Не тревожь старые раны

Тело била крупная дрожь, пока я, ни моргая, всё смотрела на экран телевизора, на его яркие краски в тёмной гостиной, да на выпуск новостей. Шёл прогноз погоды, как будто до этого никто и не упомянул о том, что двое человек были убиты. Спустя секунды я поняла, что прижимаю ладони ко рту, когда воздух в груди закончился, а мне заново пришлось учиться дышать. Я шумно сделала вдох сквозь стиснутые зубы, отчаянно, словно утопающий в бесконечном, бескрайнем бушующем океане, где нет и не было надежды на спасение. С трудом я перевела взгляд на Джеффа рядом и поняла окончательно, что я бесповоротно и стремительно иду ко дну. - Это же ты, так? Ты убил их? - только и смогла выдавить из себя я, и в этот момент мне показалось, что вместе с этой фразой наружу полезет всё содержимое моего желудка. Джефф ещё не успел ответить мне, так что тишину гостиной нарушал лишь тихий шум телевизора. Господи, пусть же он наконец раскроет рот! Пусть ответит, что не убивал! Я вскочила с дивана. Руки всё ещё были в наручниках, а я сделала шаг назад, словно в тумане, больно ударившись спиной о бетонную шершавую стену. - Он заслужил. - вдруг сказал Джефф. Он уже тоже стоял на ногах, возвысившись надо мной, словно гора, преграда между мной и выходом из гостиной. Но, кажется, если бы он даже остался лежать на диване, жестом приглашая меня, покинуть подвал, я не смогла бы сделать ни шагу. Колени мои тряслись, а тело будто разом покинули все жизненные силы. Всё становилось на свои места. Ведь в первый раз, когда он приковал меня к батарее на кухне и оставил на долгие часы, он же следил за Скоттом, так? Заснял его и ту девушку, показав потом мне запись. И вот теперь, перед тем как вновь приникнуть губами к моим губам, он снова ушёл, чтобы… Убить. - Какое… Какое право ты имеешь распоряжаться чужой жизнью?- я почувствовала, как голос сорвался на крик, а по щеке покатилось что-то мокрое. К лицу прилила кровь, руки тряслись, словно у умалишённой, коей я если не являлась, судя по моей истории болезни, то по крайней мере в эту секунду ощущала себя. - Этот ублюдок помыкал тобой, водя в твой собственный дом шлюху. Он бил тебя, использовал. Скажи, неужели ты хоть раз не думала о том, как было бы хорошо, если бы он исчез из твоей жизни? Испарился, провалился ко всем чертям? Ты сама сказала мне недавно, что прикончишь его. Тут он подошел ко мне ближе, наклонился вперед, посмотрев на меня своими пронзительными глазами. - Не бери грех на душу, Эдит. Мне и так рано или поздно гореть в аду. Я всё сделал за тебя, ведь мне уже просто нечего терять. Я выполнил за тебя эту работу, кукла. Из горла вырвался сдавленный стон. Я же любила Скотта! Да, он был таким, как сказал Джефф, но я все еще помнила наше первое свидание, нежный и самый первый, словно прикосновение весенних солнечных лучиков, поцелуй. Помнила, как он помогал мне с учебой до поздней ночи, как подвозил до дома, и как недавно звонила его мама: она хотела познакомиться со мной. И что мне теперь сказать ей? Простите, вашего сына убил тот, кто воспитал во мне психопатку, больную стокгольмским синдромом? А та девушка? Она же моего возраста, может младше. Толком не пожила на этом свете, и последнее, что жизнь показала ей, было лицо безумного убийцы. Молодые не должны умирать, нет. Никто не должен умирать от чужих рук. - Ты дьявол! - простонала я - Не с дьяволом ли ты спала? Уже дважды с тех пор, как я вернулся?- сказал Джефф, и, казалось, за этой фразой должна последовать его коронная усмешка, но той на его лице не оказалось. Лишь холодность и сатанинская, пугающая улыбка-шрам на губах. - Неужели тебе не понравилось? Только не говори, что забыла о тех вещах, которые я совершал в жизни, пока цеплялась за меня и шептала моё имя мне на ухо без остановки. Я не поверю, что ты забыла то, что мои руки уже были в крови, целуя меня. - Но ты же делаешь то же со мной, что и Скотт! - вскричала я.- Ты тоже бьешь, тоже используешь! Чем же ты лучше тогда? Почему, какое ты имеешь право… Я вновь задохнулась, а сердце колотилось так, что я, кажется, слышала только его. - Только я и имею право. - прозвучало в ответ.- Только я могу и буду делать с тобой всё, что хочу, Эдит Андерсон. *** Такого полиция округа Менсона не видела давно. Преступления, конечно, случались, и гораздо более кровавые. Но на каком из них у дверей злополучного дома толпилось столько репортеров? Когда еще вся улица могла лицезреть молодого парня, повешенного на заднем дворе, пока медики не сняли его с тяжелых кленовых ветвей? Ноги его были сломаны и вздуты на месте смещенных костей. Убийца не дал ему сбежать, и наблюдал за тем, как парень дергается в предсмертных судорогах на дереве, и как губы его синеют от удушья. И где же ещё в ту же ночь, в конце концов, была задушена девушка, совсем ещё юная, прямо в постели? Точнее, она отбивалась, криминалисты сразу заметили это. В ход пошла хрупкая ваза, где нашли её отпечатки пальцев, стул, да маленькая настольная лампа. Но борьба кончилась именно на кровати, и больше нигде девушка не смогла оставить следов. Однако отпечатков убийцы не было, он работал в перчатках. Адам, узнав об этом, чертыхнутся. Мало ему было голодной своры репортеров у дома, да двух тел. Теперь ещё и убийца скрылся, не оставив следа. - Не совсем.- возразил Адаму криминалист, когда тот поделился с ним своими мыслями. Тот же самый, который совсем недавно демонстрировал шерифу пуговицу.- Кажется, он наследил. Рука в перчатке протянула Адаму вакуумную упаковку, в которой виднелось что-то крошечное, так что шериф наклонился ближе. - Только не говорите, что вы нашли… - Волос.- кивнул мужчина. Внутри Адама вдруг, словно электрический разряд, проскочила надежда. Странное чувство, особенно когда они стояли на первом этаже дома, где произошло убийство считанные часы назад, а повсюду сновали медики, пронося накрытые тканью тела прямо через гостиную к машине скорой помощи. Всё будто повторялось вновь, как годы назад: дом Эдит, полицейские патрули, убийства… Не будь Адам убежденным скептиком, посчитал бы, что место это проклято. - Это может быть чей угодно волос. Вы же это понимаете?- заметил шериф, стараясь мыслить логичски. - Вы же понимаете, что мы сможем это выяснить?- фыркнул мужчина, аккуратно сворачивая пакет с уликой в руках. - Я надеюсь на ваш профессионализм, сэр.- кивнул Адам. Криминалист вздохнул, но тут же задержал дыхание, сморщившись. Адам понял, что тот почувствовал запах крови на лестнице рядом. Именно тут Скотту, кажется, и нанесли увечья. Переломы были открытыми. - Ждите звонка, шериф. Я позабочусь о том, чтобы результаты из лаборатории пришли в кратчайшие сроки. Криминалист уже хотел было развернутьсь и направиться на второй этаж, где его ожидала группа колег, но Адам остановил его: - Когда? Мужчина задумчиво наклонил голову. - Сегодня вечером. *** Вечером- это мягко сказано. Около семи Адам поймал себя на мысли, что не может думать ни о чем, кроме телефона. Он покинул участок с мрачными мыслями: все рушилось на глазах. Весь день он провел с родственниками погибших. Родители девушки были убиты горем, а ее мать и вовсе, казалось, не приходила в себя: она слишком часто теряла сознание. А вот родители Скотта прибыли не полным составом. В его кабинет, словно грустный, но прекрасный в своем преклонном возрасте лебедь, проплыла женщина с каменным лицом, словно застывшим под маской скорби. Она не плакала. Спросила, как погиб сын. Но Адам чувствовал боль, которой исходила буквально каждая фраза, выходившая с таким трудом из ее рта. - Я должна была приехать к Скотту на следующей неделе.- вдруг сказала она.- По сути, я должна была прибыть раньше. Мне так хотелось увидеть эту девочку, Эдит. Но потом ее похители, а Скотт… Мой Скотт наконец остепенился с ней, знаете? Он хороший мальчик, шериф, хоть и безбашенный иногда. А потом шериф сказал женщине, где нашли труп ее сына, на что услышал ответ, от которого кровь застыла у него в жилах. - Еще до того, когда стали встречаться, этот клен они посадили вместе с Эдит. Адам был раздавлен, садясь в машину и направляясь домой. Все его подозрения о Скотте, все эти видеозаписи с якобы его машиной… Неужели бедный парень не был виновен? А он уже готов был взять его под стражу? С другой стороны, связь между похищением Эдит и убийствами не доказана. Это могло быть иное, совершенно не связанное с предыдущим, преступление. Около девяти Адам просто сидел в кресле, пожирая глазами телефон, лежащий перед ним. Он ждал, а часы на стене тикали, отмеряя секунды, казалось, целую вечность. Тик-так, тик-так… Мужчина ходил из угла в угол, садился в кресло вновь, потирая ладони, и снова ходил кругами, словно загнанный в клетку зверь, да слушая раздражающее тиканье настенных часов. Ровно в десять вечера раздался звонок. Адам хорошо запомнил это время, ведь надоевшие уже часы незамедлительно известили его об этом. Молниеносным движением мужчина приложил трубку к уху: - Шериф? - Докладывайте.- только и смог сказать Адам. Нервы были на пределе. - ДНК, полученное нами, совпало с ДНК на пуговице. Это не подвергнуть сомнению. За ткань, вырванную вместе с пуговицей, зацепились ороговевшие частички кожи, так что нам удалось сравнить их с волосом, найденным на месте преступления сегодня. Наш убийца и есть похититель Эдит Андерсон. Волос зацепился за петлю, на которой повесили парня, так что это точно. Адам откинулся на спинку кресла, шумно выдохнув. Предчувствовал ли он это? Отчасти да. - ДНК есть в базе? - Да. Адам вновь выпрямился в кресле, но, не сменяя серьезный тон, и стараясь не выдать волнения, спросил лишь: - Кто? Секунды молчания, которые последовали за этим вопросом, были бесконечны. - Наш старый клиент, шериф. Джеффри Алан Вудс.