Canary

Примечания Автора: Сейчас 23:46 за день до даты публикации. Я только что закончила – написала всю главу за несколько часов, потому что была слишком занята на этой неделе, и я сильно отстала. В любом случае – завтра я уезжаю в отпуск – в этот раз мы летим самолетом, так что путешествие не займет два дня, как в прошлый раз, и я уверена, что успею к следующему обновлению. И… будем надеяться, я не закончу в последний момент. Мой график говорит, что это будет… третье января! Так что… Счастливого Нового Года! Увидимся в 2020. Если у вас есть видение 2020-ого.

________________________________________

________________________________________

             Радио распалось от его прикосновения. Пыль смахнули со стола, и она разлетелась по комнате. Тога деликатно кашлянула, стряхивая ее с лица и сморщивая нос.              — Это было обязательно? — надулась она. — Я вообще-то слушала!              — Это не входило в наши планы! — кипя от ярости, сказал Шигараки. Его смертоносные пальцы подергивались от злости; красные глаза были прикованы к тому месту, где ранее находилось радио.              — Я извиняться не собираюсь — это все моя вина! — заныл в углу Твайс, схватившись за свою маску. Тога машинально подскочила к нему; хоть кто-то должен был убедиться, что он в порядке. — Если бы я не привел этого дурацкого Восстановителя на склад, Сестренка Магне все еще была бы с нами… — его безумные глаза метнулись к ее предмету поддержки, крупному магниту, который им вскоре придется здесь бросить. Он был слишком громоздким, чтобы постоянно с собой таскать, а Курогири был занят где-то в другом месте. — У Компресса были бы обе руки — Канари не выпало бы и шанса упорхнуть, и все было бы…              — Мне нужно, чтобы ты поработал с Восстановителем, — перебил его Шигараки.                     Они замерли, уставившись на него.                     — Ты с ума сошел?! — прокричал Твайс. — Что еще за игру ты затеял?! Работать с ним?!              — У нас не остается других вариантов, — отрезал он. — Канари больше не наше преимущество, а проблема. И не только для нас, но и для Якудзы. У них больше нет той девочки, Эри. Она нужна им, скорее всего, это как-то связано с пулями. В обмен на помощь и информацию, они попросили трех игроков — тебя, Тогу и Курогири. Мне удалось исключить из этого списка Курогири, но вам двоим придется подыграть.              — Ни за что! Ну же, Тога, как ты считаешь?!              Тога прищурила глаза. Она выпрямилась, посмотрела на свое отражение в лезвии ножа, который она вытащила из кармана.              — Я считаю… что в Лиге я должна быть свободной, как… Канарейка, — размышляла она, кружась по комнате. — Свободной быть той, кто я есть, не скованной цепями общества… — она остановилась около Шигараки, пронзила лезвием воздух так, что оно чуть не задело его щеку. Она посмотрела в глаза за отрубленной рукой. — Зачем тебе снова сковывать меня?              Ну тут он сделал что-то настолько простое, что она и предвидеть этого не могла.              Он снял руку, полностью обнажая свое лицо, и улыбнулся.              — Я доверяю вам обоим.              Тога медленно убрала нож, глазея на него со слегка приоткрытым ртом.              — Будущее Лиги в ваших руках. Якудза хотят держать нас в узде, поэтому они, мало-помалу, будут пытаться переманить вас. Но я хочу, чтобы вы проникли в их ряды. Они пожалеют о том, что сделали, мы позаботимся об этом — как ты и хочешь, Твайс. А ты, Тога — сможешь вновь увидеться с любимыми птичками.              

________________________________________

                    — Эм, Канари? — неуверенно спросила Джиро, похлопав его по плечу.              Канари поднял глаза от рисунка, который, кстати, был очень хорош. На нем была изображена Сирена в полете; она выглядела так реалистично, будто готова была вылететь за пределы страницы.              — Это так красиво, — изумилась она.              Канари немного покраснел.              — Спасибо, — пробормотал он, кладя на стол карандаш и полностью поворачиваясь к ней.              С его лица уже сняли пластырь. Исцеляющая Девочка была удивлена тому, что на щеке все равно остался шрам, хоть она и исцелила ее своей причудой куда быстрее, чем в первый раз. Канари считал это следствием его причуды, потому что рана была нанесена во время использования «Titanium», и металл буквально треснул, когда песня была на низком уровне силы.              Джиро постаралась не смотреть на шрам и села рядом с ним. Они были в гостиной, ранним утром еще до классного часа.              — Мне… очень нужно кое о чем тебе рассказать.              Канари нахмурился. Чего бы он ни ожидал, слова Джиро явно этих ожиданий не оправдали.              — Я-Я, эм… — запнулась она, нервно перебирая свои разъемы. — Понимаешь, в тот день, когда к тебе вернулся голос — тем утром мне позвонила Аозора.              Выражение его лица не изменилось, и он наклонил голову набок.              — Эээ… Ну, на шоу довольно долго ничего не происходило и… ну, она, вроде как, предложила…              — Тебе занять мое место?              Джиро моргнула, уставившись на него.              — Ч-Что?              Он мягко улыбнулся.              — Я понимал, что так рано или поздно случится, но не знал, что она уже сделала предложение.              — О-Ох… — Джиро кивнула. — Да, я, эм... да.              — И что с ним теперь? — спросил он.              Джиро сделала глубокий вдох и вздохнула.              — Прости, мне казалось, что ты будешь куда более расстроен.              — Почему я должен быть расстроен? — снова нахмурился он. — Ну да, хотелось бы, чтобы ты рассказала об этом чуть раньше, но у всех есть секреты, о которых не хочется говорить, особенно если в процессе можно кого-то задеть.              Джиро сглотнула. Агась, он все еще чуточку дулся из-за того случая.              — Ага… прости, я просто не знала, как… начать.              Канари пожал плечами, подбирая карандаш и начиная лениво штриховать свой рисунок.              — Я тоже не очень хорош в обращении со словами.              Она прикусила губу.              — Нет… я думаю, ты очень хорош в этом.              — Д-Да?              — Ага. Ты… думаешь, прежде чем говорить, потому что знаешь, какое большое значение могут иметь слова…              Он фыркнул.              — Ну, это скорее зависит от настроения.              Джиро рассмеялась.              — Думаю, так у всех! Но, эм, ладно — насчет радиошоу. Это уже не важно, оно все твое, я просто хотела все как надо объяснить, — сказала она, поднимаясь, закидывая на плечо сумку и убегая на утреннюю перекличку.              Секунду спустя, когда она шла к главному зданию, перед ней затормозил запыхавшийся Канари, с нарезающей вокруг него петли Сиреной.              — Я не закончил говорить с тобой! — воскликнул он. — Ты убежала до того, как я успел и слово вымолвить!              — Стой, правда?! — ответила она. — Ох — Прости!              Он вздохнул.              — Ладно, не важно — разве ты не можешь все равно приходить на шоу?              — Эм, ну да, если ты меня пригласишь, как и Шинсо? — нахмурилась она.              — Ну, да, — кивнул он. — Но, я имел в виду, почему бы тебе не приходить раз в две недели, или каждый четверг, т-то есть, то есть регулярно! Я-Я все равно не могу говорить бесконечно, и, как я и сказал, не то чтобы у меня это очень хорошо получалось, да и было всего одно шоу, так что я не знаю, что…              — Воу, хей, погодь — помедленнее! — Джиро нервно рассмеялась. — Забудь то, о чем я тогда сказала, ты вообще не фильтруешь то, что говоришь, ведь так?              — Э-Эм… Ну, н-не знаю, думаю, я так привык к тому, что этот фильтр непреодолим, ч-что теперь мне сложно сдерживать то, что раньше оставалось за ним… если это имеет какой-то смысл.              — Да, имеет!              — Окей, хорошо, но да, ты… хочешь приходить на радио чаще?              Джиро замешкалась.              — Эээ, да?! Конечно же! Стой, ты серьезно?!              Он казался немного ошеломленным ее энтузиазмом.              — Д-Да! То есть, это всего лишь я — тебе надо поговорить об этом с Аозорой, но я уверен, что все будет хорошо!              Джиро засияла.              — О боже — это будет так круто — вот увидишь, Канари!              

________________________________________

                    — Итак, ребят, что вы знаете о стажировках?!              Они все были в зале, в котором Мидория впервые призвал крылья. Перед ними стоял не учитель Айзава, а никто иной, как Мирио, ученик, с которым Мидория несколько дней назад перекинулся парой слов, утром, когда он проснулся с полностью здоровой челюстью после небольшого инцидента с Эри.              Но, если говорить о стажировках, что ж, у Мидории был один вариант, предложенный ему Сущим Миком. Хотя это не давало ему никакой информации о самих стажировках… он просто предполагал, что это улучшенная версия практики, так как теперь у них у всех были временные лицензии. Ну, если не считать Тодороки и Каччана… Кстати говоря, Мидории надо было пойти вместе с ними на эти специальные… курсы сегодня, это будет весело…              — Немногое, значит? — предположил Мирио, когда никто не ответил на его вопрос. — Что ж, вот почему мы здесь! Показать вам, что значит иметь стажировку — вот почему вы сейчас будете со мной драться!              Ах, да — третьегодки сказали об этом еще в классе. Тодороки с Каччаном стояли рядом с учителем Айзавой (который подверг Сирену изоляции на своем плече, чтобы она не выклевала кому-нибудь глаз), вместе с двумя другими членами так называемой Большой Тройки Юэй.              — Это точно хорошая идея? — Мидория ожидал, что это прозвучит от кого-то из его одноклассников, но нет, это сказала третьегодка — Неджире.              — Пожалуйста, не доведи никого из них до больницы, Мирио, — пробубнил нервно выглядящий Амаджики, с которым Мидория чувствовал духовную связь. Хотя этот комментарий про больницу вызвал у Мидории и всех остальных некоторое беспокойство.              — Это же легендарный класс 1-А! — рассмеялся Мирио, отмахиваясь от замечания. — Но ладно, вы можете… просто нападайте на меня как хотите!              Они уставились на него. Не так Мидория ожидал провести свое утро.              Первым в бой, крича, бросился Киришима с уже активированной причудой. Мидория стоял довольно далеко, рядом с Шинсо, и издали наблюдал.              — Анализ? — прошептал ему Шинсо.              Как только причуда Мирио активировалась, у Шинсо отвисла челюсть, Мидория усмехнулся.              — Ты смотрел Спортивный Фестиваль?              — Н-Нет? — запнулся он, широко распахнутыми глазами глядя на начавшуюся битву. Мирио с легкостью расправлялся с их одноклассниками, все время улыбаясь, когда каждая их атака приходилась мимо цели.              Мидория прищурился, постукивая по губе и следя за дракой.              — Полагаю, мне стоит начать с дальнобойных бойцов?! — воскликнул он, голый появляясь из ниоткуда прямо позади Джиро в другом конце зала.              — Он проскальзывает сквозь предметы, — пробормотал Мидория, немного морщась, когда его друзей один за другим избивали. — Он отодвигает от себя материю? Нет, тогда было бы опасно проходить сквозь людей. Должно быть, сама его кожа проходит через предметы.              — Но это не объясняет телепортацию! — воскликнул Шинсо, в страхе делая шаг назад.              Нет, это не может быть телепортация… но тогда что это?              Тут Мирио вновь провалился сквозь землю, избегая атаки Ииды, и сразу же выскочил у него за спиной, обездвиживая друга Мидории.              — Он нападает на нас по одному — надо наступать всем одновременно, — заключил Мидория. У него было время на обдумывание всех возможных вариантов.              — Тогда делай свое дело, — сказал Шинсо, прежде чем засомневаться и повернуться обратно к Мидории. — Стой, ты вообще хоть раз использовал причуду с.. ну, с летнего лагеря?              — ...Не-а, — ответил он.              — Что ж, удачи, — вздохнул Шинсо. Он явно собрался с духом и бросился вперед, выкрикивая Мирио непонятные вопросы, в надежде активировать свою причуду, и в то же время убеждая остальных следовать наспех придуманной стратегии Мидории.              Но Мидория держался позади, ему надо было понять, что делает Мирио.              Как только последние из его одноклассников были побеждены, Мидория пришел к правдоподобному выводу. Дело было явно в проскальзывании сквозь землю. Должно быть, он двигался под ними и возникал в неожиданных местах, симулируя телепортацию!       — Значит, остались только мы с тобой, Канари! — сияя, сказал Мирио. — Выложись на полную! — и он исчез.              Мирио никак не мог видеть того, что происходит сверху, пока он двигается под землей, значит, если Мидория быстро отойдет назад, то Мирио будет действовать по своему шаблону и вынырнет за спиной противника для удара, но в этот раз его подсчеты будут ошибочны.              Мидория отскочил назад и, отбросив все сомнения по поводу своей причуды, внезапно запел первое, что пришло ему в голову, и в ту же секунду из-под земли ровно так же внезапно появился Мирио.              

~Stronger – Kelly Clarkson~ (https://youtu.be/NjtpfsMWOAI?t=42)

      —What doesn’t kill you makes you stronger!       (То, что тебя не убивает, делает тебя сильнее!)              И Мидория рванулся вперед.              Мирио оглянулся, взлетая над землей, на его лице отражалось замешательство — он не успел даже встретиться взглядом с зелеными глазами Мидории, как с его лицом соприкоснулся его кулак.              Его швырнуло через весь зал, и он заскользил по твердому полу прямо перед стонущими телами его побежденных друзей. Из его носа потекла струйка крови.              — What doesn’t kill you makes a fighter...       (То, что тебя не убивает, делает тебя сильнее…)              Мирио провалился сквозь пол до того, как Мидория успел подобраться к нему. Он быстро пересек зал, перепрыгивая остальных, пытаясь игнорировать пронзительные взгляды тех, кто наблюдал за ним.              — Doesn’t mean I’m over ‘cause you’re gone...       (То, что ты ушел, не значит, что со мной покончено…)              Он вновь выпрыгнул рядом с тем местом, где был Мидория. Он поднял с земли под ногами оставленный кем-то кусок щебня и со всей силы, которую давала ему причуда, швырнул его в голову Мирио.              — Stronger!       (Сильнее!)       Он прошел насквозь...              — Stronger…       (Сильнее…)       И внезапно он оказался прямо перед Мидорией.              Последний скрестил руки в защитной позиции, крепко держась на ногах — Мирио прицелился в его голову. Он прошел насквозь, и это было самое странное ощущение из всех, что когда-либо испытывал Мидория.              Он продолжил петь, несмотря ни на что, и широко размахнулся.              — ...makes you stronger!       (...делает тебя сильнее!)              Мидория должен был ударить Мирио в живот. Старший студент схватился за заднюю часть куртки, чтобы удержать его на месте, из-за чего они оба покатились по полу.              — Doesn’t mean I’m …       (И это не значит, что я…)       Сбитый с толку, Мидория получил удар в челюсть, музыка в голове резко оборвалась, когда он ударился спиной о бетонную стену и упал на землю                     — Вау! — воскликнул Мирио, тяжело дыша и зажимая нос, хоть из него и продолжала хлестать кровь. — Это было невероятно!              Мидория закашлял и захрипел, когда кто-то схватил его за руку и поднял на ноги. Этим кем-то оказался Тодороки, который не участвовал в занятии вовсе.              — Ты в порядке? — спросил он.              Мидория потянулся к лицу, чтобы провести пальцами по шрамам, оставшимся от Стейна. Кроме синяка, который вскоре начнет образовываться, никаких повреждений не было, поэтому он кивнул.              Он заковылял к остальным, которые выглядели куда хуже, в явной агонии схватившись за животы.              — Итак, что вы думаете? — просиял Мирио. — Сильная у меня причуда?              — Слишком сильная! — прокричала Мина. — Это нечестно!              — Да — ты можешь и проходить сквозь предметы и телепортироваться?! — воскликнул Серо.              — Не-а — у меня только одна причуда! — сказал все еще сияющий Мирио, застегивая куртку, которую сбросил во время битвы.              — Он проваливается сквозь землю и затем незаметно передвигается, — сказал ей Мидория.              Третьегодки моргнув, уставились на него.              — Хах, да — почти, — ответил Мирио. — Это так круто! И ты понял это только из одной битвы?!              Мидория одарил его дрожащей улыбкой и робко рассмеялся.              — Э-Эм, да… Н-Ну, я видел тебя на Спортивном Фестивале, так что…              — О! Так значит ты супер-дупер умный?! — подскочила к нему Неджире, держа Сирену в ладонях. — Сущий Мик на Спортивном Фестивале сказал, что ты прям самый лучший на общеобразовательном — и теперь ты вместе со всеми нами на геройском!              — Э-Эм...              — Так или иначе! — воскликнул Мирио. — Ты почти попал в точку! С помощью моей причуды я могу проваливаться сквозь землю. Единственная проблема — когда я там, все проходит насквозь меня! Воздух, звук, свет — как угодно! Но так как материя не любит накладываться на другую материю, меня катапультирует вверх каждый раз, как я деактивирую причуду! Если я повернусь под верным углом, то меня будет выкидывать в различных частях зала — это вы и назвали телепортацией!              — Звучит так, будто это очень сложно… — сказала Асуи.              — Так и есть! — кивнул старший. — Чтобы попасть куда-либо с помощью моей причуды, мне приходится быть быстрее, чем мое окружение! Все зависит только от предугадывания, а чтобы хорошо справляться с предугадыванием, нужен опыт! Прямо как у Канари!              Мидория запустил руку в волосы, робко улыбаясь.              — На стажировках к вам уже не будут относиться как к наблюдателям — вы будете полноценными напарниками для про! Подобного опыта вам не сможет дать школа, и с этим опытом я смог развить свои силы и стать самым лучшим! И вы тоже сможете, такую возможность просто нельзя упускать!              Класс разразился аплодисментами. Тем временем Шинсо наклонился к Мидории.              — Так, ты раздумываешь над чем-то подобным?              — О, да — у меня уже есть предложение.              Шинсо с первого раза будто не поверил.              — Стоп, что?              Мидория кивнул, все еще хлопая с остальными.              — Сущий Мик предложил мне стажировку еще до того, как ко мне вернулся голос. Если так подумать, то скорее всего он сделал это потому, что они предложили Овл место на радио и им было стыдно…              Шинсо прищурился.              — И почему же я ни о чем таком не слышал?              Мидория пожал плечами. Мирио и учитель Айзава говорили им о пропусках занятий из-за упомянутых стажировок, которые могут привести к отставанию от программы, из-за чего им придется работать вдвойне.              Шинсо поколебался, прежде чем сказать:              — Если Статику все еще нужны напарники, то…              Мидория хитро улыбнулся.              — Я все еще не решил, нравишься ты мне снова или нет.              Шинсо рассмеялся.              — Воу, спасибо, чувствую себя любимым.              — Ну еще бы.              Они все прокричали благодарности тройке лучших учеников в школе. Но как только они распрощались, Мирио окликнул его.              — Хей, Канари! Если тебе нужен будет партнер для тренировок, приходи поздороваться!              Как только они ушли, Мина резко развернулась и укоризненно указала на него.              — ХВАТИТ БЫТЬ ТАКИМ ТАЛАНТЛИВЫМ ВО ВСЕМ!              — Да, — усмехнулась Джиро. — Дай нам, обычным студентам-героям, шанс.              Шинсо облокотился Мидории на плечо.              — Ох, извините — неужели вы не поспеваете за нашим общеобразовательным?              — Ой, заткнись, — Джиро закатила глаза. — Ты вообще ничего не сделал.              — Я старался.              — И провалился, причем с треском.              — Как и ты!              — Идите переодевайтесь, — вздохнув, перебил их учитель Айзава. — У вас первая математика. Увидимся позже на физкультуре.              И тут Мидория понял, что Сирена больше не с их учителем.              — Эй, а где Сирена? — он надул губы.              — Наверное, она все еще с той девушкой — Неджире, — предположил Шинсо, когда они все направились к раздевалкам.              Мидория только пожал плечами, Сирена могла о себе позаботиться — она обязательно объявится посреди математики и устроит какой-нибудь переполох.              — В любом случае, — продолжил Шинсо. — Ты использовал причуду.              Он моргнул — ах да… И затем он широко улыбнулся.              — У меня есть причуда…              — Ну, да, с этим мы уже определились.              Мидория жестко его пихнул.              — Причуда Эри может прекращать существование других причуд.              Он замер.              Мидория лишь продолжил идти вперед, тихо напевая себе под нос.              — ПОГОДИ-КА, И КАК ДАВНО ТЫ ОБ ЭТОМ ЗНАЕШЬ?!              — Эээ, с самого начала знал?              Шинсо побежал догонять его, не обращая внимание на растерянные взгляды остальных.              — И ты просто взял и бросился к ней, когда ее причуда взбесилась?!              — ...Да.              Шинсо простонал.              — Ты идиот.              — Думаю, все вышло отлично!              — По счастливой случайности, ты, безрассудный придурок!              Они смеялись все дорогу до школы. Ну, Мидория смеялся. Шинсо лишь беспокоился о состоянии его рассудка, но какое это имело значение.                     Да, дела пошли на лад!              

________________________________________

                    Сирена вернулась позже в тот же день, при этом она выглядела весьма недовольной и чуть более пухлой чем обычно. Мидория решил не задумываться над этим, засовывая ее в карман пиджака и поднимая чемодан со своим геройским костюмом.              После разговора с Хатсумэ… Ну, он успел произнести только одно слово, прежде чем она закричала, сказав ему, что с тех самых пор, как она узнала о его выздоровлении, она была вдохновлена. После этого, с немой, и проигнорированной, мольбой Погрузчику, он был вынужден терпеть восторг Хатсумэ, в то время как в него один за другим прилетали предметы поддержки. Но, в конце концов, Мидория забрал то, за чем пришел, и еще немного сверху, и впервые за месяц взял из класса свой покрывшийся пылью геройский костюм.              — Пошли, мы опоздаем, — сказал Тодороки, в руке у которого тоже был костюм.              У двери стоял Каччан, который кинул на Мидорию свирепый взгляд, когда тот обувался, после чего они все вышли наружу, потому что сегодня Мидория должен был вместе с ними пойти на дополнительные курсы для их лицензий. Придется ему повторить этот опыт или нет, зависело от его сегодняшних успехов. Они пропускали дневные уроки, так что он предпочел бы не ходить на них снова.              — ВЫ ОПОЗДАЛИИИИ! — прокричал Сущий Мик, как только они подошли к автобусу, на котором поедут на курсы.              — Какаду? — Мидория нахмурился, и складка между его бровями только углубилась, когда он встретился взглядом со вторым сопровождающим — Всемогущим.              Сущий Мик громко рассмеялся над прозвищем.              — Мы будем сопровождать вас, потому что Стёрку позвали помочь кое с чем… — он на секунду взглянул на Мидорию. — Ну, с той группировкой Якудза.              А — Восстановителем.       — Что случилось? — спросил Тодороки.              — Просто какая-то сомнительная активность, не более! — спешно ответил он.              Мидория поднял на него бровь, что не было упущено никем.              Сущий Мик прочистил горло.              — Ну ладно! Пошли уже! Вряд ли наше опоздание оценят!              Их провели в автобус, который был довольно большим для всего пятерых человек и водителя. Тодороки сел рядом с Мидорией, но Каччан решил сесть так далеко, насколько возможно — на заднее сидение автобуса.              Мидория вздохнул — этот день обещает быть длинным…                     — Мы будем наблюдать сверху! — сказал им Сущий Мик, собираясь вместе со Всемогущим разделиться с ними, как только они вошли в здание, где должны были проходить курсы. — Выложитесь НА ПОЛНУЮ!              Как только они ушли, Тодороки вздохнул.              — Мой отец здесь, — сказал он Мидории.              Мидория моргнул, увидев недовольное выражение лица Тодороки.              — Н-Ну, будем надеяться, он не столкнется со Всемогущим.              — Учитывая то, как ты на него посмотрел, думаю, отец был бы желанной передышкой.              Мидория сморщился, как от боли.              — Все настолько плохо?              — Я представляю, как он пытается поговорить с тобой, а ты отвечаешь, что ты селективно немой и уходишь.              Мидория с секунду глазел на него, а затем рассмеялся.              — Ох, завали! — прошипел Каччан.              Мидория решил не обращать на него внимание.              — ЭЙ — ЭТО ЮЭЙ!              — А вот и еще кое-кто, с кем я предпочел бы не сталкиваться, — тихо пожаловался Тодороки, в то время как из-за угла показались никто иные, как ученики Высшей Школы Шикецу.              — Ох, кто тут у нас?!              Мидория вытаращил глаза, потому что прямо перед ним стояла девушка, которой притворялась Тога — Кэми.              — Канари! — разинула рот Кэми. — Я тотально твоя фанатка! Можно мне твои контактные данные, ну или, там, автограф?!              Агась, нет, Мидории не нравилась сложившаяся ситуация, спасибо…              — Лысый, этой ведь раньше тут не было? — спросил Каччан.              — Нет! — воскликнул… эээ… Инаса? — И я не лысый!              — КЭМИ! — прокричал третий ученик Шикецу. — ТЕБЕ НЕ СТОИТ АССОЦИИРОВАТЬ СЕБЯ С ПОСРЕДСТВЕННОСТЯМИ — о, привет, Канари.              А, это был Шишикура — ладно, Мидории он нравился, так что ничего страшного.              — Разве ты не завалил первую часть, тупица? — спросил Каччан без единого намека на тактичность.              — Я ПОЛУЧИЛ РАЗРЕШЕНИЕ НАБЛЮДАТЬ! — прокричал он. — И рад снова встретиться, Канари.              — Э-Эм, взаимно…              — Слышал, твоя операция прошла успешно — ты здесь за лицензией, или как и я, наблюдаешь?              — О, у меня уже есть…              — Я в раздевалку, — проворчал Каччан, после чего развернулся и зашагал предположительно в сторону раздевалок.              — Увидимся позже, — кивнул Тодороки, и последовал за ним.              Не зная, что делать, Мидория в итоге помахал Шишикуре и Кэми, и помчался вслед за Тодороки. Инаса же быстро последовал за ним, тоже направляясь в сторону мужских раздевалок.              Мидория, чувствуя себя неудобно, переоделся в углу комнаты, в то время как Инаса (фамилия которого оказалась Йоараши, но Мидория уже привык звать его Инаса, так что оставил все как есть) непрерывно спрашивал Тодороки о всяком, например, о любимой еде, хобби, и всем таком. Казалось, что он изо всех сил пытается с ним подружиться. Сам же Тодороки не был особо рад этой идее.              Мидория просто наслаждался тем, что вновь надел свой геройский костюм! Он улыбнулся. В нем он уже не был жалким Мидорией, нет, он был Канари!              «Ты Канари! А Канари может быть любым: и храбрым, и добрым, и уверенным! Таким, какой ты есть, и даже больше, таким, каким ты знаешь, что можешь стать».              — М-м… ваше число выросло с десяти до двенадцати, — послышался знакомый бубнеж Меры, работника Геройского комитета общественной безопасности, который первым дал лицензии Мидории зеленый свет. — Одна станет постоянным посетителем, а второй здесь только на сегодня, или, возможно, еще на пару дней после этого, зависит от того, как все пройдет сегодня… Прошу, представьтесь.              — Зовите меня Кэми, но по-геройски я Мисс Иллюзия! — представилась девушка, с улыбкой снимая кепку. Она стояла рядом с Мидорией, чуть дальше от основной группы, которая с любопытством смотрела на них. — Я второгодка из Шикецу!              — Эээ… — прервал ее Мера, прочищая горло. — Она тоже завершила первую часть экзамена, как нам кажется… В любом случае, как вы все знаете, во время экзамена была обнаружена злодейская активность… Злодейка Тога Химико, член Лиги Злодеев, приняла ее облик, но мы не знаем наверняка, прошла ли первую часть настоящая Уцушими, или это сделала Тога, учитывая, что ее воспоминания расплывчаты и в ее крови были найдены наркотики. Мы допустили ее до дополнительных курсов из-за хорошего послужного списка в ее школе.              Мидория поморщился, это было весьма сомнительное объяснение.              — По всей видимости, целью Тоги был второй новый член сегодняшнего занятия, — Мера указал на Мидорию, в ожидании смотря на него.              — Ох, — ответил Мидория, поняв, что пришла его очередь представляться. — П-Привет — Я Мидория — или Канари — мне все равно — п-простите.              «Черт, можно было и поувереннее!»              Некоторые глядели на него с восторгом; парочка девушек тыкали друг друга локтями и хихикали над локальными шутками, частью которых, по-видимому, он выступал. Мидория лишь слабо помахал.              — Мидория вообще не принимал участия в экзамене, — объяснил Мера. — Но с учетом, эээ… инцидента с Тогой, в котором он хорошо себя показал, и его умения удачно справляться с трудными ситуациями, как, например, с Убийцей Героев и, эм — в общем, да. У него уже есть лицензия, но он здесь, чтобы подтвердить правильность нашего решения.              И опять же, можно было объяснить и получше…              — Ну ладно, — зевнул Мера, отворачиваясь и покидая стадион вместе с другими важными официальными лицами. — Дело за вами, Гэнг Орка.              Гэнг Орка стал безжалостно на них орать, в то время как Мидория просто сиял, потому что, о Господи, это же Гэнг Орка.              — Вы трое довольно сильны в бою! — прокричал он Тодороки, Инасе и Каччану. — Но на этом все.              — О Боже, он такой вредный, не так ли? — сказала Кэми, наклонившись к Мидории.              Он с сомнением на нее посмотрел.              — Эээ…              — Кстати, прости за экзамен, — сказала она. — Вообще не секу что случилось, понимаешь.              Он прищурился. Что она сказала?              — Надеюсь, мы сможем начать сначала!              А, ладно, это он понял.              — Эм, да — конечно!              — ЭЙ, ХВАТИТ ТЯВКАТЬ! — крикнул им двоим Гэнг Орка. — Девочка, будешь с теми тремя, учитывая, что ты кажешься ровно такой же бестолковой.              Она лишь моргнула на него.              — Ага, без б, чел.              — Канари — ты останешься со мной и остальными! — приказал он, и Мидория поспешил назад, чтобы стать в ряд проваливших учеников, продолжавших глазеть и перешептываться.              — Я пойду разъясню той четверке их задачу. Вы все — ждите здесь! — рявкнул герой и зашагал к друзьям Мидории, оставляя его наедине с незнакомцами.              — О боже — встретиться с тобой так круто! — с энтузиазмом сказал один из них, сразу выскочив из строя, чтобы с ним поболтать.              «Окей, окей, окей — уверенность!»              — Привет, — сказал он с дрожащей улыбкой. — Я-Я Мидория, рад познакомиться.              — Я переслушал почти все твои шоу, — сказал другой.              — Оу! Это Сирена?! Можно на нее посмотреть?!              — А, да — конечно! — улыбнулся Мидория, вынимая ее из кармана и протягивая другому ученику.              — Привет, дьяволенок! Оу, она такая милая! — взвизгнула девушка.              — Хей, я слышал, тебе делали операцию, чтобы залечить челюсть, что случилось? — спросил кто-то, не зацикленный на птице Мидории.              — Э-Эм… ну, она вроде как частично подверглась распаду, — объяснил Мидория, нервно усмехнувшись.              — Распаду?! — кто-то разинул рот. — Ау — это сделал злодей?              Мидория кивнул, после чего один из них оттолкнул своего друга.              — Не задавай таких вопросов! Это может быть больной темой! — прошипел он.              Он проигнорировал его.              — А шрамы на щеке от операции?              — Эти? — нахмурился Мидория, проводя ладонью по щеке. — Нет, это Стейн.              — Стейн?! Убийца Героев?!              — Ох, ты ведь уделал его с тем челом, Брейн Бланком?! Тот, из комитета, не врал насчет твоего послужного списка. Я вообще об этом забыл.              В этот момент двери в дальней стороне зала открылись, и из них выбежали десятки кричащих детей.              — ...Чего? — нахмурился кто-то из новой группы Мидории, в то время как Гэнг Орка говорил остальным, что им нужно завоевать сердца этих детей. Их учитель чуть ли не расплакалась, когда их наконец сняли с ее шеи, а ее саму отвели на трибуны, где…              — Эй, это что, Старатель? — удивленно спросила девушка, которая держала Сирену, смотря на него. — Герой номер два — один?!              — Что он здесь делает?              — Должно быть, следит за Пуффином, — понял Мидория, сочувствующе вздохнув. Бедный Тодороки.              — Пуффин?! Который конспиратор?!              Мидория моргнул, указывая на своего друга через плечо.              — О — это Тодороки.              — То есть, парень с нелепыми конспирологическими теориями о про героях, на которого я подписан, это холодный, как лед, сын Старателя?!              Мидория лишь снова моргнул на него.              — Никогда не суди книгу по обложке.              — Н-Ну да, но все равно…              — ИТАК, ВЫ! — прорычал Гэнг Орка, оставляя остальных справляться с нападавшими пятилетками. — Перейдем к делу.                     Следующие полчаса Мидория провел, тренируясь с незнакомцами из других геройских школ и в то же время благодаря Богиню, она же Хатсумэ, за ее новое изобретение.              Это была модификация его защиты для рта. Скорее всего, эта идея пришла к ней после… множества случаев, когда злодеи, да и не только они, но и Мирио, например, целились в его челюсть. Ему нужна была более надежная защита, отсюда и новый атрибут. Раньше его маска работала как динамик, теперь же эта функция изменилась, и кроме этого, Мидория теперь мог убрать громкость и сделать маску шумоподавляющей. Если песня затрагивала только его самого, то он наконец-то мог не волноваться о мнении окружающих. Также это было полезно, если ему надо было оставаться тихим.              Единственным минусом было то, что, когда тебя никто не слышит, становится сложно работать в команде. И никто не знал языка жестов, что вообще делу не помогало.              По сути, единственной их задачей было атаковать команду Гэнг Орки, включая и его самого, в довольно энергичном спарринге.              Дети, которых… развлекали остальные, с восторгом наблюдали за ним. Они все время тыкали пальчиками в Мидорию, потому что для них Мидория обладал несколькими причудами, учитывая количество сменивших друг друга песен. Он уже чувствовал подступающую головную боль.              — КАНАРИ! — внезапно воскликнул Гэнг Орка.              Мидория затормозил, песня прервалась, хоть этого и не было слышно. Он использовал свои крылья, чтобы, буквально, бросаться на противников, так что на данный момент он висел в воздухе, пытаясь не выглядеть чересчур восхищенным тем фактом, что он снова мог летать, что было чуть ли не самой любимой частью его причуды.              Битва остановилась, и всеобщее внимание обратилось на другую сторону стадиона. Гэнг Орка драматично указал на творящийся там беспредел.              — Помоги-ка им, — проворчал он. — Я достаточно насмотрелся на твою причуду. И если бы ты не использовал шумоподавляющую маску, то у тебя не составило бы труда нас всех уложить! — прокричал он. Мидория не понимал, похвалил ли он его способности, или отчитал за то, что он этого не сделал. — Но я еще не знаю, на что ты способен с теми сопляками.              Мидория нажал кнопку, которая отстегнула его маску, и оставил ее болтаться на шее.              — Да, сэр, — сказал он, и полетел в сторону творящегося хаоса.              Каччан гонялся за детьми, укравшими его наручи, что просто не могло быть безопасно. Инаса — ну Мидория не особо понимал, чем занят Инаса, он просто смотрел на Старателя и Всемогущего, в то время как дети пинали его по ногам. Кэми, казалось, делала все, что в ее силах, но дикие маленькие девочки просто… ну, шипели на нее, когда она подходила слишком близко. Тодороки тоже пытался наладить контакт с ними, и именно в этот момент прибыл Мидория.              — ...Это явно пипи, и у тебя их пять, ты — пятипипипмэн!              Мидория пролетел над ними и рассмеялся.              — Это твое новое геройское имя, Пуффин?              Тодороки посмотрел на него с непередаваемым выражением, держа в руке одну из своих емкостей для оказания первой помощи, которую дети окрестили «пипи».              — Нет, мое геройское имя…              — Да знаю, знаю, — улыбнулся Мидория, приземляясь рядом.              — Вау, теперь у тебя крылья! — разинул рот один из детей. — Раньше у тебя был огонь!              — Да, — усмехнулся Мидория. Теперь, значит, дети? Дети — это не проблема.              — Моя причуда сильнее твоей!              — Ох, правда? — спросил Мидория, пытаясь выглядеть максимально шокированным. — И какая же она у тебя?              — Я пуляюсь шарами! — воскликнул мальчик, сразу же выстреливая в него чем-то похожим на миниатюрное пушечное ядро с зубами.              Мидория уклонился и рассмеялся.              — Ого! Это было супер-быстро — ты можешь стать отличным героем с такой причудой!              Он широко ухмыльнулся.              — Да! — крикнул он. — Уж точно лучше, чем ты!              Мидория лишь улыбнулся и присел на корточки, чтобы быть с ним на одном уровне.              — Но, знаешь, не только причуда делает тебя героем.              — Нет, причуда! — обвиняюще прокричал другой ребенок. — У всех крупных героев супер-сильные причуды, как у нас!              — Да, но это лишь те герои, которых вы видите, — улыбнулся Мидория, держа палец у губ, будто выдавал большой секрет.              Группа детей вокруг него подошла чуть ближе, полные нетерпения услышать об этих таинственных героях.              — Ну, конечно же вы не должны знать о подпольных героях — в конце концов, в этом и есть их суть, в секретности.              — Что за подпольные герои? — удивленно спросила девочка. — Они что, живут под полом?              — Не-а! — воскликнул Мидория. — Но я понимаю, как ты к этому пришла. Дурацкое название, согласен.              — Да! — надулся другой ребенок. — Если они не под полом, то почему их зовут подпольными!              — Вот именно, — кивнул Мидория. — И почему вас всех называют детьми, когда вы явно уже герои!              — ДА! — воскликнула где-то половина. Вокруг него начала собираться неплохая толпа. Некоторые глядели на его тающие на глазах крылья и подбирали с пола исчезающие перья — по крайней мере, они перестали бить Инасу.              — Но в любом случае, подпольные герои — это что-то вроде супер секретных героев. Они настолько секретны, что даже злодеи не знают их имен.              — Значит, они могут подкрадываться к ним! — поняла девочка с косичками. — И они не знают их сил и не могут к ним подготовиться!              — Вау! А ты невероятно умна! — воскликнул Мидория, заставляя ее неистово раскраснеться.              — Эй, я тебя знаю! — внезапно осознал кто-то еще. — Ты парень с радио — Канари!              — Ага! — он широко улыбнулся. — Он самый! А это Сирена! Хотите с ней познакомиться?              Тодороки, Инаса, Кэми и Каччан лишь пораженно глазели на то, как Мидория с легкостью успокаивал толпу.              — Почему твои крылья пропали?!              — О, это потому, что перестал петь, — объяснил Мидория, протягивая Сирену парочке девочек.              — Но ты и раньше не пел!              — Пел, просто из-за моей умной маски вам было не слышно.              — Это очень умно.              — Точно!              — Ох, да ладно! — негодующе крикнул Каччан. — С какого вам нравится он?!              — Отстань от Канари! — воскликнула девочка, держащая Сирену. Птица выглядела гордой своим новым ребенком.              — Да, Канари - наш друг!              — Ты просто злой!              Мидория чувствовал себя ну очень самодовольно. У него была маленькая армия и все такое.              — Они не такие плохие, если узнать их получше, — улыбнулся Мидория, распрямляясь. — Ну, большинство. — Он хитро ухмыльнулся Каччану, который выглядел буквально готовым взорваться в любой момент.              — Я так не думаю.              Мидория посмотрел на мальчика, который не присоединился к их кучке, а стоял, небрежно прислонившись к стене, будто был здесь хозяином.              — Вы все думаете, что лучше нас, только потому что вы немного старше! — сказал он обвиняюще.              — С чего ты взял? — искренне спросил Мидория.              — Канари так не думает, — уверял мальчик с пушечными ядрами. — Это только остальные злюки.              — Мы тоже так не думаем, — возразил Тодороки. — Ваши причуды потрясающие.              — Хей, у меня идея, — внезапно пискнула Кэми. — Отойдите-ка — этому месту нужно немного гламура…              Она развернулась и послала воздушный поцелуй большой ледяной структуре, оставленной Тодороки, и странно преобразованной взрывами Каччана и ветром Инасы — содержащей в себе остатки причуд детей.              Мидория понятия не имел, что происходит, но эти четверо, должно быть, разработали план чуть ранее, и им просто нужно было немного успокоить детей. Потому что теперь, всего несколько минут спустя, перед ними стояло что-то вроде огромной горки, удерживаемой вместе их объединенными силами.              Он отступил, когда остальные заняли его место, подтягивая детей к горке, а Инаса с помощью своей причуды устраивал им опасное на вид катание.              Мидории вернули Сирену, когда девочка, с которой он подружился, убежала к своим друзьям, то есть к мини-армии, хоть он считал, что они все равно предпочитают его остальным студентам-героям.              Какое-то время он стоял и смотрел, дети время от времени подбегали к нему и задавали вопросы — один или два раза просто обнимались с ним и снова убегали к горке. Это продолжалось до тех пор, пока сам Гэнг Орка не подошел к нему.              — Тебе нет нужды снова сюда приходить, — фыркнул он. — У тебя и сила, и сердце героя, а также опыт. Всем здесь надо у тебя поучиться. — Он перевел взгляд на детей. — Хотя, думаю, они уже усвоили у тебя кое-что.       Мидория попытался не слишком широко улыбаться. Он и не думал, что Гэнг Орке возможно понравиться.              — Ты можешь отсидеться до конца занятия, — заверил он, отвернувшись и снова зашагав к студентам-героям. — Сущий Мик сказал, что у твоей причуды сильная отдача! Это делает тебя слабым — поработай над этим!              Он улыбнулся шире.              — Да, сэр!              — ...А теперь иди к остальным!              — Нет! Отпусти!              Мидория взглянул на Каччана. Он схватил за запястье мальчика, который стоял у стены, не участвуя в действии.              Он кричал на Каччана, обзывал, и говорил о том, какой посредственностью он является.              Но Каччан заметил пристальный взгляд Мидории на себе.              — Если ты продолжишь смотреть на всех сверху вниз, то никогда не заметишь собственных слабостей! — прокричал он.              Мальчик остановился и вытаращился на него. Мидория тоже.              Каччан вздохнул.              — Просто… иди к остальным — прекращай задирать нос. Это никому не интересно. Эй, Лысый! Прокати этого!                            ...Вот как.              

________________________________________

                    Они уже возвращались в общежитие. Тодороки продолжал вспоминать то, как хорошо Канари справился с теми детьми… Он словно был другим человеком — в своей стихии. Он излучал бесспорную уверенность, когда был Канари — героем, а не просто Мидорией из класса или общежития. Тодороки начал замечать это, когда он возвращался с радиостанции или заводил оживленную беседу буквально о чем угодно. Его прежнее, робкое «я» никуда не девалось, да и никогда не денется, оно было частью его. Но уверенность тоже всегда была в нем, просто он начал учиться ее показывать.              Сейчас Канари, раскачивая чемоданом с костюмом, напевал что-то себе под нос.              — Ты не мог бы заткнуться?! — прошипел Бакуго.              Он не прекратил напевать. Он все еще был в своем уверенном режиме, значит, не особо дрожал перед Бакуго. Но Тодороки решил, что лучше будет встать между ними во избежание конфликта. Он… никогда раньше не видел разговоров между Канари и Бакуго. И он не планировал часто при них присутствовать.              — Что?! — воскликнул Бакуго, поняв, что Тодороки пытается их разделить. — Что, по-твоему, я собрался сделать?! Иди позади меня, идиот!              Канари перестал подпрыгивать. Он слегка замедлил шаг, и пение тоже, явно что-то напряженно обдумывая. Возможно, о том, как много Тодороки знал о его ситуации с Бакуго — ах, да, он все еще немного злился на Шинсо за раскрытие этой информации, и его можно было понять. Тодороки был бы в ярости, если бы Канари раскрыл то, что он знал об их отношениях с отцом.              Они дошли до дверей в общежитие, и Мидория распахнул их первым.              — Привет, мы вернулись! — радостно объявил он, сбрасывая красные кроссовки, в то время как Сирена пронеслась мимо головы Тодороки. Ему пришлось немного наклониться, чтобы она не врезалась прямо в него.              — О, привет, Мидория, — сказал Шинсо, проходящий мимо с чашкой свежесваренного кофе. — О, и Тодороки вернулся, привет.              Канари ухмыльнулся тому, что он полностью проигнорировал присутствие Бакуго.              Но тут его друг будто впервые заметил его.              — Бакуго, разве ты не был наверху секунду назад?              Они все остановились и уставились на него.              — ...Нет? — нахмурился Бакуго. — Мы только пришли, с хрена ли мне быть наверху?              Перед ними появился Иида.              — Ты… и Мидория — вы вернулись минуту назад, а Тодороки отстал, чтобы поговорить со Всемогущим.              Тодороки и Канари переглянулись.              — Нет? — нахмурился он.              Все прекратили заниматься своими делами и замерли, каждый был глубоко погружен в свои мысли, будто пытаясь осмыслить, что только что произошло.              Но тут Канари подал голос.              — Ты… сказал, что я и Каччан вернулись раньше. Если Каччан пошел наверх, то куда пошел я?              Шинсо прищурился и поставил чашку на кухонный стол. Затем он сказал что-то Канари на языке жестов. Что бы это ни было, из-за этого глаза Канари широко распахнулись, а дыхание участилось.              — Рэйвен… пойдем со мной на секунду, — сказал он, и настороженно направился в сторону лестниц, замешкавшись у подножия. — Каччан, какой твой этаж?              — Что, мать твою, происходит?! — воскликнул он.              — ПРОСТО СКАЖИ, КАКОЙ ТВОЙ ЭТАЖ! — взревел Канари.              Не один Бакуго отшатнулся на пару шагов.              — ...Четвертый.              — Спасибо.              И после этого Канари поспешил вверх по лестнице, исчезая из виду. За ним по пятам следовал нервный Шинсо.              — ...Что только что произошло? — спросила Джиро, нахмурившись и облокотившись на диван.              — Я не знаю, — ответил Тодороки. — Хей, так куда ушел Канари, когда Бакуго предположительно ушел наверх?              — А, — моргнула Джиро. — Он пошел прогуляться с Эри. Она сказала, что снова хочет услышать, как он поет.              — Как давно это было? — спросил Бакуго, от которого Тодороки не ожидал особого беспокойства по этому поводу.              Джиро пожала плечами, опуская глаза в телефон.              — Где-то пять минут назад?              Они не смогли продолжить задавать вопросы, потому что Канари снова появился внизу лестницы позади Шинсо. Он выглядел… испуганным до смерти.              — Всю твою комнату перерыли, — сказал Шинсо Бакуго.              — ЧТО СДЕЛАЛИ?! — закричал Бакуго, кинув большой чемодан с геройским костюмом на пол и направившись к лестницам. Он не успел дойти до них, потому что Канари остановил его.              — Еще твое окно было открыто, кто-то вылез через него.              Бакуго сделал шаг назад, хмурясь в недоумении.              — Что…              Канари судорожно вздохнул и сказал:              — Еще там было вот это, — и он протянул ему смятый листок бумаги.              Бакуго выхватил его, расправил и уставился на надпись. Около секунду он выглядел сбитым с толку, но тут его лицо приобрело выражение чистого ужаса.              Тодороки осторожно приблизился и через его плечо мельком увидел надпись.              Она была неаккуратно выполнена красными чернилами, или тем, что предположительно ими было. Слова соседствовали с большим нарисованным сердечком.                     Скучаю по тебе, Изуку!              С любовью, от твоей самой большой фанатки!                     — ...Тога, — произнес Бакуго.              И Тодороки вспомнил это имя.              — Иида, беги к учителю Айзаве, — сказал ему Канари, опуская прозвище ввиду серьезности ситуации.              — Его нет, он…              — ТОГДА К КОМУ УГОДНО — ПРИВЕДИ ГЕРОЯ! — прокричал он. — И-Извини, — он подбежал к Ииде и передал ему записку. — Скажи, что это Тога — о-она была здесь.              — Тога? — удивленно сказал Тодороки. — Думаешь, она приняла твой облик, чтобы увести Эри? Тогда почему вас было двое…              — Твайс, — пробормотал Бакуго. — Злодей по имени Твайс — ублюдок может клонировать людей. Он мог клонировать вампиршу.              Канари кивнул.              — Она может превращаться в людей, выпив их кровь… У нее много нашей с Каччаном.              В последовавшем потрясенном молчании Иида вскоре смял бумагу в руке, быстро дошел до двери, обулся и бросился бежать, используя ускорение своей причуды.              Канари опустился на пол.              — Мидория! — воскликнул Шинсо, бросившись к нему              Он сидел на полу, схватившись руками за голову.              — Эри у н-них — Эри у них…              — На кой черт она им?! — спросил Бакуго, озвучивая всеобщие мысли.              — Восстановитель, — всхлипывая, сказал Мидория. — Они вернут ее Восстановителю.              — Мидория, пожалуйста, дыши, — сказал ему Шинсо, присаживаясь рядом и кладя руки на его плечи. В этот момент Тодороки понял, что у Канари началась настоящая паническая атака — но он никого не слушал.              — О-Они вернут ее ему! Нет, нет, не может быть — не может быть!              — Мидория, ты можешь ответить мне, пожалуйста?! — спросил Шинсо, и Тодороки понял, что он пытается активировать свою причуду.              — Этот человек — этот человек — зло! — кричал Канари, хватаясь за плечи Шинсо, истерически всхлипывая. — Он зло, он убийца, м-монстр, он…              — Окей, Мидория, ты тяжело дышишь, — сказал Шинсо, вставая и пытаясь поднять Канари. — Пожалуйста, я знаю, что это сложно, но паникой тут не поможешь. Прости, Мидория, Мидори… Канари!              Ну тут он вскочил на ноги, глаза загорелись безумной манией.              — В-Вы не знаете, что я видел! О-Он использует ее причуду, чтобы делать пули — пули, стирающие причуды — уничтожающие людей…              — Канари, все нормально, — уверяла его показавшаяся Яойрозу. — Присядь, прошу, и мы поговорим об этом.              Но Канари покачал головой и отшатнулся от них, врезавшись прямо в Тодороки.              Тодороки понимал, что это не лучший вариант, но все равно схватил Канари за плечи и повел его в гостиную, силой усаживая в кресло. Урарака схватила ближайший плед и мягко накинула ему на плечи. Канари, казалось, и не заметил.              Шинсо присел на пол перед ним, на сброшенную подушку.              — Если хочешь поговорить, то…              — Они собирались отдать меня ему, — прошептал Канари.              Теперь весь класс собрался вокруг, их типичный распорядок дня был нарушен. Даже Бакуго подошел ближе с нездоровым любопытством.              — Но… кому? — спросила Мина.              — Восстановителю, — ответил он, его руки ужасно дрожали, глаза были прикованы к полу перед Шинсо.              — Который зло? — уточнил Шинсо.              Канари кивнул.              — В-В тот день, когда Джиро пела на радио, где-то за полчаса до этого, Лига Злодеев встретилась с Восстановителем, — он уже начал успокаиваться, все еще заметно дрожа, в целом, дрожа, но уже не задыхаясь, так что ситуация немного улучшилась. — Они не смогли прийти к соглашению. В основном потому, что Шигараки ублюдок, они оба ублюдки — идеально подходят друг другу.              — Тогда ты встретился с Эри? — спросил Тодороки, но нет, он не мог быть прав. Канари встретил Эри во время побега, в тот день, когда они вернулись. То, о чем он говорил, было днем раньше.              — Н-Нет, — сказал Канари, подтверждая догадки Тодороки. — Тогда Восстановитель был один, не считая некоторых якудза. Их было… ну, их количество уменьшилось к моменту ухода.              Это задело порванные струны не только в душе Тодороки.              Канари был свидетелем убийства. И, судя по всему, не одного.              Он громко всхлипнул.              — Честно говоря, Лига тоже понесла потери.              — И кто коньки отбросил? — спросил Бакуго. Все уставились на него за этот вопрос. Он губами произнес «что».              Канари отмахнулся от их обеспокоенных взглядов.              — Та, что была с магнитом.              — А, я надеялся, что ублюдочный маг.              Он пожал плечами.              — Он потерял руку.              Бакуго ухмыльнулся.              — Отлично.              Но тут Канари сорвался.              — КАКОГО ЧЕРТА ЭТО ОТЛИЧНО?!              — Воу, — Бакуго нахмурился, скрещивая руки. — Не вымещай все на мне — у тебя что, Стокгольмский Синдром?              Канари вытаращился на него.              — ...НЕТ?!              — ТОГДА ПОЧЕМУ ТЕБЕ НА НИХ НЕ ПЛЕВАТЬ?!              — МНЕ НЕ ПЛЕВАТЬ, ЕСЛИ ЧЕЛОВЕК МЕРТВ — А ОНИ МЕРТВЫ!              — ОНИ ПЫТАЛИСЬ УБИТЬ НАС, и судя по всему, сделали тебя залогом какого-то мирного соглашения!              Канари рванулся вперед и схватил Бакуго за грудки. Это заставило всех в панике отпрянуть назад, или же броситься к ним, чтобы разрядить обстановку.              — ПОЭТОМУ МЫ И НЕ РАЗГОВАРИВАЕМ! — прокричал Канари.              — Ты не разговариваешь НИ С КЕМ!              — ДА, И ЧЬЯ ЖЕ ЭТО ВИНА?!              Бакуго оттолкнул его.              — Заткнись, — прошипел он.              — Канари… — попытался достучаться до него Тодороки, пока Киришима удерживал Бакуго. — Пожалуйста, успо....              — Нет! — воскликнул он. — Эри пропала! Я не успокоюсь!              — Мы не знаем наверняка, — пытался убедить его Шинсо. — Это может быть просто большое недоразумение.              Канари покачал головой, на его глаза наворачивались слезы.              — Я так не думаю.              Шинсо не находил слов.              — Будь… оптимистичным.              Он посмотрел на него, затем вздохнул, в последний раз взглянул на Бакуго и заявил:              — Пойду пройдусь.              — Стой, нет, Канари — если злодей все еще где-то в Юэй, то… — попыталась остановить его Джиро.              Канари проигнорировал ее и обулся.              — Даже не думайте идти за мной, — отрезал он. — Мне нужен свежий воздух.              Сирена подлетела к нему, когда он открыл дверь.              — Не сейчас, Сирена, — и он захлопнул ее перед ней.                     Они все стояли, ошарашенные, в то время как Сирена подлетела к ближайшему окну и стала его клевать.                     Все так хорошо шло...                     И что теперь?              

________________________________________

________________________________________

              Примечания Автора: Флэшбэки к тому, как я закончила писать о воскресении голоса Мидории. Ха-ха, теперь я могу устроить битву криков! Да, это еще не конец. Да, возможно, я недооценила количество глав – снова. Нет, я не доверяю себе, так что не дам вам его обновленную версию. Песни, использованные в этой главе: Stronger – Kelly Clarkson – cover by Sam Tsui and Kurt Schneider https://www.youtube.com/watch?v=NjtpfsMWOAI Thelovypop17 нарисовала усвистывающего Мидорию! И еще она сделала это и потрясающе его описала: "Феникс - это птица, но Мидория пережил метафорическое перерождение, став из печального счастливым, так что вот вам немного зеленого пламени и Мидорию, который не сдается, и Сирену, помогающую ему выглядеть устрашающе". https://cdn.discordapp.com/attachments/609079673992904934/659006306107260928/1577189726359.png https://cdn.discordapp.com/attachments/609079673992904934/660627436727173140/image0.jpg Далее Flubi на архиве и shlapshlap на Тамблере сделали что-то типа обложки для Канари, и это просто прекрасно, мне очень нравится! https://flubi.tumblr.com/post/189892782019/as-we-all-know-i-only-know-how-to-draw-one-1 FiveInBinaryOr101 нарисовали Мидорию, который выглядит весьма задолбанно, разбуженного Сиреной в прошлой главе XD https://cdn.discordapp.com/attachments/609079673992904934/660569497995968583/unknown.png А это (тригер варнинг) сделано Infinitygalixy, это еще одно изображение раны Мидории (и снова, очень круто)! https://cdn.discordapp.com/attachments/609079673992904934/660573288300281856/SPOILER_canary_fanart.png Это не то чтобы фанарт, но я подумала, что стоит это, наконец, упомянуть… The Blind Wanderer с Тамблера делали милые реакции на Канари, с постом на каждую главу где-то с ужасной 32-ой. Это похоже на старые добрые комментарии, но мне это нравится, меня это веселит, так что да XD. https://amelimiles.tumblr.com/tagged/canary-reaction-series