Полосы и пятна

Перевернув табличку на двери, Седрик наконец-то смог расслабиться, наблюдая за уходящим в закат солнцем, не режущим глаза. Несмотря на его способности приспосабливаться даже к самым плохим условиям и окружению, или, по крайней мере, терпеть их, он так и не привык к тому, что на Земле было так светло, прячась в уютной тьме стеллажей. С каждым днем эта планета нравилась ему все меньше и меньше: от постоянного шума, от которого не спасали даже стены магазина, и обилия резких непонятных запахов болела голова. Больше всего раздражала неизвестность, кого он вообще должен был искать. Несмотря на слова Фобоса, что магия его сестры себя выдаст, Седрик не заметил абсолютно ничего. Кроме, возможно, той девчонки, пришедшей со стражницами, которую он хотел также устранить, как ненужную свидетельницу. Чем-то она походила на покойную Вейру, однако оборотень решил, что ему просто померещилось. Земной воздух виноват, не иначе. Да и глупо было бы докладывать принцу, что, он, возможно, наверное, нашел его сестру, потому что она, якобы, похожа внешне на его мать. Меридиан встретил его привычной мрачностью и холодом каменных стен, но для него они были тихой гаванью по сравнению с шумным Хитерфилдом. — Что тебе удалось узнать о моей сестре, Седрик? — в этот раз Фобос разговаривал с ним на мукомольне. Купальни, коридоры, мукомольня... Чем его так не устраивал тронный зал? — Я все еще веду поиски, мой принц, — Седрик заметил, как Фобос недовольно поджал губы и отвернулся, смотря из окна на город. — Я ожидал большего от своего первого советника, — запустив руку в лежащий рядом мешок, он небрежно пропустил перемолотое зерно сквозь пальцы. — Кто-то из селян должен знать, что произошло в ночь ее похищения тринадцать лет назад. Я слышал, в этом году выдался плохой урожай, люди голодают. Продай им муку за информацию. — Я немедленно распоряжусь этим, — кивнул Седрик, в душе не понимая, зачем растрачивать зерно на эту чернь. Наверняка все, кто подробно помнил тот случай, давно покинули Меридиан или мертвы, а остальные не скажут ничего нового, или же выдумают любую чушь, чтобы урвать побольше. Еще и начнут возмущаться, что мало дали, что создаст только больше проблем. Кстати, о дополнительных проблемах... — А с девчонками как быть? В ответ Фобос кивком головы приказал оборотню идти за ним. — Ты смотрел последние отчеты разведки? — Да. Охотник не справился, — читая описание того, как их ловчего, как и собаку, нашли висящими на ветке дерева, Седрик сначала в это не поверил, думая, что писавший отчет разведчик был пьян. Охотник же после этого заперся на псарне, отказываясь что либо говорить по этому поводу. Неужели стыдился того, что не смог поймать их, или что его одолели таким позорным способом? — Именно, — принц привел его в тронный зал, где с помощью песка открыл Следящий камень, и на каменном полу перед ними появилось изображение знакомой рыжей макушки главной стражницы. — В роли книготорговца я могу выследить и устранить их, — начал Седрик, на что Фобос покачал головой. — Ты пытался. Тебя обвели вокруг пальца. "На меня хотя бы не роняли книжный шкаф..." — Одной силы мало, Седрик, — продолжил принц, указывая на лицо девушки внизу. — Надо напасть, когда они слабы. Когда с ними нет этой рыжеволосой.

***

— Представляешь, Элион, они не смотрели на меня! На меня, Корнелию Хейл! Теперь все внимание к этой Сондре! — Уверена, ее акцент фальшивый, как и ее россказни о Швейцарии. Услышав звон колокольчика и знакомые ему голоса, Седрик повернул голову, видя перед собой стражницу Земли и ее подругу. Остальные, похоже ждали ее снаружи, стоя за прозрачной дверью, и как назло рыжая девчонка была с ними. Неужели после того, как их перенесло из этого магазина на Меридиан, они могли раскрыть его прикрытие? Тогда зачем притаскивать с собой землянку? — Здравствуйте, мы к Вам насчет учебников приходили, — стоило ее взгляду упасть на симпатичного продавца, как озлобленное лицо блондинки расцвело в кокетливой улыбке. Как же все таки женщины падки на внешность, что на Меридиане, что на Земле. — Да, прошу прощения, что был так занят магазином, и вам пришлось уйти с пустыми руками, — стражница тут же покраснела в ответ на его слова, но похоже, что даже несмотря на произошедшее, никто из них ничего не заподозрил. Седрик выложил на прилавок нужную книгу, думая, что надо бы ему в ближайшее время нанести визит в эту "школу Шеффилда". — Спасибо, я еще возьму этот журнал. Будет чем заняться пока едем до лыжной базы. Оборотень навострил уши. Они куда-то собирались? Это было бы хорошим шансом застать их врасплох. — Весьма смело для юных леди отправиться туда в одиночку, — если ему удастся разговорить блондинку, то наверняка он сможет узнать много интересного. — В одиночку? Нет, это поездка от школы. Хотя лучше бы отправили нас куда-нибудь на пляж, чем кататься с горы на лыжах. — А вы любите лыжи, Мистер Хоффман? — вклинилась в разговор ее подруга, Элион, как он смог запомнить. Седрик не знал, что такое "лыжи", но понял, что это как-то связано со снегом, а снег он не любил. — Предпочитаю коротать время с хорошей книгой, — ответил он, вызвав этим у девушек восхищенные вздохи. Похоже даже на прогрессивной Земле любящие читать люди считались чем-то необычным. — Знаете, не могли бы вы показать мне дорогу до школы? Я не очень хорошо знаю город. Образ смазливого но в то же время неуклюжего Рика Хоффмана подействовал на ура, стражницы лишь спросили, не зайдут ли покупатели, на что оборотень перевернул табличку на двери. — У меня все равно сейчас перерыв. К тому же я хотел обсудить пару вопросов с миссис...— он пытался вспомнить как звали человека из записей предыдущего владельца, которые он нашел в ящике стола в кабинете. Как хорошо, что покойный все записывал, и Седрик знал его планы. — Никербакер? — А, вы про директрису Никербокер? — отозвалась стражница с очень темной кожей и в круглых очках. — Только осторожнее с ней, она очень строгая.

Однако, вопреки ее словам, директриса оказалась вполне приятной в общении женщиной, без остановки рассказывающей ему о важности образования для современных детей и, что самое важное, про предстоящую экскурсию, и как "хорошо для учеников будет побыть на свежем воздухе". Седрик смог узнать все до мелочей, и, вернувшись в магазин, решил пока разобраться с другими делами. "Все равно они отправятся только на следующей неделе", — оборотень расслабленно опустился в кресло, беря в руки один из запрещенных алхимических трактатов. Он был наслышан, что исследования некоторых индивидов заходили за все грани этики и морали, и знал, что ничего из того что он найдет в этих книгах, ему не понравится. Натали что-то могла от него скрывать. Ее волнение, когда она спросила, может ли он чувствовать ее энергию, не было похоже на простой интерес, скорее на тревогу. — "Не думаю, что этот "Клавикус" хотел лишь сделать разумную химеру. А даже если и так, это не оправдывает его поступков". Книга выглядела потрепанной, видимо ее часто передавали из рук в руки, и она была в единственном экземпляре. Внутри обнаружилось много непонятных для незнакомого с тонкостями алхимии лорда, терминов, зарисовки внутренних органов, камней и магических рун. Все выглядело безобидно, пока Седрик не добрался до опытов, проводимых над животными, птицами, и, что хуже всего, людьми. В книге подробно описывалась пересадка органов, эксперименты с потоками энергии и каждая секунда агонии несчастных жертв. Спасибо, что хоть без иллюстраций. Седрик почувствовал, как его, прошедшего немало кровавых битв и убившего немало людей, затошнило. Захлопнув несчастную книгу, он быстро вышел из кабинета, кашляя и сплевывая поступившую ко рту горькую желчь в мусорную корзину рядом с кассой. Хорошо, что магазин был уже закрыт. — Мерзоссть... — прошипел он, больше не желая прикасаться к тем томам. Достаточно. В книге не было указано причин, по которым проводились подобные зверства, но он примерно догадывался. Самой частой было чисто детское "А что, если...". Что будет, если пришить лягушке крылья? А если пропустить магическую энергию через человека, ей не владеющего? А что если удалить ему пару органов? Ему стало интересно, читала ли Натали эти книги, ведь она никогда не говорила о таких ответвлениях алхимии. Он вернулся в кабинет, бросая взгляд на дневник, лежащий на столе. Возможно, если он не даст ему подсказок по какой причине Натали сделали такой, то хотя бы приоткроет тайну о своем хозяине. Огонь не пожалел его, но несколько страниц можно было прочитать, несмотря на ужасный почерк. "Теперь понятно, почему она пишет как хугонг лапой", — мелькнула мысль в голове лорда, когда он листал в разной степени обгоревшие листы. "Старому коту все хуже, зелья уже не помогают. Все чаще жалуется на то, что он — последний чистокровный из Линксов, а достойными наследниками так и не обзавелся. Словно мне есть дело до типичных дрязг этих породистых выскочек" "Он был знаком с кем-то из рода Линкс?" — Седрик был наслышан о них: когда-то это было благородное семейство оборотней, способных превращаться в огромных диких котов. Он даже видел главу рода, лорда Регдолла, на одном из знатных приемов, когда был моложе, и уже тогда было видно, что скоро его титул перейдет к кому-то из его детей. Однако, те уж слишком увлеклись кровосмешением с перевертышами, от чего быстро потеряли способность к обращению. Линксы формально вымерли, когда сам Регдолл умер около 14 лет назад, по слухам — от болезни, но Седрик в это не поверил. Оборотническая кровь давала защиту почти от любых недугов и ядов. — "Я думал, старость привела его в обитель Кернунна, но раз этот алхимик наверняка работал на него..." Он продолжил выискивать уцелевшие записи, желая узнать больше. В его голове уже складывалась логическая цепочка, которая Седрику совсем не нравилась, и он пытался найти хоть что-то, что докажет, что он неправ. "Мало времени. Библиотека не дала ничего, лишь какие-то восхваления их рогатого божка. Пытался выяснить у Регдолла, что он сделал, чтобы стать оборотнем. Старый дурак только рассмеялся, начал нести какой-то бред про то, что оборотнем нельзя стать, а можно только родиться, и что это "дар Кернунна". Чушь. Оборотни это просто люди, которые магией смогли превращать себя в чудовищ, без всяких богов, и рано или поздно я выясню, что это за магия!" Читая эти строки, Седрик пожалел, что не добрался до их автора раньше мятежников. "Рогатый божок"? "Бред и чушь"? Кем он себя возомнил, раз посмел писать подобное? " Ну конечно...", — несмотря на то, что люди в основной массе своей считали таких как он чудовищами, были и те, кто завидовал. Все же оборотень, даже самый слабый, был физически сильнее обычного человека, ему не были страшны почти любые болезни, а раны затягивались буквально на глазах. Кто бы не хотел обладать подобной мощью? — "Это никогда не закончится. Эти идиоты и дальше будут продолжать свои попытки стать равными нам. Особенно, если узнают об этом дневнике" Его догадки, к сожалению, подтвердились, но оставался главный вопрос: удалось ли? Была ли Натали искусственным оборотнем, или же просто очередной попыткой, которая чудом не деградировала в безмозглое животное? Он продолжил изучать дневник, но страницы обуглились настолько, что можно было разобрать лишь пару слов: "сирота" и " кожевенник". Дальше шли какие-то формулы, в которых он ничего не понимал. "Наверное, она была дочкой кожевенника. Потом что-то случилось с ее семьей, из-за чего она осиротела и попалась этому алхимику. Бедняга", — судьба сирот на Меридиане редко была хорошей. Кому-то везло пойти работать в замок или по крайней мере в какую-нибудь лавку. Кто-то попадал в бордели, кто-то воровал, многие просто умирали на улицах от голода. И Натали могла быть не первой, кто становился подопытным кроликом для всяких тронувшихся умом. Химера-оборотень, которая, возможно, связана с некогда известным древним родом. Это стало бы настоящей сенсацией, чем-то значительно выбивающимся из его обыденной рутины, да и еще один сородич станет хорошим дополнением к их армии, особенно — ненавидящий повстанцев. Если бы не поиски наследницы, он бы покопался в этом деле поглубже, может даже связался с ныне живущими потомками Линксов, у которых от их предков осталась лишь фамилия. Однако Фобос вовсе не будет рад тому, что его советник ввязывается в какие-то свои авантюры, вместо того чтобы исполнять королевские указы. И говоря о них... Он с нетерпением ждал следующей недели.

***

"Земляне все же ненормальные..." — ему повезло обнаружить пещеру, с которой открывался вид на большой деревянный дом — "лыжную базу", где сейчас были все пять стражниц. Седрик не ожидал, что людей окажется настолько много, это затруднит его попытки разделить девчонок с рыжей хранительницей. Еще бы найти ее среди всей этой разномастной толпы. Змей весь день лишь наблюдал за тем, как земляне катались по снегу. Неужели им так нравилось съезжать с гор, привязав к ногам деревянные палки? Устав от этого, он свернулся в тугой клубок. Кровь оборотня не давала замерзнуть, и его не тянуло в спячку как обычных змей, но Седрику хотелось поскорее вернуться на Меридиан, или хотя бы в книжный магазин. Та блондинка была права, лучше бы их отправили куда-нибудь в более теплое место. Он выбрался только с наступлением ночи, подбираясь к базе и высматривая людей в окнах. Седрик уже хотел обратиться в человека и подойти ближе, когда в темноте что-то зарычало и показались яркие огни. К дому подъехала "машина", как назывались те железные колесницы (стоило ради этого поискать земной словарь на полках), из которой вышел ненавистный ему лидер повстанцев вместе с бывшей стражницей. Зашипев, змей спрятался за деревьями, если они заметят его, то поднимут шум, но вскоре все скрылись в здании, оставив снаружи лишь шевелящуюся груду одежды, оказавшуюся вонючкой- проводником. Не ахти что, но сойдёт. Паслинг даже не успел открыть рот, когда его схватила огромная чешуйчатая лапа. — Ессли заорешшь, я оторву тебе голову, — прошипел Седрик, оттаскивая "добычу" в свое убежище. Отодвинув скрывавший пещеру и сохранявший хоть какое-то тепло внутри камень, змей грубо швырнул контрабандиста на пол. Тот что-то затараторил, но Седрик не собирался вести с ним вежливую беседу. Он и так уже был достаточно зол из-за холода, голода и того, что ему придется еще непонятно сколько времени провести в этих горах. Но на его требование рассказать, где сейчас рыжая стражница, паслинг начал нести какую-то чушь, что окончательно привело змея в бешенство. Стены пещеры затряслись от раскатистого рева. — Слушшай ссюда, падальщщик.... — оборотень навис над пленником, изо всех сил сдерживая себя, чтобы не размазать его мозги по стене. Хотя бы не приходилось задерживать дыхание, чтобы не чувствовать характерную для паслингов вонь, спасибо морозу. — Тебе лучшше начать говорить, где ссейчас сстражницы, пока я не изменил ссвоему правилу не ессть вссякую дрянь... — Б-бланк не знать! Бланк никого не видеть! — стуча зубами то ли от холода, то ли от страха завопил проводник, и Седрик понял, что ничего существенного от него не добьется. Нужно было попытаться схватить мальчишку или старуху, наплевав на то, что его могли увидеть, может так он бы даже смог выманить стражниц. Но шанс был упущен, и ему оставалось, как прежде, лишь наблюдать. К счастью, ему недолго пришлось сидеть в пещере в компании паслинга, поскольку уже на следующий день он увидел, как с базы вылетели две стражницы. — Кажетсся, я обойдуссь и без тебя. — Б-бланк мочь идти? — пролепетал находящийся в плену змеиных колец паслинг, на что Седрик лишь неприятно ухмыльнулся, снова бросая его в глубь пещеры. Змею не хотелось марать руки, и он решил просто оставить спекулянта замерзнуть до смерти, завалив камнями вход. Спустившись, он заметил, как внизу уже собралась толпа, и тут же разглядел среди нее рыжую хранительницу, прячущую крылья под одеждой. Похоже, у нее была какая-то гонка. Тем лучше, оставалось лишь избавиться от всех, кто мог бы ему помешать, и как удачно, что остальные стражницы стояли рядом. Хватило лишь одного взмаха хвоста, чтобы вызвать лавину, и Седрик, уверенный, что теперь никто не сможет вмешаться, и в этот раз все получится, отправился на поиски девчонки. Нашел он ее довольно быстро, когда она с криками съехала с заснеженной тропы, а потом кувырком полетела в сугроб. И эта малявка столько раз уже срывала им планы? Хотя неважно, сейчас он избавится от нее раз и навсегда, и от ее воздушной подружки тоже. — Вссе, как ссказал Фобосс. Порознь вы беспомощщны,— змей уже протянул руку, чтобы схватить рыжую страницу, когда она выхватила кристалл, и ему в глаза ударила яркая вспышка, от чего Седрик отшатнулся назад, а потом ощутил сильный удар по челюсти. Чертовы девчонки даже будучи разделенными, пытались дать ему отпор. — Мы едины! "Что?!" — оборотень нервно оглядывался по сторонам в поиске других стражниц. Быть этого не может, он же похоронил их под толщей снега, как они могли выбраться?! Внезапно по его хвосту пронеслось что-то тяжелое и очень больно ударило Седрика по лицу. — Ах вы, твари... — прорычал он, увидев мальчишку-повстанца на земной доске и всю пятерку стражниц. План Фобоса разделить их с треском провалился, и Седрик был по настоящему взбешен. Хоть две стражницы, хоть пять, все, чего он сейчас хотел, это прикончить их! Но не успел он даже замахнуться, как его руки и хвост пригвоздило к промерзлой земле внезапно вырвавшимися из той лианами, а потом мощный морозный ветер, бьющий по его и так пострадавшим от яркой вспышки глазам, поднял его змеиное тело в воздух, кружа словно пушинку. Когда же Седрик смог наконец-то разлепить покрывшиеся тонкой корочкой льда веки, то обнаружил себя висящим над утесом, пока крылатые мерзавки держали его лианами, смеясь и отпуская шуточки. Оборотень неистово забился в силках, словно пойманная в сети рыба, и ему удалось разорвать свои путы, от чего он полетел вниз. К счастью, густой снег смягчил падение, и, кинув убийственный взгляд в сторону врагов, змей скрылся под заснеженными холмами. Обратный путь был долгим. Сначала холодные снега, а потом еще и отвратительно вонявшая труба, оказавшаяся земной канализацией (где оборотень хотя бы смог согреться), по которой он плутал несколько часов, прежде чем нашел нужный ему люк. Закрыв дверь книжного, Седрик устало сполз по стене на пол, смотря, как за окном восходит солнце. Он был так вымотан холодом, битвой и своим позорным побегом, что даже оборотническая выносливость не помогала. — От меня несет как от того паслинга... — пробормотал он, вставая и идя к точке переноса. Ему даже не хотелось докладываться Фобосу, лишь залезть в горячую ванну, чтобы смыть с себя всю земную вонь и забыть обо всем этом. Пока он брел до покоев, слуги на его пути буквально разбегались в ужасе. Седрик не знал точно, был ли виной запах или, скорее всего, выражение его лица, обещавшее убить любого, кто окажется поблизости. — Ты, — поймал он взглядом трясущуюся служанку. Все же его репутация имела свои минусы: люди настолько его боялись, что переставали нормально соображать. А ведь он еще даже не обратился. — Пусть мне доставят ужин в покои и приготовят ванну. Давай, шевелись. Закрыв двери, он раздраженно зашипел, видя выросшие на его столе горы бумаг. Неужели в его отсутствие никто не мог с этим разобраться? Хотя кто в замке, кроме него, вообще мог разбираться в документации, после того как Фобос из-за своей паранойи разогнал почти всю свиту? Разве что сам принц, но когда это ему было интересна подобная рутина? — Что тебе нужно, Миранда? — громко спросил он, ощущая сгусток энергии за дверью. Неужели она не понимает, что он сейчас совсем не в настроении кого-то принимать? — Я принесла отчеты алхимика, милорд. "Только этого еще не хватало..." — Ладно, оставь их на столе, — махнул он рукой. Если химера опять написала их неверно, то он даже смотреть не станет, а тут же кинет в камин. — Вы так долго отсутствовали, — от Миранды не укрылась его усталость. А также слабый аромат пасслинга. — Бедняжка так тосковала, что почти не выходила из своей комнаты. Лишь в госпиталь, на кухню и в библиотеку. — Надеюсь, она ничего не натворила? — Седрик быстро пролистал записи, замечая, что почерк химеры понемногу становился лучше. — Нет, — разочарованно протянула Миранда. — Работала и работала. Может думает, что ей будет положена какая-то награда за усердие. Наивная дурочка. — Или у нее просто, в отличие от кое-кого, есть понятие ответственности. — Милорд, почему Вы о ней так печетесь? — насупилась паучиха, недовольная ответной шпилькой в свой адрес. — В замке полно прислуги, чем она так выделяется? — Она алхимик. — И? — И она хорошо себя проявляет, чтобы я обратил на нее свое внимание, пользуясь ее услугами. А еще я точно уверен, что она не переметнется к мятежникам. Миранда фыркнула в ответ, на что Седрик вдруг подумал, а не ревнует ли она его к химере? Ведь раньше его внимание доставалось ей, как молодому сородичу. — Я заметила, что ее слишком уж интересуют оборотни. — Она вновь пыталась тебя изучить? — усмехнулся Седрик, вспоминая жалобы паучихи. — Нет, но она читает книги об этом и что-то себе выписывает, думая, что меня рядом нет, — Миранде было скучно смотреть, как Натали штудирует огромный том по алхимии, но стоило ей скрыться из виду под высоким потолком, как та, озираясь, ставила его на место и шла совершенно в другую секцию. Седрику это показалось подозрительным. Химера соврала ему тогда, сказав, что хочет ознакомиться с алхимическими научными трудами. Но зачем ей было лгать? Если только... "... и рано или поздно я выясню, что это за магия!" Нужно расспросить ее. Но не сейчас. Он слишком устал. — Милорд? — окликнула его Миранда, и Седрик понял, что слишком долго молчит, уйдя в свои мысли. — Можешь идти, Миранда. — А что с девчонкой? — Я с ней поговорю. Если это не мешает ее работе, пусть читает, что хочет. В дверь снова постучали, и Седрик уже думал, что его вызывают на аудиенцию к принцу или принесли очередную гору бумаг на рассмотрение. Но это были всего лишь служанки, держащие в руках ведра с горячей водой и поднос с ужином. — Опаздываете, — устало зашипел на них оборотень. Не со зла, просто сил уже не было, но этого хватило, чтобы заставить их испуганно замереть на месте. — Почему курица? — придирчиво уставился он на блюдо с жареной птицей и овощами. Конечно, он бы съел сейчас хоть жареного меридианского слизняка, но ужинать Седрик предпочитал исключительно олениной и кабанятиной. В идеале — сырой, только что пойманной собственноручно. — Э-это все, что б-было, милорд, — залепетала служанка чуть не плача. — Сегодня н-не было поставок... — Не было? — Седрик не хотел сейчас разбираться еще и с этим. Смысл расспрашивать служку, чья задача только убирать и что-то принести? — Ладно, свободна. — Она думала, что сейчас Вы съедите ее саму, — усмехнулась заставшая эту сцену Миранда, на что оборотень закатил глаза. — Ты тоже, Миранда. Я хочу побыть один. Оставшись наконец-то в одиночестве, Седрик погрузился в горячую воду. В такие моменты он понимал, почему Фобос почти не вылезал из своих купален. "Однако лучше бы он наконец-то занялся государственными делами", — подумал лорд, но тут же одернул себя, закрыв лицо руками и опустившись под воду с головой. Даже сейчас все его мысли опять были о работе. — "Надо. Отвлечься". Он попытался вспомнить хоть что-нибудь, не связанное с мятежниками или стражницами. Когда и что он ел в последний раз? Какую книгу читал? Когда в последний раз выбирался из замка по своим делам, а не в очередной поход или облаву? В голову не приходило абсолютно ничего. И очень хотелось спать... Седрик очнулся от того, что ему резко стало не хватать воздуха, и он быстро вынырнул из уже начавшей остывать воды. "Я что, задремал?" — лорд спешно вылез, стараясь не думать о том, что только что могло произойти. Советник Фобоса умер, захлебнувшись в собственной ванне. Смехота да и только. Добравшись до постели, он окончательно решил, что больше на Землю не вернется, по крайней мере сегодня. Принцесса принцессой, но какой толк будет в ее поиске, если без него все тут обратится в руины?