Падающая звезда

Глава 3. Возвращение домой       Кроули мерил шагами небольшое пространство букинистического магазина, время от времени бросая гневные взгляды на старинные часы с маятником:       – Одиннадцать сорок одна? Вы издеваетесь? Час назад было одиннадцать сорок! Вы меня огорчаете. Нет, хуже – вы меня разочаровываете. Если так будет продолжаться – знаете, что я с вами сделаю? Я продам вас. По-час-тям!       Кроули случалось как-то останавливать время. Но вот ускорить время было не под силу даже демону. Так что теперь до часа «X» оставалось двадцать минут, а древний демон уже истомился от ожидания. Не помогал даже тот факт, что нынешнее утро успело принести ему немало пищи для размышлений.       День Кроули начался с похода в «святая святых» – центр приёма заявок и предложений Всевышнему. Кроули надеялся вернуть другу память, но вот вернуть Азирафаэлю крылья и все остальные преимущества эфирного существа могла только Богиня. В общем вестибюле у Главного Входа Кроули столкнулся с архангелом Гавриилом.       – О, Кроули, хитрый змей! Как жизнь? Всё ловчишь, выискиваешь лазейку для очередного коварного замысла? – Гавриил был, как всегда, безукоризненно одет, и имел всё такой же самодовольный вид. Смотреть на него было неприятно, но сегодня утром Кроули был в благодушном настроении.       – Злодействую по мере сил своих. А ты как? Смотрю – у тебя новый костюм, не думаю, что в созвездии Лебедя сейчас такие в моде. Гавриил развёл руками с выражением печального смирения:       – Да, придётся привыкать к новой физической форме. Говорят, у них совсем нет зрения, зато пять видов обоняния, – архангел хохотнул.       – Ну, я бы на твоём месте подождал скупать парфюмерный магазин. Может, ещё не будет никакого Исхода.       – Как так?       – На дворе 21-й век. У людей есть ракеты, бомбы. Они ещё повоюют с этим астероидом, – Кроули сказал это с плохо скрываемой гордостью в голосе. Человеческая способность к выживанию не переставала его восхищать.       – Кроули, мой проклятый брат, – Гавриил посмотрел на него как на слабоумного, – ты, кажется, не понял. Решение об уничтожении Земли принято на Самом верху. – Гавриил выразительно поднял палец, – Так что люди могут делать всё, что угодно – считай, что этот астероид уже упал. Разве только кто-нибудь из смертных пройдёт Дорогой испытаний, но мы оба прекрасно знаем, что этого не случится.       Какое-то нехорошее предчувствие кольнуло Кроули. «Дорога испытаний» – звучит не очень обнадеживающе, особенно для смертного. Это была практически легенда – дорога, которой может пройти лишь смертный, и, если сумеет дойти до конца, обратиться с просьбой к Всевышнему. Лично. То есть, так говорили. Кроули слышал о людях, которые уходили, но не знал ни одного, кто бы вернулся. Так что, пожалуй, на этот раз Гавриил был прав. «А всё же, они напрасно списали людей со счетов. И Азирафаэль наверняка что-нибудь придумает». Эти мысли вернули Кроули к цели его визита.       За стойкой сидела ангел с длинными платиновыми волосами и выбирала, какой цвет ногтей подходит её сегодняшнему настроению. Остановилась на бледно-лососевом. Кроули протянул своё заявление – Ангел брезгливо взяла листок двумя пальцами и бегло просмотрела текст:       – Мне очень жаль, но у вас ничего не получится, – голос у неё был мелодичный и равнодушный.       – Это мы ещё посмотрим, – ответил Кроули с вызовом, он уже был сыт по горло ангельской любезностью.       – Было уже такое прошение, его отклонили.       – Азирафаэль – особый случай, он заслужил второй шанс.       – Я вам говорю, было уже такое прошение, «О восстановлении в статусе ангела бывшего херувима Азирафаэля». Его отклонили, – в мелодичном голосе появились металлические нотки.       – Раз на раз не приходится, – пробормотал Кроули. Ангел пожала плечами и присоединила листок к уже внушительной стопке. Кроули задумался, а потом изобразил на лице самую любезную улыбку:       – Можете сказать, кто посылал предыдущий запрос на херувима Азирафаэля?       – Это конфиденциальная информация, – ответила ангел, вновь сосредоточившись на изучении своих ногтей. Немного подумав, она сменила цвет на сиреневый.       Некоторое время Кроули размышлял над вопросами: не призвать ли сюда колонию сороконожек, и стоит ли полученное удовольствие проблем с начальством. Решил, что всё же не стоит: его могли задержать, а нужно было ещё убрать десятилетний слой пыли в магазине Азирафаэля. Демон ограничился тем, что наклонился над стойкой и негромко сказал:       – Мне очень жаль, но сиреневый вас полнит.       Кроули сохранил магазин не столько как память, сколько как символ того, что его друг ещё вернётся. И сейчас он возлагал на этот магазин большие надежды. Для Азирафаэля это был дом, пожалуй, самое любимое место на Земле. И Кроули полагал, что как бы его друг сейчас ни выглядел, это место должно было пробудить воспоминания. О том, что он будет делать дальше, если все его прошения будут отвергнуты, Кроули пока имел лишь самое смутное представление. С другой стороны, любимый принцип «решай проблемы в порядке живой очереди» ещё ни разу его не подводил. Сейчас Кроули казалось, что самое главное – заставить Азирафаэля вспомнить, а остальное уж как-нибудь разрешиться. Но для успеха этого плана, Азирафаэль должен был, вернее, должна была, хотя бы прийти.       Как бы часы не упрямились, а всё же стрелка дошла до отметки 12.00 и двинулась дальше. В 12.11 Кроули стало нехорошо: «Может быть, стоило больше сказать о зарплате? Или не говорить про Торквемаду? Да, наверное, Торквемада был лишним…» В 12.13 Анна подошла к двери.       Кроули стоял за окном и видел, как она сверяется с навигатором, критически осматривает вывеску и витрины. Вот её ладонь легла на ручку двери и замерла в нерешительности. Со стороны залитой солнцем улицы Анна не могла видеть того, что находится внутри. А Кроули отчётливо видел всю игру эмоций на её лице. Демон поймал себя на том, что не мигает и подумал, что сейчас он как-никогда похож на змею. Змею, которая смотрит на неосторожного кролика: один шаг навстречу, и ему уже не уйти… Анна повернула ручку и вошла.       – Извините, я опоздала. Был инцидент на дороге – человек выбежал прямо на проезжую часть и кричал что-то об астероиде и конце света… Оох…       Последний возглас относился к внутреннему виду магазина. Тревога на лице Анны уступила место искреннему восхищению – совсем как у голодного ребёнка, которого привели на шоколадную фабрику. Кроули приосанился с видом радушного хозяина:       – Вот мои скромные владения. Можете осмотреться.       Анна осматривалась долго, временами нарушая тишину этого места восклицаниями:       – Первое издание?!... Я искала эту книгу пол года… Тринадцатый том? Их же всего двенадцать?       Кроули тайком наблюдал за ней через просветы между полками, ощущая себя феей-крёстной – не самое привычное для демона ощущение. Через полчаса Анна сама обратилась к нему:       – Извините, не подскажете, где здесь компьютер? Я бы хотела посмотреть каталог.       Кроули открыл стол-секретер и показал Анне стопку ежедневников в красивых кожаных переплётах:       – Здесь учёт всех поступлений: прошлый хозяин был до ужаса старомоден. Развлекайтесь. Если возникнут вопросы, я буду за дверью, – он показал на вход в жилые комнаты за магазином. Уже повернувшись спиной, он услышал:       – Ну надо же, почерк совсем как у меня! Лицо Кроули осветилось улыбкой, совершенно не приличной для демона.       Соблазн удался, к вечеру Анна подписала договор. Кроули настоятельно предложил отметить это событие бокалом вина. После пары глотков напитка, нынешнюю стоимость которого Анна не смогла бы даже представить, девушка немного расслабилась, и позволила себе откинуться на спинку кресла.       – Мистер Кроули, можно вопрос? – Кроули слегка напрягся. – Вы не похожи на человека, живущего книгами – как вы оказались владельцем этого места?       – Изначально это был магазин моего друга. Он стал моим, когда друг… отошёл от дел.       – Это не тот самый друг, которого вы искали десять лет? – улыбнулась Анна.       – Тот самый. Знаете, вы с ним очень похожи. Анна задумалась:

– Возможно. У него такой же чудной почерк, как у меня. После длинной, но вполне уютной паузы, она сказала:       – Конечно, этот магазин – место моей мечты, и я очень благодарна вам за такую возможность, но есть ещё одна вещь, которая меня беспокоит.       – Какая же? – Кроули напрягся сильнее. Время для откровений ещё не пришло.       – Вы уже изучили мои глаза, а я так и не видела ваших. Не могли бы вы снять эти очки?       За все тысячелетия демонической службы ещё ни один человек не просил Кроули снять очки. Это было что-то вроде инстинкта самосохранения, словно на демоне был невидимый, но безошибочно считываемый знак: «Не влезай, убьёт». Похоже, что на отставных ангелов его сила не распространялась. Кроули вдруг почувствовал себя уязвимым. Он представил себе эту сцену – как он снимает очки, и она видит его глаза: золотистые, с вертикальными прорезями зрачков, не человеческие глаза. Как изменится её лицо? Исказится ли оно ужасом и отвращением? Даст ли она ему шанс всё объяснить или просто убежит? Вряд ли убежит – только не Анна, только не Азирафаэль. И всё же…       – Не стоит, – произнёс он чуть хрипло. – Поверьте, вам не понравится то, что вы увидите.       – Давайте поспорим? – она задала вопрос с таким озорным выражением, что у Кроули по телу побежали мурашки. Ощущение было столь неожиданным, что Кроули совершенно забыл, что перед ним его старый друг. Ему просто захотелось защититься от этой обезоруживающей искренности её взгляда.       – Нет. Ваше поле деятельности – книги, а не анализ моей души.       Получилось жёстче, чем он хотел. Кажется, она огорчилась, но не стала возражать, просто кивнула: «понимаю», – и поднялась, чтобы убрать со стола. «Осторожно, ты играешь с огнём» – вот, что ему хотелось сказать. «А может, она действительно понимает? Может, ей это нравится – играть с огнём? Может быть, им обоим бы это понравилось?»