Гостья

Профессор Дамблдор медленно поднялся со своего места, скрипнув тяжелым стулом, и громко хлопнул в ладоши, заставляя галдящих студентов замолчать. Сотни заинтересованных взглядов устремились на старого директора, и он начал свою речь: — Прошу прощения, что оторвал вас всех от завтрака, но думаю, вы будете рады услышать эту новость. Как всем давно известно, ежегодно в Хогвартсе проводится рождественский бал, и в этом году я решил не изменять этой старой традиции, поэтому хочу сообщить, что абсолютно все ученики школы могут посетить это торжество, которое начнётся в субботу ровно в семь часов вечера. Большой зал заполнился радостными аплодисментами, вот только большинство девушек начали нервно перешёптываться со своими подругами, ведь до бала осталось всего три дня и времени подобрать подходящие наряды оставалось катастрофически мало. — И где я теперь найду новое платье? — воскликнула Лили, обращаясь к подругам. Сара, не разделяющая всеобщего восторга от предстоящего мероприятия, поперхнулась соком. Последние два года она посещала рождественскую вечеринку с одной целью — повеселиться с Мародерами и выпить немного огневиски, которое они каким-то образом умудрялись протащить перед самым носом учителей. Один раз они чуть не попались самой Макгонагалл, но Сириус очень правдоподобно изобразил обморок от переутомления, создавая вокруг себя панику, и у Минервы совсем вылетела из головы та мысль, что ещё совсем недавно она собиралась устроить строгий допрос всей компании. — Лили, у тебя же осталась прошлогоднее темно-синие платье. По-моему, ты его надевала всего один раз, и оно не успело испортиться за проведённый в шкафу год, — ответила Макнейр. — За год я сильно выросла, и это платье даже мне до щиколоток не дотянет, — недовольно закатила глаза Эванс. — И в груди явно будет маловато, — ухмыльнулся Джеймс. Лили уже хотела обрушить на него весь свой гнев, но улыбающийся Сириус не дал ей этого сделать, задавая вопрос всем друзьям сразу: — А что нам мешает сходить в Хогсмид и купить там новые костюмы? За столом повисла тишина, которую осмелилась нарушить только негодующая Эванс спустя минуту. — Думаешь, Макгонагалл так легко нас отпустит? — фыркнула рыжеволосая. С самого утра её настроение испортила Сара, которая в очередной раз забыла завести будильник, и они чуть все вместе не проспали завтрак. Пока девушки собирались, Лили успела отругать подругу, как минимум, десять раз. — Эванс, — ухмыльнулся Сириус, — ты думаешь, мы каждый раз бежим спрашивать у неё разрешения перед тем, как сходить в Хогсмид по ночам или забраться в гостиную к слизеринцам? Сара громко рассмеялась над наивностью подруги, и та обиженно надула щеки. Эванс уже собиралась уйти от развеселившихся друзей, но её остановил громкий голос Джеймса. — Лили, постой, — он тепло улыбнулся ей и взял её за руку. — Сириус не хотел тебя обидеть, он имел ввиду то, что у нас не возникнет проблем со внеплановым походом в Хогсмид. Слова Поттера успокоили девушку, но, вспомнив, что её руку до сих пор сжимает Джеймс, она поспешила вытащить её, на что он обреченно вздохнул.

***

В пятницу вечером Джеймс собрал всех друзей, которые изъявили своё желание пойти в Хогсмид, в гостиной Гриффиндора и поочередно выводил их за стены замка, спрятав под мантией-невидимкой. Первыми покинули замок Лили и Сара, а вслед за ними и Сириус с Мари. Оказавшись почти вплотную к девушке, Блэк легко поцеловал её в губы. Стюарт густо покраснела, услышав недовольную реплику Поттера: — Мерлин, я понимаю, у вас любовь и все дела, но может вы подождёте, пока мы вернёмся обратно и тогда, так уж и быть, мы посидим в гостиной часик, чтобы вы успели насладиться обществом друг друга. Сириус заливисто рассмеялся, но Джеймс тут же зажал ему рот рукой. Совсем рядом с ними послышались громкий стук каблуков, и тут же из-за поворота показался силуэт Макгонагалл. Минерва остановилась неподалёку от друзей, как будто чувствуя что-то неладное, но тут же на души гриффиндорцев снизошло облегчение, когда Минерва резко развернулась и зашагала в обратную сторону. До ворот замка, где их уже давно ожидали замершие Сара и Лили, трое гриффиндорцев добрались без происшествий. — Вы не могли провозиться ещё дольше? — недовольно спросила Макнейр. — Мы тут чуть к земле не примёрзли. — Я бы рассказал тебе всё в деталях, но магазины скоро закроются. Нам пора спешить, — недовольно ответил Джеймс. За веселыми историями Мародеров дорога до волшебной деревни пролетела незаметно. На улицах Хогсмида было почти безлюдно. Лишь изредка на глаза гриффиндорцам попадались взрослые волшебник, укутанные в тёплые зимние мантии. Когда друзья зашли в единственное ателье деревни, их тела обдало приятным тёплом. Пожилая седоволосая женщина вежливо им улыбнулась и пригласила поближе рассмотреть имевшиеся у неё экземпляры. — В Хогвартсе намечается рождественский бал? — вежливо поинтересовалась она, и гриффиндорцы синхронно кивнули ей в ответ. На деревянных вешалках по правую руку висели платья для девушек различных цветов, размеров и фасонов, а по левую расположились смокинги для молодых людей. — Юная леди, — обратилась хозяйка ателье к Лили, — я думаю, вам очень подойдёт это платье. Она аккуратно сняла с вешалки длинное пышное темно-зелёное платье в пол и протянула его Эванс. Гриффиндора скрылась вместе с платьем за занавеской. Когда девушка отодвинула шторку, чтобы показать платье друзьям, у Джеймса невольно открылся рот от удивления. Признаться честно, в нем она выглядела просто сногсшибательно. Её длинные рыжие волосы плавно спадали на плечи, а цвет платья почти сливался с цветом глаз Лили. — Однозначно, это лучший вариант, — одобрительно отозвалась Сара. — Сколько оно стоит? — поинтересовалась Эванс. — Милочка, тебе я отдам его за двадцать пять галлеонов, — ответила женщина, но как только Лили услышала эту сумму, её глаза тут же потухли. — Извините, пожалуй, я присмотрю что-нибудь другое. — Почему, Лили? Оно тебе так идёт, — задумчиво спросил Поттер. — Я не могу позволить себе такое дорогое платье, Джеймс, — удрученно произнесла рыжеволосая. Её семья совсем не могла похвастаться большим счетом в банке. К тому же, в этом году Петунья поступила в престижный маггловский университет и родителям Лили едва хватает средств, чтобы платить за обучение старшей дочери. — Отлично, тогда мы его берём, — бодро отозвался Джеймс и потянулся в карман своей мантии за кошельком. — Не смей его покупать, Джеймс Поттер! — громко воскликнула Лили, но гриффиндорец уже протянул продавщице монеты. — Я не хочу перед тобой всю жизнь оставаться в долгу. Джеймс и не собирался упрекать девушку за подарок, который он сам же и решил ей сделать, но в его голове неожиданно появилась идея и он, хитро улыбнувшись, сказал: — Если ты пойдёшь со мной на бал, то считай, что долг уплачен. Лили не стала отказывать Джеймсу, и тот широко улыбнулся, озаряя своей улыбкой тусклое помещение ателье. Мари и Сара тоже поспешили определиться с выбором своих платьев. Стюарт остановилась на облегающем фигуру голубом платье с глубоким вырезом на спине, а Сара выбрала нежное кремовое платье чуть ниже колена. — Ну уж нет, — возразил Сириус, когда Мари собралась расплачиваться за свой наряд. — Я, как истинный джентельмен, не могу позволить своей даме самой заплатить за наряд. Сара громко фыркнула и сказала: — Может тогда кто-нибудь и за мое платье заплатит? — Макнейр, у тебя достаточно денег, чтобы скупить все платья в этом ателье, — ответил Блэк на недовольную реплику подруги. Действительно, денег у отца Сары было почти столько же, сколько и у Блэков. Кристиана Макнейра уважали все чистокровные волшебники, но несмотря на свой статус, он очень любил свою дочь и не отказывал ей ни в чем. Он даже почти не расстроился, когда утром сова принесла ему письмо от Сары с извещением о том, что его младшая дочь поступила на Гриффиндор, ведь ещё с самого детства он замечал её непростой характер и понимал, что попадание на Слизерин будет маловероятным.

***

Большой зал был украшен таким образом, что даже те, у кого совсем не имелось праздничного настроения, окунулись в эту волшебную рождественскую сказку. На стенах висели яркие венки, с потолка сыпался искусственный снег, который едва успевал достигнуть голов учеников и тут же исчезал. Восторженные первокурсники пытались словить хотя бы одну снежинку, но это занятие им быстро наскучило, и они начали танцевать под незамысловатые мелодии. Позади преподавательского стола установили большую зелёную ель, высота которой достигала больше двух метров, а около каменных стен расположили ели чуть меньшего размера, украшенные разноцветными игрушками. — Как здесь красиво, — завороженно прошептала Мари, держа за руку Сириуса. На все медленные танцы Блэк приглашал Мари, на что она охотно соглашалась, ловя на себе множество завистливых взглядов от поклонниц Сириуса. — Я тут недавно посоветовался с Джеймсом, — неожиданно начал гриффиндорец. — Он с радостью согласился пригласить тебя погостить у него на Рождество. На мгновение Стюарт задумалась, размышляя над этим предложением. Всю свою сознательную жизнь она отмечала этот праздник исключительно в кругу семьи. — В этом году даже Эванс согласилась, — улыбнулся Сириус, — а Сара и так каждый год приезжает. — Я обязательно приеду, как только смогу, — заверила Мари. В Большом Зале стояла невероятная духота, несмотря на холодное время года за его стенами. Мари взяла очередной кубок с тыквенным соком и поспешила осушить его до самого дна. Из-за сильно жажды она не заметила, что напиток отдаёт чем-то горьким. Через несколько минут у неё закружилась голова, а глаза налились тяжестью. — Сириус, — выкрикнула Стюарт и тут же обмякла без сознания в руках гриффиндорца. Блэк подхватил девушку на руки и побежал в лазарет, протискиваясь через танцующих учеников. Первое, что пришло ему в голову — Мари просто переутомилась, но она не приходила в сознание даже тогда, когда он отнёс её к мадам Помфри. — Что с ней? — практически прокричал Блэк, когда медсестра обследовала тело гриффиндорки с помощью волшебной палочки. — Пока могу только сказать, мистер Блэк, что мисс Стюарт потеряла сознание из-за некого зелья, но чтобы узнать, что именно она выпила и каковы будут последствия, мне понадобится помощь профессора Слизнорта. — И что вы ждёте? Позовите его! — Мистер Блэк, я боюсь, профессор Слизнорт уже спит. — Значит проснётся! — громко гаркнул Сириус. Он выбежал из больничного крыла и направился прямиком к подземелья в спальню Слизнорта. Догадки мадам Помфри оказались верны, и Гораций уже действительно готовился ко сну. После настойчивого стука Сириуса, дверь распахнулась и перед ним оказался Слизнорт со слегка растрёпанными волосами и в спальном костюме. — Мерлинова борода, мистер Блэк, что вас заставило прийти ко мне посреди ночи? — сонно пробурчал профессор, потирая глаза. — Не драматизируйте, сейчас только девять вечера. В больничном крыле нужна ваша помощь. Сириус попытался говорить как можно спокойнее, пересказывая учителю случившуюся ситуацию, но иногда его голос срывался, что вызывало причитания Слизнорта. — Сейчас я переоденусь... — Нет времени! — громко рявкнул Сириус. Гораций захлопнул дверь в свою спальню, накинув на плечи только мантию. Всю дорогу Слизнорт предпочитал молчать, опасаясь бурной реакции Блэка. В лазарете он проанализировал внешний вид Мари и, выслушав показания мадам Помфри, вынес вердикт: — У меня есть несколько вариантов, но чтобы поставить наиболее точный диагноз, нам следует поговорить с мисс Стюарт. К радости всех присутствующих, бледная Мари медленно открыла глаза и поморщилась от яркого света в лазарете. Улыбающийся Сириус тут же накинулся на девушку с объятиями, пытаясь как можно ближе прижать её к себе. — Ты меня так напугала, — сказал юноша и облегченно вздохнул. — Мы знакомы? — прохрипела гриффиндорка. — Черт, Мари, не шути, — отмахнулся Блэк. — Не выражайтесь! — сделала замечания мадам Помфри. — Я понимаю, вы волновались, но мисс Стюарт нужно отдохнуть. — Мадам Помфри, — начала Мари, — я не знаю этого молодого человека. Сириус удивленно отстранился от девушки и перевёл взгляд на Слизнорта. — Поппи, — осторожно начал он, — это зелье было создано еще в далеком прошлом одной волшебницей. Она влюбилась в человека, который не испытывал к ней взаимных чувств, поэтому решилась на такой шаг. Зелье стирает не только все чувства к определенному человеку, но и все воспоминания, связанные с ним. В нашем случае, зелье стёрло воспоминания о мистере Блэке.