all about paramedic luv

      Последующие два дня Хосок проводит в кровати. Там он спит, смотрит Доктора Хауса, читает и много ест. Иными словами, набирается сил перед следующей сменой. Только вот есть кое-что, что так или иначе тревожит его в каждой попытке нормально поспать. Хосоку снится взгляд парня, которого сбила машина. Ли буквально чувствует хриплое дыхание, щекочущее его руки, когда те были заняты перевязкой раны на голове. И это пугает больше, чем когда-либо. Парень одергивает себя несколько раз, когда берет в руки телефон и собирается позвонить кому-то из больницы, чтобы узнать о его состоянии. Для парамедика подобное совершенно не нормально. Тем не менее, больше всего Хосока интересует именно парень, которого ему удалось спасти даже без команды за спиной и багажом сильных медикаментов.       Ли просыпается в четыре утра, за час до начала своей смены, и наспех принимает охлаждающий душ, чтобы хоть сделать вид выспавшегося человека. Накануне ему приснился не самый приятный сон, где парень от удара автомобиля все же погибает, а у Хо и шанса нет ему помочь. Может от этого, а может от сериала, но у парамедика темные круги под глазами и лицо выглядит более уставшим, чем после суточной смены.       Хосок переодевается уже в больнице, выпивает немного энергетика, ведь они вредны для сердца, и желает Хёншику — парамедику, что сдал смену — приятных выходных. Бригада Ли выезжает на вызов уже через две минуты после начала рабочих часов. Они откачивают девочку-подростка, что наглоталась таблеток от жестокости неразделенной любви, промывают ей желудок и немного мозги. Хосок говорит, что ни один подлец не стоит жизни молодой красавицы. А к десятому часу у них так и нет заданий, так что Ли решает все же пройтись больницей, что постепенно оживает из-за большого количества медсестер и посетителей. Он подтягивает широкие штаны ярко-красного цвета со светоотражающими лентами и одергивает свободную светлую кофту, на которую при исполнении надевает пока что объемный пуховик в цвет штанам. Он не может дождаться, когда сменит его на более удобный жилет. Так вот, о форме. Как и всегда, люди странно реагируют, будто парамедики чем-то отличаются от обычных врачей. Они провожают Хосока косым взглядом, а когда тот останавливается возле доктора Ю — худощавого мужчины низкого роста, и вовсе о чем-то шепчутся, а затем хихикают. Наверное, между врачами и парамедиками все же есть разница.       Ю Кихён — талантливый врач-диагност, молодой и неженатый, но до ужаса ворчливый и придирчивый. Может в этом заключается его талант. Только Кихён может уцепиться за малейшую деталь в карте пациента, и моментально выйти на правильный диагноз. Хосок из-за этого часто сравнивает его с Доктором Хаусом и иногда перечитывает истории болезней пациентов Ю, чтобы узнать для себя что-то новое. — Привет, трудяга, — парамедик обращается к Кихёну, который внимательно записывает что-то, изредка поглядывая в небольшое окошко в двери, вероятно, на своего пациента, — сильно отвлекаю? — Подожди минутку, — отвечает врач, не отвлекаясь от записей.       Хосок, дабы развлечь себя в секунды ожидания, заглядывает в окно. Возле кровати больного сидят мужчина и женщина средних лет, видимо, супружеская пара. За темноволосой женщиной пациента не разглядеть, но Ли обращает внимание, как подрагивают ее плечи, видимо, от слез, и как мужчина поджимает губы, опуская руку на плечо жены, чтобы успокоить. У Хосока перед глазами совершенно неосознанно опять пролетает мутный взгляд спасенного им парня, и брюнет чуть наклоняется, чтобы сменить угол обзора. И правда, там лежит именно он. С широкой повязкой на голове, сверху которой торчат русые волосы. Глаза парня закрыты, даже не дрожат, как и плотно сомкнутые губы, которые, к счастью, теперь нежно-розового, а не устрашающего синюшного оттенка. Хосок облегченно вздыхает, даже не скрывая этого, ведь его небольшое утреннее приключение все же будет жить. Ли надеется, долго и счастливо. — Им Чангюн, чуть поломался об машину, — обыденно говорит Кихён, наконец закрывая карту пациента. — Я знаю, — говорит Хо, кивая. — Не твоя же смена была. — Я был свидетелем аварии, — парамедик наконец оборачивается к врачу, складывая руки на груди совершенно ненавязчиво, — пришлось откачивать бедолагу. Расскажешь, что там было? — Оу, ничего особенного, на самом деле, — Кихён отводит взгляд, припоминая, — открытый перелом лучевой кости правой руки, из-за чего пришлось провести срочную операцию по внедрению пластины. Как бонус: сильное сотрясение и вывих левой голени, который, к слову, ни ты, ни твои напарники не заметили.       Хосок закатывает глаза, а Кихён улыбается по-доброму, хоть в его глазах и пляшут чертики неодобрения. — А ребра? Он перестал дышать на две-три минуты, и сердцебиение сильно замедлилось. Я боялся, что осколки костей могли проткнуть легкие. — Точно, три ребра сломаны, но ты был осторожен, хвалю. Они не задели органы. А чуть не умер он вероятно от болевого шока. Парниша не мог успокоиться, вот и начал задыхаться, — Кихён смотрит на пациента, кивая сам себе, — только вот есть и другие проблемы. — Ты о чем? — Нервный дерматит на внешней стороне бедра, незначительное выпадение волос, судя по всему, на той же почве и пожизненно ускоренное сердцебиение. Как только Чангюн придет в сознание, придется отправить к нему психолога. Кто знает, может он сам под ту машину бросился. — Его сбили на переходе, — отрезает Хосок, очевидно, отказываясь верить в то, что парень вроде этого Чангюна может бросаться под автомобиль в полшестого утра. — И как сильно это что-либо меняет? — хмыкает Кихён, вздымая одну бровь и одним выражением лица давая понять, что Хосок его ни в чем не убедил, — Осталось ждать, пока принцесса откроет глазки.       «Осторожно, Ки, не утони там», — пролетает в голове Хосока, когда он вновь смотрит на Чангюна. Парамедик обещает сам себе, что обязательно зайдет к этому парню, поговорит с ним не как упрямый психолог, а как друг, хоть пока незнакомый. — Ох, кажется, ждать долго не придется, — оживленно говорит Кихён, показывая на жизненные показатели, что медленно стабилизируются.       Хосок с чуть приоткрытым от удивления ртом смотрит, как трепещут ресницы парня, а чуть позже слышит радостный возглас его матери. И только он собирается пригрозить Кихёну, чтобы тот даже не смел мучить Чангюна своими «вопросами в лоб», как из рации на его ремне доносится громкое и шипящее «Первая, вторая и третья бригады, по местам. Обвал дома в районе Мендон».