Выбор

Часть 27. Марк.

      Всю ночь Мия не спала, и я безрезультатно пытался укачать её. Мимо меня пробегали люди моего отца, кто-то спал, кто-то шутил. Под утро Мия начала засыпать. Я положил её в кроватку, над которой Крис корпел полночи. Я стоял над самодельной кроваткой и смотрел на свою дочь. Буквально через месяц она может остаться без отца. Разумеется, я не говорил Эмме, что шанс вернуться целым и невредимым крайне мал и стремится к нулю. — Если всё получится, то с ними всё будет magnificamente. [итал.: «хорошо»] — Sono d'accordo Ma se succede qualcosa, non lasciarli soli. [итал.: «Согласен. Но если что-то случится, не оставляй их одних.»] — Qualunque cosa accada, ci sarò sempre, figliolo. Ti amo. [итал.: «Чтобы не случилось, я всегда буду рядом, сын. Я люблю тебя.»] — Anche tu sei caro, padre. [итал.: «Ты тоже мне дорог, отец.»] — Mi hai chiamato «papà» solo una volta nella vita. Mark, non sono un mostro, volevo renderti felice. Mi dispiace. [итал.: «Ты назвал меня «папа» лишь один раз за всю жизнь. Марк, я не изверг, я хотел сделать тебя счастливым. Прости.»] — Hai creato chi sono adesso. Tutto ciò che ho realizzato grazie a te. Devo scusarmi, papà. [итал.: «Ты создал того, кем я являюсь сейчас. Всё, чего я достиг, из-за тебя. Я должен извиняться, папа.»]       Джо ничего не ответил, лишь положил руку мне на плечо. Мы оба смотрели на Мию. — Она похожа на Эмму. — Твои черты тоже присутствуют в ней. Она будет истинной красавицей, Марк. Можно я посижу с ней? Всегда мечтал понянчиться с ребёнком. — Разумеется, отец. Я пойду, поговорю с Крисом.       Крис сидел за столом и безэмоционально смотрел на говорящую Сару. — Крис, — я пытаюсь разговаривать с ним мягче, чем обычно, так как знаю на своей шкуре, что значит потерять всех близких. — Да, Марк? Как кроватка? — Всё хорошо. Спасибо. — Ты хочешь поговорить насчёт похорон? — Да. Надо организовать всё на этой неделе. — Да… Да… — Крис, они всегда с тобой. Со всеми нами, — Кристофер кивнул и поник. — Как Анна? — Она всё спрашивала про Эмму. Думаю, ей тоже надо будет рожать в самое ближайшее время. Я думал сюда её привезу, будет всё изумительно. Безопасность, мать её… — Здесь безопаснее всего. Даже если что-то случится, то у нас есть врач. — Думаешь, стоит её сюда? Она к роскоши привыкла, — я неосознанно перевёл взгляд на комнату, где спит Эмма. — Да. Это лучшее, что ты можешь для неё сделать. Чем ближе она к тебе — тем лучше.       Три бессонные ночи сказались на мне не самым лучшим образом. Моё сознание начало туманиться, а мысли путаться в паутину. Я прошёл в нашу с Эммой маленькую комнатку. На одинарной кровати лежала Эми. Миниатюрное тельце, на половину раскутанное, находилось у стены так, что я мог лечь рядом с женой. Прежде чем лечь к Эмме, я укутал её и провел рукой по бархатной коже. Сняв рубашку, аккуратно лёг к любимой. От тела Эммы исходило тепло, от которого меня ещё больше стало тянуть в сон. Я прижал Эми к себе, положив руку ей на талию. Её лицо оказалось у моей шеи, но, немного пощекотав меня ресницами, зелёные глаза Эммы, чуть отстранившись от меня, посмотрели в мои. За последнее время из лучезарной девушки Эмма превратилась в грустную, уставшую. Разумеется, все, кто был в этой квартире, были морально исчерпаны, но на остальных мне плевать, точно так же, как и им на меня. — Ты почему не спишь? — Эмма положила руку мне на шею и, притянув к себе, поцеловала. — Мия не спала. — Почему ты не разбудил меня? Ты делаешь из меня ужасную мать. — Ты спала, да и устала. Не перенапрягай себя, крошка. Ti amo. [итал.: «Я люблю тебя.»] — Je t'aime aussi, chérie.[фран.: «Я тоже люблю тебя, Дорогой.»] — Je ne connais pas bien le français. [фран.: «Я плохо знаю французский.»] — Et je suis italien. [фран.: «А я итальянский.»] — Эмма мило улыбнулась. — Как ты училась французскому? — Мама читала мне на нём, я немного научилась, а после её смерти начала сама пытаться. А ты итальянскому? — Джо научил. Между тренировками на пистолетах был урок итальянского, длинною в жизнь. — Эмма гладила мои волосы. — Расскажи мне о своём детстве. Мы столько времени вместе, но я почти ничего про тебя не знаю. — Ты знаешь про меня намного больше, чем кто-либо. И что бы ты хотела слышать от меня, дорогая? — Что было после того, как тебя забрал Джо? — Я прятался. Боялся, что он убьёт и меня, я не мог забыть то, что он сделал. Был момент, когда неделю жил в лесу. Помнишь то место, где мы ночевали, когда сбежали? — Эми покачала головой в знак согласия. — Тогда меня нашёл мистер Ной, взял к себе на неделю. Я молчал. Всё время. Тогда меня вывела Руби. Она была совсем маленькой, и было не с кем её оставить. Миссис Ной попросила меня сходить в сад, а на улице стояла машина Джо. Не знаю, кто сказал ему, но я вновь оказался под его опекой. Я разговаривал лишь с семьёй Ной. Ни с Джо, ни с кем из мафии. Тогда Джо нанял твою мать. Она внушала мне то, что Джо не хочет мне зла. — Как я могу заметить, не очень получилось, да? — Можно и так сказать. Итак, твоя мама однажды пригласила Джо на занятие. Тогда они не могли даже узнать, как меня зовут и звали меня «мальчик». Эмилия старалась наладить наши с Джо отношения. На том занятии я ответил лишь на один вопрос. Обычный вопрос «Как тебя зовут?», но я вырывал ответ из себя, словно мне должны были отрубить руку. «Марк. Меня зовут Марк. Марк Уильямс». Твоя мать сделала очень многое для меня. Помню каждый наш урок. Это ты знаешь. Джо начал тренировать меня. Учил стрелять, защищать себя в кулачной битве, на ножах, учил испанскому. Однажды мы ехали домой, но нас остановили враги отца. Они застрелили водителя. Их было человек 10. Джо начал отстреливаться, но одну пулю он пропустил. Она поранила ему бедро. Несколько мгновений, и пистолет, который он держал в руке, лежал на асфальте, а единственный оставшийся враг целился на Джо. Меня тогда осенило. Он отводил их от меня. Я схватил пистолет и выстрелил. Я попал. Мужчина повалился на землю. Это был первый убитый мною. Мне пришлось тащить Джо до машины и самому его везти. Именно тогда я начал учиться водить машину. — Сколько тебе было? — Пятнадцать. Хочешь, расскажу как подружились с Крисом? — Эми одобрительно кивнула. — Ему исполнилось 16, и, ты не поверишь, он влюбился в девчонку-итальянку. Пытался ей признаться в чувствах на своём ломаном языке, ну, она его и послала. Этот дурак за ней ходил по пятам. Я и решил помочь. Привёз ей цветы. Представь: к твоему дому подъезжает шикарная машина, из неё вылезает парень в костюме со шляпой, неся букет цветов. Она обомлела, а я представился на итальянском курьером. Разумеется, она начала спрашивать, от кого букет. Я не сознавался. Так я привозил ей букетов 20, не меньше. Подучил Криса итальянскому и повёз его в очередной раз дарить букет. Ну, у них ничего не сложилось, к сожалению, она вернулась в Италию, — ресницы Эми перестали щекотать мою кожу. Она заснула. Прижав её ещё ближе к себе, я тоже начал засыпать.