Проклятое дитя

Тэхён слышал, как рыскают стражники в округе, как носятся туда-сюда и пугают громкими речами о том, что же сделают с ним, когда найдут. Он жался к холодной земле спиной и держал заостренный нож двумя руками, готовясь защищаться им в любую секунду. Было безумно страшно и сердце грозилось покинуть его, оставив со своими проблемами наедине. Просидев так несколько часов, он дождался сумерек, но воинов все еще не было. Они ведь обещали вернуться к темноте, так где? А затем стража направились на зов рога и теперь-то Тэхён и вовсе почувствовал себя одним на целой планете, решив, что спутников его уже нет в живых. А вот ему жить хотелось, как никогда прежде. Прислушавшись и не услышав никаких пугающих звуков, омега выбрался из своего убежища, царапая кожу о колючки и ломая пару веток, и боязно осмотрелся. В округе никого. И что ему теперь делать? Ответ на этот вопрос Тэхён не знал, но знал, что оставаться здесь нельзя, что нужно найти новое место, где можно спрятаться. Потому он взобрался по корням дерева на вершину обрыва и побежал туда, куда изначально направлялся он с компаньонами – вверх по горе. Юноша не заметил того, что с неба начал сыпать снег, а вот то, что стемнело и волки стали жалобно выть на луну – да. Кажется, они его преследовали. Заяц выпрыгнул из-за дерева, напугав и заставив вскрикнуть. Из-за страха Тэхён заплакал, теряя всякие силы двигаться дальше. Он присел на корточки рядом с деревом и, обняв ноги, начал тихо всхлипывать. Было холодно, болели ноги и спина, неприятно тянул низ живота. Хотелось пить и есть, но ком в горле наверняка не пропустил бы ни кусочка, ни капельки. Легкие горели, а сердце уже стерлось о ребра. И за что ему эти испытания? Совсем рядом послышался страшный рык. Тэхён вскочил и выставил руки с небольшим ножом перед собой. Всякие слезы высохли, когда увидели скалящегося волка, который вместе со своей стаей окружили омегу. Он дрожал всем телом, а когда хищник кинулся, вновь резко сел, пряча голову за руками словно он в домике и никакие волки его не достанут. Секунда, две, три, а омега все еще жив. Рядом все еще слышится волчий рык и скулеж, а также звон стали и обеспокоенное ржание коня. Тэхён испугался еще сильнее, когда кто-то схватил его за плечи и даже вскрикнул. Но подняв голову увидел перед собой Мэй. – Я же сказала ждать нас! – прикрикнула она, держа в одной руке лук. Намджун с трудом проткнул тело лежащего на земле волка и, тяжело дыша, склонился над ним опираясь на рукоять меча. Раны все еще кровоточат и дают о себе знать упорной болью и вытекающей из них силой. Конь, испугавшись схватки, умчался прочь. – Мэй, – жалобно проскулил Тэхён и бросился к ней на шею, начав плакать. Но и это были не все испытания. Ханзо, вышедший на след предателя, отправил птицу с известием Королеве, а она уже распорядилась, чтобы псы срочно обыскать горы и оказать содействие. Приказ предельно точен: пленных не брать. Вскрики Тэхёна, а после и звуки сражения услышал один из отрядов, шныряющий неподалеку. – Перестань реветь, – наградила звонкой пощечиной женщина омегу и разом осушила все его слезы. На них сейчас совершенно не было времени. Стражники уже показались на горизонте. Намджун окликнул спутницу и поднял меч вновь готовясь атаковать и защищаться. – Беги! – приказала Мэй, поднимая Тэхёна и пряча в складки широкого пояса на спине маленький метательный нож. – Сейчас же! – и омега вновь побежал туда, куда глядят глаза, не оборачиваясь. Позади звенела сталь и слышались крики. Обернуться и посмотреть, следует ли за ним кто-то не были никаких сил и желания. Ему было приказано бежать, а не оборачиваться, а исполнять приказы Тэхён умел, особенно, когда от них зависит его жизнь. Но этот побег заведомо был плохой идеей. Все же ему не следовало покидать своего убежища до того, как за ним вернутся. Омега наткнулся на еще один поисковый отряд, наверное, спустя минут пять неустанного бега. Он резко свернул в другую сторону, но стражники заметили его и пустились в погоню, которая не продлилась долго. Ищейка, возглавляющий этот отряд, восседал на коне и в считанные секунды нагнал омегу и сбил с ног. Тэхён даже пикнуть не успел, как в лицо прилетел кулак, а на голове оказался пыльный мешок. Его еще раз ударили, а после перевернули на живот, завязывая руки на спине. Омега с трудом боролся с навалившимся маревом, но в конечном итоге проиграл ему и ушел в темноту еще до того, как его перекинули через коня и повезли в лагерь радостно ликуя. Предатель пойман. Единственный плюс в этом все же есть. Ищейка не прихвостень Королевы, наверное, только поэтому Тэхён все еще жив.

***

Пленник очнулся глубокой ночью и, к сожалению, не в кругу своих воинов-защитников. Где-то совсем близко ликовали враги, радуясь поимке преступника, трещал костер и вкусно пахло мясом. Руки все еще были связаны за спиной и онемели неприятно покалывая, а вот мешок на голове не был затянут, потому немного поерзав, омега сумел избавиться от него. Помимо прочего болело лицо. Он в деревянной клетке на повозке, словно какой-то зверек. Перед ней сидят двое стражников и неторопливо кушают жаренное на костре мясо, а вместе с этим пьют из закопчённых сосудов и ведут незамысловатые беседы. Тэхёну не понравилось слушать их. Вновь стало страшно, ведь сюда выдвинулся Император Мун. Поговаривают, что он лично хочет расправиться с мальчишкой, а омеге хватило его расправ с головой. На рассвете отряды начнут спуск с гор, чтобы доставить раненых к лекарю и придать земле умерших и, конечно же, передать предателя в руки правителю. Тэхён испугался, из-за чего медленно пополз к противоположной стороне клетки и забился в угол. Стражники не обращали на него внимания, продолжая разговаривать. Если про Тэхёна знает Император, то и Королева тоже. Ей не помешало ничего попытаться убить его во дворце, так что помешает сделать это далеко за его пределами? На этот раз Мэй и Намджун точно не выжили. Они никак не могли справиться вдвоем с целым отрядом, потому никто за ним не придет и это конец. Слезы вновь подкатили к глазам, а ком к горлу. Тэхён старался не расплакаться, но в конечном итоге громко всхлипнул, привлекая к себе внимание. Стражники взглянули на забившийся в угол комок страха, отчаянно пытавшийся спрятаться за собственными колеями, и рассмеялись. Отпустили несколько пошлых шуток и пожеланий на будущее, чем напугали ещё сильнее, а после вернулись к позднему ужину, запивая все какой-то брагой. И вновь омега опустился до проклятий в сторону ребенка о котором, похоже, еще никто не догадывался. Он был все ещё разодет в одежды, подаренные стариком, единственное чего не хватало, так это мешочка с хурмой. Говорил в голове многое, обвиняя дитя в своих бедах и говоря, что это наследник тащит его за собой в могилу. Закончил на том, что если этот ребенок не хочет жить, то пусть уходит один, а не забирает с собой того, в ком поселился. Эта мысль иссушила слезы и придала омеге воинственности. Нужно выбираться отсюда. Пока его стража напиваясь, не обращала внимания на пленника, он стал ёрзать и пытаться разорвать веревки, чтобы освободить руки. Сил не хватало, но на спине между складок на поясе, он нащупал небольшой нож, который спрятала Мэй, на всякий случай. Пришлось потрудиться, чтобы вначале достать его, а после перерезать веревки. Но дальше – сложнее. Как выбраться из клетки? Вот вопрос. Тэхён мог бы выбить одну из досок, но это привлечет слишком много шума. Идеальным вариантом было подцепить штырь в замке и открыть его. Стражники еще не спали, но сонно и пьяно продолжали разглагольствовать сидя около повозки. Было опасно, но в омегу словно другой человек вселился, который приказывал ему делать все, что тот велит. Совсем тихо, на цыпочках, подкравшись к замку, мальчишка просунул руки в щели между досками и так же тихо и боязно ковырял ножом в замке, поддевая преграду. Руки не слушались из-за того, что долго были связаны и ничего не выходило, а еще охрана, от которой больше паники нежели проку… Тихий щелчок и штырь вылез из замка. Омега подцепил его пальцами и так же тихо и аккуратно вытащил, открывая себе путь на свободу. Дверь поддалась без скрипа. Он тихонько спустился с повозки и попятился назад, наблюдая за удаляющимся огнем. Его не заметили. И только эта мысль поселилась в голове, как он резко развернулся и побежал со всех ног туда, куда глядели глаза. Снова. Снег все еще продолжал идти, любезно помогая скрыть следы огромными мягкими хлопьями. В рассветной серости Тэхён вновь вернулся к прежнему состоянию: ему холодно, страшно, болят ноги и спина, еще сильнее тянет низ живота, горят легкие и устало работать на износ сердце. Хочется есть и пить. Бежать нет сил, но он все бредет дальше и дальше, не смея останавливаться, потому что, если встанет – проиграет, умрет, а он не хочет. Он решил, что будет бороться до самого конца и ни за что не даст Баго (Богу смерти) схватить его за руку. И раз уж так вышло, что теперь он и проклятое дитя связаны, то Тэхён очень сильно постарается его защитить, потому что выживет ребенок – выживет и он. Но воинственный дух не прибавляет сил слабым ногам. Омега спотыкается, падает на четвереньки, из-за чего болят уже ладони и колени, но все равно упорно бредет вперед, поднимаясь выше и выше к вершине. В глазах вновь темнеет, а одышка нарочно не позволяет насытиться воздухом. В очередной раз он споткнулся и упал под каменным выступом, завалившись на бок, и закашлялся так, что думал выплюнет все внутренности. Было больно, но не настолько, чтобы останавливаться. Он упрямо встал на четвереньки, обуздав кашель и пополз вперед, вновь поднимаясь на ноги, но не сейчас. Кто-то, кого Тэхён не заметил, толкнул его ногой в бок, а потом и вовсе повалил на спину, прижимая лопатками к снегу. – Думал, что уйдешь? – скалился сверху незнакомый мужчина. Его пропажу все же заметили, потому послали пары стражников, чтобы те нашли хоть какие-то следы, а то лучше и предателя, пообещав мешок золотых и тем самым подкрепив охотничий интерес. – Вяжи его и потащили, – сказал второй, также хищно скалясь. Тэхён старался отбиваться, но все его попытки были мастерски подавлены грубой силой. – Какой дикий, – хмыкнул воин. – Люблю таких. – И тут же обратился к напарнику. – Слушай, друг, раз уж ему все равно уготована смерть, может развлечемся с ним напоследок? В глазах застыл первобытный ужас и даже снег перестал падать с неба. Только не это. Только не снова. Омега вновь принялся отбиваться, и на этот раз активнее, но мужчины уже все решили за него. Один из них уселся у головы, удерживая руки и прикрывая рот, чтобы не кричал, а другой сидел на его ногах и торопливо развязывал ленты одеяний, задирая их до самого горла. Тэхён вновь плакал, умолял пощадить его, старался ёрзать и изворачиваться, но все было тщетно. Развязав последний узел второй пары длинных и широких шаровар почти под самой грудью, воин стянул их оголяя живот и на время замер. – Что это? – нахмурился державший плачущего мальчишку. – Он ждет дитя? – Тебе ли не все равно перед кем эта шлюха ноги раздвигала? – съязвил второй и все же спустил шаровары до колен, сразу же задирая ноги вверх и крепко удерживая тонкие щиколотки. Ледяной ветер мгновенно облизнул ягодицы Тэхёна и пустил по телу толпы мурашек. Он лежал на собственной накидке, но все равно ощущал холод земли под собой. Плотно закрыв глаза, он несколько раз громко всхлипнул, готовясь к повторению кошмара. О помощи или спасении уже не просил, а смысл? Послышался зловещий свист, а следом на омегу свалилось теплое обезглавленное тело насильника. Кровь, вытекающая из его шеи, пропитывала одежду на груди и попадала на лицо. Он застыл, боясь пошевелиться. Мужчина, что держал его исчез, и где-то неподалеку Тэхён услышал последний вздох, который он испустил. Мертвое тело спихнули ногой, а следом показался спаситель, оказавшимся еще худшим зверем. Уж лучше бы быть растерзанным этими воинами, чем попасть в лапы к этому человеку. Господин Шу – сводный брат Императора Муна и единственный сын Королевы – мерзко улыбнулся, проведя языком по нижней губе. – Кто это тут у нас? Наверное, ваша новая жертва, господин.