Un Village

Сегодня кроме бумажной работы ничего не было. Ближе к обеду, Се И заглянул к начальнице с чашкой чая и тарелочкой печенья. Её любимого печенья, на её любимом сервизном блюдечке с каёмочкой из зелёных листиков. — Господин Бён опять звонил, я сказал, что у вас встреча. Может, всё-таки случилось что-то важное? — Да, спасибо. А почему не кофе? — проигнорировав вопрос, спросила Госпожа. Се И понял молчание и не стал лезть туда, куда ему лезть не стоит. — Вы сегодня устало выглядите, к тому же, когда вы пришли, от вас пахло кофейней. — А ты наблюдательней, чем я думала, — комплимент в качестве благодарности за ответное молчание был встречен улыбкой и учтивым поклоном. Тут у нее зазвонил телефон. Неизвестный номер. — это Господин Бён, — сказал секретарь, узнавший номер. Девушка быстро сбросила, но добавила его в список контактов. День продолжился в более неспешном темпе. Иногда её беспокоили звонки, иногда заглядывали офисные клерки с этажа, который начальница всегда ставила на место, как только те начинали умничать или мнили себя ёжиками, начиная выёживаться. За окном, начало темнеть, Беллинда встала с кресла и пошатнулась. Тяжелело… В машине она не сдержалась и сняла ожерелье, уронив его в сумку. В машине пахло холодным кофе, от которого остался только большой пустой стакан в подстаканнике. Когда же Мин доехала до ресторана, припарковалась рядом с машиной Бёна. Её она ни с чьей другой не перепутает. Надела колье. На входе, швейцары открыли ей дверь и подали руки, чтобы провести её по лестнице и вновь открыть дверь. Только она открылась, её руку тут же перехватил Ли Хёк. — привет, котенок… — Он тут же помог ей снять ненавистную шубу (тоже его подарок) и поцеловал освобожденную от перчатки руку. Девушка развернулась и замерла, встретившись взглядами с Бёном. Тысяча стрел пронзило её, и она даже вздрогнула. Отведя взгляд, услышала, как парень усмехнулся. — пошли, ты сядешь рядом со мной… Тебе нравиться это ожерелье? Так тебе идёт, — жужжал над ухом Ли Хёк. — оно восхитительное… Беллинда прошла мимо Бэкхена как ни в чем не бывало, но мужчина не оставил это так. Обернувшись, и подхватив девушку за другую руку, он сперва почувствовал, какая она холодная, потом накрыл второй своей ладонью и, не разрывая зрительного контакта с Бел, поцеловал. Запах мужчины, теплая кожа, властный, собственнический взгляд сделал своё дело и Беллинда вновь потеряла контроль, но в этот раз всего на секунду. Никто не заметил. — позвольте мне проводить её до места, вам следует встречать гостей… — поглаживая большим пальцем костяшки на ладони девушки, низко проговорил Бён. Он, не скрывая интереса, рассматривал её с ног до головы. — хорошая идея, — Беллинда удивилась тому, что Ли Хёк разрешил и резко повернула голову в его сторону. Директор улыбнулся и поспешил обратно к дверям. Он всегда так: сперва, будто бы подлизывается и готов песок, по которому ты ходил целовать, а потом заставляет капать себе могилу в этом песке. Бён, не отпуская руки, подошел ближе и медленно огладил талию девушки по кругу, чуть сжимая пальцы в самом конце. — Почему ты сбежала? — медленно ведя к стулу, говорил он в самое ухо, чуть ли не касаясь губами, — ты дождалась пока я усну, или рано встала? — Второе, — сухо ответила Бел, пытаясь вырвать руку и тело, но безуспешно. — Почему не отвечаешь на мои звонки? Вдруг это вопрос жизни и смерти? — Тогда, вы умрете, — подвела девушка и наконец сбросила с себя руки мужчины. Бён усмехнулся и отодвинул стул, чтобы та села. — В следующий раз, не сбежишь, — прошептал в шею, слегка касаясь её губами, и пошел к своему месту, которое на удивление оказалось не так далеко от Госпожи Мин. Она в свою очередь опешила от последней фразы. Так открыто, с ней ещё не вели такие беседы. Всё-таки тема не для такого контингента окружающих. На самом деле, он знал, когда она ушла. Потому что тот парень, с которым столкнулась Бел, был его секретарем. Он то и поведал о «напуганной, в засосах девушке на умопомрачительном Ауди». Бэкхен сначала задумался, почему же она была такой напуганной. Думал об этом долго, но ни к какому выводу так и не пришел. Найдя под подушкой ожерелье, решил отдать его ювелиру, чтобы он поменял застежку. Умей ломать, умей платить за ремонт. Мужчина же в превосходных «окулярах» посоветовал не дарить такое девушкам. — почему? — оно очень тяжелое. С этим Бён был согласен… Но сейчас, когда он смотрит на тяжело дышащую Бел с наверняка не менее тяжелым ожерельем на шее, ему самому становится трудно дышать. Зато он понял, что девушка явно боится Директора Пака, сегодня это подтвердилось холодными руками и периодическими взглядами в его сторону. Между тем все уже собрались и сидели на своих местах. Официанты приняли у всех заказы, и начался серьезный разговор. — Для начала представляю вам нашего нового партнера Господина Бёна. Все акулы, кроме китовой посмотрели на него и оценили взглядом. Сегодня он был одет, как в ту ночь… Белл сейчас опять её вспомнила и даже чуть покраснела, что не укрылось от внимания Бэкхена. — рассматривайте меня, сколько хотите, но меня вы не сможете обокрасть и снять с должности, как рубашку с вешалки. — Мужчина обвел каждого унижающим взглядом, закинул ногу на ногу, и люди поняли, что работать станет сложней. — Ну, тогда начнем. О том, что я купил квартал детдома, уже знаю все? — но, разве купили? Вроде еще же нет? — спросила Госпожа Мин. — Это вопрос времени котенок… Все уставились на них, а у Бёна заскрипела челюсть и ещё больше охладел взгляд. Принесли выпивку, и Госпожа Мин сразу сделала два больших глотка. — так вот, — продолжил Директор, — наши маркетологи провели опрос среди общественности и выяснилось, что люди хотят аквапарк. А если люди его хотят, надо им его дать. — какая прекрасная идея, — вдруг вмешался Бён, — что может быть прекраснее аквапарка? Разве что два аквапарка… Рискну предположить, что вы уже и чертежи начали готовить? — улыбаясь и покачивая носом ботинка говорил новенький. — А ты умён. Моя порода… — Господин Бён сглотнул и даже улыбнулся, но в его глазах всё равно зияла огромная пропасть неутолимой ненависти. Ненависти и ревности. — конечно ваша, иначе бы меня тут не было, — процедил блондин отпивая из бокала. Беллинда допила и попросила ещё. Давно она не испытывала такого стресса. Ближайший час говорили только Бён и Пак, все остальные ели, пили, и перешептывались, иногда вкидывая какие-то нелепые аргументы. Госпожа Мин же старалась держать свое сознание в своих руках, потому что её шея и плечи настолько устали, что она была готова прямо тут и лечь. Да еще и этот диалог, как будет снесен детдом…в конце концов там было не так ужасно. Конечно, детдомовские прозвища живут вечно, когда встречаешь знакомых оттуда, часто даже не знаешь, как позвать и как представиться. «Эй, лови Плесень! Лови её! Давайте же!!! Нам нужна швабра, чтобы помыть туалет!» — Её передернуло от воспоминаний, но она тут же заела их парой гребешков с тарелки. В какой-то момент девушка что-то пробубнила и встала. До туалета Бел буквально бежала, тут же снимая с себя этот кирпич и вздыхая так глубоко, как она только может, в зеркале она увидела побледневшее лицо и, набрав в раковину холодной воды, опустила туда лицо, чтобы прийти в себя и придать хоть какой-то цвет коже. На хорошую косметику, она тратит слишком много денег, чтобы та растеклась по лицу. Вода воскрешает здравомыслие, и девушка ещё ненадолго задерживается под водой. Это стало ошибкой, она не услышала, как дверь туалета открылась. Тут её хватают за шею и начинают топить. Беллинда прямо в воде распахивает глаза и начинает сопротивляться, пытаться оттолкнуть или пнуть убийцу, но ничего не выходит. Воздуха начинает катастрофически не хватать, но её резко отпускают. Мин хватается за горло, которое жжет из-за холодной воды и присаживается рядом с раковиной. Это была Госпожа Са, Директор Юго-Восточного направления. — ты такая грязная. Спишь с мужчиной, который тебе в деды годится. Да ты и мизинчика его ноги не достойна! Запомни Ли Хёк мой!!! Я тебе никогда его не отдам!!! И вся компания вместе с ним пойдет под меня. — пойдёт по пи**е, — Бел наконец поднялась на ноги. Женщина замахнулась, чтобы дать Бел пощечину, но девушка перехватила руку и с силой ударила обидчицу в живот коленом, а потом сама дала пощечину. — забирай своего Ли Хёка. Мне он не нужен, но если ты ещё раз хоть посмотришь в мою сторону, я тебя засужу, поняла меня? И я с ним не сплю. А теперь пошла отсюда. Са зашипела, но вышла. Откуда берётся смелость и нервные клетки на это всё? Беллинда стала приводить себя в порядок. Однако голову ей тут нигде не высушить, как и платье. На часах уже 21, значит скоро, собрание будет закончено, она на это надеется. Нацепив ошейник обратно, кое-как соорудив из себя человека, вышла из туалета. Вернувшись в зал, она встретила на себе удивленные взгляды, но проигнорировала их. — Так что там с аквапарком? — обрывая все вопросы на корню. — Месяц, после сносим, — улыбнулся Ли Хёк. Все разулыбались, как стервятники, смотрящие на неравный бой львицы и газели, только Бэкхён пытался прислушаться к хриплому дыханию Бел, а та, в свою очередь очень хотела его скрыть. Месяц. Через один месяц, возможно, не станет её вто… нет, она даже не подумает его так назвать. Сехун будет в бешенстве, когда узнает. Собрание наконец-то было закончено. Девушка хотела уйти первая, но… — котенок, останься, — Беллинда чуть не вздрогнула, но покорно села на свое место, молясь, чтобы он просто хотел поговорить, а не продолжить то, что она пресекла в прошлый раз. Бён вставал из-за стола последним и увидел тщательно скрываемый страх в опущенных глазах. Пока гости курили у входа и рассаживались по машинам, Бел вышла подышать на улицу, обещая вернуться. Спустившись по лестнице вниз, она неспешно шла по улице, думая о том, что невыносимо хочется сбежать и плакать от напряжения. Она устала от такой жизни. Из-за нервов у нее столько проблем со здоровьем, да тут и до психушки не далеко. Остановилась и поёжилась от холода гладя себя по плечам. Подняла голову и посмотрела в черное небо. Самолёт летит, звезды мелкой россыпью плевков создают видимость грязи. Как жвачки на асфальте. Нет, она не жалуется на жизнь. Есть судьбы и погрустнее её. Просто надо передохнуть, а лучше сдохнуть. Как-то раз она всерьёз задумалась над этим, а потом поняла, что дала слабину. Люди, кончающие с собой — слабые люди. Такая позиция казалась ей удобнее. Она уверяла себя в том, что лифт её жизни поднимается, хотя это было кардинально противоположно, но ей так было удобнее думать, поэтому, она будет думать так. Хочешь жить умей вертеться. Она согласна вертеться, но не на члене директора Пака… Вокруг было очень спокойно. Морозная ночь предвещала не менее холодное утро, которое Беллинда хотела скорее встретить в своей постели, но, мир не переставал подкидывать её новые задачи. Опустив, наконец, голову девушка глубоко выдохнула хриплое «ненавижу» и медленно побрела дальше. Через пять медленных шагов она дошла до конца здания, где зияла дыра малюсенькой улочки, что будто мелкий ручеёк пересекает тропинку. Её взяли за руку и потянули за собой вперед. Если бы не платиновые волосы и запах, она бы испугалась, а так, у нее не было сил сопротивляться, к тому же, что он ей может сделать? Ничего. Завернув за угол, Бён вжал девушку в стену и поставил слева от её головы руку. Он надеялся на какое-нибудь едкое замечание, укол, но не получил ничего. Беллинда лишь опустила голову и смотрела куда-то на асфальт. Тогда, Бён свободной рукой поднял её подбородок, повернул к себе и сразу же поцеловал, без промедления углубляя поцелуй и не давая девушке отстраниться. Язык грубо проникал в рот, зубы оттягивали дорогие помадные губы. Он наклонял голову то в одну, то в другую сторону, не давая ей расслабиться. Когда же он отступил, лишь красиво вытер свои губы. — хочешь сбежать? — тихо спросил он, смотря своим взглядом от которого становиться неловко. Такой взгляд даже словами не передать. Он будто и добрый, и желающий, и сильный. Откуда ему известны её мысли она не знала, но задумалась над предложением. — но моя сумка… — уже в моей машине… — с подозрением посмотрев на него, Белл не знала, что ответить. Он не сделает ей больно, это точно, но вот Ли Хёк может и сделает. — я не могу. Он сделает что-нибудь со мной, а если не со мной, то с Сехуном. — эй, — Бён нежно взял её руки в свои и поцеловал несколько пальчиков, а потом, заглядывая в глаза, спросил, — ты доверяешь мне? Послышались шаги… — это он… — тихо паникуя, сказала Бел. — тс… Бён поднял руку, предварительно расстегивая пиджак, чтобы закрыть лицо и платье девушки, и поставил ногу так, чтобы не было видно туфель. Их губы вновь соприкоснулись, на этот раз случайно, но это не помешала Бёну овладеть ситуацией. — фу… Эй Бён, ты не видел Беллинду? Отлипнув от нее, он лизнул мягкие губы и поднял голову, скалясь. — вашу подстилку-то? Не-а. — щенок… да что ты понимаешь… сам с собой шлюху привёз. — не мешайте получать удовольствие… мне-то, в отличие от вас, дают. Он ушел, а Белинда вновь почувствовала его губы, но на этот раз на своей шее. По позвоночнику прошлась дрожь за ручку с мурашками и остановилась на распахнувшихся в томном выдохе губах. — х-хватит… — она положила руку ему на живот. Бел выглядела сейчас особенно прекрасно, но Бён всё же остановился. Снял с себя пиджак и накинул ей на плечи. Бэкхен опять потянул её за собой. Быстро посадив её в машину, мужчина сел за руль и выехал на дорогу. — отвези меня… Тут у нее зазвонил телефон, это был Ли Хёк. — сбрось…- властно прозвучало слева. Но она взяла трубку. — да… мне стало не хорошо и Господин Бён везет меняв больницу. Мы столкнулись с ним у входа… Нет, все хорошо. Нет, не приезжайте, отдыхайте, у вас был тяжелый день. Она отключила телефон вообще. — отвези меня в офис, пожалуйста…- Но машина повернула в другую сторону, — Бэкхен… — не обманывай меня. Как только ты окажешься в офисе, тут же побежишь к телефону или вызовешь такси и поедешь к нему. Ещё и купишь угощение, презентуешь себя на тарелочке с голубой каёмочкой, потому что боишься его больше, чем меня. А зря. Меня тебе стоит бояться куда больше, ведь я могу в одну секунду всё разрушить. Госпожа Мин сжалась на кресле и уже жалела о том, что согласилась ехать вместе с ним. Включила телефон и быстро позвонила Сехуну. — чего тебе? — Сехун, я могу у тебя переночевать сегодня? Пожалуйста. — у меня Лухан. — я посплю на диване. — черное с пионами? — черное с пионами. Она улыбнулась и выключила телефон. Тихо назвала адрес и успокоилась, когда машина повернула в нужную сторону. — спасибо, — выдохнула она и сняла с шеи колье. — если что, у тебя есть мой адрес и телефон, пиджак можешь оставить себе. — что мне с ним делать? — что хочешь. Машина очень быстро оказалась на тихой улочке перед домом Сехуна. В окнах горел свет, что подтверждало нахождение внутри Лухана. Обычно в это время, когда Сехун один он смотрит дорамы лежа в постели или читает книгу в свете ночника. Девушка уже хотела открыть дверцу машины, но услышала звук блокировки и посмотрела на Бёна. Он отстегнулся и приблизился к лицу Беллинды, которая стала отстраняться. Уперлась в дверь. Тогда, девушка закрыла свой рот руками, но он просто убрал их, тут же настойчиво и влажно целуя её. Этот поцелуй был похож на… на тот, после того, как он сказал, что Бел красивая. Сейчас девушка не могла думать о чем-то кроме этих губ, они были слишком нежные и сильные, ещё и запах, буквально пропитанный Бёном. В какой-то момент она потеряла контроль над ситуацией и вот он уже тяжело дышит и нежно скользит губами по шее, собирая остатки цветочных не сладких духов. В тонированное зеркало постучали, это отрезвило девушку. — Б…Бэкхён… В ответ она опять услышала звук щелчка. Бэкхён облизываясь, принял сидячее положение и положил руку на руль. Дрожащей рукой открыв дверь, она тут же вцепилась в человека стоявшего рядом. Слава Богу это был Сехун, и он был удивлён этому. Уже закрывая дверь, его остановил серьёзный голос. — если ты за ней не уследишь, я услежу за Луханом. Дверь закрылась и машина уехала. — эй… что случилось?.. — на улицу вышел Лухан в домашней одежде и тапках. — не знаю… Сехун взял девушку под попу и поднял над землёй. — забери, пожалуйста, её туфли. — конечно. Парень забрал с кладки остроносые лодочки и пошел в дом, закрывая за собой на щеколду калитку. Девушку усадили на кухонный стул. На ней просто не было лица. Поставили чай, достали всё печенье, которое у них было, на такой случай у Сехуна была пачка зефира в шоколаде. Лухан хотел забрать пиджак с девушки, но она схватилась за него и не хотела отпускать. Сехун присел перед стулом. — Что случилось? — Ли Хёк хотел остаться со мной наедине по окончании вечера, но я сбежала, — смотря стеклянными глазами в пустоту пробормотала Беллинда. — ты сбежала или тебя украли? — с намёком спросил О, за что получил озлобленный, но уже более осмысленный взгляд. — Сбежала… Через месяц будут сносить. Не думаю, что ещё можно что-то сделать. — Ты же знаешь, что можно, но не хочешь ничего делать, ты боишься, но, разве это не нормально, бояться? Ты до сих пор ненавидишь это чувство и бежишь от него как пуля от дула. Но свои страхи нужно побеждать, как и вожделения, встречаясь с ними лицом к лицу. Ты не сможешь уйти от Ли Хёка никогда, если всё продолжится в том же духе. Прости, но в борьбе с этим я тебе не помощник. Я устал от тебя, Бел. Мне нужно отдохнуть. — конечно, — язвительно сказала она, заводясь с пол-оборота, но тут же остывая, — зря я сюда приехала. Ты же только хочешь спасти свой дом. Я всегда была для тебя обузой. Слабой. Навязалась, возложила на тебя ответственность за себя. На тебя, ребёнка, а кому это понравиться? Никому. Но сейчас, я не ребенок и я не просила брать на себя ответственность за меня. Помощь и понимание — всё, что мне было нужно. Твой любимый Дом меня такой воспитал и ты, а теперь я слышу, что ты устал от меня. Что же. Я тоже устала от Дома в себе. И что же мне делать? Как я выгоню его отсюда?! — она ткнула себя в грудь, — Сехун ты эгоист. Я так боялась, что Ли Хёк сделает что-то тебе, так охраняла тебя от него, скрывала твои имена в документах, делала всё, чтобы ты был призраком, о котором знаю только я… Можешь сжечь моё бельё с пионами, я больше никогда к тебе не приду и не позвоню тебе. Всё. Теперь ты для меня призрак прошлого не только в документах! Беллинда надела туфли и вышла из этого дома на ходу набирая номер Ли Хёка.