Связанные случаем

      Очередное утро началось с неприятностей.       — Асс, — окликнул Халл снаружи палатки. — Тэа заболела, вся горит…       К счастью, травы от жара с собой были. Тэару обложили всем теплым, чем только можно, напоили отваром. Халл помог ей выбраться из палатки — она жаловалась на духоту. Но ехать она явно была не в состоянии.       — До города всего день пути, — подал голос Риэр через какое-то время. — Что делать-то будем?       Халл подошел к костру, хмурый, как небо над головой.       — У нас еще проблема… Ласка хромает. Что-то у нее с ногами как будто.       — Час от часу не легче, — вздохнул Ассаи. Сделал глоток чая. По правде говоря, не то чтобы пить хотелось, так, чисто руки чем-то занять, вот и держал кружку.       На слова про Ласку Тэара открыла глаза.       — Мне надо ее осмотреть… — выдохнула с трудом и закашлялась.       — Куда тебе осматривать, сиди, — строго сказал Халл. — Сам гляну… Ноги ей разомну. Постоит пару дней, да поправится, все равно лошадям дневка не помешает, сколько уже не останавливались.       Асс молча разглядывал кружку. Сидеть здесь два дня… Перспектива не радовала. А потом что, в город? Лишняя трата времени. Их дорога явно лежала дальше, насколько Риэр мог это понять. Но и в город тоже заглянуть стоило.       Решение пришло быстро.       — Мы съездим вместе с Риэром в город, а вы останетесь здесь, — сухо сказал он. — Так мы хотя бы время не потеряем.       На том и порешили. Тэа пыталась возражать, но была слишком слаба, чтобы спорить, и Асс ее переубедил. Обещал раздобыть в городе мазь для Ласки. Про себя он подумал, что, может, стоит просто купить еще одну лошадь — мало ли. На край будет запасная, потащит часть вещей. Но Тэару этим расстраивать сейчас явно не стоило.       Их с Риэром лошади тоже ощутимо устали, но терпеливо несли всадников весь день. К вечеру они добрались до стен города. Пропустили их без проблем: стражники скорее для виду спросили, кто и откуда, но выдуманная история, что нужно в Инрию по делам, сработала и здесь. Да и платиновые браслеты имперских аристократов здесь тоже знали. Статус помогал и здесь: едва ли можно было заподозрить в них разбойников или еще каких подозрительных личностей.       — Маловато сопровождения у вас, — только и сказал стражник, который их опрашивал.       — Еще один был, да ногу сломал, пришлось на торговом тракте оставить, — сказал Ассаи. — Может, здесь кого поищу.       — В казармах подсказать могут кого понадежнее, — посоветовал стражник. — Ну, проезжайте давайте, не задерживайте народ.       Когда они уже отъехали, Риэр тихо буркнул:       — Однажды эта глупая выдумка не прокатит. Задержат нас до выяснения, и каюк нам.       — Не страдай, — уже привычно отмахнулся Ассаи. — Давай в таверну, посидишь там, а я прогуляюсь, пожалуй.       — И встрянешь куда-нибудь. Нет уж, придется тебе потерпеть мое присутствие, я не хочу потом сам со стражей объясняться на выходе. Да и с друзьями твоими тоже.       Что ж, резонно. Спорить Ассаи не стал.       Уже понемногу сгущались сумерки, но город был большой, из тех, где жизнь на ночь почти не затихает. В центре, несмотря на позднее время, перед некоторыми лавками торчали зазывалы, а по улицам прогуливались местные. На них никто не обращал внимания, особенно когда оставили лошадей в конюшне при таверне и вышли пешком.       Не то чтобы Ассаи хотел что-то найти здесь. Скорее ему просто хотелось пройтись — не по лесу, а среди каменных стен. Впитать в себя ощущение города, людей вокруг. Леса набили оскомину, и хотелось просто получить глоток городской жизни. Тем более улицы здесь оказались на удивление чистые, не хуже, чем в Империи. Их явно даже подметали. Еще здесь были скамейки для уставших от прогулки — удивительная затея, в Кэварэнне такие тоже наставили несколько лет назад, но то столица, а здесь, выходит, даже в городах помельче их ставят. Смешно, что как бы Империя не кичилась своей просвещенностью и комфортом, а в ней такого еще недавно не было. Может, с Инессы пример и взяли?       Он шел и прислушивался к странному окающему говору местных и пытался запомнить, как они говорят, чтоб не сильно выделяться среди них. Конечно, за жителя этой страны он не сойдет, но мало ли в какой момент понадобится прикинуться живущим здесь уже какое-то время? Путники всегда привлекают больше внимания, чем хотя бы условно «свои».       Риэр наконец перестал страдать. Он с любопытством вертел головой по сторонам. Заинтересованно уставился на какую-то хлебную лавку — девушка, стоявшая за прилавком перед ней, уже явно собиралась заканчивать торговлю на сегодня. Она складывала круглые румяные караваи в большой мешок, но на прилавке еще оставались какие-то пирожки и крендели.       Заметив взгляд Риэра, Ассаи хмыкнул. Подошел к девушке, доставая из внутреннего кармана куртки кошель.       — Продай что-нибудь, красавица, нагуляли мы аппетит.       Девица щербато заулыбалась.       — Конечно, выбирайте, всё свежее, с утра пекли.       Если она и поняла, что они не местные, то нисколько не удивилась. Что ж, наверное, в любых городах жители чуть дружелюбнее деревенских — хотя бы потому что проезжих видят больше. Ассаи кивнул Риэру, мол, выбирай. Сам взял себе какой-то большой крендель, обсыпанный сахаром. Выпечку с мясом он в таких местах старался не брать — мало ли, особенно если весь день лежало.       Риэр дернул носом, явно принюхиваясь, подцепил какую-то булочку. Тоже сладкую, без мяса.       С едой гулялось веселее, да и крендель оказался неожиданно вкусным. Надо будет Халлу с Тэарой тоже что-нибудь привезти — только взять с утра, перед выездом…       Заприметив пустую скамейку, Ассаи занял ее. Сидя есть удобнее. Скамейка оказалась возле чьего-то сада, густо усаженного аккуратными кустарниками с мелкими белыми цветами. Ассаи разглядывал и сад — благо заборы здесь, в отличие от Империи, были низкими, буквально по середину бедра. Невысокий аккуратный дом среди цветов смотрелся очень гармонично. Красивый город, пожалуй, и тепло, как будто даже теплее, чем в Империи, вон, и окна у дома открыты…       Додумать неторопливые мысли о разнице между разными странами он не успел. Какой-то мужчина средних лет торопливо подошел к саду, зашел через незапертую калитку. Стукнул дверным кольцом. Он явно был в нетерпении, то и дело беспокойно оглядывался, и Ассаи невольно заинтересовался.       Дверь открылась.       — Хаселас? Не ожидал тебя увидеть…       — Мне нужна твоя помощь, — торопливо перебил его пришедший. — Сестра у меня пропала… Амулет сработал, явно магия была… Вот я и подумал, может, ты что знаешь, а? Сказал бы по старой дружбе…       — Не здесь же, ну! Говори потише. — Хозяин дома тоже с беспокойством огляделся. — Идем в дом, только недолго…       Дверь закрылась. Только сейчас Ассаи обратил внимание, что Риэр ощутимо напрягся. Он перестал есть и нервно дергал носом, будто принюхиваясь.       Ассаи же задумчиво оглядел кустарники. Улицу. Почти никого, время шло к полуночи… Он торопливо встал — и шагнул через заборчик. Пригнулся, чтоб кустарники прикрывали его от возможных взглядов.       — Что ты делаешь!.. — тихо зашипел Риэр, но Ассаи только отмахнулся, мол, тише.       Он сам не знал, зачем хочет подслушать чужой разговор. Наверное, хватило того, что кто-то еще пропал, и в этом была замешана магия.       Когда он уже почти подкрался к окнам, радуясь, что кустарники надежно скрывают его от чужих глаз, Риэр наконец догнал его и схватил за рукав. Ассаи оглянулся на него. Взгляд у Риэра был явно заполошный.       — Там маг! — очень тихо, едва ли не одними губами шепнул он. — Он меня почует!       Ассаи только нахмурился и выдернул руку.       — Не шуми, не почует, — так же тихо ответил он. Придвинулся поближе к окну.       Расчет оказался верным: он услышал явно подошедших в нужную комнатку людей.       — …не понимаю, магам она зачем, но они явно замешаны в этом… Она пропала из закрытой комнаты, понимаешь, Даригас? И амулет защитный сработал…       Прямо как Кайра! Ассаи охватило волнение.       Кто-то из говоривших побарабанил пальцами по чему-то вроде стола.       — Люди иногда пропадают, — уклончиво сказал хозяин особняка, вероятно, как раз Даригас. — Амулеты же…       — Дар, ну по старой дружбе, — умоляюще сказал Хаселас. — Я никому не скажу, слово даю. Мне бы знать просто, как она…       — Ну хорошо… — явно сдался Даригас. — Но я тебе ничего не говорил.       Он понизил голос, и дальше Ассаи с трудом различил сказанное.       — …они ритуал готовят, очень важный. Собирают нужных людей… не магов, как понимаешь. Вряд ли ты сестру найдешь, да и дальше соваться с этим я тебе не советую… А то тоже пропадешь.       — И… что с ней будет?       — Не знаю. Может, после ритуала память сотрут, да отпустят. А может… нет, наверняка отпустят. Но ты не суйся с выяснениями! Хватит уже, что мы вообще с тобой сейчас говорим об этом!       — Дар, ну может, ты как-то сможешь узнать, спросить осторожненько… я заплачу даже, вот что можем, то и соберем, ты же знаешь, не обидим, семья не бедствует…       — Хватит! — явно нервно повысил голос Даригас. — Открутят голову и мне, и тебе, и вообще о жене своей подумай, о детях… Я всё равно не узнаю, где ее будут до ритуала держать. Не по моему рангу это всё. Тут речь может о делах государственной важности идти, нельзя нам туда соваться!       — Дар…       — Погоди, — насторожился Даригас. — Я как будто что-то…       Дальше всё произошло одновременно. Риэр снова схватил Ассаи за рукав — а прямо над ними возник светящийся шар магии.       — Нас подслушивают! — рявкнул Даригас.       Риэр рванул Ассаи в сторону так, что они оба едва не упали. Наткнулись на кустарник, теряя равновесие. Под ковром белых цветков ветки оказались неожиданно колючими и жесткими.       Волна непонятной магии толкнула Ассаи в плечо, но большая часть явно прошла мимо благодаря рывку Риэра.       — Бежим! — панически выдохнул Риэр, вскакивая на ноги и рывком таща Ассаи за собой.       И они побежали. Наверное, маг пытался их атаковать. Еще когда они перепрыгивали забор, что-то белесое и непонятное вытянулось из земли, как будто пытаясь их схватить. Что-то, похожее на кости… Ассаи не знал, он просто бежал следом за по-прежнему цепко державшим его оборотнем, и оглядываться было некогда. Они пробежали несколько улиц, прежде чем остановились, пытаясь отдышаться, в каком-то узком переулке.       — Ты совсем спятил! — Лицо Риэра казалось белой маской. — Он же нас найдет, мать твою за ногу! По мне вычислит!       — Значит, нам надо срочно валить из города, — хмуро отозвался Ассаи.       Сердце колотилось просто безумно, а ладони вспотели. Он слабо представлял, на что способны маги, и тем более неоткуда было знать, что может сделать конкретно этот маг. Нужно было спешить, очень спешить! Ассаи бросил взгляд на побаливающее плечо — и с долей ужаса понял, что рукав рубашки на этом месте как будто истлел и стал ветхим, разваливающимся. Кажется, если бы не Риэр, ему бы пришлось нехорошо…       — Ты за лошадьми, я за вещами, — буркнул Риэр, когда они дошли быстрым шагом до таверны. — У тебя одежда потрепана, выглядит подозрительно.       Ассаи только кивнул. В конюшне только мальчишка, приглядывающий за лошадьми, в слабом свете факела он вряд ли что заметит. А вот в таверне глаз гораздо больше.       Пока он седлал лошадей, рубашка как будто истлела еще больше…       Когда Риэр притащил вещи, Ассаи снял рубашку, сунул ее под охапку сена. Накинул на себя куртку прямо на голое тело, чтоб не копаться в сумках.       — Быстрее, — поторопил его Риэр в очередной раз, уже забравшись на лошадь. — Давай же быстрее, ну!       — Мы не можем по городу вскачь ехать, так только больше внимания соберем, — сказал Ассаи. — И так лишь бы выпустили…       Он понятия не имел, как объяснять стражникам у ворот, почему они так спешно, да еще и ночью покидают город. Но боги, видимо, хранили их: на воротах уже стояли совсем другие, караул успел смениться.       — Жена у меня рожает, — буркнул Ассаи. — Боюсь не успеть… Она в деревне здесь недалеко. Хотел ей подарок в городе прикупить, да вот люди мои весточку вороном прислали, чтоб спешил.       — Да родила б как-нибудь без тебя, что среди ночи всех полошить, — зевнул стражник, не сильно торопясь открывать ворота.       Ассаи как бы невзначай потер запястье, обнажая браслет.       — Беспокойная она очень, плакать будет еще неделю, что меня рядом не было. Я ж обещал… А папаша ее после мне голову открутит, что одну оставил, — сказал он. И вздохнул: — Да и денег у него побольше моих, мне с ним ругаться не с руки. Давай я тебе за беспокойство лучше отсыплю, служивый, а то разбудил, побеспокоил…       После этого ворота открыли быстро. Не целиком, конечно, так, чтоб кони могли проехать.       Когда они выехали — и припустили рысью, чтоб наверняка, — Риэр выдохнул:       — Я больше с тобой в города не сунусь, вот что хочешь делай! Да и вообще с вами… Ты совсем рехнулся! Как он тебе только поверил!..       — Это уже неважно, поверили или нет, — отозвался Ассаи. — Деньги лишними никому не бывают.       — Ты рехнутый вконец! — повторил Риэр, но потом замолчал, и молчал еще несколько часов, пока они не решились наконец остановиться и дать отдых лошадям и себе.       В лесу было темно, хоть глаз выколи. После полуночи третья луна должна ненадолго показаться — она порой слегка отставала от своих сестер и тонюсеньким одиноким полукругом красовалась в небе, а потом на ночь-другую пропадала, когда выходили свеженародившиеся другие две. Но от темноты это не спасало.       Ассаи кое-как расседлал лошадь, с досадой вспомнил, что еще одну они так и не купили — спасибо, что за мазью для Тэариной Ласки он успел зайти. Вытащил из чехла палатку… и тут понял, что руки дрожат мелкой противной дрожью. Так сильно, что непонятно, как вообще эту палатку поставить.       А их ведь правда могли не выпустить.       Эта мысль словно гналась за ним от самого города — и наконец догнала.       Их. Могли. Задержать. Там.       И разбирайся потом с местными магами. С теми самыми страшными некромагами Инессы, которых до одури боится Риэр. С теми самыми, которые сразу бы распознали в их наемнике оборотня. И, вероятно, увидели бы магическую связь с Кайрой. А дальше всё просто: опоить дурманящими зельями, под которыми не соврешь, даже если очень захочешь, допросить…       Выдворили бы их из страны под стражей и прямо в теплые ручки уже своих магов? Которым наверняка будет очень интересно узнать, какого Саннра они потащились в соседнюю страну.       Или просто бы убили? Или не просто?..       — Эй, чего застыл-то? — голос Риэра заставил его дернуться.       Оборотень подошел поближе, тронул его за плечо, даже в лицо заглянул — и что только разглядеть там в темноте надеялся? Хотя вроде бы зрение у него лучше должно быть, чем у людей.       — Эк тебя накрыло, — пробормотал Риэр как будто бы даже обеспокоенно. — Давай сюда палатку, я лучше сам, а ты посиди, успокойся…       Зашуршала ткань. Успокаивающе, привычно. Ассаи слушал шорох, прикрыв глаза — всё равно ничего не видать, с закрытыми проще. Как будто он сам выбрал не видеть. Как будто нет вокруг этой темноты, которая давит на нервы, нашептывает со всех сторон шорохом листьев: беги, беги, они уже близко, они непременно найдут…       Раздался треск, Ассаи вздрогнул, открыл глаза заполошно. Обомлел на миг, глядя на озаривший полянку огонь костра.       — Нас же найдут!       — А? — оглянулся Риэр. — Да не, не найдут. Мы далеко уехали, я ж следил за этим. Да и я почую, если что не так будет. Может даже, перекинувшись посплю, так еще дальше почую.       Судя по голосу, он был уверен в своих словах. Уверен настолько, что даже никаких некромагов сейчас не опасался.       Это немного успокоило. Оборотень за свою шкуру трясся похлеще них всех — едва ли стал бы собой рисковать. Раз он считает, что можно спокойно спать здесь, да еще и костер разводить, значит, так и есть.       Ассаи встряхнул головой. Сунулся в сумку за одеждой — куртка на голое тело холодила грубой тканью. Одевшись, какое-то время смотрел на огонь, чувствуя, как немного отпускает холодный узел страха, свернувшийся в животе. Потом уже Риэр осторожно тронул его за плечо, молча потянул в палатку. В палатке расстелил для них обоих одеяла и даже зажег масляную лампу. Не спрашивая, можно ли, нужно ли. Ассаи ощутил благодарность — свет, пусть и слабый, успокаивал. Какое-то время он лежал, глядя в полог палатки рассеянным взглядом — и наслаждаясь тем, что может его видеть, этот полог.       Его всё равно то и дело слегка потряхивало — тело никак не могло успокоиться от пережитого. Они живы, живы, ничего не случилось, выкрутились, вывернулись… и в то же время словно именно сейчас Ассаи осознал в полной мере, что они посреди враждебной страны. Страны, которая прожует их и выплюнет кости, не подавившись и не моргнув.       Но сегодня они избежали этого. Выжили. Выскочили из грозившей захлопнуться пасти в последний миг.       Долго он не пролежал. Осознание опасности словно требовало… хоть чего-то. Он сел, дотянулся до сумки, дернул завязки бокового кармана — отмечая, как до сих пор резко и рвано двигаются его руки. Достал фляжку. Всё теми же рваными движениями сорвал колпачок и сделал несколько быстрых глотков.       Крепкое пойло огнем прорвалось от горла до желудка, от резкого травяного запаха он едва не закашлялся.       Риэр, приподнявшись на локте, наблюдал за ним со странным выражением лица. Непонятно, о чем он думал сейчас. Выбит он из колеи так же, как Ассаи? Или в лесу ему легче, вроде как дома и стены помогают, а чем лес для оборотня не дом родной? Не понять.       Ассаи сделал еще несколько глотков, уже более медленных. Адское пойло продирало знатно. Нужно будет потом восстановить запас… в ближайшем городе. Если, конечно, он вообще рискнет снова сунуться в ловушку каменных стен!       Стоило бы беречь остатки алкоголя, но, повинуясь неясному порыву, он вдруг протянул фляжку Риэру. Молча.       Риэр моргнул, явно опешив, но так же молча принял угощение. Сделал тоже несколько глотков, закашлялся от неожиданности. Ассаи ухмыльнулся.       — Осторожнее, это тебе не разбавленное пиво по тавернам хлестать.       — Как огнем прожигает, — выдавил Риэр. Утер рукавом губы. — Что это за пойло?       — Высший сорт, не сомневайся.       — Да я не сомневаюсь, что у тебя всё высший сорт…       Он протянул фляжку обратно. Ассаи подумал — и снова приложился к ней. Уловил очередной странный взгляд от Риэра, попытался поразмыслить о причинах, но тут же бросил это дело. Да Саннр с ним. Наверное, оборотню странно вообще получить предложение побухать из одной посуды. Да, Ассаи не был к этому склонен. Разделить посуду он мог разве что со своими друзьями, и то не часто… Действительно, что это он, пьет из одной фляжки с кем попало! Как можно! Ассаи ухмыльнулся. Голову ощутимо вело — пойло на пустой желудок сработало как удар. И прекрасно. Главное, что теперь было совершенно, абсолютно, восхитительно наплевать — и на любые проблемы, и на одну посуду с кем попало, и на присутствие этого кого попало рядом… Руки наконец перестали трястись, а от мысли, что он здесь не один, а с Риэром, становилось только спокойнее. Не потому что был хоть кто-то рядом, всё не одному с лошадьми в лесу сидеть, — а потому что рядом находился именно этот наемник, оборотень; нет, не друг, совсем не друг, но… Но он был рядом раз за разом, в самых уже разных ситуациях. Он не пытался сбежать. Он помогал. За деньги, попытался возразить сам себе Ассаи. Конечно, за деньги. Но в голову упрямо лезло другое: как огромная кошка обнюхивает его и прислушивается к его словам, мягкая кисточка уха под пальцами; как расслабленно спит Риэр, уткнувшись носом ему в плечо, и лицо такое спокойное-спокойное…       Риэр всё смотрел на него странно, и Ассаи наконец спросил:       — Что ты на меня уставился? Дырку прожжешь на лице.       — Да ничего… — Риэр моргнул, отвел взгляд и как будто смутился. Облизнул губы, глядя куда-то в стенку палатки.       Странная мысль мелькнула у Ассаи. Непривычная. Забавная, конечно, но какая же странная! Он бы никогда так не сделал, он просто слишком пьян, так не надо, достаточно просто попредставлять — и потом поскорее выкинуть нелепые представления из головы… Но он не успел даже додумать. Мысль перешла в действие быстрее, чем он остановил ее.       Он просто протянул к Риэру руку, просто схватил его за ворот рубашки и притянул к себе. Просто накрыл губами его губы. Впился поцелуем в чужой рот, с удовольствием чувствуя его тепло и податливость. Видя совсем близко чужие глаза — округлившиеся то ли в изумлении, то ли в ужасе. Пахло травами от настойки, резкими, холодными и пряными, — и было восхитительно плевать на всё, потому что чужие губы пусть неуверенно, но дрогнули, отвечая на поцелуй.       Ассаи не думал, что дальше, не загадывал, пожалуй, ничего. Он просто хотел целоваться — долго и взахлеб, ощущая рядом чье-то тепло и окончательно успокаиваясь от этого. Наверное, так себя чувствовала Кайра, когда цепляла кого-то на одну ночь. Он всегда кривился на эти ее выходки; к счастью, довольно редкие, обычно она всё же приходила к нему, чтоб согреться. Но сейчас, пожалуй, он понимал, что ею двигало. Она хотела почувствовать себя живой. Видят боги, он тоже хотел сейчас именно этого.       Он прервал поцелуй. Сделал еще глоток из фляжки — по-прежнему придерживая Риэра за ворот рубашки и чувствуя на себе изумленный взгляд.       Наверное, нужно было что-то сказать. Объяснить, что ничего личного — и лишнего тоже. Просто поцелуи и попытка расслабиться, не больше. Ничего больше и не нужно, он не планировал трахаться.       Но говорить не хотелось. Хотелось целоваться и ни о чем не думать. Но…       Он снова не успел додумать. На этот раз его прервал сам Риэр. Осторожно взялся за фляжку, высвободил его из руки Ассаи, поставил куда-то не глядя. Смотрел он при этом Ассаи в глаза, и это ощущалось очень странно, почти успокаивающе, словно гипнотизирующе. В полумраке чужие глаза казались темными провалами, в которых можно утонуть, как в глубоких озерах.       Риэр придвинулся совсем близко, но медленно — как будто колебался сам или давал возможность передумать…       Ассаи было слишком любопытно, и он не двигался. Что этот оборотень сделает дальше? В начале их знакомства он выглядел уверенным в себе — в плане постели. Эти дурные подначки по утрам, вроде «да с девкой тебя спутал», нарочито расслабленные движения. Но это поведение быстро исчезло, оказавшись всего лишь маской. Стоило Риэру сделать лишнее… тогда, в том городке… как потом он пугался, даже просто случайно его задевая. Выглядело смешно и нелепо. И вместе с тем — по-настоящему. Как будто так Риэр был действительно тем, кто есть, — молодым, глупым и резким… Не злым и прожженным насильником — просто безмозглым молодняком, сделавшим очевидную глупость и пересравшимся от этого…       Риэр осторожно коснулся губами его губ — как будто проверяя, не оттолкнут ли его подальше. Поцеловал неглубоко, аккуратно, едва ли не нежно. А потом его словно сорвало — стоило Ассаи ответить на поцелуй, как тот мгновенно изменился — из нежного стал порывистым, жадным. Зубы почти болезненно смяли его губы, язык втолкнулся в рот и столкнулся с его языком. Он не понял, в какой момент Риэр обхватил ладонью его затылок, он только понял, что так стало даже удобнее.       Они целовались — взахлеб и жадно, как будто дорвались до воды после долгой жажды. Ассаи не собирался делать ничего большего; просто в какой-то момент понял, что забрался руками под чужую рубашку и скользит по гибкой спине, ощупывая и изучая чужие мышцы. Риэр простонал что-то неразборчивое ему в рот, сжимая ладонью его затылок, и от его руки по затылку разбежались приятные мурашки. В какой момент они оказались лежащими на спальнике, а Риэр придавил его собой? Ассаи не знал. Он просто скользил руками по чужой пояснице, наслаждаясь стонами и вздрагиваниями, яркой живой реакцией на каждое свое движение, каждое сжатие кожи пальцами. В какой-то момент ему перестало хватать воздуха, и он машинально повернул голову в сторону, пытаясь отдышаться. Зубы Риэра тут же прошлись по его шее, вызывая стон уже от него. Так ярко, так жадно; поцелуи мешались с укусами, чуть болезненными, но безумно приятными.       Наверное, это лишнее. Наверное. Но останавливаться не хотелось.       Бедром он почувствовал чужой стояк, и это было непривычно и странно, но он только чуть согнул ногу в колене, вжимаясь бедром в чужой пах и вызывая очередной полный наслаждения выдох.       Риэр остановился первым. Уткнулся носом ему в шею, тяжело дыша и явно пытаясь прийти в себя. Они лежали, тесно сплетаясь ногами и руками, оба возбужденные, взбудораженные. И оба не знающие, что делать дальше.       Алкоголь словно вдруг выветрился. Что они делают, зачем?..       Отодвигаться не хотелось, но и продолжать… Ассаи погладил чужие волосы, зарываясь в них пальцами, — скорее успокаивающе, чем намекая на продолжение. Почувствовал, как напряглась спина Риэра под его второй рукой, обнял ее крепче, не давая отодвинуться. Просто чтобы успокоить — сбежит же небось в лес, ищи его потом или жди… Нет уж, пусть останется здесь.       Риэр рвано вздохнул ему в шею, но остался лежать, как лежал — так же уткнувшись лицом ему в шею, ногой между его ног, крепко сжимая своими бедрами его ногу.       И, к счастью, молча. Ассаи не знал, что ему сказать. По правде, он даже себе не мог бы объяснить, что они сделали, зачем, и что с этим делать дальше.