Торжество остывшей крови

«Нужно двигаться дальше». В комнате уборочного инвентаря на небольшой складной лесенке сидела девушка в серо-бирюзовой форме с неказистой брошью на фартуке, очень похожая на неприметную студентку Эдле, и со скучающим видом крутила в руках пипидастр. Много ролей доводилось примерять в этой жизни, но была ли Морриган когда-то уборщицей? Возможно, хотя явно нечасто. Хочешь играть в шпиона – развивай гибкость, а не привередливость. Кто ж знает, придётся тебе полы драить, с незнакомцами спать или копаться в мусоре? Какой бы надменной ни казалась Морриган, ей не придётся переступать через себя, чтобы ради дела нырнуть в грязь, что уж говорить о безобидном маскараде. Из-за развёрнутой «Анхом» деятельности удалось избавиться от основных наблюдателей: Рауля и Орстайна. У обоих нашлись дела поважнее, чем продолжать проверять новенькую. Или просто глазки ей строить. А значит, можно сосредоточиться на работе и не держать в голове, когда там назначено «свидание». Какой бы полезной ни была полученная от Таэму брошь, всё равно имелись моменты, мешавшие продвинуться дальше. Обмануть камеры – это хорошо, но оставались ещё две проблемы: пропуск и личные встречи. Первую проблему временно решило удачное стечение обстоятельств: среди вещей Бенедикта попался пропуск с уровнем доступа явно выше её. Насколько – стоило проверить. Однако больших надежд Морриган не питала: хоть и ищейка, а не пешка, но точно не приближённый к верхам. Пока хватит и этого. Но как быть со встречами? В своём облике явно не предстанешь. Притворяться кем-то конкретным – это надо не только хорошо знать того, кого копируешь, но ещё и куда-то деть оригинал. Чтобы не засекли нахождением в двух местах одновременно и чтобы он не начал заявлять, будто ни с кем не встречался. Не будь пропуска, всё равно бы потребовалось с кем-то возиться хотя бы чтобы его добыть, теперь же есть третий вариант: принять облик кого-то несуществующего. Но неужели никого не смутит взявшийся из ниоткуда сотрудник? Или же… В основном в качестве уборщиков, мастеров по ремонту и прочего подобного персонала здесь работали люди, что не противоречило взглядам более зрелых представителей «Анха» и всё же казалось чем-то неправильно забавным. Люди спокойно расхаживают по логову своих возможных поработителей, при этом, судя по всему, имея больше доступа, чем некоторые «полноправные» члены организации. Хотя тут спорно: на их передвижение накладывались свои ограничения, поэтому при сравнении наверняка окажется, что доступная площадь сопоставима с той, что у низкоуровневых сотрудников. Как бы то ни было, для многих человек в форме рабочего являлся почти невидимкой, не стоящей внимания мелочью. Этому наверняка имелось обоснование, отличное от банального высокомерия. Верхушка точно понимала: у подобного персонала, особенно при такой текучке кадров, когда теряешь смысл запоминать лица, слишком много шансов узнать лишнее. Они определённо как-то предотвращали утечку информации. Будь то регулярная промывка мозгов или своевременное устранение – сейчас это мало интересовало Морриган. Это заботы следствия, когда «Анх» таки предстанет перед законом. Её больше интересовала возможность изучать ранее недоступные части здания, не привлекая внимания. Так Морриган и стала уборщицей. Изучала планировку, осматривала доступные помещения, запоминала, какие двери так и остались закрытыми, особенно те, за которыми скрывались предположительные приближённые верхушки… И кого можно здесь встретить. Последний пункт ничего интересного и неожиданного не принёс: ни один старый знакомый с новой стороны не открылся. Да и в целом в новой зоне мало что стоило внимания, так что её изучение даже недели не заняло. Нужен кто-то с более высоким положением. За проведённое в «Анхе» время Морриган поставила мысленный список тех, кто по идее должен иметь высокий уровень доступа. Здесь уже нет иного варианта, кроме как временно обезвредить и отнять пропуск, но здесь же и провернуть это сложнее. Поэтому сейчас Морриган сидела и перебирала в голове возможные варианты. Одни редко бывают в штабе, другие слишком много контактируют с другими работниками, а ведь нужно и наедине сначала встретиться, и потом чтобы каждый встречный не дёргал. За третьими наблюдала недостаточно, чтобы в крайнем случае хотя бы отдалённо спародировать поведение и манеру речи. Олдрик казался лучшим выбором из возможных. Он больше занят бумагами, чем общением, штаб посещает с регулярностью истинного офисного работяги и в поведении прост, как табуретка: побольше молчи, поменьше проявляй эмоций и уже со стороны мало кто заметит подмену. А ещё они достаточно часто пересекались, чтобы набралось полезных наблюдений. Поскольку в «Анхе» состояло много вампиров и тех, у кого есть «мирная» жизнь, часы затишья выпадали здесь на день. Даже у тех, кто не имел человеческой работы. В отличие от ночной службы в целом и её главы в частности, здесь с работой венчаться не спешили. Оттого в последний месяц отдельные индивиды жаловались на возросшую нагрузку. Но так – шёпотом. В полный голос в подобных местах жаловаться не принято. Здесь свобода слова – это свобода в выражении нелюбви к людям, но никак не обсуждение – и уж тем более осуждение – действий начальства. Инакомыслие лечат смертью. Исходя из наблюдений, в середине дня Олдрик почти каждый день отлучался на кухню и пил чай. Один и тот же. Этим можно воспользоваться: усыпить, убрать с глаз долой и насколько хватит времени пройти дальше за одну из примеченных дверей. В первую очередь стоило уделить внимание самому посещаемому направлению: сейчас важнее определить расположение самых важных кабинетов и получить доступ к актуальным документам, чем наткнуться на дополнительный сейф с оружием или секретную лабораторию. Морриган уже пыталась приступить к выполнению плана, но столкнулась с досадной преградой: на кухне околачивались свидетели, в другой же день Олдрик настолько погрузился в бумажки, что не нашёл времени сделать перерыв. Сегодня звёзды должны сойтись. Взгляд на настенные часы. Поднявшись с лесенки, Морриган провела рукой по карману, где лежало саше. За препаратом пришлось наведаться в ночную службу, и даже там пришлось потратить время на поиски. Требовалось достаточно сильное средство – иное древнего вампира может не взять, к тому же, без вкуса, запаха, цвета, быстрорастворимое, быстродействующее и устойчивое к высоким температурам. Валентин, пока слушал требования, в один момент готов был предложить быстренько намешать что-то новое. Морриган тогда предложила сохранить экспериментаторский энтузиазм до лучших времён: вскоре подвалит действительно интересная и скорее всего срочная работёнка. Пора поработать и ей. До перерыва осталось минут пятнадцать, поэтому Морриган направилась к нужной кухне. Проверила заодно ближайшие коридоры и комнату, куда спрячет тело. Пусто. Уже хорошо. Тихий треск разрываемой бумаги, шуршание перемешиваемой заварки, чтобы кристаллики порошка затерялись среди наполнителя. Да, если приглядеться, найти можно, но кто станет с подозрением рассматривать хорошо знакомый чай, с которым вчера точно всё в порядке было? Олдрик обычно даже в банку не заглядывал, только встряхивал два раза, по звуку определяя, сколько ещё осталось. В теории, окажись препарат послабее, можно было рискнуть и не размешивать, но здесь дозы должно хватить и так. Морриган вернула банку на место, а порванное саше сунула в карман фартука. Здесь нет места, позволяющего одновременно спрятаться и следить, и не стоит рассчитывать, что Олдрик устроит чаепитие, пока рядом околачивается уборщица – скорее придёт позже. Или уйдёт в другое место, а там снова может возникнуть проблема со свидетелями. Оставалось одно: зайти в ближайший туалет и ждать там, следя за временем. Когда закончатся пятнадцать минут, Олдрик должен прийти на кухню. Минуты четыре, чтобы залить и вскипятить чайник. Олдрик заливал чай кипятком, значит, сразу после можно добавить пять минут на заваривание. Три минуты он просто ждёт и смотри в телефон. Пьёт медленно. Минут через пять должно начать действовать снотворное, учитывая небольшую дозу и что принимают его по чуть-чуть. В это время лучше выйти и наблюдать от входа. Скрестив руки на груди, она привалилась спиной к стене рядом с сушилкой для рук и просто уставилась вперёд. Сейчас бы поволноваться: а вдруг чьё-то появление помешает исполнить задуманное, а вдруг поймают, а вдруг критически ошиблась с выбором цели? Любой вариант реален – Морриган тоже ошибается и не ясновидящая, а к реальной ясновидящей всё-таки не стала обращаться, подозревая, что Аламея предпочтёт не давать чётких ответов. Но как-то… Всё равно. Изначально она собиралась играть по правилам и даже предпринять попытку решить всё путём переговоров. Второй пункт давно пришлось откинуть, первым Морриган готова вот-вот пренебречь. Взять и закончить бы уже со всем. Борьба – удел более мотивированных, а для мотивации нужны чувства. Желание защитить, отомстить, завладеть… Что угодно, чего у неё сейчас нет. Кажется, будто не так давно дело обстояло иначе. – Я что-то забыла? – спросила тихо пустоту. «Тебе нельзя это вспоминать», – ответила пустота голосом Смерти. В кармане завибрировал телефон со сработавшим таймером. Не забывая прислушиваться и оглядываться, Морриган вернулась к кухне и тихонько заглянула туда. Олдрик, ссутулившись, сидел за столом и клевал носом, то и дело чуть не падая лицом на столешницу, но пока ещё успевал в последний момент выпрямиться. Ненадолго. «Давай. Засыпай. Я сделала всё возможное, чтобы не пришлось усыплять по-своему. Тебе стоит быть благодарным». Ведь среди способностей Тени имелась подходящая: вытягивание жизни в лёгкой форме просто лишало сил, но не без последствий, а если немного переусердствовать, можно сократить отмеренный срок. Хотя для многих вампиры и так в некотором смысле мёртвые, с точки зрения Смерти они ещё живы, потому подобные фокусы применимы и к ним. Раз… Два… Три… С глухим стуком Олдрик упал на стол и больше не шевелился, но прежде чем разбираться с ним. Морриган забрала банку с чаем, свалила в припасённый в фартуке пакетик заварку и спрятала всё это в теневой карман, помыла посуду с сильным моющим средством. О пропаже чая пускай что угодно думают, но от следов препарата по возможности нужно избавиться. Теперь черёд Олдрика. Стоило сказать спасибо сверхъестественной сущности за силу, без которой Морриган бы только спину надорвала при попытке оттащить крепко сложенного мужчину. Велик соблазн взять и протащить по полу, но вместо этого Морриган всё-таки поднырнула под руку и обхватила за талию: жалко стало костюмом пол протирать. Раз. Два. Подняла. Как и в ночной службе, в «Анхе» имелись комнаты для сна. Морриган приметила одну из ближайших к кухне. Чуть не уронила Олдрика, пока открывала дверь, а как только захлопнула ту, довольно грубо сбросила на кровать и с облегчением выпрямилась, повела плечами. «В следующий раз нужно для себя тело покрупнее выбрать. В этом только швабры и можно таскать». Хотя в предполагаемом времени действия препарата сомневаться не приходилось, ещё одна предосторожность не помешает. Морриган открыла окно и свистнула. Вскоре на подоконник села ворона. Взгляд глаза в глаза. От неё к вороне протянулась чёрная ниточка магии и тут же исчезла, напоследок отозвавшись серым блеском в зрачках. – Сообщи, если он проснётся, – приказала, указывая на Олдрика. Ворона ответила кивком и уселась в изголовье кровати. Морриган контролировала птиц гораздо лучше многих потомков, потому и команды могла отдавать более сложные, и связь поддерживать на ином уровне. В кармане пиджака удалось найти пропуск: пустую белую пластиковую карточку с продолговатым вырезом. Не перепутать бы со своей или Бенедиктовой. Забавно, конечно, получалось: уже сколько времени с его пропажи прошло, а пропуск так и не заблокировали. «Будь я здесь начальником, давно бы дала по шее безопасникам». «Анх» не во всём был настолько беспечен; если говорить в целом, о безопасности здесь задумывались не в последнюю очередь. Вместе с тем… Недочёты имелись. Не один и не два. И вот это… Интересно. Разведка ночной службы своё дело знает и точно смогла бы воспользоваться пробелами в безопасности. Однако же почему за дело взялась Морриган: стоило им подобраться ближе, как их замечали. Слишком быстро. И слишком хорошо отслеживали. Как если бы разведчики были объектами, попавшими в зону сигнала радара, а следом получали метку-маячок, да ведь ничего такого в реальности не навешивали. Загадка, которую не помешает решить. Проверив остальные карманы и не найдя в них ничего интересного, Морриган оставила Олдрика в покое. Уложила аккуратнее, даже ботинки стянула: может, решит потом, что сам прилёг. Ещё раз обменялась взглядами с вороной. И вот вместо «Эдле» в комнате появился второй Олдрик, только с брошью на пиджаке. – А ну-ка… Раз-раз. Ознакомьтесь с инструкциями и распишитесь напротив галочек. Не забудьте получить новую экипировку, – поговорила она, по памяти настраивая голос. – Надо ещё ниже… Кхм. До пятнадцати часов положите заполненные отчёты в правую стопку и отметьтесь в журнале… Вроде попала. Возможно, стоило провериться при помощи диктофона, но Морриган позволила себе немного самоуверенности и положилась на опыт. Не стоит здесь задерживаться, слишком сильно заморачиваясь ради краткосрочной роли. Непривычно широкая рука легла на дверную ручку. Что же… Как только она выйдет, что бы ни случилось, нельзя меняться в лице. В правой части здания в конце коридора располагалась запертая дверь, за которой, как удалось однажды заметить, располагались лифты. Пытаться подсчитать снаружи точное количество этажей у небоскрёба – занятие нудное и не стоящее потраченного времени. Даже без этого Морриган могла сказать, что лифты, которыми она могла пользоваться и в роли Сандры, и с пропуском Бенедикта не давали доступа ко всем этажам. Добавить к этому наружное наблюдение ворон… И вот уже определён диапазон для исследования. Расхаживая по коридорам, Морриган сохраняла насторожённость и меняла маршрут, стоило услышать шаги или разговоры. Сотрудников здесь обитало куда меньше, чем на «общих» этажах, однако и столкновения с ними в разы нежелательнее. «Внизу планировка хитрее…» – отметила, обратив внимание на план эвакуации при пожаре. Обычно главная проблема офисных зданий – множество одинаковы коридоров, ориентироваться в которых позволяли разве что таблички занимающих помещения компаний и прочие не самые бросающиеся в глаза мелочи. В «Анхе» к этому добавлялись запретные зоны, временами довольно внезапно заставляющие менять маршрут и искать альтернативный путь. Однако наверху в коридорах почти не встречалось запертых дверей. «Значит, здесь уже у всех примерно один уровень допуска». Это хорошо. Морриган доверяла магии, но не Хаосу. Никогда не знаешь, в какой момент содержащий его силы инструмент засбоит. Сами по себе оставленные в системе следы не страшны, но закон подлости – самый рабочий закон, и если начнут разбираться, проверять записи – точно засекут. Залог успешной лжи – применять дозированно и только по необходимости. «Но пока ничего интересного… Для такого большого здания здесь недостаточно сотрудников, а замки личных кабинетов, похоже, открываются только личными пропусками… Нужно найти общедоступное место». Следующий этаж тоже не порадовал ничем интересным, кроме найденного зала для совещаний. Когда-нибудь может и пригодиться, но не сейчас: увы, никто важных бумажек на столе не забыл, расписание встреч на стене не висело, а вторая дверь вела на пожарную лестницу. Морриган уже собиралась выйти в коридор, когда уловила снаружи шаги. Прислушалась. Через дверь узнать голоса говорящих не получилось, да и слова не все разобрать удалось, и всё-таки кое-что она уловила: – Февраль… Скоро уже… – Там… Мак... То есть… Демиан готов … Инструктировали… – Проник недав… Присл… Отчёт… – Выбрали место?.. – Не… Пока думаем… Пришл… Список… Говорящие отдалились, слова окончательно превратились в нечленораздельную кашу. Ожидая, пока неизвестные окажутся ещё дальше, Морриган прокрутила в голове их слова. Никакого Демиана она не знала, но это и неудивительно – список сотрудников в руки не попадал. Важнее другие: что-то случится в феврале. Да, сейчас в Небелфлене почти каждый день что-то случалось, однако подслушанный разговор оставил впечатление, будто «Анх» собирается перейти на следующий этап. «И всё что я могу – сказать Таэму быть наготове, потому что сама не знаю, чего именно ожидать. Февраль и правда скоро. Просто пресечь за это время деятельность “Анха” мы не успеем». С досадой цокнув языком, Морриган покинула зал ожидания и отправилась исследовать следующий этаж. Последний на сегодня: время поджимало. Сигнала от вороны не поступало, но по предварительным расчётам Олдрик начнёт просыпаться минут через сорок, перед этим нужно вернуть ему пропуск. Спустя ещё несколько запертых дверей и унылых комнат, Морриган наткнулась на ещё одно интересное место. Стоило открыть дверь, как в нос ударил запах бумаги. Очень большого количества бумаги – такая концентрация встречается в архивах и библиотеках, но не в обычных кабинетах. Похоже, здесь хранились документы. Много документов. Можно сделать вывод, что кто-то в «Анхе» всё ещё больше доверял физическим носителям – не такая уж редкая черта среди древних. Морриган тут же достала из теневого кармана магический камень. У неё нет времени подробно изучать бумажки, придётся пролистать быстро и записать то, что покажется полезным. Помещать в камень всё подряд она не могла – каждую папку, книгу, любую другую группу бумажек нужно записывать отдельно, иначе внутри всё перемещается, а здесь слишком много всего. И потом кому-то придётся вылавливать действительно важные сведения между закупками десятилетней давности и данными об инвентаризации в двухтысячных. Но вот учёт оружия и медикаментов за последний год – другое дело. Отчёт об отлове ликанов… Список похищенных для опытов людей, хотя о них Морриган и так знала достаточно. Договор о поставках крови – взгляд зацепил знакомый адрес, в чём тоже сомневаться не приходилось. Список укрытий… Отдельно на столе лежала стопка скреплённых скобками инструкций, которые, судя по дате, только собирались раздать. Рядом – свежие бланки. А вон на том стеллаже… Засунутая поглубже толстая папка привлекла внимание Морриган. Технический паспорт здания и планы этажей. Какая прелесть. «В ночной службе этому точно найдётся применение. Надо и самой изучать попозже». Морриган проверила ещё несколько папок, посмотрела на часы и поняла, что пора возвращаться. Если выпадет возможность, стоит наведаться сюда ещё раз. Или сразу выбрать место поинтереснее после ознакомления с планами. Найти бы уже кабинет самого главного, чья личность так и оставалась загадкой… Потом. Лифты уже виднелись впереди, когда Морриган резко остановилась, уловив в воздухе присутствие той магии. Это ощущение не спутаешь ни с чем. Сила, стоящая уровнями выше любой магии этого мира, но опознать её способны единицы. Те, кому довелось связать себя с подобным. В «Анхе» есть контрактор – тот, кто не является Тенью, но заключил договор с высшей сущностью. И этот след… Уж кому-кому, а Морриган точно не положено сомневаться, какой сущности он принадлежит. Вспомнились слова, сказанные Аламеей в начале сентября: «Мертвецы под знаком жизни». Учитывая её чрезмерную осведомлённость, не только анх как символ мог иметься в виду. «Ах, похоже, в нашем уравнении резко появились особенно проблемные переменные. И без меня его не решат. А так хотелось отдать информацию и сложить руки… Но если я права, это кое-что объясняет. Даже я не так хороша в отслеживании живых». Делать окончательные выводы рано, но теперь строить планы нужно с учётом новой теории. Кто бы ни был контрактором, с ним обязательно придётся столкнуться, и посылать на встречу кого-нибудь кроме Тени или другого контрактора – всё равно что посылать на смерть, но Таэму пускай и дальше сидит у себя, чтобы Хаос лишний раз не тревожить, а больше и не на кого скинуть работу. «Ладно, потом отдохну как сле…» – закончить мысль Морриган не успела. С открывшимися дверьми лифта из головы резко вылетели вообще все мысли, кроме нецензурных, и оказалось как никогда сложно сохранить невозмутимое выражение лица при виде прибывшего на этаж мужчины. Руки похолодели, а в груди стало горячо. Искра давно забытых чувств обожгла остывшее тело. В прошлый раз они встретились мельком, и Морриган списала всё на воображение, дополнившее едва пойманный образ знакомыми чертами. Это не могло быть правдой. Но в итоге ею и оказалось. Какая встреча! Какое прекрасное, ироничное, отвратительное стечение обстоятельств! Сдерживая желание прям сейчас впиться когтями в чужую глотку, Морриган обменялась кивками с Хольцем – по крайней мере, под таким именем она знала этого человека в прошлом – и зашла в лифт. Кажется, у неё только что появилась мотивация… Нет, не играть по правилам, а поскорее закончить всё по причине, отличной от «надоело». И принять в этом конце активное участие. «По какой бы причине ты здесь не оказался, тебе определённо стоит пожалеть о дне, когда не умер».