Откровение

Когда на улице стояла уже глубокая ночь, усталые, довольные и практически засыпающие на ходу музыканты наконец погрузилась в поезд. Вагон оказался плацкартным, однако никого это не смущало. По-видимому, больше всех поездка вымотала Андрея - он первым разложил свои вещи и, запрыгнув на верхнюю полку, почти мгновенно уснул. Остальные лишь улыбнулись, смотря на эту картину. Но вскоре легли и они. Спустя непонятно сколько тёмных часов сна без сновидений Аня проснулась от голосов с какой-то станции. Девушка приподнялась на своей полке, пытаясь понять, сколько сейчас времени, как с неё соскользнуло чужое шерстяное одеяло. Балашова смущённо улыбнулась: видимо, когда она заснула, кто-то из музыкантов укрыл её, чтобы не замёрзла. Что ж, спасибо тебе, добрый человек, подумала Аня, по ночам здесь тот ещё дубак... Она уже хотела было встать, но тут же почувствовала чьё-то прикосновение к своей спине. Сзади стоял держащий в руке полотенце Сергей. - Доброе утро! - улыбнулся он - А я как раз шёл тебя будить. - Доброе, - ответила девушка. Разглядев на наручных часах цифры "6:20", она спросила: - Тоже не спится? - Ага. Ненавижу эти остановки... - А долго ещё? - В 10 с чем-то приедем. - Твоё? - Аня показала на уже упавшее рядом с Мавриным одеяло. - Ты дрожала во сне, я укрыл. -Спасибо... - смутилась Аня. Тот скромно улыбнулся и пропуская людей прижался к её полке. - Слушай, у тебя не будет расчёски? Она улыбнулась, глядя на его волосы и смущённое лицо. Девушка покопалась в рюкзаке и протянула расчёску гитаристу. - Вот. Держи - Спасибо...

***

Прощаться было сложно. И какая разница, что всего на несколько дней или даже меньше. Аня в слезах обняла Юру, взяла номера Андрея и Паши, успокоилась в руках обычно скупого на эмоции Саши... Все пятеро рвались провожать, все пятеро настойчиво оттягивали момент её ухода. Обычно после выезда или тура музыканты мчались к семьям и на выходные, но сейчас всё было немного иначе. Расстаться всё же пришлось. Гитаристы проводили её до остановки, после чего Алексеев спустился в метро. -Давай провожу? - вдруг прервал её задумчивость молчавший всё это время Маврин. Аня не поверила его словам. - Ты разве домой не хочешь? - удивилась она. Тот на миг отвёл вгзляд и тут же нежно улыбнулся. - Не тороплюсь... Там скучно и никого пока нет. - Странно. Я вот люблю одиночество... - Да, я тоже, но это немного другое, - Сергей говорил спокойно, по-прежнему улыбаясь, - Но знаешь, иногда мысль о скором одиночестве съедает изнутри. - Бывает... - вздохнула Аня, - но тебе правда охота тащиться около часа на пазике? - Не жалко. Я вообще очень странный. - Каждый странен по своему, я не откажу. - Тогда давай подвезу? - Серьёзно? Эта фраза немного напугала Аню. От Маврина действительно можно ожидать что угодно. Однако девушка довольно быстро успокоилась, правда, лёгкое волнение всё же осталось. - Конечно, серьёзно! - хихикнул музыкант, - боишься что ли? Он приблизился и обнял её. - Да нет... Неожиданно просто, - тая от его прикосновений и улыбаясь, она приобняла его в ответ. - Осторожно... - он подхватил её под руки и поднял со скользкого тратуара. - Прости. - Всё в порядке? - волнение на его лице не было наигранным, но ненароком вызывало улыбку. - Да.. спасибо. - Ничего... Он аккуратно взял её под локоть и повёл к машине. - Прыгай, - открывая дверь со стороны пассажирского сидения, сказал Сергей. - Спасибо... Город за окнами давно проснулся и суетливо встречал новый будничный день. Казалось, Ани не было здесь целую вечность. Другая жизнь, наивная и совершенно детская. Сейчас было неизвестно, что будет дальше; что ждёт впереди, даже мысли о заврашнем дне не были такими неопределёнными... Волнение подступало вместе с непонятными эмоциями. При мыслях о будущем сердце рвалось наружу, а от бокового взгляда на курящего Маврина, глубоко опускалось внутрь, образуя сжатую рану. Так невовремя подступившие слёзы отчаяния девушка старалась спрятать, щурясь от едкого солнца. Весенняя Москва только принялась оттаивать от снега, а уже на голых ветках появились почки, готовые стать листьями. "Как всегда в пробках, пусть и в обеденный час," - подумала Аня. Стоило ей повернуться в сторону Сергея, весь калейдоскоп мыслей и чувств причиняли ещё большую боль и в то же время желание признаться во всём, прижаться к нему в поисках защиты и не отпускать никогда... В лучах солнечного света, задумчиво сидящий сейчас рядом, держа в руке сигарету и улыбаясь чему-то своему, он казался не то божеством, не то иллюзией, и в то же время реальным, уже ставшим таким близким и незаменимым. Чувства окончательно завлекли в себя девушку и она не сразу заметила на себе взгляд Сергея. - Ты какая-то грустная, - произнёс он, - что случилось? - Да, нет... Просто ты здорово выглядишь на солнце... - взволновалась девушка и поняла, что сказала какую-то глупость. - Удивила... - с доброй улыбкой взглянул в её глаза Маврин, - Хотя я тоже от него кайфую. - Я о том, что ты красивый, а на солнце...У тебя волосы как огонь и лицо счастливое, - Балашова потупила взгляд и чуть покраснела от неожиданно произнесённого. Получилось неожиданно поэтично. С полминуты гитарист помолчал, после чего улыбнулся и вновь пристально на неё посмотрел. Казалось, от его смеющегося, нежного взгляда трепетала любая живая душа... - А сейчас что высмотреть пытаешься? - пытливо вглядываясь в девушку, с шутливым восторгом спросил Маврин. - Тебя настоящего и твои мысли, - уверенно ответила Аня. - И как успехи? - Сложный ты человек и... На дорогу смотри! - Блин... - гитарист вырулил из очереди машин, и вскоре они уже спокойно мчались по широкому проспекту, - Спасибо. Что-то правда туплю. - Да что там. Просто эти пробки изведут любого... - Ага... Куда сейчас? - Направо, через те дворы.. Солнечные лучи скрылись за внезапно появившимися тучами и крышами домов. Сергей сосредоточился и вскоре припарковался возле стоящей сбоку девятиэтажки. - Здесь ведь? - на всякий случай спросил он. - Да. Эх, вот и дом родной... - выдохнула Аня. - Я обещал проводить, - с усталой, но искренней улыбкой напомнил музыкант. - Зачем? - смутилась Аня... Да, о таком она и не думала. Хотя, они же друзья... "А что мама подумает, если увидит? Она сейчас, наверняка дома, хоть и пятница..." - Чтоб никто не обидел, - совершено серьёзно ответил Сергей. Аня потупилась. - Что со мной может в подъезде случиться? - Мало ли кто тут ходит... - Тебе правда не лень? - Нет, конечно. - Хорошо.. Только чай не могу гарантировать, и у меня наверное мама дома и бабушка.. - Смущаешься? - Сергей снова не удержался от заразительной улыбки. - Да...Не привыкла ещё... - честно призналась она. - Привыкнешь. Всё хорошо, - просто ответил мужчина и снова её приобнял.

***

Остальные воспоминания Балашовой оставляли лишь сладкий осадок. Проводив её до квартиры, всё же зайдя по просьбам мамы на чай и обняв девушку на прощание, Маврин ушёл. После Аня смотрела в окно до того, как его машина скрылась за пределами двора. Дальше был долгий разговор с мамой и бабушкой; краткие ответы на вопросы о поездке и небольшой наигранный рассказ. А какие могут быть подробности? Разве их волнует, счастлива ли она?! Волнует ли, что Аня обрела надёжных друзей и чего-то достигла? Разве?! "Ведь они всё ещё думают, что я строю глазки Мише из института... Нет, они не могут понять. Как бы они не пытались дружить со мной, им всё равно: счастлива ли я и в чём моё счастье.." В глубине души, девушка понимала, что мнение родителей и окружающих с годами становится всё менее значимым... Стихи, друзья и музыка сейчас дают ей намного больше. "О друзьях ... Чёрт, нужно дядю Сашу навестить! Они же с Ясиком наверное, скучают.. " Едва разложив вещи и приведя себя в порядок, Аня выбежала на улицу. Улица дышала непривычной после зимы свежестью. Казалось, за этот день в округе всё поменялось... Все дороги, знакомые до боли сейчас не так сильно привлекали внимание девушки. Она бежала к другу, а её сердце беспокойно билось. Вот родной поворот, старые дома и палисадники, наполовину растаявшее озеро, тропинка и заросли, дорога...наконец-то, вагончик!... Спрыгнув с насыпи и чуть не упав, Аня метнулась к двери, на секунду замерла, постучала и вошла. Не говоря ни слова, она бросилась к едва подошедшему Саше. За то время, пока Аня его не навещала, он приболел. Балашова тут же ринулась в аптеку. За разговорами, лечением и небольшой уборкой прошло около двух часов. После друг наконец начал расспрос о поездке и её приключениях. Дядя Саша по своей натуре был весьма нетороплив. Вот и сейчас он спокойно похлёбывал чай, поглаживая Ясного. - Ну, Анют, расскажи теперь всё и по порядку. И она принялась пересказывать всю историю, от скуки немного приукрашивая. За повествованием, девушка не обращала внимания на как всегда не выдающего эмоций Сашиного лица. И тут произошло немыслимое, для обоих. Саша вдруг прервал её рассказ и с насмешками начал спрашивать: - То есть ты жила с этими музыкантами в гостинице? В одном номере? На миг в его голосе Аня услышала презрение. Не робея, девушка честно ответила: - Да... Мы друзья вообще-то. - Друзья?! - тут же возмутился мужчина.- Аня похолодела. - Да, - всё ещё не понимая, что происходит повторила она. - Какие друзья, Ань?! Ты знаешь их один день! Какие друзья? - Они записали со мной песни... С моими стихами, - напомнила девушка. - Ты серьёзно им веришь..?! Думаешь, этим металлистам нужны твои тексты? Думаешь, я не знаю, как они пользуются девушками, а потом их бросают? Сколько таким наивным жизней сломали?! Аня слушала и не могла поверить своим ушам. Она ещё не могла осознать всего, только что произнесённого Сашей. В этот момент хотелось верить, что всё это сон или чья-то дурацкая шутка. Но страшный мираж не покидал реальность а к голове уже подступала волна боли. Пользуясь тем, что пока ничего не чувствует, она нашла силы ответить. - Ты ошибаешься. Они заботились обо мне и приняли, как родную. Я дорога им... - голос дрожал, и вскоре она смолкла. - Неужели веришь? - он посмотрел на неё, будто не своим взглядом, - Да они все зажравшиеся неудачники! Им с тебя нужны либо деньги, либо ты. Ты для них - проститутка! Используют и выбросят при первой возможности! Ты для них фанатачная дурочка, игрушка! Думаешь, им выгодно помогать тебе? - Но... - Да твой Маврин этим только и пользуется. Ты ему стихи пишешь, он тебя по стране повозит, изнасилует и бросит "ни кола, ни двора" на обочине. В прошлый раз, что ли, не убедилась?! "Нет.. Не хочу вспоминать..! Он не такой! Нельзя..! Я для него друг...хотя сейчас блевать хочется от этого слова." Поняв, что боль сейчас точно хлещет наружу, а слёзы принялись обжигать щёки, разум постепенно перестал работать. В этот момент Аня почти ничего не ощущала, кроме рвущего всё её тело на части звук бьющегося сердца. Она была словно в вакууме. От шока глаза затмила пелена и она уже не отдавала себе отчёт в действиях... Девушка выбежала наружу и помчалась прочь.

***

Слова Саши оказались в тысячу раз больнее ран от ударов... Какое-то время сквозь пелену боли проскальзывала мысль: "А может, всё же вернуться, извиниться и постараться наладить былые отношения?" Присев в тихом дворе, Аня не оставляла попытки успокоиться. Девушка всё ещё не могла поверить ни в предательство друга, ни во всплывшие в её памяти приставания Сергея... "Нет..." - успокаивала себя Балашова - "Он, наверное, дорожит мной. В конце концов, мы же друзья ..." Сейчас её душу грел только ничтожный лучик воспоминаний о тёплом приёме и заботе "Мавриков". Очень хотелось сейчас довериться кому-нибудь, способному просто принять и находится рядом, даже понимать её чувства необязательно... Просидев в раздумьях ещё целую тысячу лет, как ей показалось, она убедила себя смириться. Боль от предательства Саши рано или поздно пройдёт, и девушка сумеет отпустить его. Но вновь оживший в голове образ закулисья той сцены снова пробудил в Ане тщательно скрываемый страх.