванцзи покачал головой. Неужели он за всю жизнь не наберётся храбрости сказать, что его сердце отдано Вэй Ину? Хотя дело было не только в нем. Лань Ань, основатель их клана, относился к браку максимально серьезно, и Лань Ванцзи вырос на его постулатах и разделял их и поныне. А как иначе выбирать того, с кем разделишь всю жизнь? Скорее всего, во многом эту точку зрения разделял и Лань Цижень, что потребовал проведения свадьбы по всем правилам, несмотря на ее поспешность. «Если бы дядя узнал, что Вэй Ин примеряет свадебное платье, то упал бы в обморок». — Неужели ты никогда не подумывал завести детей? — упорствовал Вэй Ин, и Лань Ванцзи осенило. — У меня уже есть А-Юань. — Действительно! — воскликнул Вэй Ин, а затем задумался. — Хотя, погоди, он же вроде считает меня приемным отцом. Тогда… — на его лице расцвела хитрая улыбка. — Получается, мы можем назвать А-Юаня общим ребенком? Лань Ванцзи едва не кашлянул и снова чудовищным усилием воли сохранил равнодушное лицо и не отвел глаза, а затем прочитал во взгляде девушки: «Вы точно обрезанные рукава». — Возможно, — буркнул он и решился: все равно терять уже нечего. — Тебе тоже идут эти одежды, Вэй Ин. Тот захлопал глазами и приоткрыл рот. — Лань Чжань, ты не заболел? Ты действительно сделал мне комплимент? — Действительно, — уверенно ответил Лань Ванцзи, и, пока девушка по чьей-то просьбе удалилась из комнаты, Вэй Ин осторожно подошёл к нему, стараясь сохранить чужую работу в целости и сохранности. — Лань-гэгэ, что с тобой творится? Как только мы начали сотрудничать, ты стал намного разговорчивее. Выучил новые слова, кроме «Мгм» и «Убожество», перестал звать меня в Гу Су и попрекать Темным Путем, больше не игнорируешь меня и даже делаешь комплименты, а еще пытаешься улыбаться… Что случилось, Лань Чжань? Неужели грядет конец света? «Ты со мной случился», — с горечью подумал Лань Ванцзи и чуть не охнул, когда Вэй Ин обнял его и прижался к груди. — А впрочем, неважно, — Лань Ванцзи окаменел: голос Вэй Ина стал чудовищно усталым и глухим, а плечи под красной тканью поникли. — Спасибо, Лань Чжань. «Пожалуйста», — Лань Ванцзи помедлил и осторожно обнял Вэй Ина в ответ, и все его сомнения и терзания исчезли. Вэй Ин благодарит его, Вэй Ин считает его другом, Вэй Ин останется жив. Так о чем здесь жалеть?