Истоков общих тени

Натуры его рода крайне ценят уединение. Особенно в моменты трагедии. Его личная трагедия длится уже пятый год, и было не очень похоже, что она когда-либо отступит. Он не привык просыпаться с едва взошедшим солнцем от потревоженного охранного контура и нетерпеливого стука в дверь. В Паучьем тупике не бывает гостей. — Северус, у нас экстренная ситуация! — вместо гостей только такие горячие головы, оглушающие сонного мага прямо с порога. Появление Минервы — предвестник проблем. Она мгновенно пересекла дверной проем, не дожидаясь приглашения. Снейп не начал язвить и высказывать недовольство лишь из уважения, в котором никогда не признался бы, никогда не задумался бы столь долго, чтобы самому осознать его существование в полной мере. Минерва быстро прошла в небольшую гостиную, заставленную книжными шкафами, и тяжело опустилась в старенькое кресло, откидывая голову и прикрывая глаза. Бледное лицо её словно прибавило морщин, а измотанный вид напоминал ту хорошо знакомую Северусу женщину — с цепким взглядом и прямой спиной — лишь отдалённо. Прекрасно понимая, что новости абсолютно точно отвратительны и потребуют его вмешательства, Снейп раздражался потому, что ничего о них не знал. Стоило поднять бровь и начать требовать объяснений, как Минерва, не меняя положения и тяжко вздохнув, заговорила: — Северус, прошу, умоляю, ради Мерлина, даже не начинайте. — Она окинула его печальным взглядом. — Лучше предложите даме чай. Он хотел было присесть в соседнее кресло, но так и остался стоять, в недоумении. — Простите, что? — Что ж, видимо, мы все же не научили вас манерам в свое время. — Минерва, — опустился Северус в кресло. — Что случилось? Макгонагалл закрыла глаза. — Это касается Гарри Поттера. О Мерлин, как он был благодарен, что она не смотрела. Северус не знал, сумел ли сохранить привычную маску отстраненности. Довольно неплохо выходило избегать мыслей о ребенке, но они неминуемо настигали, и когда это случалось, он чувствовал свою вину, свое бессилие и отчаяние. Ненавидеть было бы проще, но выбрать путь слепой ненависти к невинному ребёнку равно признанию в слабости. Вопрос этот не был разрешим до сих пор: после долгих лет тайной и опасной деятельности маг научился скрываться от себя самого. — Вам стоило с этого начать, — глухо проговорил Снейп. Чай все же не помешал бы: в горле отчего-то пересохло. — Что с ним? — В районе, где живёт Гарри, начали фиксироваться магические всплески. Мы не придавали им значения: такое проявление детской магии вполне вероятно, и мы не можем знать точно, как много магически одарённых детей растёт поблизости... — То есть, — перебил Северус, — вы знали, что рядом с подозрительными скачками магии живёт отпрыск Поттера и всё равно все странности игнорировали? Какая предусмотрительность, — едко подметил он, не сдержавшись. — Теперь-то что такого случилось вдруг? Минерва вновь замолкла. — Гарри пропал, — в конце концов выдохнула она. — Что? — Пораженно прохрипел Снейп. — Как такое возможно? Разве вы не носитесь с ним, как с наследным принцем потерянного королевства? Как Альбус вообще позволил произойти чему-то подобному? Он же, должно быть, только и делает, что сдувает с него пылинки. Маг раздражённо поднялся и зашагал по комнате, преследуемый взглядом Минервы. — Никто и не подозревает о том, где живет ребёнок, кроме, конечно, самого Альбуса, вас, Минерва, и, я полагаю, ещё нескольких человек. Которым, конечно же, можно слепо доверять. Вновь, какая предусмотрительность. Не сам же он решил сбежать из-под оберегающего надзора доблестных орденцев, в конце концов! Вздохнув, Снейп решил, что сбавить тон и перейти к более важным вопросам все же не помешает: — Как давно это произошло? Почему меня ставят в известность только сейчас? И чем, драккл раздери, занимается Альбус? А вы предлагаете распивать чай! Надо идти на место, где мальчишка в последний раз был замечен, отслеживать магическое воздействие и следы от порт-ключей, и... — Северус, умоляю, прекрати говорить и дай, наконец, мне слово, — не сдержалась Минерва. Он не мог припомнить ни дня, когда приходилось бы слышать, как обреченно эта женщина умоляет. Сегодня же это произошло уже второй раз. Потому Снейп лишь проворчал что-то неразборчивое, раздражённо кивнул и замолк. — Можете быть уверены, я пришла к вам лишь сейчас, не требуя сиюминутных действий, потому, что все перечисленное и не перечисленное вами, все, что было в наших силах, мы уже выполнили. — Мы — это те немногие и довольно некомпетентные члены Ордена, которых допустили к тайне сокрытия? О, считайте, нам больше никогда не представится возможности лицезреть юного героя, он потерян навсегда. — Нам действительно пришлось посвятить некоторых в эту тайну. Однако вы не правы, доверенные люди более чем способны к подобного рода магии, имеют связи в Министерстве, одобрены Альбусом, и... — И именно поэтому вы пришли ко мне. — Ох, Северус, — так тяжко вздохнула Макгонагалл, что Снейп почти пожалел о резком тоне. Почти. — Я в отчаянии. Альбус на континенте; сквибка, у которой оказался мальчик, ничего полезного сказать не может; мы с орденцами всю ночь исследовали дом вдоль и поперёк, проверили каждый угол — все четно. — Нет, Минерва, я вынужден вмешаться. Вы сами признались, что нуждаетесь в моей помощи. Потому должны рассказать мне все. Понимаете? Каждое имя, любую деталь. Что Альбус делает на континенте и почему не поспешил в Англию при первом же известии? Причём тут какая-то сквибка и как мальчик у неё оказался? Неужели в Ордене передают единственную надежду и спасителя всея Британии меж собой, как нелюбимого книзла? — Никто не, — возмущённо начала Макгонагалл. И вздохнула. — Альбус в данный момент на переговорах с директорами других школ. — На закономерно удивлённый взгляд мага, она лишь кивнула. — Да, особо об этом не упоминается даже среди преподавательского состава. К сожалению, встречи эти проходят без видимого результата не первый год. Каждая школа имеет свой взгляд на процесс обучения, безопасность, дисциплину, каждый директор будет стоять за свои убеждения и покинет союз, если почувствует угрозу. Вы же понимаете, что, имея самый высокий пост в заведении подобного масштаба, невозможно не быть, в той или иной степени, политиком. — Допустим. Но как все эти собрания мешают перемещению? Это же Альбус, великий маг, победитель тёмных лордов и далее по тексту, неужели он ничего не сможет придумать? Достаточно сказать, что дело высшей секретности, напустить тумана, как он любит, повздыхать, посверкать глазами. Кто посмеет его держать? Только не говорите, что коллеги его ни во что не ставят, никогда не поверю. — Дело в том, что Альбус, вероятно, все ещё не ведает, что что-то случилось. — Как это понимать? — Переговоры секретны. Место, в котором они проходят, — под сильными чарами. На случай экстренных ситуаций мы договаривались использовать совиную почту. Я отправила письмо на доверенный мне адрес, но когда оно будет доставлено и прочитано, сказать не решаюсь. — Вы простите мне, что повторяюсь в который раз за утро, — начал Северус, когда Минерва обречённо смолкла, — однако же, ваша предусмотрительность ввергает в шок. До такой степени, что я начинаю задаваться вопросом, Минерва Макгонагалл ли навестила меня сегодня или же нежданное сумасшествие. — Для сумасшедшего вы слишком хороший легилимент, — хмыкнула она. Прежде чем продолжить, Минерва сжала руки в замок. Упущения и ошибки эта женщина не терпела, ещё больше она не любила, когда ошибалась сама. — Я успела понять ваше представление о жизни мальчика. И оно в корне неверно. По правде говоря, Гарри даже не знает о нашем существовании. И я говорю не о конкретных личностях. Он не знаком с магией. Не смотрите так, это было нелёгким решением для Альбуса. Однако же, пока Гарри находился с семьёй своей тёти, он был далеко от нашего мира, его историй, проблем и опасностей, спрятан. По крайней мере, до сего дня. — Погодите, Минерва, с какой ещё тётей? У Флимонта Поттера был один ребёнок, это мне хорошо известно. — Она безмолвно смотрела в пол и не видела, как меняется лицо Северуса в ходе рассуждений. — Однако, — задумчиво протянул он, — Лили не была единственным ребёнком. Да. Я помню её противную сестру, ту невыносимую... Как же её звали... — хмурился он в попытке вспомнить. — О, только не говорите мне, что... — Это было лучшим вариантом, — глухо проговорила Минерва. — Да кто вам сказал? — резко перебил Северус. Он помнил немногое о сестре Лили, но этих воспоминаний было достаточно для презрения. — Она магла! Далеко не лучшая их представительница, к тому же. Ненавидит нас. Ненавидит магию. И вы оставили ей маленького волшебника? Что ж, как показала практика, весьма недальновидное решение. Хотя, это, может, и к лучшему, мальчишка правильно сделал, что сбежал. Я бы на его месте поступил точно так же. — Выдержав паузу, он начал подниматься с кресла. — Спасибо, что решили сообщить. Это все было очень увлекательно, но полагаю, вам уже пора. Лишь тогда он поймал потерянный взгляд усталых глаз. Великая волшебница не смогла отследить бегство ребёнка — абсурд. Однако в тайне от самого себя он надеялся, что мальчишка все же сбежал. Потому что иначе Северус и представить не мог, в чьих руках он оказался. — О чем вы говорите, Северус? — Произнесла она возмущённо, лично оскорбленная идеей. — Как же? — Поднял бровь маг, изображая искреннее недоумение. — Не понимаю, отчего такой шум. Или это его тётка всполошилась? О, полагаю, она способна. Не представляю, как вы уговорили её присматривать за племянником, но если дело в деньгах, она его и из драконьей пещеры достанет. — Этот, как вы выразились, шум подняла вовсе не Петунья. Её семья не знает об исчезновении Гарри: они уехали в отпуск. Нам точно известно, что его привели к Арабелле. — А, вот кто поднял шум. — Догадался Северус. — Та сквибка, к которой привели мальчика? Он от неё и сбежал? — Именно. — Любопытно. И что же, часто Поттера отдают тем, кто просто рядом оказался? — Миссис Арабелла Фигг присматривает за Гарри с первого дня его появления на Тисовой улице. Снейп силой подавил удивление. — Не думал, что вы так легко выдадите мне адрес, — хмыкнул он. — Считайте это шагом отчаяния, — решительно подалась вперёд Минерва. — Вижу, я утомила вас беседой. О, я знаю, как вы любите, когда вам выкладывают все, и желательно под веритасерумом, но, думаю, вы можете понять моё положение. К подобным темам сложно подступиться, даже когда сталкиваешься с чрезвычайной необходимостью. — К каким темам? — прозвучало более резко, чем Северус ожидал. — Какого рода помощь вам требуется, Минерва? — Темного, — выдохнула едва слышно. — Темного рода помощь. Он догадался, едва Минерва пересекла порог, но все равно смерил её таким поражённым взглядом, за который сам бы себя отчитал. Никакие догадки и ожидания не позволили бы сохранить равнодушие, когда Минерва Макгонагалл вслух и абсолютно серьёзно говорит о возможности применения темной магии на Гарри Поттере. Даже если и требуется она для его поисков. — Но уж не стоит столь пристально в меня всматриваться, Северус. Вы хорошо знаете, что я не обхожу некоторых, — она взяла паузу, подбирая нужное слово, — специфичных заклинаний. В особых ситуациях. А наша ситуация пугающе особенная. — Не хотите же вы сказать, что вообще ничего не нашли? — Да, — призналась она, и признание это грузом сковывало обычно идеально прямую и стойкую фигуру. — Гарри будто испарился. Его след обрывается прямо в камине, никакие заклинания дальше не идут. По-видимому, кто-то очень постарался и каким-то образом восстановил его для перемещений. Камин уже давно вышел из строя и не использовался. — Так, ну это кажется уж совсем лишним. Зачем напрягаться с ремонтом, тратить лишнее время? Не проще было бы забрать мальчишку другим способом? Да хоть той же аппарацией. — О, Северус, если бы мы знали. Потому я и пришла. Нужно использовать все доступные варианты, даже тёмные. — Сильные поисковые работают только на крови, вы это прекрасно знаете. — Этого я от вас не требую. Наши люди сделали все возможное, я не смею перегружать вас тем, что заведомо невыполнимо. Но я в отчаянии и вынуждена просить об услуге. Ни у кого из наших людей нет того, чем обладаете вы. Связей на той стороне. — Думаете, о похищении уже появились слухи, поэтому нужны мои связи? Подозреваете кого-то конкретного? — Я не имею никакого морального права выдвигать предположения или подозрения. Мы должны, обязаны вернуть Гарри — это все, что я знаю, и все, что меня интересует. Лишь потому прошу, узнайте все, что сможете. — На мою помощь не рассчитывайте. — Негромко произнёс он. Если Минерва Макгонагалл даёт задание, она будет следить за выполнением со всей присущей ей педантичностью — это было известно Северусу лучше прочих. Дополнительное давление и надсмотр он терпеть не мог. Особенно, когда действовать в одиночку — не прихоть, а крайняя необходимость. Снейпу не верилось, что в этом возможно убедить несгибаемую гриффиндорку. Она немедля поднялась со своего места. Оскорбленно, с долей презрения и недовольства, Минерва смотрела на Северуса, расслабленно сидящего в кресле. Не думала же она, что сможет воззвать к его совести? — Никогда не ожидала я услышать подобное из ваших уст. — Обвинительно прошептала она. — Чем же я вызвал у вас такое представление? — Неподдельно удивился Северус. — Мне думалось, что вы не останетесь в стороне. Что на самом деле, вы вовсе не тот, кем так пытаетесь казаться. В конце концов... — В конце концов, — поспешил взять слово Снейп, не желая слышать очередное напоминание о Лили, которое, несомненно, последовало бы, — вы прибегаете к моей помощи, когда некому больше выполнить грязную работу. Макгоногалл возмущённо выдохнула. — Я трачу ценное время. Вам стоило сразу отказать мне. — Вам стоило сразу высказать свои требования, — твёрдо парировал Снейп. — Тогда вы были бы разочарованы ещё до того, как сели в это кресло. Смерив его тяжёлым укоряющим взглядом, Минерва направилась к выходу. Лишь тогда он поднялся, чтобы сопровидить её. Макгонагалл давно аппарировала, а Северус все раздумывал, отстранённо шагая вдоль комнаты. Говорить он мог что угодно, но понимал, что за Поттером любого рода и возраста следует присматривать хотя бы из соображений собственного спокойствия. За прошедшие пять лет маг ни разу не видел этого ребёнка, а уже был втянут во что-то сомнительное. У мальчишки в крови притягивать неприятности. С подобными мыслями какое-то время спустя Снейп, наконец, аппарировал. В Лютном переулке никто не удивился бы его появлению: Снейп имел привычку посещать местные лавочки. Редкие и опасные вещи всегда можно было достать через специализирующихся магов в здешних мрачных пабах и забегаловках грязных гостиниц. Все эти места Северус и планировал посетить. Помимо артефактов и ингредиентов хранили они и ценную информацию. Когда дверь первой попавшейся лавки "Горбин и Бэркес" не поддалась, Снейп сделал простой пас палочкой. Ну конечно! Можно ли было ожидать, что в такой ранний час — не было и шести — владельцы заведений Лютного переулка будут рады посетителям? Даже открытые сейчас лавки и забегаловки, в основном, пусты. Он было двинулся в сторону ближайшего паба, когда решение вдруг мелкнуло в мыслях. Мистер Малпеппер, владелец аптеки на Косой аллее, уже много лет не изменял привычке открывать двери лавки, едва взойдёт солнце. Отсутствие посетителей не смущало его — аптекарь в своей особенности уступал разве что гоблинскому банку. Северус не раз покупал у него ингредиенты именно в ранние часы, когда в плотном графике нельзя было найти свободной минуты. Мистер Малпеппер встретил Снейпа бодрым известием о поступлении свежих краснотелых слизней и зубов хищных бабочек. Скупым приветствием в ответ хозяин лавки казался вполне доволен и не отвлекал более. Северусу нравился подход мистера Малпеппера к работе с клиентами: он никогда не задавал ненужных вопросов. Благостное выражение сохранялось на слегка полном лице и в те моменты, когда звучали просьбы достать товары особого рода. Отказ редко удивлял: невысокий толстячок, встречающий приятной улыбкой, не был похож на скользкого сбывателя опасных вещей. И только глаза его хитро поблескивали за стёклами аккуратных очков, будто нужный товар хранился совсем рядом, но только мистеру Малпепперу о том и известно, и именно это знание являлось причиной его бодрого духа. Однако, должно быть, так странно падало освещение. Ощущение свежести раннего утра таяло, и владельцы многих лавочек начинали готовить их к открытию. Вскоре аллея наводнится шумной толпой. Северус лениво блуждал взглядом по зданиям напротив. Окна над лавкой Оливандера. Табличка с аккуратным "Закрыто" на двери самой лавки. Вывеска "Флориш и Блоттс". Одинокая детская фигура. Снейп оцепенел. Скудно одетый и босой, мальчишка бежал, смотря под разбитые ноги. Потрепанная одежда, грязные руки, спутанные пыльные волосы. Маг не видел лица, но догадывался, что и оно такое же перепачканное. Северус должен был моментально кинуться вслед. Холодная тяжесть, сжимающая грудную клетку, не давала возможности вдохнуть. Он не отводил глаз от клочка пространства, где уже и не было мальчишки, борясь с воспоминаниями о том дне, о собственной вине и отчаянии, задыхаясь. Северус совершенно забыл бы, где находился и кем являлся, если бы бодрый, чересчур громкий в тишине голос, оглушая, не прозвучал вдруг за спиной. Мистер Малпеппер добродушно общался с высокой леди. Её ядовито-красная шляпка, изобилующая брошками и перьями, — единственное, что бросилось в глаза, прежде чем он поспешил к выходу. Конечно, мальчишки не было видно. Северус торопился, заглядывая в каждый проулок. О потерянном времени он не хотел думать. О количестве мест, в которые мог забежать, спрятаться или поместиться этот малец — тоже. По возможности маг планировал заглянуть в каждое. Злясь на себя и на весь дракклов мир, Снейп несся по аллее жутким смерчем, от вида которого пошатнулся бы даже тот, кого не хочется вспоминать.