Преображение
9 февраля 2020 г., 17:00
— У магглов правда есть такие големы? — спросила Лаванда, когда Гарри остановил видеоплеер и зажег свет. — Джереми нам ничего про что-либо подобное не рассказывал.
— Пока, наверное, нет, — пожал плечами Гарри. — Но лет через тридцать, ну, или пятьдесят точно будут.
Он потряс пальцами, которые Лаванда чуть не сломала ему во время сцены на заводе.
— Почему-то мне кажется, что этот, как вы говорите, фильм вовсе не про голема, — задумчиво сказала мисс Браун. — И не про этого солдата из будущего. Он же про эту девушку, которая работала в кафе?
Гермиона немного испуганно взглянула на подругу. Гарри вздохнул — Браун разбиралась в людях намного лучше него и уж тем более подруги, так что попытка обмануть ее была заранее обречена на провал.
— Думаю, да, — сказал он. — Главный герой — это обычно тот, кто за время действия фильма, ну или книги, меняется больше всего. Предлагаю посмотреть следующую серию — там больше всех меняется как раз, как ты говоришь, голем.
— Не заговаривай мне зубы, Поттер, — прищурилась мисс Браун. — Итак, ты притащил нас на этот фильм, чтобы я посмотрела на эту самую Сару Коннор. Ты можешь открутить эту… кассету на начало?
— Конечно, — кивнул Гарри и щелкнул пультом.
— Блондинка. В розовеньком… с кудряшками… — пробормотала мисс Браун. — А в конце…
— В конце лучше здесь посмотри, — указал Гарри на висящий на стенке плакат второго «Терминатора».
Лаванда поднялась с кресла и встала прямо напротив постера. Шварценеггер с проглядывающим сквозь сорванную плоть металлом ее не заинтересовал совсем: голубые глаза остановились на Линде Хэмилтон — подтянутой, с прямыми светлыми, собранными в хвост волосами… Опасной и привлекательной. Затем блондинка перевела взгляд на экран, сравнивая валькирию с постера с неловкой официанткой, а затем снова вернулась к постеру.
Линда в образе Сары Коннор смотрела на гриффиндорку оценивающим взглядом прямо сквозь черные очки.
— Я… поняла, что ты хочешь мне сказать, Гарри, — вздохнула Лаванда.
— Привет, молодые люди. Если вы не забыли — в стоимость аренды комнаты просмотра входит кока-кола и чипсы, — усмехнулась владелица магазинчика, ставя на низкий столик поднос с тремя большими бумажными стаканами с пузырящимся напитком и большим пакетом с вкусной, но нездоровой пищей.
— Спасибо, мэм, — кивнула блондинка. — А можно вопрос?
— Разумеется.
— Вот эта шляпа на Вашей голове — это та самая, на которую Гарри все время спорит?
— Наш мальчик достаточно умен, чтобы выбирать исключительно умных девочек, — спокойно кивнула мисс Стрит. — Да, это та самая шляпа. Даже жаль, что я не поспорила на то, что Вы это поймете: я вполне могла бы получить ее обратно.
— Ты тоже это знала? — поинтересовалась Лаванда у Гермионы.
— Я знаю мисс Перри, — нехотя признала та, — но коварство Гарри я недооценила.
— Это не коварство, — покачала головой Лаванда. — Это… действительно сработало лучше, чем слова.
— Ты не возражаешь, если я притащу сюда четвертый стакан? Кстати, меня зовут Делла.
— Конечно, мэм… Эм-м-м… Делла. Мне тоже интересно поговорить с дамой, которая умудрилась обмануть самого профессора Дамблдора, ну…. Судя по тому, что Вы все еще помните Гарри. Но Вы не боитесь?..
— К тому времени, как вы вернетесь в школу, этот магазинчик уже закроется, — успокоила ее мисс Стрит. — И, кстати, я не собираюсь нарушать этот ваш статус или как там его. Поэтому давайте просто не будем упоминать некоторые… детали, хорошо?
— Хорошо, — ответила блондинка.
Делла повесила на дверь табличку «Закрыто» и вновь присоединилась к подросткам.
— Итак, Лаванда, что ты поняла, сравнивая двух мисс Коннор? — спросила американка.
— Когда жизнь меняется… нужно меняться самой? — спросила та.
— Да. Если ты не возражаешь, минут через пятнадцать мы отпустим этих двух голубков и пойдем по магазинам. Я держу этот маленький бизнес уже почти полгода и успела неплохо изучить окрестности. Так что у меня есть несколько приятельниц в модных лавочках и салонах красоты. Они не в курсе тех самых деталей, о которых мы решили не говорить, но очень, очень профессиональны в том, что касается их работы. И не беспокойся о деньгах — Гарри вбил себе в голову, что он тебе должен, а переубедить его не могу даже я.
— Я стану такой же как она? — кивнула мисс Браун в сторону плаката с Линдой Хэмилтон.
— В некоторых отношениях ты уже такая же, — вернула подачу Делла. — Причем на самом деле, а не в кино. Полагаю, нам просто стоит привести твою внешность в соответствие с внутренним миром. Кстати, образ мисс Коннор очень привлекает мужчин — иначе этот фильм просто не заработал бы такую кучу денег.
— А… я смогу? — Лаванда машинально прикрыла шрам на скуле волосами.
— Насколько я вижу — сможешь, — пожала плечами Делла. — А я редко ошибаюсь в людях.
***
— Я уж-жасно по тебе соскучилась, — сказала Гермиона, когда они вышли на улицу и двинулись в сторону Оксфорд-стрит. — И я очень боялась, что родители меня не отпустят. Но Лаванда им очень понравилась, знаешь? — А как они отреагировали на ее шрам? — спросил Гарри. — Это же тоже… символ опасности. — Мне кажется, они его просто не замечали, — вздохнула Гермиона. — Понятно. — Три дня назад с папой связался мистер Уизли, — сообщила Гарри мисс Грейнджер. — И даже в гости зашел. Через камин, причем декоративный, электрический, представляешь? Подключил его на время. Он… он хочет, чтобы у Рона и Перси была возможность принести нам свои извинения. Похоже, Молли устроила им знатную головомойку, да и Артур тоже. Он достал билеты на финал Чемпионата Мира по Квиддичу, он в конце августа будет здесь, в Англии. Ирландия играет с Болгарией… Я отказалась. От билетов отказалась. Сказала, что поеду туда с Лавандой. И с тобой. — Это, кстати, хорошая идея — сходить туда с ней, — кивнул Гарри. — Если ее родители отпустят, конечно. И Лаванда подразвеется, и Сириус сможет спокойно переговорить с мадам Боунс — всем не до того будет. Я поговорю насчет билетов. — А это не опасно? — испугалась Гермиона. — Гарантии от главы Департамента Магического Правопорядка у него есть, — пожал плечами Гарри. — А все остальные будут слишком заняты квиддичем. Так что они смогут поговорить без помех. Ну, а его методы маскировки отлично работают — Сириус много раз в Косую Аллею ходил, и со мной, и один тоже, и никто нас не опознал. Немного грима, краска для волос… Контактные линзы — и все, нет никакого Гарри Поттера, а есть Чарли Кейн. Ну и Стабби Бордман - это было имя Сириуса. Представляешь, он там со Снейпом столкнулся. На Рождественских каникулах. — И что? — Ничего. Раскланялся и поздравил его с очередной статьей. Снейп его не узнал, но поздравления принял. А потом, когда тот отвернулся, Сириус втихушку написал у него на спине, на мантии: «Сопливус воняет». — Идиот, — припечатала мисс Грейнджер. — Не спорю, — вздохнул Гарри. — Учишь его, учишь… Они дошли до Гайд-парка и пошли в сторону прудов. Когда тропинка нырнула в заросли кустарников недалеко от Роял Паркс, Гермиона остановилась и прижалась к своему парню. Они поцеловались — впервые с тех пор, как расстались на платформе Хогвартс-экспресса. — Патронуса я пока вызывать не буду, — пошутил юноша спустя пару очень счастливых минут. — Я рада, что ты хотя бы подумал о нем, — улыбнулась девушка. — Ничего не могу с собой поделать — почему-то мне кажется неправильным целоваться на людях. — Там вокруг прудов еще порядком таких мест, укрытых, — успокоил ее Гарри. — А народу в это время тут не слишком много. И, если хочешь, я завтра за тобой на мотоцикле приеду, у меня свой есть. Джейн тебе позвонит, встретимся в городе… Найдем, куда скататься. Сегодня-то никак, нас же трое было. — На следующей неделе мы с папой и мамой уезжаем во Францию, — вздохнула Гермиона. — Так что давай. Но только руки не слишком распускай, пожалуйста, мне пока еще немного страшно. — Да я и сам… очень боюсь тебя обидеть. — У тебя не получится, — улыбнулась мисс Грейнджер, — ты слишком добрый для этого. И… страшно мне будет не всегда. — Очень на это надеюсь, — серьезно кивнул Гарри.***
Они вернулись к лавке Деллы спустя четыре часа. — Привет, — сказала им стоящая за стойкой высокая блондинка, — чем могу помочь? — Офигеть, — поразился Гарри. — Лаванда, ты же на пару дюймов выросла! — Туфли на платформе и исправленная осанка, — довольно хмыкнула из дальнего угла мисс Стрит. — Спину прямо, милочка! Снова сгорбившаяся было Лаванда выпрямилась. Ее волосы теперь были забраны в такой же хвост, как и у Линды Хэмилтон с плаката, так что скрыть шрам у девушки не было никакой возможности. Ее розовая кофточка, скорее всего, отправилась в мусорный бак, а вместо нее на Лаванде было платье в стиле сафари, дополненное строгими серьгами и простым серебряным браслетом с чернеными вставками. — Сегодня моя выручка удвоилась, — довольным голосом продолжила Делла. — Мисс Браун явно пользуется популярностью среди молодых людей. Гарри обернулся: у витрины и в самом деле стояло несколько парней, пожирающих глазами блондинку. Гарри подумал, что вряд ли майор смог бы нанять статистов за такое короткое время, хотя это же майор… — Вот это, я понимаю, волшебство, — с благоговением в голосе промолвила мисс Грейнджер. — Может быть, это и не слишком хорошо с моей стороны, но знаешь… Я рада, что ты не была такой в прошлом году, Лав. Мисс Браун нерешительно улыбнулась. — Никаких «Лав», — отрезала Делла. — Это имя новой мисс Браун не слишком подходит. Что ж… Я полагаю, твои родители скоро начнут волноваться. Гарри, отведешь девушек по домам? — Да, мэм, — кивнул Гарри. Судя по всему, Лаванда еще не успела привыкнуть к своим новым туфлям, так что, пройдя ярдов десять, она оперлась на руку спутника. — Я бы все равно не отбила Гарри у тебя, — обратилась она к Гермионе, — это было попросту невозможно. — Я тебе верю, — вздохнула шатенка, — но боюсь, что Гарри придется отгонять от тебя кавалеров палкой. Не палочкой, а здоровенной такой палкой. С шипами. Они оглянулись: стайка подростков, так и стоящая у витрины, провожала их взглядами, причем, в отношении мистера Поттера, не слишком доброжелательными. — Я придумал, куда мы с тобой съездим на следующей неделе, Лаванда, — сказал юноша. — Если, конечно, твои родители будут не против. — Я боюсь, они не одобрят все это, — вздохнула блондинка. — Я… была поражена, когда увидела себя в зеркале… такой. — Твоя мама очень умная, — успокоил ее Гарри. — Думаю, она поймет. — Я надеюсь, — ответила Браун. — Но… Ты знаешь, я просто боюсь того… Я боюсь той девушки, которой я стала. — Почему? — поинтересовалась Гермиона. — Я же говорила — это мне надо бояться. Лаванда не ответила. Они вошли в «Дырявый Котел», и Гарри показалось, что взгляды всех посетителей паба устремились к ним. Какой-то молодой волшебник за угловым столиком даже присвистнул. Лаванда осадила его холодным взглядом и задрала подбородок. Они прошли через заднюю дверь, и Гарри постучал по нужному кирпичу палочкой. Саймон и Бэзил стояли ярдах в десяти от прохода. — Ты… — нахмурился Бэзил. — Ничего себе, — расширил глаза Саймон. — Сестренка, только не говори, что… — Что не говорить, братик? — Что ты собираешься в Министерство в ближайшее время, — выкрутился Браун-младший, — иначе работа в Аврорате просто-напросто встанет. Бэзил Браун нахмурился. Видимо, стада молодых авроров, бегающих за его дочерью, его тоже не слишком вдохновляли. — Ладно, — наконец, решил он. — Пойдем, успокоим маму. Успокоим, хм… — Мистер Браун, сэр, — обратился к нему Гарри, — Вы разрешите мне снова прогуляться с Вашей дочерью на следующей неделе? Все будет в порядке, честно! — Я поговорю с Роуз, — нахмурился отец Лаванды, — а сейчас вали отсюда, пока цел. Гарри внял предупреждению, и они с Гермионой выскочили в маггловский Лондон и направились к вокзалу Чаринг-Кросс. — Мне тогда, еще до школы, очень повезло с этими леди, — сказал Гарри, когда они уселись в вагон. — Сама видела, да? — Да, — кивнула мисс Грейнджер, — и я думаю, повезло не только тебе, но и всем нам. Она положила голову ему на плечо. Так, в обнимку, они и доехали до нужной станции.***
— Привет, — сказала Лаванда пару недель спустя, выходя из «Дырявого Котла» на лондонскую улицу. — И что, — поднял бровь Гарри; сегодня он был в маггловских контактных линзах, а не в очках, — твой папа или брат даже не будут меня сегодня запугивать? — Брат на дежурстве, — пояснила Лаванда, — а папа где-то в глуши, они там достраивают стадион для Чемпионата по квиддичу. Там как бы не пятьсот волшебников и ведьм одновременно работают. Говорят, стадион будет на сто тысяч мест. А у магглов есть такие? — Есть, — кивнул Гарри. — Магглов же намного больше, их то ли десять, то ли пятнадцать тысяч на одного волшебника приходится. А зрелища они тоже любят. Готова? Он оглядел блондинку. Та была в строгих джинсах, кроссовках и в тонком топике под кожаной курткой. — Готова, — кивнула та. — Тогда… — он в нерешительности замолк. — Интере-е-есно… И отчего мне кажется, что ты довольно сильно смущен, Гарри? — Ну… Я хотел… В общем, — он подошел к стоящему у тротуара мотоциклу. — Я хотел бы договориться о неприменении Правил. — Правил? — удивилась мисс Браун. — Их два, — вздохнул Гарри. — В смысле, их больше, но… Когда мальчик с девочкой садятся на мотоцикл вместе, то… В общем, первое правило — «Села — дала». Это не я придумал, — быстро пояснил он. — Это традиция такая, у байкеров. Я-то как раз и хочу договориться, что у нас с тобой они, правила эти, не действуют. — А, это как с полетами на одной метле, — понимающе кивнула мисс Браун. — Да, Гарри Джеймс Поттер, я согласна, что мы это правило не применяем. А второе какое? — «Уронил — женись». — Вот уж без этого правила я точно прекрасно обойдусь, — фыркнула мисс Браун. — А Гермиону ты ронял уже? — Нет, мы просто покатались несколько раз, — покраснел Гарри. — …Но Правило Номер Один еще не применяли. Иначе ты не был бы столь смущен, — пояснила она свою догадку. — Итак, церемонии закончены? — Главные — да. Теперь надевай шлем. Это, конечно, не совсем церемония, просто положено так, для безопасности, — он протянул Лаванде синий с серебряными узорами мотошлем, а сам нахлобучил на голову черный, с «Юнион Джеком». — Разберешься там, что как? — Разобралась уже. — Тогда садись. И держись крепче. Лучше всего за ремень, по бокам. Он стартовал, мгновенно вписавшись в поток, и покатил по запруженным улицам, все дальше и дальше от центра. Лаванда тихо попискивала у него за спиной — совсем как Гермиона на прошлой неделе. Вдоволь поколесив, они остановились у придорожного кафе и заказали что-то вроде легкого ужина. — Почему-то мне кажется, что у тебя есть еще один смущающий тебя разговор, — подмигнула ему мисс Браун. — Есть такое, — согласился Гарри, откладывая вилку. — Я хотел бы свозить тебя к… нашим. Ну, к парням и к девчонкам, с которыми мы гоняем. — Это будет интересно, — сказала Лаванда. — Но они же обязательно примут меня за твою девушку. — Угу, — кивнул он. — И, к сожалению, их в этом не разубедишь. Только будем выглядеть идиотами. — А почему ты не возил туда Гермиону? — спросила Лаванда. — Потому что… ну… Она полностью не того типа, — вздохнул Гарри. — Там вообще-то и парни, и девчонки не слишком правильные. Хотя там, конечно, больше трепа, чем… Но все равно. — И ты полагаешь, что мне там понравится больше, чем ей? — Не знаю. Но… мне кажется, это как раз то место, куда нам с тобой стоит съездить. А о наших отношениях, ну, или их отсутствии, «в том самом» смысле, можно и не трепаться. Там не принято слишком сильно в душу лезть. — Ну что ж… Я тебе доверяю, — прищурилась мисс Браун. — Но ты точно что-то не договариваешь, Гарри. — Не договариваю, — согласился тот. — И да. Там меня знают под именем Чарли. — Постараюсь запомнить, — Лаванда допила апельсиновый сок и решительно встала из-за стола. — Поехали, — сказала она.***
Они покружили по окраинам и въехали на площадку перед заброшенными складами, по краям которой кучковались вокруг мотоциклов молодые парни и девчонки весьма предосудительного вида. — Кого я вижу! — воскликнул высокий байкер лет двадцати или даже чуть помладше, старавшийся, однако, выглядеть на сорок или хотя бы на тридцать — с претензией на бороду, обряженный в кожаные штаны с неимоверным количеством шипов и заклепок и такой же кожаный жилет прямо на покрытое лишь татуировками голое тело; он стоял рядом с видавшим лучшие времена мотоциклом. Еще двое, помладше, расположились чуть дальше вместе со своими железными конями или, скорее, пони-переростками. — Это же Вертлявый Чарли Кейн собственной персоной! Ты все-таки решил отдать мне сотню фунтов, Чарли? — В твоих мечтах, Джок, — усмехнулся брюнет. — Если я что-то и задолжал тебе, так это пара пинков под задницу. — Тебе в тот раз повезло, — кожаный прищурился. — Но слушай, тебе не кажется, что эта цыпочка слишком хороша для тебя? Может, ей стоит познакомиться с настоящими мужчинами? — Что-то я не вижу здесь мужчин, кроме… Чарли, — сняла шлем Лаванда. — Оу, — прищурился Джок, — такую женщину действительно надо обосновать, Вертлявый. — Тебе так не терпится? — Гарри повесил свой шлем на ручку. — Сколько тебя тут не было после прошлого раза? Месяц или два? Латинского вида байкерша с вырывающейся из круга буквой "А" на спине радикально короткой кожанки достала из почти сплошь покрытой шипами черно-лиловой сумки-рюкзачка портативную рацию и щелкнула переключателем. — Стервятники, здесь Мадонна, общий, — сказала она в микрофон прокуренным голосом, — сегодня у нас развлечение. Подтягивайтесь. Она сунула рацию в сумочку и уперла взгляд в Лаванду: — Поговорим? Гарри еле заметно кивнул, и мисс Браун вместе с Мадонной и еще тремя девчонками отошла в сторонку. Оживившиеся парни подгоняли мотоциклы, образуя из них круг диаметром в двадцать-двадцать пять ярдов. Минут через тридцать, когда уже начало темнеть, на площадку въехало еще пяток мотоциклов, а следом за ними — ржавый армейский «Лендровер» с установленными в кузове колонками. Новоприбывшие байкеры, гогоча, встали по окружности. Трое парней помладше побежали к пикапу и достали из кузова длинные шесты с наверченными на один из концов тряпками. Они плеснули на тряпки из канистры и воткнули шесты в пробуренные в асфальте отверстия по периметру образовавшегося круга. Площадку озарили всполохи темно-оранжевого пламени. — Так что ты там говорил насчет двух поджопников, Джок? — поинтересовался Гарри. — Я говорил о сотне фунтов и цыпочке, — огрызнулся обладатель жилетки и татуировок. — Вот слушай, ты сейчас оскорбил мою подругу, — прищурился Гарри. — Или тебе надо доплачивать, чтобы ты вообще замечал женщин, а, краса-а-авчик? Мадонна хрипло захохотала. — Говорят, у Джока действительно не очень-то стоит на девчонок, — громко прошептала она своим подружкам. — А вот до Чарли он постоянно докапывается, к чему бы это? Джок бросил на нее испепеляющий взгляд, но ничего не сказал — видимо, Мадонна была здесь в авторитете. — Кончай звиздеть, голубец, — подзадорил его Гарри, делая шаг вперед. Джок ринулся на брюнета и тут же вспахал носом асфальт. Одна из девчонок длинно всхлипнула. Гарри пнул валяющегося на боку противника в задницу. — Это был первый, — заметил он, поправляя несуществующие очки. — Тебе как — сразу второй отвесить или хватит пока? Байкер вскочил и попытался заломать Гарри, прыгнув на него сверху. Снова неудачно: Гарри отшатнулся в сторону и пробил противнику в печень, не забыв добавить ему обещанный второй поджопник. — Свободен, Джок, — разлепила губы Мадонна, — на сегодня ты свое получил. — Я ффе рафно тебя дофтану, Ффертяффый! — прохлюпал Джок, отползая за границы круга. — Не в этот раз, красавчик, — кивнул Гарри. — Еще желающие получить обоснуй есть? Желающих не нашлось. — Чарли ведь не твой, верно? — спросила у блондинки Мадонна. — Нет. Мы договорились, что Правила в нашем случае не действуют. Но как ты догадалась? — Это видно. Он просто учит тебя носить твой шрам. — А это можно? Научиться носить? — Лаванда выглядела изумленной и даже расстроиться забыла. — Можно. У меня вон все пузо изрезано. Жила с одним наркошей… Пока не прибила его. Лаванда опустила взгляд. Голый живот байкерши действительно пересекали несколько довольно грубых шрамов. — Ты же их не заметила, верно? Вот и парни не замечают. А Чарли… Скажи, что ты чувствуешь, когда мужчины дерутся за тебя? — Возмущение! Я не какая-то там… — Только возмущение? А если честно? Разве то, что мужчины готовы за тебя драться, не льстит тебе, хотя бы капельку? — Ну… Где-то очень глубоко. Хотя возмущение сильнее. — Вот ради этого «очень глубоко» он тебя именно к нам и привез. Точнее, ко мне. И к Джоку, тот обязательно попытался бы тебя отбить. Мог бы и в «Кокни`з Кокз», он с ними тоже гонял, но там на него уже не выеживаются. А тут ты сама убедилась, точнее даже не ты, а вот эта самая глубина твоей души, что ты настолько привлекательна, что парни готовы ради тебя боль терпеть. Хотя тебя это и возмущает. И, кстати, правильно возмущает, нефиг самцам потакать. Дави в себе это. Хей, Вертлявый! На танцы останешься? — Ненадолго. Мне еще надо вернуть девушку маме и папе. Особенно маме — она страшнее, — усмехнулся Гарри, вытирая с лица кровь — Джок все-таки разок достал его. — Не обижайся, Мадонна, но ты не самая опасная женщина из тех, что я видел в этой жиз… Гарри резко развернулся и перехватил руку Джока с блеснувшим в ней ножом, подшагнул и дернул захваченный в замок локоть чуть вверх. Хруст костей перекрыл даже женский визг, клинок — складной нож типа навахи — брякнул об асфальт и тут же был поднят Лавандой, которая, как оказалось, знала, с какой стороны его держать. Гриффиндорец пару раз двинул Джоку по челюсти, а потом еще и добавил левой по печени. — Это было лишнее, приятель, — сказал он, позволяя байкеру рухнуть, наконец, на асфальт и свернуться в позу зародыша, баюкая сломанную руку. — Совсем лишнее. В руке Гарри материализовалось узкое лезвие того самого кинжала — Лаванда подозревала, что это был подарок, полученный Гарри на прошлое Рождество — и его острие прошлось по кожаной жилетке и штанам лежащего, распуская их на лоскуты. Затем Гарри подошел к мотоциклу Джока и аккуратно пропорол боковины обеих шин где-то на четверть окружности, напоследок пробив в нескольких местах бак. — Вопросы? — обратился он к собравшимся. — Никаких. Ты в своем праве, — ответила Мадонна. — И спасибо за представление. Ричи, заводи музон!***
— Теперь я знаю, почему ты не возил сюда Гермиону, — сказала Лаванда, когда они остановились неподалеку от «Дырявого Котла». — Потому что она слишком правильная? — Нет. Точнее, не совсем. У нее логика забивает чувства. Она только оскорбилась бы тем, что выступает в качестве приза. — А ты? — Я тоже оскорбилась. Но… не только. Чувствовать себя призом действительно было обидно, и мне хотелось побить тебя уже после этого Джока. А потом… Потом я поняла, зачем ты привез меня сюда. Ты всегда показываешь вместо того, чтобы убеждать словами. Спасибо. — Я рад, что ты поняла. И у меня есть еще один вопрос. — Про Чемпионат Мира? — Откуда знаешь? — вытаращил глаза Гарри. — Папа три дня назад «совершенно случайно» выиграл четыре билета в Министерскую Ложу в Ветеранской Лотерее. С рекомендацией пригласить тебя. А до этого Людо Бэгмен, якобы за оказанную услугу, достал Артуру Уизли аж десять билетов в ту же ложу. Вроде как он его брата от чего-то там отмазал. Видимо, Министр Фадж ищет контактов с Мальчиком-Который-Выжил. Саймон будет дежурить, а мама не очень любит квиддич, так что можно будет и Гермиону взять. — Вот как… Сначала Уизли, теперь вы… А кто еще будет? В ложе? — Разумеется, Малфои. Малфою-папочке надо показать, что его позиции в окружении Министра не ослабли, поэтому он сделал довольно щедрое пожертвование, формально — Госпиталю Святого Мунго… — А если меня не будет в ложе, у твоего отца будут неприятности? — Могут быть, — вздохнула Лаванда. — Пенсию уж точно не поднимут. — Тогда придется потерпеть даже Малфоев, — взлохматил шевелюру Гарри. — Ладно. Надо подумать. Одно понятно — пропускать этот чемпионат никак нельзя, уж больно много узелков там завязывается… Кстати, оставь наваху себе. На память.
