Откровение

Полмесяца в суете как в ледяной воде. Но вот начало декабря и девушка уже едет на долгожданный концерт. За окнами первый снег и уже ставший уверенным мороз. Час в пробках, полтора часа до центра. К удивлению Ани, она приехала на сорок минут раньше. Концертная площадка — просто обставленный небольшой клуб. Впрочем, туда пока ещё не пускали. Дверь была заперта, и через неё слышались голоса музыкантов и персонала. К сожалению, виден был только коридор. У входа стояла небольшая группа людей, не больше школьного класса. Они действительно немного походили на школьников на экскурсии. Народ бурно обсуждал последний альбом, спорил о вокалистах, кто-то из толпы умничал на тему примочек и гитарных лажей, а кто-то просто стоял в нерешительности. По прошествии получаса толпа уже горланила одну за другой песни, будто «тихонько» намекая сотрудникам клуба о своём прибытии. Аня знала наизусть немногие из них, но дабы не нервничать, негромко подпевала. За это время к ней подошли уже два молодых человека, пытаясь завести знакомство, правда обоим, девушка отказала. Двери в зал открыли. "Фух...Наконец-то!" Не очень адекватная толпа сразу бросилась вперёд, занимая лучшие места. Выждав, пока все они протолкнутся, Аня прошла и заняла место в левом углу зала. Ещё через полчаса вышли музыканты. Наконец, началось выступление. Группа ворвалась на сцену с новой, но уже известной многим песней. С первых секунд она поймала взглядом Сергея. Тот как всегда был безупречен и весел. Просто был. В кой-то веки здесь, рядом. - Вольная птица-а-а! — приветствуя публику, выкрикнул молодой вокалист Андрей Лефлер. Остальные музыканты тут же подхватили его клич бодрой мелодией. Аня, не сдерживаясь, выкрикивала вместе с остальными припев, стараясь ни на миг не упускать Маврина из вида. Ей казалось, что эта божественная, дающая силы музыка, вылетает с его кончиков пальцев и проникает прямо в неё, в её вены. А в нём самом была энергия, заставляющая сердце трепетать. "Ничего лишнего, простая красота и эмоции," - убеждала себя Аня. И всё же это было не совсем так... В конце песни, во время соло Маврина, не сдержав себя, она ринулась через толпу к краю сцены, чтобы поближе взглянуть на эту магию. Как пишут во всяких бульварных романчиках, "взглянуть и умереть". Не лучшее описание, конечно, умирать Аня не собиралась, но эта фраза была первой, что приходило на ум. Так и произошло. Играя нечеловеческое соло, Сергей был так эмоционален, что зрители сияли от счастья, принимая его игру. И вот, когда соло закончилось, в секунду перед словами Андрея, на этой безумной растяжке звука, гитарист в море каких-то не видимых никому больше чувств окинул взглядом первый ряд зала. И встретил такой же совершенно безумный взгляд растрёпанной, зажатой с двух сторон, но совершенно счастливой, юной девушки. Та моментально покраснела, а Сергей, отворачиваясь, подмигнул ей.

***

По окончанию двухчасового концерта Балашова готова была буквально свалиться от усталости. Что говорить, не привыкла она к таким мероприятиям. В зале было довольно душно, поэтому с большинства слушателей стекал пот. Люди покидали зал. Многие спешили домой, но некоторые, достав припасённые подарки небольшой чередой стремились потайными коридорами в гримёркам музыкантов. Недолго думая девушка направилась следом. Народ действительно вывел её к гримёрке, из которой неторопясь вышел задумчивый барабанщик Паша Элькинд и впустил немногочисленную публику. Аня зашла последней. Цветов или подарков у девушки припасено не было. К удивлению народа, в гримёрке не было двух участников коллектива, а именно самого фронтмена и его вокалиста Андрея Лефлера. На вопросы поклонников, ударник, басист и гитарист уклончиво ответили, что коллегам было необходимо отлучиться пораньше. Мол, те опаздывали на радиоэфир. Фэны вскоре смирились и направили всю любовь на остальных участников группы. Скромному Юре отдали добрую половину букетов и от лица всех поклонников засыпали комплиментами по самое "не горюй". Объясняя это просто - "потому что гитарист". После ещё жутко долгих сорока минут "всенародной любви" лица музыкантов были такими, будто их разбудили с бодуна в субботу и заставили играть по меньшей мере часа четыре. Вся суровость их лиц давала понять, что шефу с вокалистом скоро приведут в исполнение жестокий самосуд, а то и вовсе безжаластно казнят. Стоя в стороне, Аня вышла последней. На прощание ей из последних сил улыбнулся басист Саша, быстро закрывая дверь. Через секунду оттуда послышались выразительные маты несчастного Юрки Алексеева и успокаивающие голоса остальных. Совесть девушки почему-то вдруг приказала хозяйке вернуться и уточнить у музыкантов истинную причину исчезнавения их товарищей, успокоить тех и может, даже помочь... Но Аня в задумчивости всё-таки направилась прочь от двери, к выходу в сеть небольших коридоров. Проходя по первому из многочисленных, мысли девушки прервали едва слышимые голоса. Аня остановилась и прислушалась. Звук доносился из-за двери, напротив которой она стояла. Необъяснимый интерес заставил девушку прислониться ко двери. За ней слышались чьи-то негромкие возмущения и второй уверенный голос. Аня как заворожённая вслушивалась в происходящее за дверью. Как всегда уйдя в свои мысли, она не заметила шороха в нескольх сантиметрах от своего лица. Резко открывшаяся дверь ударила Аню по щеке, и шокированная такой внезапностью девушка резко отскочила. Ей на встречу вышел искомый поклонниками взлохмоченный Андрей, держа под мышкой...Сергея Маврина. Гитарист был сильно пьян. Кепку несчастный юноша удерживал в ладони двумя пальцами, а Маврин тем временем вырывался и чуть ли не плакал. Лефлер, едва краснея и закрывая дверь злополучной гримёрки, кивнув, поздоровался с нежданной гостьей. Аня же молча стояла, не решаясь поднять взгляд на Сергея. А гитарист тем временем, утирая слёзы, оперевшись на стенку, присел на пол и начал бубнить себе под нос что-то депрессивное. Девушка ещё не отошла от шока, когда поймала на себе с интересом изучающий взгляд Маврина. Тот не стесняясь её разглядывал. Аня попросту не знала, что ей делать, а Андрей как назло долго искал в карманах ключи от гримёрки. Балашова, сама того не заметив оказалась немного ближе к Маврину. В глазах того зажглись опасные искорки. Сергей попытался встать и тут же едва не упал, хватая девушку за руку. Та от неожиданности вскрикнула, но подняла пьяное тело и поставила его на ноги. Андрей обернулся, недобро взглянув на товарища и наконец провернул ключ в замочной скважине. Пока Аня отвлеклась на него, гитарист приблизился к её лицу и впилася своими губами в её, параллельно кладя руку чуть ниже спины. Поцелуй был настойчивым и неприятным. От Маврина сильно пахло алкоголем, а в его поведении и взгляде было не узнать того обаятельного мужчину и умелого музыканта. Через несколько позорных секунд девушка вырвалась и закричала. На её глазах стояли слёзы. "Неужели он на самом деле такой?!" Молнеиносно отреагировавший Лефлер подбежал к говорившему какие-то комплименты и почему-то называвшему девушку Леночкой Маврину, прижал того к стене и отвесил пощёчину. Тот не стал и сопротивляться, а лишь жалко повис на плече вокалиста. Юноша нервными движениями достал из брюк гитариста телефон, быстро набрал коллег по группе и обрисовал ситуацию, попросив забрать буйного фронтмена. Выйдя из неподвижного состояния, Балашова немедля бросилась на выход. Позади она слышала просьбу Андрея остаться и извинения за выходку друга, оправдания и слова сожаления. В его голосе слышалось явное беспокойство, но Аня уже скрылась у гардероба.

***

- Придурок ты, Маврин! Кретин! Вот нафига надо было так нажраться?! - орал на товарища взбешённый Юра. - Да знаю я... - виновато мямлил растрёпанный гитарист. - Ты зачем на девочку полез?! Мало того, что ей нервы попортил, так ещё и Андрюху в истерику вогнал! Ты что творишь, блин?! Где мы нового вокалиста найдём?! - Алексеева было уже не остановить, пока в салон автомобиля шефа не вернулся Лефлер. - Юрий Николаевич... Я видел её, возле остановки, но она уехала... Алексис устало оглядел юношу и разрешил угрюмо молчавшему Саше отъехать. Вечером Маврина ожидало похмелье в компании друзей и ещё один разбор полётов.