Потерянный мальчик

«Итак, приступим». Склонившись над старенькой клавиатурой, Иаков перепечатывал пометки с бумаги. «Название: «Жертвуй слабыми», ага. 7:35 – обход ловушек. В 9:00 переместить с северной смотровой площадки двух солдат к центру «Клык». Изучить лагерь… Доложить о нахождении медведя на территории. 10:00…» Он сощурился, пытаясь разобрать, что было написано на бумаге. «…10:00 – кормёжка судей. Рацион: оленье мясо. Если кто-то попался в ловушку, тоже скормить. Жертвуй слабыми!» На какое-то время он отстранился от монитора и протер уставшие глаза. До рассвета было еще далеко. «12:05 – обход пленников. Раздача пайков. 12:40 – допросить пленника из клетки номер 8. Да-а, будет неплохо. 13:20 – вычесать судью Оливера… так, это не для общей записи. Удалить. Ага…». Не глядя, он подхватил кружку с водой и отпил из нее. «14:00 - Захватить лагерь у реки. Восемь… - он задумался, а после переписал, - нет, десять человек отправить в отель Грандвью. Остальных расстрелять». - Иаков, у тебя есть кокаин? Вера подкралась так незаметно, что Иаков едва не вздрогнул от неожиданности. Все еще держа чашку в руках, он развернулся и долго рассматривал ее лицо, пытаясь понять, был ли это глюк. Она стояла так близко, что едва ли не нависала над ним. От нее исходил приторный аромат белых цветков; кожа была вся позеленевшей; а под глазами были такие огромные круги, что в категории людей, страдавших от недосыпа, она легко бы могла соревноваться с ним самим. В последнее время она навещала Иакова все чаще. - Почему у меня должен быть кокаин? - Ну у Иоанна же есть. Положив кружку на стол, он закрыл лицо ладонями и просидел в такой позе так долго, что монитор его компьютера переключился в спящий режим. Вера нетерпеливо переминалась с ноги на ногу, ожидая, когда Иаков выйдет из состояния полного ахеревания. - В смысле у Иоа… Так, не хочу даже знать! - Ну так что, есть у тебя? Мне просто очень-очень надо. - Нет. - Ну пожалуйста! - Что пожалуйста? – довольно резко отреагировал Иаков. - Нет у меня, отвали. Вера отставать не собиралась. То и дело теребя свой нос, она смотрела на серьезное выражение лица старшего Сида, пытаясь понять, как можно было бы его уговорить. Отходняк у нее был страшный. Ее попытки перебить ослабление организма Блажью не увенчались успехом – она лишь едва не довела себя до предсмертного состояния, и теперь за ней всюду тянулся зеленоватый шлейф приторных белых цветов, а кожа покрылась налетом. - А ты не знаешь, у Иоанна еще осталось? Он не забирал с собой, когда уходил? - Ну пойдем узнаем. Злость в голосе он заглушил скрипом стула, поднимаясь со своего рабочего места. Перед тем, как выйти из комнаты, он сохранил записи на компьютере и нажал на команду «распечатать», установив цифру в пятьдесят копий. Вера, как тень, бесшумно следовала за ним по пятам. - Поедешь в прицепе, - сказал Иаков приказным тоном, усаживаясь в свой джип. Он не захотел впускать Веру в салон не из отвращения к ней, хотя это тоже играло важную роль, а потому что опасался, что от наркотического амбре Веры, во время поездки ему самому станет плохо. А съезжать в кювет и отключаться он не планировал. Все, о чем он думал, это как он запихнет найденный кокаин Иоанну по самый пищевод при их следующей встрече. Возможно, Иаков мог бы сжалиться над младшим братом и просто свернуть тому шею, но пока он был настолько зол, что об этом варианте даже не думал. Несмотря на сформировавшееся невысокое мнение Иакова о брате, Иоанн не переставал поражать его своей способностью выкинуть что-то, что открывало второе дно в этой шкале и без того низких ожиданий и надежд. Путь от убежища Иакова до пентхауса Иоанна тянулся через весь округ, охватывая все важнейшие точки здешних земель: центр «Клык», ферму Рэй Рэй, яблоневый сад и Фолз Энд. Иаков помнил последовательность этих точек, но то ли из-за лени, то ли из-за нелюбви к брату, подолгу не навещая ранчо Иоанна, он забывал, на каком повороте сворачивать, из-за чего пару раз едва не уехал в обратном направлении. В такие моменты Вера громко стучала по заднему стеклу и экспрессивно махала руками в сторону нужного направления. Иной раз на развилке Иаков поглядывал в зеркало заднего вида, чтоб не ошибиться на дороге. Сестра все это время корчилась в прицепе. Она была рада помочь брату, который вез ее к заветной порции кокаина, но от передозировки Блажи ей было настолько плохо, что она едва различала дорогу. Кое-как припоминая маршрут, ей удавалось указывать на нужное направление, но давалось ей это с огромным трудом, в перерыве между возникающими глюками и приступами тошноты. Над их головами послышалось гудение пролетавшего мимо самолета. Звук был тарахтящим, нетипичным для истребителей, которыми пользовался Иоанн и его люди, что сподвигло Иакова резко дать по тормозам, едва ли не вышвырнув не пристёгнутую Веру из прицепа. Он налег на руль, всматриваясь в небо через лобовое стекло, но, ничего не увидев, высунулся в открытое окно. Над ними пролетел кукурузник раздражающего желтого цвета. Кукурузник Ника Рая! - Какого черта, Иаков? – Послышалось позади от Веры, потиравшей ушибленное плечо. - Какого черта, Вера?! Ты видела это дерьмо?! – Заорал в ответ Иаков, не веря своим глазам. Самолет прожужжал мимо, даже не заметив вражескую машину. Сид дал по газам, решивший попасть на ранчо как можно быстрее. Утренние потрясения были настолько из ряда вон выходящие, что Иаков пришел от них в ярость. - День еще не начался, а он уже говно, - раздраженно бурчал себе под нос Иаков, вглядываясь вдаль, надеясь разглядеть нужное здание. К ранчо они подъехали лишь поздним утром. Их без проблем пропустили на территорию, не задавая лишних вопросов. Выпустив Веру, как ищейку, искать наркотики, ветеран первым делом направился в ангар проверять свои догадки. Самолета он там, действительно, не обнаружил, от чего и на без того хмуром лице проступили морщины. На его расспросы, куда тот подевался, эдемщики стыдливо опускали взгляд в пол. Недоглядели. Не успел Иаков отчитать их за безответственный подход к своим обязанностям, как рация в его кармане зашумела. Грозно зыркнув на людей Иоанна и решив, что поговорить следовало бы еще и с главнокомандующей, он ответил на вызов. - Что? – гаркнул он, раздраженный происходящим. В трубке послышался знакомый голос. - Иаков, срочная новость. Пока тот говорил, Иаков шел ко входу дома, где на пороге его встречала Верона, размышлявшая, стоило ли ей сейчас улыбаться или нужно было проявить серьезность. - Реще давай, я спешу. - Кто-то разрушил ловушку у лесопилки. Новость, действительно, не требовала отлагательств. Сид остановился на месте. - Что значит, разрушили? - Полностью разрушили! Как будто динамитом. Клетки разворочены, динамики едва хрипят. Что делать-то? Вновь посмотрев на Верону, он задумался, пытаясь решить, что было для него важнее: надавать подзатыльников девке или умчаться к своим раздолбаям. И все же Верона бесила его больше, чем ЧП у лесопилки. По крайней мере, ловушку можно было заново отстроить, а вернуть самолет – увы. Иоанн мастерски умел «убеждать» людей, что им не нужны их собственные вещи и сбережения. Без него с этим станет тяжелее. Значительно тяжелее. - Попытайтесь найти того, кто это сделал. Я скоро буду. - Понял. Отбой. Верона исчезла в доме, спасаясь от припекающего солнца. Сиду пришлось последовать за ней. Не обращая внимание на носившуюся туда-сюда Веру, Иаков смотрел на новую вестницу, не понимая, почему она так его бесила. Иоанн тоже временами выводил брата из себя, но почему-то его он был готов терпеть. Эта же (this one), порой, даже не понимала всю важность своей работы. По-другому Иаков не мог объяснить, почему она так халатно подходила к делу. - Пойдем прогуляемся до гаража. Девушка не ожидала, что разговор начнется так прямо. Почувствовав что-то неладное, она спросила: - Может не надо? Она отступила назад. - Живо! – скомандовал Иаков, похрустев костяшками пальцев, будто собирался кого-то побить. Такое желание у Иакова, действительно, было. - Зачем нам туда идти? Равнодушие сменилось раздражением. - Где самолет, Верона? Девушка замялась, думая, что сказать. - Мы его отвезли на другую стоянку. - Да? – усмехнулся ветеран, - Тогда почему я его видел сегодня совсем не на стоянке, а в небе? Верона не знала, что сказать. От нервов у нее задергался глаз. Она вся сжалась, надеясь мимикрировать под домашний интерьер. Иаков пристально на нее посмотрел. - Иосиф знает об этом? Или ты не сказала? - Клянусь, это произошло около часа назад! Я еще не успела рассказать! - У тебя неделя, чтобы вернуть его назад. Не вернешь – пеняй на себя, поняла? - Вернуть? Как? - Да хоть как. Иоанн прекрасно справлялся с этим. Коль уж заменяешь его – справляйся с его работой. - Л-ладно, - она нервозно вздрогнула, - Только прошу, не рассказывай Отцу. Иаков ничего не ответил. Разумеется, он собирался рассказать. Он был уверен на все сто, что она не вернет этот чертов кукурузник. Ему легко удалось договориться со своей совестью, что этот поступок будет совершен из «чистой справедливости». Нехотя осмотрев зал, он вдруг замер. Все подарки, какие Иаков дарил брату на праздники, стояли на видном месте. Это были животные, которые по ошибке попадались в ловушки для волков. Сид-старший делал из них чучела от нечего делать, а после отдавал их, как подарки. В основном Иоанну, потому что о его дне рождении он забывал чаще всего. В этом случае он был благодарен сестре за ее отличную память. За день – за два она напоминала ему о дате, и Иаков быстро ретировался к себе в кладовку, отыскивал чучело, которое еще не дарил, и вручал имениннику «с наилучшими пожеланиями», всегда удивляясь, почему Иоанн радовался этим подаркам. Теперь он видел, что для брата это были не просто подарки. Обставив ими всю гостиную, он даже переделал интерьер, чтобы животные удачно в нем смотрелись. Люстру из оленьих рогов – подарок на 30тилетие – повесил над журнальным столиком у самого видного места. У Иакова аж сердце закололо. В момент ему перехотелось идти на конфликт и что-то выяснять. Он никогда не придавал значения тому, что дарил Иоанну, и думал, что брат тоже не парился с этим… А теперь видел, как все было на самом деле. В этот момент, заметив копошившуюся в книжных полках Веру, он подумал, что пожалеет брата и просто свернет ему шею, как найдет его. Если найдет. Подозвав к себе удрученную пустыми поисками Веру, он сказал, что поедет к себе. Сид попыталась навязаться поехать с ним, но Иаков был непреклонен. На благо, он подобрал нужные слова, предложив ей остаться и поискать наркотики получше, а заодно – присмотреть за Вероной. Заслышав про наркотики, Вера тут же согласилась, пропустив мимо ушей второе наставление брата. Холодно попрощавшись с Вероной, он неосознанно еще раз посмотрел на чучела волков и оленей, после нахмурился. Он отказывался признаваться, что уезжать раздраженным от Иоанна ему было намного приятнее и спокойнее, чем от этой новенькой. Как та ни старалась, она не стала бы для него родней. Они оба это понимали. «Пора навестить Отца». Дом Иосифа находился в глуши на отдельном острове, том, что был рядом с церковью. Не зная к нему дороги, можно было легко заблудиться. Поэтому, разобравшись со своими делами, он попросил одного из охотников подвезти его. Плутать одному в сумерках по неосвещенным дорогам не было ни сил, ни желания. Напевание себе под нос сектантских песенок неслабо раздражало Сида-старшего, но за неимением наушников приходилось терпеть. Когда по радио заиграла его единственная любимая песня из всего плейлиста, он рявкнул на эдемщика, чтоб тот заткнулся, и они молча послушали про коллапс. Иосиф удивил Иакова даже сильнее, чем младший брат. Глядя на исхудавшее тело пастора, щеголявшее по дому в одних брюках, он мог проследить, какое влияние на него оказывал Иоанн. И как в его отсутствие Иосиф расслабился. Он ходил со спутавшимися между собой распущенными волосами, небритый и помятый, как после сна. Встретив нежданного гостя, Иосиф обнял его. Пастор долго стоял с братом на пороге дома, игнорируя шипение утюга и протяжный свист чайника. Иаков стоял в растерянности, не понимая, когда Иосиф успел себя так запустить. Почему обыденный стабильный мир рушился у него на глазах без одного несчастного звенья в цепочке. Как остальные не замечают того, что происходит с миром. А может, замечают, но старательно делают вид? - Иосиф, я по делу. - Иаков с облегчением почувствовал, как Отец нехотя разжал руки, выпуская его из своих объятий. – У тебя, кажется, что-то горит. Ничего не ответив, Иосиф убежал в дом. В воздухе почувствовался стойкий запах гари, будто кто-то что-то жег. Очевидно, Иосиф, ведь других домов и людей по близости не было. Разве что, водитель Иакова, но тот смиренно ждал в авто. Простояв немного на улице, Иаков все же проследовал за братом. Обнаружил он его очень быстро: Иосиф бегал по кухне с прожжённой тряпкой в руках и махал ею в разные стороны, видимо, надеясь, что черный след от утюга уйдет как-нибудь сам. Стоя в дверях, Иаков поверить не мог, что видел именно Иосифа. Заметив брата, пастор тут же остановился и, выставив на свет ткань, посмотрел на нее. Это было длинное знамя с символом «Врат Эдема» по центру. Сделав невозмутимое лицо, Иосиф сказал: - Повешу перед входом в церковь. - Что? – Переспросил ветеран. - А что? Здесь нет Иоанна, который бы мне это запретил. Иаков потупил голову. - А лучше бы был… - О чем ты? Иосиф озадаченно посмотрел на брата, заметив, наконец, что он был намного мрачнее, чем обычно. Слишком серьезный, слишком хмурый, слишком раздраженный. Не став вводить брата в курс дела (видимо, решив, что Иосиф и так поймет, о ком пойдет речь), Иаков начал: - Иосиф, я понимаю, почему ты так поступил, но с юго-западом определенно надо что-то решать! С Иоанном не было таких проблем, какие есть сейчас. С этой вот. Вероной. Иоанн хоть и был говнюком, но свое дело знал, и грешники его боялись. Иосиф вдруг вспомнил о младшем. В последнее время он был настолько занят, что и забыл о такой проблеме, как Иоанн. Верона потихоньку приобщалась к своей работе; проблем он видел в ней все меньше, и уже исчезновение брата не казалось ему таким важным, как раньше. Он удивился, когда Иаков вновь завел эту тему. - Не думаю, что происходит что-то серьезное, иначе я бы знал. - Она просто утаивает от тебя некоторые вещи. Протестанты начинают наглеть. Сегодня я видел кукурузник в небе. Это был тот самый, который Иоанн давно прихватизировал себе. Она его упустила! - Я поговорю с ней. - И все? - Да. С ней просто нужно поговорить. Иаков тяжело вздохнул, не понимая, действительно ли брат не осознавал все масштабы трагедии или просто прикидывался, заглушая тем самым свою душевную боль. - Верона не единственная наша проблема. У Веры начался синдром недостатка внимания. Она всюду за мной ходит, это бесит! А я, как бы сказать, - он потер затылок, - в технике несилен. Иоанн раньше помогал мне со слайдами. Сейчас мне сложнее работать с пленниками. - Бог просто посылает вам испытания. Идите по пути, что он вам уготовил. - Повернувшись к брату, Иосиф положил руку тому на плечо. - Все хорошо, - он посмотрел Иакову в глаза. – Поможешь мне развесить знамена? - Только если ты заменишь испачканное на запасное. Уверен, у тебя есть. Иосиф отстраненно закивал. Его стеклянные глаза теперь смотрели в пустоту. - Спасибо, что помогаешь проекту. Иаков тяжело вздохнул. - Я делаю, что должно.