Проклятое дитя

Тэхёну нравилось в деревне варваров. Здесь он чувствовал себя в безопасности и никогда не скучал. В день, когда ушел Генерал, он получил четкую установку от него защищать наследника и никому не позволять сломить свой дух. Омега был смущен, но вождь с уверенностью сказал, что Тэхён справится и он в него верит. После этих слов кто угодно поверит в собственные силы, не говоря уже о юноше. Здешняя медицина хоть и значительно отличалась от той, к которой привык Тэхён, но он всем сердцем верил в нее и исправно выполнял все процедуры, стремительно идя на поправку. Его аппетиту можно было позавидовать. За две недели его восстановления омега кушал словно у него не желудок, а бездна и стремительно набрал в весе. Теперь он не выглядел голодающим и недоедающим слугой, а вполне себе здоровым зажиточным омегой. Варваром. Местные часто шутили по этому поводу, потому что Тэхён очень походил на них внешне. Наверное, всему виной отросшие волосы, которые все же согласились немного укоротить и вплести в них украшения, которыми пользуются здешние. После этого еще и разодетого в наряды варваров Тэхёна совсем стало не отличить. Такой же смуглый, с темными, вьющимися волосами, густой копной покрывающие голову. Ему было интересно слушать старцев, но, к сожалению, они не владели его языком, потому молодые жители этого места, его ровесники, либо же Намджун, когда был свободен, переводили ему. Так Тэхён узнал о былинах, передающихся из уст в уста и о некоторых обрядах. Что касается языка, так им омега тоже захотел овладеть. Большой трудности запомнить слова, их значение и даже правильно составить предложение у него не было. Вся сложность заключалась в произношении. У Тэхёна язык не поворачивался произносить такие вычурные звуки. Но долгая практика еще никому не вредила. К моменту, когда следовало покидать деревню, он мог говорить «Привет», «Меня зовут Тэхён», «Я хочу дружить с тобой», но самое главное, чему его научили в первую очередь: «Помоги мне. У меня важное задание от вождя Джебида» – на всякий случай. И еще несколько несвязанных в предложения слов. Уходить совсем не хотелось, но он не смел капризничать и настаивать на чем-то. Они и так задержались в этих горах на месяц (если считать с подъемом), и теперь ни за что не успеют добраться до Драконьего Логова до наступления холодов. Живот все это время рос, как и малыш в нем, конечно же, и будет продолжать расти, снижая скорость и выносливость Тэхёна. Младенцу уже четыре с половиной месяца и теперь уж точно никак нельзя рисковать его жизнью. Уходили они на рассвете, чтобы до наступления темноты успеть выбраться из пещер и, соответственно, спуститься с гор. Но несмотря на ранний час никто из жителей не спал, даже маленькие дети, с которыми омега с удовольствием проводил время – все вышли проводить его и каждый дотронулся до его плеча, чем Тэхён был очень тронут и с трудом сдержал подступившие слезы. Раньше он бы негативно отозвался на любые прикосновения, ведь чаще всего никто не хотел дотронуться до него из благих побуждений, тем более, когда тебя хочет перелапать вся деревня! Сейчас же, зная, что за подобными действиями кроется бесконечное беспокойство, вера и желание наделить силами через простое прикосновение, Тэхён ощущал, что может все на свете и даже чуточку больше. Однако уверенность меркла по мере углубления в запутанные пещеры. Было темно и страшно, хоть и Намджун, держащий его за руку (вернее, это Тэхён в него вцепился) освещал дорогу факелом. Мэносу Зедур шел во главе вместе с Мэй и о чем-то разговаривал с ней на варварском. Они говорили так быстро, что омега не мог разобрать и слова. Единственное, что он выхватывал из общего потока, так это часто повторяющееся «Норджа Мэй». Что это значит ему так никто и не объяснил, сказав, что он поймет это лишь тогда, когда придет время. Намджун тоже молчал, подогревая интерес юноши. Ему даже казалось, что это женщина всех подговорила. Она вполне могла запугать кого угодно. В дороге Тэхён был умницей, хотя признаться лишний вес тяжело ощущался ногами. Он отвык от пеших прогулок, хотя, возможно, и не привыкал вовсе. Пусть ноги и болели, но он не просил перерывов и даже когда начинал спотыкаться о влажные камни, все равно отказывался останавливаться. За него решал Намджун и мысленно омега был ему премного благодарен. – Этот мальчик не сможет преодолеть весь путь пешком, – сказал Зедур во время очередного привала Мэй. Женщина в ответ несколько раз задумчиво кивнула. – В двух днях пути от гор есть город, – поддержал Намджун, настойчиво массируя икры омеги, хоть Тэхён и не просил этого и говорил, что не нужно. – Думаю, там можно что-то купить. Юноше не нравилось, что они говорили на варварском, ведь он не понимал практически ничего. Усиленно напрягая извилины, он расслышал слова «путь», «город» и «купить», а потом додумал уже все сам. Не был до конца уверен, но все же предположил, что говорят они о нем и как пройти этот долгий путь. – А почему нельзя посадить меня на лошадь? – поинтересовался он, тоже озадачившись своими возможностями, когда они вновь петляли по пещерам. Намджун неоднозначно взглянул на него. – Нет, я не говорю, что могу скакать на нем, – оправдывался юноша. – Но, если лошадь будет просто идти, а не мчать галопом… – и почему-то стыдливо поджал губы, опуская голову в пол. – Просто видел, как каталась одна беременная варварша… Взрослые путники беззвучно хохотнули и слабо улыбнулись. Что еще за «беременная варварша»? – Ты сам ответил на свой вопрос. – Подала голос Мэй, даже не обернувшись. – Та девушка – варвар, а варвары по природе своей куда крепче, чем имперцы. – Она обернулась, быстро взглянув через плечо. – Мы не можем знать наверняка, что животное не взбрыкнет, не скинет тебя со спины или не помчится куда-то стремглав. Во-первых, обидно. Тэхён не слабее каких-то варваров! Тем более они сравнивали его дух со своим и говорили, что он стоек, как и у них, а слабое тело… Его можно натренировать! И тогда омегу совсем будет не отличить от варваров! А во-вторых, Мэй права. Путешествие и так не из легких, опасность поджидает на каждом шагу. Не стоит собственноручно усугублять положение. Тэхён уверен, что воины что-то да придумают. С горы они спустились в тот момент, когда вечер плавно перетекал в ночь. К этому времени Тэхён изрядно вымотался и истратил весь запас сил. Хорошо, что спутники решили остановиться на ночь в глубине пещеры и вновь дождаться рассвета. Мэносу распрощался, выполнив свою миссию, и поспешил обратно в деревню, желая удачного пути. Омега вяло, но искренне поблагодарил его за помощь и пообещал, что когда-то он обязательно еще раз навестит деревню Ледяных Гор. Зедур положительно кивнул. Безумно хотелось кушать. Желудок так и сходил с ума, воя и стягиваясь в узел. Во время привалов Тэхён ел понемногу и вроде был сыт, но, когда он достиг места для ночлега, сложилось такое впечатление, что его морили голодом все это время. Пока Намджун собирал по пещере древесину и траву, которую вымыла сюда река, Мэй соорудила небольшое ложе, на котором омега сможет отдохнуть. Он наблюдал за тем, как его путники разводят костер, сидя на импровизированной постели с вытянутыми вперед ногами и облокотившись на прохладную стену пещеры, думая о предстоящем пути. Завтра они переберутся через реку. Там пройдут через лес, затем поле, а после ступят на безродные земли, где лишь один грубый желтый камень и практически ничего из растительности. На окраине этого всего есть глубокий разлом в земле, где находится вершина храма Асхвы. Спустившись на дно этого разлома, они окажутся в долине – Священных Землях, где живут жрецы. А там они сядут в лодку, проплывут по реке. Сойдут на землю, когда река захочет разделиться пополам. Пройти через лесок, затем по пустынным землям, и они достигнут Южных берегов Империи, а там до Драконьего Логова рукой подать: поле, небольшой пролесок, плавно перетекающий в поля фермеров и долгожданные Драконьи Горы. Совсем ничего. Намджун аккуратно толкнул плечом напарницу и кивнул в сторону Тэхёна. Он тихонько сопел, уложив руки на живот, так и не дождавшись ужина. Воины переглянулись и тихонько посмеялись. Это последний день их беззаботного отдыха, позволившего перевести дух.

***

Тэхёна разбудили на рассвете, когда первые солнечные лучи озарили землю. А уже через полчаса, позавтракав, они вновь выдвинулись в путь и сразу же столкнулись с проблемой. Река, вышедшая из берегов из-за дождей, все еще не опустилась, а потому и переправа, через которую они планировали перебраться была затоплена. Омега все еще был сонный, когда сидел на камне и пытался понять, о чем спорят воины. – Вода ледяная, да еще и течение сильное, его просто снесет! – раздраженно и недовольно настаивала Мэй. – Я понимаю, – в такой же манере отвечал ей Намджун, – но у нас нет паланкина, лодки или чего еще, чтобы доставить его на другой берег! Тэхён сладко зевнул, несколько раз перебирая слова воинов в голове. Когда он не высыпается, то всегда долго приходит в себя, словно накануне выпил пресловутые настойки Мэй, но в этот раз было иначе. Омега спал дольше положенного из-за сморившей усталости, а это, как оказалось, намного хуже, нежели настойки или недосып. – Намджун, – протянул Тэхён, увидев мужчину, который шнырял у берега, придумывая варианты. Мэй в поле зрения не было. Воин обернулся, хмуро и недовольно взглянув на омегу. Юноша даже немного испугался этого взгляда, но он ведь не просто так его зовет, а по делу. – Я вспомнил, что видел старую лодку за валунами там, где мы ночевали, – пробубнил он, как только мужчина оказался в непосредственной близости. Намджун сделал глубокий вдох и такой же выдох и, ничего не сказав, отправился вглубь пещеры. Тэхён хотел извиниться за то, что не сказал раньше, но Джебид запретил извиняться за то, в чем не виноват. Воин вернулся через несколько минут и окликнул Мэй, зазывая ее с собой. А еще через некоторое время они принесли старую лодку. Доски прогнили и покрылись мхом, а еще дно не выглядело надежным, но они посчитали, что на один заплыв ее еще хватит. Тэхён думал, что они поплывут все вместе, а на деле оказалось, что он один. Путники посадили его в лодку, а сами вошли в ледяную реку, толкая и ведя за собой посудину. Намджун шел впереди, Мэй – сзади, Тэхён внутри вместе с немногочисленными вещами и оружием, которые они взяли с собой в поход. Все было хорошо, до тех пор, пока они не достигли глубины и ноги не потеряли опору. Противостоять течению получалось скверно, но лодка упрямо двигалась вперед наискосок. Дно протекало, пропуская воду. Омега, сидя на перекладине, упирал ноги в другую, но, когда воды стало относительно много зачем-то начал выплескивать ее руками, словно это могло продлить неизбежное потопление. Вода и вправду была ледяной. Руки замерзли буквально через несколько секунд после погружения, а Намджун с Мэй плещутся с головой. Их стало жалко. Когда мужчина вновь ощутил твердь под ногами, лодка пошла прямо и с легкостью противостояла течению, а когда Мэй – ускорилась и в считанные минуты достигла берега. Пришлось вновь остановиться на несколько часов, чтобы отогреться и подсушить вещи, а потом продолжить путь. Новый лес мало чем отличался от тех, в которых уже бывал Тэхён, потому ничего удивительного для себя во время пути он не нашел, а вот в разговоре сопровождающих поучаствовал с удовольствием. Мэй злилась и хмурилась, что совсем не удивило омегу. Из-за неприятностей с переправой через реку и ее последствий они выбились из графика на полдня. Ужасное начало путешествия. Если подобное продолжится, то с таким темпом они и до рождения наследника не успеют! Тэхён предложил сделать перевалы короче и идти дольше, даже ночью. Утверждал, что он сможет выдержать такой темп. Путники вздохнули, покачав головами. Этот мальчишка не понимает, что дело совсем не в том, что они выбиваются из графика, а в том, что они попросту могут не успеть пройти большую часть пути до того момента, как Тэхён будет уставать даже после нескольких минут пути. Изменений маршрут не претерпел и предложение омеги было отклонено. Они потом обязательно нагонят потерянное время, но не сейчас.