Гроза Девичьих Сердечек
11 марта 2020 г., 17:00
— «Еще с первого курса Мальчик-Который-Выжил, — конечно, Поттер, куда же Вы без этого титула! — получил у старшекурсниц Хогвартса прозвище Гарри Ловелас Поттер», — с выражением прочел Снейп.
«Скитер, — подумал Гарри, — ее стиль!»
— «И действительно, корреспонденты нашего журнала лично убедились, что в чуланах для веников мистер Поттер чувствует себя совершенно непринужденно и не испытывает никакого стеснения от общения с красивыми и элегантными женщинами…»
«Точно, она!» — он выделил Маленького Педантичного Гарри на свою рутинную работу и начал внимательно слушать профессора: наверняка это и была давно ожидаемая подлянка. Снейп, как показалось Гарри, парил на крыльях Высокоморальности:
— «Как утверждает один из временно оставивших Хогвартс учеников, еще на втором курсе (а, по слухам, даже и с первого) Гарри Поттер имел неприлично-близкие отношения с одной из старшекурсниц, префектом Рэйвенкло Пенелопой Клируотер, причем, опять же по слухам, парочка использовала Оборотное Зелье, и догадайтесь сами, с какой целью!» О, мистер Поттер, я рад, что хотя бы такие… мотивы привили Вам интерес к тонкому искусству зельеварения… Если вы снова не скинули эту работу на кого-то из своих… подруг.
«Про Пенни — это Малфой, это ясно, а вот про оборотку она откуда узнала? Интересно, встречалась ли Скитер с Локхартом?»
— «Однако, по-видимому, сердце мистера Поттера не отличается постоянством. Уже летом девяносто третьего года мистер Поттер проводил почти каждое утро в доме семьи Чангов, много времени общаясь с мисс Чжоу Чанг, поцелуй с которой прямо посреди квиддичного поля стал сенсацией мартовского номера «Ведьмополитена» почти ровно год назад». О, да, мистер Поттер, поцелуи даются Вам значительно лучше, чем учеба! — плюнул сарказмом Снейп.
«Он что, завидует мне, что ли? С таким выражением читает…»
— «Но этот роман тоже не получил продолжения и, по слухам, стал причиной многократного и жестокого избиения Поттера братьями мисс Чанг: возможно, дело было в двух студентках Хаффлпаффа из респектабельных волшебных семей, разделивших с мистером Поттером несколько порций великолепного мороженого от Фортескью, а возможно — в незнакомой рыжеволосой девушке, которую прямо перед загадочным двухдневным исчезновением Гарри Поттера заметили спускающейся по лестнице со второго этажа «Дырявого Котла», где в то время снимал комнату мистер Ловелас».
«Блин, да это же я сам был! Замаскированный!»
— «Источники отрицают, что рыжей красоткой была некая мисс Уизли, якобы отдыхавшая в то время в Египте вместе с семьей, а почти сразу после этого вступившая в закончившиеся блистательным поцелуем и официальной помолвкой отношения с Наследником Рода Лонгботтом. Об этой помолвке «Ведьмополитен» сообщил в июльском номере за 1994 год».
Невилл нахмурился.
— «В настоящее время мисс Чанг, к нашему удовольствию, нашла свое счастье в объятиях мистера Седрика Диггори, сына видного деятеля Министерства Магии Амоса Диггори, и, по мнению юных читательниц «Ведьмополитена», самого красивого студента Хогвартса на протяжении вот уже двух лет (см. колдографию мистера Седрика Диггори на странице 27). К слову, источники утверждают, что мистер Диггори-младший, префект факультета Хаффлпафф и один из лучших учеников Хогвартса, лишь в результате какого-то заговора не ставший Чемпионом в Триволшебном Турнире, является основным кандидатом на роль Старосты Мальчиков в грядущем году». Видимо, слава — это еще не все, да, Поттер?
Гарри пожал плечами, продолжая толочь скарабеев.
— «В начале своего третьего курса мистер Поттер, вероятно, испуганный побегом Сириуса Блэка, изрядно снизил свою активность на любовном фронте, и какое-то время о его похождениях ничего не было слышно. Однако почти сразу же после того «совершенно случайного» поцелуя с мисс Чанг на глазах всей школы его заметили в кафе мадам Паддифут вместе с сенсацией этого лета — мисс Лавандой Браун, чья оригинальная внешность стала причиной многочисленных пересудов…»
При этом намеке на шрам Гарри был вынужден положить свободную от толкушки руку на предплечье Лаванды, та благодарно кивнула. Снейп, что удивительно, зыркнул на них, но баллов не снял.
— «К сожалению или к счастью, но, по словам владелицы кафе, их свидание было прервано мисс Грейнджер, простоватой, но весьма (и, возможно, даже излишне) амбициозной юной ведьмой из маггловской семьи. Как сказала нашему корреспонденту сама мадам Паддифут, похоже, что мисс Грейнджер была весьма расстроена свиданием мистера Поттера с мисс Браун. Вероятно, мисс Грейнджер уже давно пыталась подобраться поближе к знаменитости, оставив в прошлом свое увлечение сначала одним из преподавателей, а затем другим своим однокурсником, мистером Рональдом Уизли…» К знаменитости, да, Поттер?
Со стороны последней парты, где сидел Рон, послышался звук рухнувшего на пол котла.
— Еще десять баллов с Гриффиндора, мистер Уизли! — прошипел Снейп. — И «Тролль» за урок! Неудачи на любовном фронте не могут служить оправданием для небрежности при работе с зельями!
«…Уж я-то знаю!» — мысленно продолжил за Снейпа Ехидный Гарри, пока Педантичный Гарри ссыпал истолченных в пыль скарабеев в котел. Лаванда начала отсчитывать время, оставшееся до добавления имбирного корня. Гарри удивился: он не ждал от блондинки подобного хладнокровия. Хотя, что касается именно что хладнокровия… да, в кабинете слегка подморозило, и Гарри не заметил этого, в основном, из-за того, что в подземельях и так было совсем не жарко. Да и в шевелюре Гермионы нет-нет да и проскакивали искорки. Что же случится, если обе девчонки объединятся? Снежная буря?
— «Казалось бы, это должно было привести к немедленному разрыву отношений мистера Поттера с обеими своими предположительными близкими подругами одновременно, но нет! Источники сообщают, что сразу после обвинения в адрес мисс Грейнджер со стороны своего бывшего бойфренда и его брата, в то время Старосты Мальчиков Хогвартса, а ныне сотрудника Министерства Перси Уизли (он, к слову, в свое время утешил расставшуюся с мистером Поттером мисс Клируотер) в нечестной игре на шахматном турнире и изгнания ее из собственного Дома, мистер Поттер вместе с мисс Браун также покинули спальни Гриффиндора. Так что на протяжении двух месяцев мистер Поттер наслаждался обществом сразу двух девушек. Наши читательницы могут сами представить, что творилось или даже могло твориться в те дни и, главное, ночи, когда эта троица оставалась наедине!»
Гарри согласно кивнул, отчего Снейпа, кажется, слегка скрючило. В общем-то, да: он и правда в какой-то степени наслаждался обществом обеих… Ну и… с недавних пор воображение у него работало очень хорошо, и представить, что могло бы твориться, он, благодаря специальной литературе, был вполне-вполне в состоянии. Правда, лишь в отношении одной из девушек: с Лавандой у них и тогда уже было обоюдное «но».
— «Интересно, что после известного пожара в июне прошлого года мистер Поттер, мисс Браун и мисс Грейнджер покинули Больничное Крыло Хогвартса также втроем. Да и во время беспорядков на Чемпионате Мира по квиддичу все трое тоже были замечены вместе. Что это? Совпадение? Или же обвинения в адрес мисс Грейнджер были справедливы, и мистер Поттер вместе с мисс Браун имели какое-то отношение к ее махинациям — и тогда, и, как могут предположить наши читатели, позже?»
Гарри уставился в подрагивающую спину Гермионы и очень, очень громко подумал: «Держись. Держись. Я рядом».
Девушка вздрогнула и оглянулась. Ее глаза были слегка влажными. «Все в порядке, я ему врежу, ты только не сорвись. И Нева успокой».
Девушка кивнула и что-то шепнула напарнику.
— Разговорчики, мисс Грейнджер! Еще пять баллов с Гриффиндора! Так, на чем же я остановился… А, вот. «В новом учебном году и мисс Браун, и мисс Грейнджер каждое утро составляли мистеру Поттеру компанию в его несколько необычных прогулках вокруг Черного Озера, будучи одетыми в весьма легкомысленные костюмы (см. страницу 28, колдография внизу страницы — под Чарами Цензуры). Удивительно, но и представители двух чистокровных семей — упомянутая ранее мисс Уизли и ее официальный жених мистер Лонгботтом — также регулярно составляли им компанию в этих не вполне приличных, на взгляд редакции, прогулках. В этой связи крайне интересен вопрос о реальной симпатии мисс Уизли, которая, по слухам, до сих пор временами носит подаренную ей мистером Поттером еще до Хогвартса маггловскую куртку с обрамленным сердечками автографом…»
Гарри пришлось пнуть Невилла и быть оштрафованным за это еще на пять баллов.
— «Судя по всему, однако, циничный обман мистера Поттера, позволивший ему каким-то образом стать Чемпионом Триволшебного Турнира от ранее никому не известной Школы Удачи, все-таки сломал идиллию. Все мы наблюдали бескомпромиссную борьбу мистера Поттера с мисс Грейнджер на Первом Испытании, а мисс Браун, возможно придя в возмущение от коварства Мальчика-Который-Пролез-В-Турнир, благосклонно приняла приглашение звезды квиддича, Чемпиона Дурмштранга мистера Крама, сопровождать его на Святочный Бал, причем, как говорят источники, в процессе выяснения отношений она намекнула мистеру Поттеру на его неверность с помощью великолепно исполненного и типично женского колдовства…»
Гарри взлохматил шевелюру. Вообще-то рога на его голове традиционно обозначали бы неверность Гермионы, но пусть уж лучше так. За свою-то психику он был уверен, а вот подруга могла и сорваться. Судя по еле слышному хмыканью и слегка повысившейся температуре в классе, Лаванда, только что высыпавшая безупречно порезанный имбирный корень в зелье, была с ним согласна.
Снейп бросил на них еще более злобный взгляд и продолжил:
— «Тем не менее, на Святочном Балу мистер Поттер появился не с одной из своих подруг (мисс Браун предпочла общество мистера Крама, а мисс Грейнджер, по-видимому, приняла извинения и приглашение от своего бывшего бойфренда, мистера Рональда Уизли), а с никому не знакомой — или, скорее, никем не узнанной — девушкой, заставив все Собрание гадать и о том, кто эта немного холодная незнакомка, и что это за черный низзл пробежал между мистером Поттером и его пассиями».
Пунктуальный Гарри помешивал зелье, Лаванда — вроде бы тоже Пунктуальная, но Гарри не был в этом уверен — отсчитывала время.
— «Интересно, что после безобразной массовой драки, учиненной мистером Поттером, в которой он с мистером Крамом повергли друг друга, обе бывших симпатии Поттера — не только мисс Браун, но и мисс Грейнджер, которая, по-видимому, питает слабость к знаменитостям, особенно если вспомнить, кто был ее тайным объектом воздыханий на втором курсе — пришли на помощь отнюдь не мистеру Поттеру, оставив его на попечение его загадочной и, как имеются основания полагать, весьма экзотической партнерши».
Гарри пронзили взгляды всех присутствующих в классе девочек — кроме, разумеется, Лаванды и Гермионы. Снейп взбесился еще больше и продолжил чтение еще более выразительно:
— «Интересно, что сразу после исцеления дуэлянтов мистер Поттер со своей партнершей, мисс Браун и мисс Грейнджер — да-да, уже с тремя девушками, а не с двумя! — скрылся в лабиринте розовых кустов Волшебного Сада. Кто знает, что произошло там, но, как считает автор данной статьи, партнерша мистера Поттера — судя по великолепному, синему с бронзовыми вставками, платью (см. колдографию в начале статьи; загадочная спутница мистера Поттера — вторая справа), несомненная студентка или, скорее, бывшая студентка Рэйвенкло — решила оставить и его, и своих, в некотором смысле, подруг».
Гарри подумал, что Скитер все-таки догадалась, кем была его партнерша. Странно, что она так и не озвучила ее имя. Или бережет информацию для еще какой-нибудь гадости?
— «Мистер Крам, видимо, изрядно обеспокоенный исчезновением мисс Браун, устремился вслед за ними и, по-видимому, где-то в укромных уголках выращенного из розовых кустов лабиринта, сумел отбить мисс Браун у мистера Поттера. Возможно, на этом Бал для Мальчика-У-Которого-Слишком-Много-Девочек и был бы закончен, но, к счастью для него, партнер мисс Грейнджер, мистер Уизли-младший, обратил внимание на прекрасную Чемпионку Шармбатона, мадемуазель Делакур, и его ухаживания были благосклонно приняты, так что мисс Грейнджер ничего не оставалось, кроме как провести остаток вечера с мистером Поттером».
Рон уронил котел второй раз и потерял очередную десятку.
— «Наши читательницы могут сами представить себе страсти, которые разразились и на этом Балу, и после него. Следует лишь отметить, что заложницей мистера Поттера не стали ни доставшаяся Виктору Краму мисс Браун, ни, по понятным причинам, мисс Грейнджер, ни — по, как мы полагаем, менее явным, но не менее веским причинам — его загадочная партнерша. Какой сюрприз, дорогие читательницы! Самым дорогим человеком для мистера Поттера стала мисс Кэти Белл, многообещающая и весьма привлекательная (см. колдофото на стр. 29, Чары Цензуры отсутствуют) охотница команды Гриффиндора, к которой уже присматриваются коучи Паддлмир Юнайтед».
Девчонки в классе вытянули шеи, но зараза Снейп им, разумеется, фотку не показал.
А вот Кэти, к слову, стоит обрадовать — разумеется, если она сама пока не в курсе насчет интереса к ней со стороны «Пэдди-Ю».
— «Как бы то ни было, — продолжил чтение Снейп, — из глубин Черного Озера мистер Поттер снова всплыл в сопровождении сразу трех девушек: своей конкурентки мисс Грейнджер, лично вызвавшейся ему в заложницы мисс Белл и младшей сестры Чемпионки Шармбатона мисс Габриэль Делакур, причем все четверо прибыли на берег практически вместе. Однако, увы — два других союза были окончательно разрушены, хотя мы и надеемся, что эта катастрофа послужит началом новых прекрасных отношений. Мисс Браун обменялась поцелуями со своим спасителем мистером Крамом, а мистер Уизли, назначенный в заложники мисс Грейнджер, предпочел провести почти тридцать романтичнейших минут в обществе попавшей в беду мисс Делакур (см. колдофото на стр. 30, Чары Цензуры частичные)».
Рон уронил котел в третий раз.
— «Еще одним ударом для мистера Поттера стал незабываемый поцелуй, подаренный мисс Грейнджер мадемуазель Делакур-младшей. Наша редакция посчитала соответствующее колдофото слишком откровенным даже для Чар Цензуры, так что желающие приобрести его могут сделать это, лишь исключительно лично явившись в редакцию и засвидетельствовав, что возраст покупателя не менее 21 года. Учитывая, что обе прекрасные мисс Делакур на одну четверть вейлы, редакция подозревает, что симпатии мисс Грейнджер могут претерпеть довольно радикальную трансфигурацию».
Невилл умудрился удержать Гермиону и даже вовремя высыпать в их зелье довольно толково нарезанный имбирь. Гарри давно заметил, что в критических ситуациях Лонгботтом действует намного лучше и безошибочней, чем в обычное время.
— «Впрочем, мистер Поттер, по-видимому, был не слишком огорчен этой потерей: обменявшись поцелуем со своей заложницей (причем наши эксперты единогласно утверждают, что этот поцелуй у мисс Белл и мистера Поттера ни в коем случае не первый), он выглядел вполне довольным, а предложение мисс Белл «полетать с мистером Поттером на одной метле» хоть и не было принято немедленно, но и не вызвало у мистера Поттера резкой негативной реакции, тем более что, по словам той же мисс Белл, мистер Поттер ранее уже практиковал такие «полеты» с одной из своих предыдущих подруг».
Гарри закончил помешивание и потушил спиртовку, лишь слегка дернувшись от попавшей в него молнии, вылетевшей из волос мисс Грейнджер. Та, впрочем, продолжала мешать зелье: отвлечь Отличницу и Заучку от урока полностью не могла даже мисс Скитер.
— «Итак, мистер Поттер не теряет зря времени, и мы можем лишь гадать, насколько долгими и насколько прочными окажутся его отношения с мисс Белл, и как скоро Гарри Ловелас Поттер выйдет на охоту за своей очередной жертвой. Редакция может лишь предупредить обеспокоенных родителей студенток Хогвартса: сердца или даже, учитывая упомянутые мисс Белл «полеты на одной метле», невинность ваших дочерей в опасности!»
Гарри слил результат своей с Лавандой работы во флакон и встал, чтобы поставить его на преподавательский стол.
— Хотите что-то сказать, мистер Поттер? — прошипел Снейп, бросая журнал прямо в котел Гермионы; Невилл еле успел перехватить его.
— О. Простите. Спасибо, сэр! Вот бы так на каждом уроке!
— Что?!
— Ну… Это было интересно, хотя и ну вот совсем не отвлекало. Нет, все по отдельности-то я и так знал, да и остальные тоже. Хотя, конечно, часть деталей мисс Скитер перепутала. Но вот вместе это… совсем по-другому воспринимается.
— Может быть, Вы еще и гордитесь этим, Поттер?!
— Ну… нет, наверное. Чем тут гордиться-то? Обычное же дело. Ну, мне кажется, что уметь нормально общаться с девчонками — это… нормально. А вот не уметь — ну, наверное, как раз нет. Да, Гермиона, Лаванда?
Обе его подруги кивнули, хотя губы мисс Грейнджер были подозрительно плотно сжаты. Невилл тоже кивнул, будучи в некоем легком обалдении.
— Вы… Вы не только такой же наглый и невоспитанный, как Ваш отец, Поттер, Вы еще и…
— Ну да, крестный на меня тоже повлиял, профессор Снейп, сэр. Но… Понимаете, он не был Пожирателем, но все равно отсидел в Азкабане ни за что двенадцать лет, пока… настоящие Пожиратели… некоторые… на свободе гуляли. Вот он и отрывается.
— Двадцать баллов с Гриффиндора!
— Да, профессор! Ну ничего, все равно в Турнире победим либо я, либо Гермиона, а Министр Фадж сказал, что он и тысячи баллов за победу не пожалел бы!
— …За неуважение к преподавателю!
— О, профессор Снейп, сэр! Вы это, про Пожирателей… На свой счет приняли, что ли?
— Поттер, отработка с Филчем завтра! На весь день! — накрылась прогулка… хотя… — И я поставлю вопрос…
Гарри заметил, что Снейп смотрит на его скрещенные руки… с опаской?!
— …О Вашем отчислении!
— А, ну да, профессор Снейп, сэр! Вы попросите профессора Дамблдора, он Вам доверяет же! Он много раз это говорил! Может, он Вам и не откажет? Особенно если Вы ему ультиматум поставите, ну, типа: «Или я, или Поттеровское отродье»? Я тогда совсем уже к мадам Бэгшот уйду, она здорово Историю Магии читает, не в пример лучше, чем профессор Биннс. Хотя иногда и трудно ее разобрать, но все равно. Ну и Невилла вон она тоже согласна взять. И еще несколько человек.
«А вот это у меня совсем удачно получилось: может быть, Дамблдор прекратит подзуживать родителей Гермионы, чтобы они забрали ее из Хогвартса?» — подумал Коварный Гарри.
— Отвечаешь, Поттер? — внезапно спросила его Миллисент Буллстроуд, закупоривая свой флакончик с зельем. — За победу? За вашу победу?
— Ну… Гарантию не могу дать, но пока все к тому идет. И… прости, Милли, но моей партнерше действительно очень надо было…
— ВОН ОТСЮДА! — зашипел Снейп. — ВОН!
— …Пойти на бал. И вряд ли кто ее пригласил бы, кроме меня. Тем более, что у тебя партнер уже был, ты ж не Панси какая-нибудь, которую даже Малфой бросил!
Ловелас Поттер, подхватив сумку, выскочил за дверь, сопровождаемый возмущенным хрипом мисс Паркинсон. Сразу за ним в коридор вылетела помирающая от смеха Лаванда, а еще через две секунды — Невилл с Гермионой, причем первый продолжал пребывать в легкой прострации, а вторая разрывалась между самым натуральным хохотом и злостью на Гарри.
***
— Так, — сделал серьезную физиономию Мальчик-Который-Был-Обеспокоен, — теперь мне надо знать, где сейчас пятый курс. — На Гербологии, — с подозрением взглянула на него мисс Грейнджер. — А что? Кэти свою ищешь? — Ага, ее. Нев. Тебе с нами не надо, лучше Джинни успокой, а ты, Гермиона, сбереги свою злость, она нам сильно понадобится. Лаванда, надень лицо помрачнее. Будем ее, Кэти в смысле, немного допрашивать. — О чем? — Кое-что — про этот самый полет — могли слышать только мы двое. И про то, что она видела, как мы с тобой снитч ловили, она тоже там, посреди озера, сказала. А Рита прямо указала, что узнала об этом с ее слов. Омнинокли близнецов звук не передают, значит, либо она проболталась этой Рите, либо… Либо это что-то еще, и это довольно неприятное «что-то». Направленный микрофон или чары подслушивания. Хотя на таком расстоянии…***
Девчонки встретили Кэти прямо у выхода из теплиц, причем остановить их никто из пятикурсниц или пятикурсников не решился. Да и сама Кэти немного побледнела, поймав яростный взгляд Победительницы Дракона и ледяной — Гриффиндорской Валькирии. Обе девушки синхронно шагнули, заставив охотницу отступить, и шаг за шагом загнали ее за угол, где на перевернутом ящике из-под молоденьких мандрагор сидел поигрывающий палочкой Гарри. — Я… пошутила, — пробормотала мисс Белл. — Насчет одной метлы я просто пошутила! — Я понял это, Кэти, — кивнул Гарри. — Присаживайся. Он указал ей на еще один ящик, и Кэти нерешительно села, натянув юбку поглубже на коленки. — Тут вот какой вопрос, — задумчиво произнес Гарри, — и он довольно важный, на самом-то деле. Ты Рите Скитер про эту самую одну метлу говорила? Ну и о нас с Гермионой, про ловлю снитча? — Нет, — замотала головой мисс Белл, — Гарри, я… ну… Я ни за что не стала бы тебя сдавать… ей. Гарри, разумеется, не стал спрашивать, кому, раз уж не «ей», она бы его сдала: охотница, в принципе, была девчонкой классной, ну, а Дамблдор в свои сети и не таких затаскивал. — Да и… Ты знаешь, как мне за это от мамы попадет? — Кэти едва не плакала. — А она же точно узнает, точнее, узнала уже, она же этот самый «Ведьмополитен» еще с Хогвартса выписывает! — Логично, — кивнул Гарри, — это точно не в твоих интересах было. Если насчет поцелуя, — он не уточнил, какой именно поцелуй из двух он имел в виду, — дело житейское, и твоя мама только порадовалась бы… То вот в отношении «этого самого» родители девчонок — они, как я знаю, довольно нервные. — Ага, — кивнула Кэти, — ты даже не представляешь, насколь… ой, прости… Прости, Гарри, я же… — Ничего, — ответил тот, — я привык. И если это не ты — значит вопросов к тебе нету. А есть вопрос к Рите. Как она умудрилась подслушать-то? Чары наложила? — Разве что… Нет, — задумалась мисс Белл, — мы же оба в воде были, довольно долго, особенно я. И омнинокль твой тоже. А вода чары здорово смывает. Может быть, чары были на метлах? Они же там в воздухе так и висели, и воды не касались? — На твоей, Гарри, вряд ли, — разлепила губы Лаванда. — На нее гадость какую-то прицепить не так-то просто, если ты не ее хозяин. А вот про то, что ты метлу Кэти будешь вызывать, ты говорил кому-нибудь? — Нет, — помотал головой парень. — Это своего рода экспромт был. Мне надо было, чтобы Гермиона первая пришла. Я, конечно, про то, что она Габриэль вместо… своего заложника спасать будет, не знал, но вот в том, что ее засудят, был на все сто процентов уверен. Так что не с чего было Рите на твою метлу чары накладывать. — И правда не с чего, — слегка выдохнула Кэти. — То есть… То есть, на нас тогда точно никаких лишних чар не было! — А мысли твои, ну, или воспоминания об этом, никто не мог прочитать? — спросил Гарри. — Мои-то точно нет, а вот твои… Есть тут… любители. И даже профессионалы. Кэти снова занервничала. Гарри уже хотел остановить ее — мало ли какую клятву взял с нее Директор, но тут охотница, наконец, решилась. — Я… Я со второго курса, с того самого года, когда ты, Гарри, пришел в Хогвартс, учусь окклюменции. Это… — Окклюменция — это искусство защиты разума, — кивнула мисс Грейнджер. — И? — У меня… не всегда получается, — вздохнула она, — особенно против… Мастера. Но… Случайно этого никто прочитать не мог. Разве что Рита сначала специально, с палочкой и заклинанием, прочитала, а потом память мне стерла. Но знаете… У меня нету… потерянных часов или даже минут. Кроме того времени, когда я под водой болталась. Но там же, в озере, русалки были, а потом, когда я очнулась, еще и этот фальшивый Рон. А им точно не Скитер была, я же видела! Гарри кивнул. — А вообще я это… ну, память свою, каждый вечер контролирую. С того же самого второго курса. На всякий случай. — Понятно, — протянул Гарри; его мнение о Кэти только что подскочило на пару ступеней. — Спасибо тебе. И… Извини, Кэти, что мы вот так… — Да ладно, — вдруг улыбнулась та, — ждать, пока вы придете, было, знаешь ли, намного страшнее. Я же сама в ужасе была после этой мордредовой статьи. И не только из-за мамы. — Да уж. Хочешь, я твоей маме напишу, что мы просто хорошие друзья и товарищи по команде, и летаем мы только и исключительно на разных метлах? — спросил ее Гарри. — Ну… Может быть, это и поможет, — улыбнулась Кэти. — Честно говоря, я была бы тебе очень признательна. — Я думаю, что это хорошая идея, Белл, — прищурилась мисс Грейнджер. — Если хочешь, можешь даже написать своей маме, что мистер Поттер летает на одной метле… ну, или будет летать… только и исключительно со мной. — А Лаванда? — вытаращила глаза мисс Белл. — Я думала, что вы… — Я… более традиционна, чем Гермиона, — Валькирия приобняла подругу, — и… не слишком тороплюсь с некоторыми… шагами. Видишь ли, мой папа чуть не прибил Гарри этим летом прямо в моей палате, в Мунго, — пояснила она. — А у Гарри пока что и без этого достаточно проблем. Гарри сообразил, что Лаванда-то еще в прошлом году догадалась, что Кэти стучит Дамблдору, и поэтому нагоняет как можно больше тумана. — Ну вы и жуки, — восхитилась мисс Белл. — Но в конце концов, Грейнджер, вы с этой мелкой вейлой целовались втрое дольше и в пять раз глубже, чем мы с Гарри. — Я… я не считала, — буркнула Гермиона и покраснела. — Гермиона Грейнджер — и вдруг не считала? — удивилась мисс Белл. — Тогда, Гарри, я бы действительно обеспокоилась… возможной трансфигурацией симпатий твоей менее традиционной подруги. И они засмеялись, все четверо.
